В 1921 году города Черноземья казались островами в бушующем море крестьянских восстаний: на западе действовали махновцы, на севере – антоновцы, на юге – колесниковцы. В советское время участников этих движений представляли исключительно как бандитов, в постсоветское - напротив, принялись героизировать. В реальности все, конечно же, было сложнее. Мы постарались разобраться в причинах грозных событий, понять мотивы вождей и рядовых участников обеих сторон конфликта.

Хлебный вопрос

Научные и журналистские публикации о Тамбовском крестьянском восстании и Колесниковщине, как правило, начинаются с описания продразверстки – политики изъятия зерна у крестьян, которая началась ещё при царе, продолжилась при временном правительстве и советской власти.

Из-за тягот Первой мировой и Гражданской войн, которые привели к ужасающей экономической разрухе, стране, как воздух, был нужен хлеб из плодородных южных губерний, чтобы накормить голодающие города и нечерноземную деревню. При этом крестьяне, естественно, не горели желанием отдавать зерно, которое было единственной настоящей валютой и условием выживания в тяжелое время. Кроме того, продотряды часто допускали перегибы, выгребая весь хлеб подчистую.

1920 год оказался неурожайным, но план хлебозаготовок не снизили. В середине августа крестьяне сразу нескольких сел Тамбовского и Борисоглебского уездов отказались сдавать зерно и стали нападать на продотряды.

«Пороховая бочка»

Это то, что лежит на поверхности, но у развернувшейся трагедии были и более глубокие причины, сделавшие ее практически неизбежной.

- Главную роль сыграло аграрное перенаселение Тамбовской губернии, 96% жителей которой были крестьянами, - убежден писатель, краевед Сергей Доровских. – Это превратило регион в «пороховую бочку». Тамбовская губерния неоднократно вспыхивала и при царской власти – достаточно вспомнить бунты во время Столыпинской реформы. Первая мировая война вооружила крестьян, в добавок оружейные склады были вскрыты во время конного рейда казаков Мамонтова в 1919 году. Кроме того, есть свидетельства, подтверждающие, что восстание спонсировалось из-за рубежа. Так что это, действительно, был кадетско-эсеровский мятеж.

Впрочем, основную массу восставших идеология интересовала мало. Крестьяне поддерживали большевиков, когда получили помещичью землю, но противились их продовольственной политике и мобилизации в Красную армию – ряды восставших пополнило множество скопившихся в лесах дезертиров.

- Крестьянской была социальная составляющая, но отнюдь не организационная, - отмечает краевед. – Никто из тех, кто возглавлял это восстание, никогда не занимался крестьянским трудом. На мой взгляд, крестьяне были не субъектом, а объектом, оказались между молотом и наковальней – властью и заговорщиками.

«Анархист-индивидуалист»

Лидер восстания – 31-летний Александр Антонов – не имел отношения не только к крестьянскому, но и ни к какому другому труду. Родившийся в Москве и выросший в Кирсанове, он в 18 лет вступил в партию социалистов-революционеров, занялся терактами и экспроприациями. Правда, грабил отнюдь не банки, в основном – волостные правления и казенные винные лавки. Покушался тоже не на царских чиновников и генералов – ранил лесного кондуктора, убил сельского старосту. Совершая «эксы», оставлял расписки, представляясь членом «партии анархистов-индивидуалистов».

После ареста начинающего «революционера» приговорили к повешению, но заменили приговор бессрочной каторгой. Меняя тюрьмы, Антонов отбывал наказание вплоть до февральской революции, а, освободившись, пошел работать в милицию, дослужившись к сентябрю 1917 года до начальника ведомства в родном Кирсановском уезде.

Правопорядок он охранял весьма своеобразно – например, по воспоминаниям местных большевиков, был причастен к похищению трех возов с винтовками и ограблению артиллерийского склада в Тамбове – после этого сам провел расследование и ничего не нашел. Затем отличился, разоружив несколько эшелонов с чехословаками, получил в награду маузер, но отобранное оружие никому не сдал.

