Ты не обязан быть тем, кем тебя придумали.
Я знаю только двух Суперменов. Первый – Том Уэллинг из моего подросткового телевизора. Он был неловким, учился разбираться с чувствами и иногда глядел в потолок с вопросом «Кто я вообще такой?». Второй — тестостероновый монолит от Генри Кавилла, который больше напоминает икону, чем человека. Теперь появился третий от Джеймса Ганна, и он… Странный. В хорошем смысле.
Как и Супермен Уэллинга этот ещё не до конца вырос. У него есть сила, но не хватает инструкции, что с ней делать. Есть вера в людей, но не хватает понимания, как реагировать, когда люди оказываются… Ну, людьми. Для меня он ближе к сериалу юности, чем к библейской фигуре Снайдера. В этом его главная уязвимость. И сила.
Сюжет сначала кажется классическим. Парень с другой планеты, сложный мир, Лекс Лютор, спасение, разрушения и выбор. Всё, как мы любим.
Но потом происходит поворот (без спойлеров), который ломает привычную систему координат, и у полубога вдруг пропадает почва под ногами. И пока ты ждёшь, когда герой начнёт спасать мир, он пытается заново себя пересобрать. Это не гениальный сценарный ход. Более того, наверное, он был в одном из сотен комиксов. Но такой поворот создаёт взрослую эмоцию, которую легко узнать. Эмоцию, когда внутри становится немного пусто, и ты не знаешь, что теперь правильно, а что нет.
Ганн в целом делает то, что у него получается лучше всего – он играет сразу на нескольких уровнях.
С одной стороны, это очень живое, местами даже дурашливое кино. Здесь есть собака, которая ведёт себя будто она важнее всех. Есть Зелёный Фонарь, который крадёт каждую сцену, даже не стараясь. Есть диалоги, где ты улыбаешься человеческим приколам. Есть и комиксовая безуминка, например, когда Лютор буквально играет с Суперменом в смертельные шахматы, и ты такой: «Ну да, почему бы нет».
При этом фильм не превращается в детский аттракцион.
Здесь есть проститутки на улицах, злодей делает вещи, которые не хочется озвучивать вслух. Здесь умирают люди. Где-то между этим даже звучит фирменное «Bitch!», как напоминание, что это всё ещё бунтарское кино Ганна. Получается терпкая, но приятная смесь: будто Зак Снайдер встретил Тайку Вайтити и они решили попробовать слепить что-то живое. Получилось!
Из обидного здесь, наверное, Лекс Лютор. Персонаж хороший, смотреть на него приятно, но свою мотивацию он проговаривает прямо. Он буквально говорит, что чувствует, вместо того чтобы показать это через действия. Это немного ломает магию (пусть и фантастического) кино.
Ну и, конечно, линия с политическим конфликтом. В восточной Европе какой-то дед хочет напасть на соседнюю страну под предлогом «плохой власти», а когда пахнет жаренным, убегает в бункер. Кто придумывает такой идиотизм? В жизни так не бывает! Тьфу…
Фильм вроде прямо говорит, в чём его идея: ты сам выбираешь, кем ты будешь. Неважно, откуда ты пришёл и что тебе сказали. Но остаётся почему-то не эта, а другая, брошенная почти вскользь мысль: «Может, настоящее бунтарство — это верить в каждого человека?»
Кидайтесь помидорами, но для меня именно это сделало фильм искренним. «Но это же наивно!» Да. «Это же по-юношески!» Да. Только это удивительно созидательный максимализм: не «сломать систему», а «попробовать не разочароваться в людях, даже когда у тебя есть для этого причины».
Супермен здесь не Бог, потому что он всесилен. Он почти Бог, потому что продолжает верить в человека. И в какой-то момент ты ловишь себя на приятном ощущении: ты смотришь на него, и тоже хочешь верить.
На последних кадрах я не замечал в голове мысли «вот это блокбастер». Но когда фильм закончился, я заметил стойкое ощущение, что мне аккуратно напомнили о чём-то простом и немного забытом. Что можно быть сильным и сомневаться. Можно не знать, что делать и всё равно выбирать. Можно видеть в людях худшее и всё равно пытаться верить в них.
Но, главное, мне напомнили, что, возможно, эта вера и есть самая невероятная суперспособность. И, вот сюрприз, – она доступна каждому.
За Супермена, который спасает мир неидеально, но остаётся в этом мире человеком.
______________________________________________
Якомаскин Андрей, психолог терапии принятия и ответственности. Иногда пишу про кино, чтобы тренировать стиль и образность.
