В семнадцать лет я искренне считала психиатрию самым интересным выбором для профессионального развития. В одиннадцатом классе я часами готовилась к экзаменам по русскому, химии и биологии ради поступления в медицинский университет и мечтала однажды увидеть себя в белом халате.
Во время поступления (а поступала я на целевое обучение), я заключила договор с одной организацией в ближайшем городе для будущей отработки.
В моём воображение работа психиатром была связана, в первую очередь, с помощью людям, но только сама оказавшись в психиатрических клиниках, я осознала, как далеки эти фантазии были от реальности.
Когда я оказалась в числе студентов, я почти сразу поняла, что не осилю учёбу не из-за сложности материала, а из-за собственной социофобии. Мне было тяжело ходить на пары, я страдала от приступов паники на лекциях и семинарах, выбегала из помещения во время занятий и боялась говорить вслух.
Не выдержав напряжения и накопив большое число академических задолженностей, я отчислилась. Ощущения были смешанными - с одной стороны, это был полный провал, с другой - я наконец ощутила небывалое облегчение.
В следующем году я поступила в другой университет, забыв о всех прежних проблемах. К тому времени социофобия отступила после прослушанного аудиокурса по когнитивно-поведенческой терапии, и я впервые наслаждалась жизнью без страха. Я думала, что состояние эмоциональной стабильности и внутренней гармонии будет продолжаться вечно, но через несколько лет случился мой первый психоз.
Моя реальность начала плыть. Сначала мысли менялись медленно, почти незаметно для самой себя; потом резко, трансформируясь в сильный страх и бред. Но я не боялась сойти с ума, потому что я не понимала, что уже схожу с ума. Я боялась своих нереалистичных представлений об окружающем мире.
Затем первая госпитализация. Шок. Я не могла поверить, что такое бывает в наше время, и что пациентки в женском отделении покорно терпят подобное отношения со стороны медперсонала. Потом я поняла, что у них просто нет выбора. Либо лечение, пусть даже через насилие, либо его отсутствие и дальнейшая инвалидизация. Других вариантов нет - по крайней мере, для тех, у кого нет возможности лечиться у частных психиатров.
Когда я оказалась на свободе, я наконец чётко поняла, что на самом деле никогда не хотела быть психиатром. В моей голове были лишь ложные представления о психиатрии, сформированные культурным контекстом, в котором я вращалась. Я поняла, что уже не могу с уверенностью назвать кого-то нормальным и здоровым, а кого-то - больным и безумным.
Зато теперь у меня была официальная справка о том, что в психиатрии я разбираюсь изнутри.
В следующих постах расскажу, как выглядит дурка глазами несостоявшегося врача. Подписывайтесь.