Летом 1918 года после левоэсеровского мятежа в Москве Антонов берет отпуск и возвращается в подполье – сколачивает «боевую дружину» в полтора десятка человек из собственных родственников и бывших милиционеров, с которой грабит советские учреждения и убивает коммунистов. А в августе 1920 – открывает схроны, раздает восставшим оружие и становится «крестьянским вождем».

Из комбатов в атаманы

Грянул взрыв – к зиме восстание разгорелось на огромных просторах Тамбовской, Воронежской, Пензенской, Саратовской губерний. «Объединенная партизанская армия Тамбовского края» под командованием бывшего поручика Петра Токмакова – Антонов занял пост начальника «главного оперативного штаба» - включала три армии и 20 полков. На пике численность повстанцев достигла 50 тысяч.  

- Разумеется, это очень много, - констатирует историк Николай Сапелкин. – Но население Тамбовской губернии составляло около 4 млн человек. Поэтому утверждения о том, что в восстании участвовало чуть ли не все местное крестьянство, не соответствуют действительности.

В Воронежской губернии в ноябре продотряд перебили крестьяне села Старая Калитва. Мятеж возглавил местный уроженец Иван Колесников – в царской армии он дослужился до чина вахмистра, в Красной – до командира батальона, но летом 1920 года дезертировал и вернулся в родные места. В считанные недели восстание охватило Острогожский, Павловский и Богучарский уезды, численность участников достигала 15 тысяч.

Грабители и палачи

Успехи повстанцев объяснялись тем, что Красная армия вела тяжелую борьбу с Врангелем и поляками. Антоновцам и колесниковцам противостояли только милиция, чекисты и небольшие воинские формирования. Повстанцы жестоко расправлялись с представителями советской власти – коммунистами и продотрядовцами. Впрочем, в первую очередь страдали сами крестьяне.

- Известен случай захвата кооператива в селе Лядовка, антоновцы изъяли всю наличную кассу и вывезли товаров на 30 000 руб., - приводит пример историк. - У крестьян реквизировали лошадей и инвентарь, что привело к катастрофическому падению посевных площадей в 1921-1922 годах и усугубило голод в регионе. Во всех странах мира и во все времена вооруженный захват власти – одно из самых серьезных преступлений. Фактически «повстанческие армии» были бандами террористов. Их преступления нужно квалифицировать как политический и уголовный бандитизм.

Казни были поставлены на поток.

- В каждой антоновской банде был штатный палач, - говорит Сергей Доровских. – Ничего подобного в Красной армии не было. Кроме того, антоновцы противостояли официальной власти, идеализировать их ни в коем случае нельзя.

Восставшие противопоставили себя не только власти, но и городским рабочим и сельским жителям из неплодородных регионов, обрекая их на голод. Так что командир эскадрона Георгий Жуков, крестьянский сын из Калужской губернии, вряд ли терзался сомнениями, вынимая шашку из ножен. В боях с антоновцами и колесниковцами будущий маршал Победы получил орден Красного Знамени и чуть не погиб – удар вражеского клинка смягчила портупея.

Тухачевский, Котовский, Гайдар

В феврале 1921 года для борьбы с бандитизмом в Воронежскую губернию были переброшены крупные соединения – спасаясь от них, Колесников ушел на Тамбовщину, где соединился с Антоновым и возглавил одну из армий.

Но уже в апреле к борьбе с антоновцами всерьез приступили Михаил Тухачевский и Григорий Котовский, которые располагали 55 тыс. красноармейцев, артиллерией, броневиками, бронепоездами и аэропланами. Войска действовали жестко: за укрывательство повстанцев и оружия был назначен расстрел, родственников брали в заложники и отправляли в концлагеря.

В то же время говорить, что восстание было подавлено, неправильно – главную роль в его прекращении сыграла не армия, а отмена продразверстки, которую советское правительство заменило фиксированным продналогом. При этом для рядовых участников была объявлена амнистия. Услышав, как они ликуют, Антонов грустно сказал ближайшим соратникам: «Да, мужики победили. Хотя и временно, конечно. А вот нам, отцы-командиры, теперь крышка».

Силы повстанцев стали стремительно таять и в июне 1921 года в основном были разгромлены. Ставка делалась на работу с населением, и особую смекалку проявил 17-летний командир полка Аркадий Голиков – будущий писатель Гайдар.

- Он предложил Тухачевскому не разбрасывать листовки об амнистии с самолетов, а раздать их женщинам, - рассказывает Сергей Доровских. – Листовки попадали точно по адресу – вместе с продуктами, которые крестьянки по ночам носили в леса своим мужьям, сыновьям, отцам и братьям. Кстати, Гайдар на Тамбовщине был ранен с помощью бомбы, сделанной из обычного чугунка.

Применялись ли газы?

То, что большевики душили тамбовских крестьян газами – едва ли не самый популярный миф об Антоновщине. Вопрос предельно подробно исследовал ученый-химик Александр Бобков. Действительно, 12 июня 1921 года Тухачевский отдал приказ о том, чтобы «леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми удушливыми газами».

Но одновременно инструкции предписывали заранее оповещать местное население и заботиться, чтобы не пострадал скот. Такое указание делало газобаллонную атаку бессмысленной – повстанцы мгновенно бы узнали о ее подготовке и покинули опасный район. В итоге единственную – учебную – атаку из двух баллонов провели 27 июля в манеже Тамбовских кавалерийских казарм.

Есть, однако, донесение о том, что 2 августа во время артобстрела Паревского леса к северу от Инжавино были применены 59 химических снарядов. Кроме того, в конце лета было еще несколько артобстрелов, когда такие снаряды могли использоваться. Эти атаки не привели к значимым потерям среди антоновцев и имели, прежде всего, моральный эффект.

К тому же к этому времени восстание практически завершилось – большинство участников добровольно сложило оружие. Из лесов выкуривали немногих оставшихся - тех, кто был настолько замаран кровью, что не мог рассчитывать на снисхождение.

Лагерь в монастыре

Концлагеря – еще одна печальная страница истории крестьянских восстаний. Николай Сапелкин предоставил РИА «Воронеж» копию архивного дела о лагере на территории Хренникова (Александро-Невского) монастыря, который находился примерно в версте от Борисоглебска, на правом берегу реки Вороны.

- Место было выбрано не случайно: монастырь имел надежную каменную ограду, что предотвращало побеги, - объясняет историк. - Решение об организации лагеря было принято 8 марта 1920 года президиумом Борисоглебского уездного исполкома. Заведующим лагерем назначили секретаря уездной ЧК товарища Куликова.

К 24 июня 1921 года в лагере содержалось 614 «бандитов» (повстанцев), 397 заложников (родственников повстанцев), 124 дезертира, 27 «шпионов» (заподозренных в помощи повстанцам) и 68 заключенных за другие уголовные преступления.

Уже осенью заключенных начали отпускать по домам – в условиях разрухи просто не было средств содержать в неволе такое количество людей. В октябре 1921 года комендант обратился в губчека с просьбой «о скорейшей разгрузке лагеря». В своем рапорте он сообщал: «В связи с холодом и недостатком продуктов и медикаментов умерло в лазарете 119, в околотке - до 200 человек, умирают ежедневно в среднем 10–13».

- Лагерь начал сокращать свою деятельность, - излагает дальнейшие события Николай Сапелкин. - В 1923 году он стал борисоглебским исправтруддомом, который был закрыт в 1926 – на тот момент в нем было 234 заключенных. После этого помещения бывшего монастыря передали воинской части, которая располагалась там до конца XX века.

Почти забытые

Судьба лидеров восстания была предопределена. Иван Колесников погиб в бою в апреле 1921 года. А 24 июня 1922 чекисты окружили дом в селе Нижний Шибряй, где скрывались Александр Антонов с братом Дмитрием, и застрелили их при попытке вырваться и добежать до ближайшего леса.

Посмертной славы они тоже не получили. Антоновщина и Колесниковщина давно перестали быть запретными темами – за последние 35 лет о них написано достаточно, но народных героев из вождей этих восстаний не вышло.

Десятилетиями советские мальчишки стриглись налысо, подражая «бессарабскому робин-гуду» Котовскому. Романтикой овеян и образ такого врага советской власти, как Нестор Махно. Они тоже начинали с «эксов», но служили идее и – без ложного пафоса – боролись за справедливость: так, как ее понимали. В отличие от них Антонов и Колесников оказались случайными людьми, которые сыграли на временных противоречиях крестьянства и власти, но быстро потеряли поддержку и были почти забыты.

Меня зовут Юрий Голубь, и это мой дебют на Пикабу. В июне текст был опубликован на портале РИА "Воронеж", где я имею честь трудиться (https://riavrn.ru/stories/muzhiki-pobedili-a-nam--kryshka-10...). Фотографии предоставлены Государственным архивом Воронежской области. Копии документов концлагеря публикуются во второй раз - впервые были опубликованы около месяца назад вместе с этим текстом на РИА "Воронеж". Буду рад, если материал вызовет интерес. Надеюсь, что и здесь найду своего читателя.

В 1921 году города Черноземья казались островами в бушующем море крестьянских восстаний: на западе действовали махновцы, на севере – антоновцы, на юге – колесниковцы. В советское время участников этих движений представляли исключительно как бандитов, в постсоветское - напротив, принялись героизировать. В реальности все, конечно же, было сложнее. Мы постарались разобраться в причинах грозных событий, понять мотивы вождей и рядовых участников обеих сторон конфликта.

Хлебный вопрос

Научные и журналистские публикации о Тамбовском крестьянском восстании и Колесниковщине, как правило, начинаются с описания продразверстки – политики изъятия зерна у крестьян, которая началась ещё при царе, продолжилась при временном правительстве и советской власти.

Из-за тягот Первой мировой и Гражданской войн, которые привели к ужасающей экономической разрухе, стране, как воздух, был нужен хлеб из плодородных южных губерний, чтобы накормить голодающие города и нечерноземную деревню. При этом крестьяне, естественно, не горели желанием отдавать зерно, которое было единственной настоящей валютой и условием выживания в тяжелое время. Кроме того, продотряды часто допускали перегибы, выгребая весь хлеб подчистую.

1920 год оказался неурожайным, но план хлебозаготовок не снизили. В середине августа крестьяне сразу нескольких сел Тамбовского и Борисоглебского уездов отказались сдавать зерно и стали нападать на продотряды.

«Пороховая бочка»

Это то, что лежит на поверхности, но у развернувшейся трагедии были и более глубокие причины, сделавшие ее практически неизбежной.

- Главную роль сыграло аграрное перенаселение Тамбовской губернии, 96% жителей которой были крестьянами, - убежден писатель, краевед Сергей Доровских. – Это превратило регион в «пороховую бочку». Тамбовская губерния неоднократно вспыхивала и при царской власти – достаточно вспомнить бунты во время Столыпинской реформы. Первая мировая война вооружила крестьян, в добавок оружейные склады были вскрыты во время конного рейда казаков Мамонтова в 1919 году. Кроме того, есть свидетельства, подтверждающие, что восстание спонсировалось из-за рубежа. Так что это, действительно, был кадетско-эсеровский мятеж.

Впрочем, основную массу восставших идеология интересовала мало. Крестьяне поддерживали большевиков, когда получили помещичью землю, но противились их продовольственной политике и мобилизации в Красную армию – ряды восставших пополнило множество скопившихся в лесах дезертиров.

- Крестьянской была социальная составляющая, но отнюдь не организационная, - отмечает краевед. – Никто из тех, кто возглавлял это восстание, никогда не занимался крестьянским трудом. На мой взгляд, крестьяне были не субъектом, а объектом, оказались между молотом и наковальней – властью и заговорщиками.

«Анархист-индивидуалист»

Лидер восстания – 31-летний Александр Антонов – не имел отношения не только к крестьянскому, но и ни к какому другому труду. Родившийся в Москве и выросший в Кирсанове, он в 18 лет вступил в партию социалистов-революционеров, занялся терактами и экспроприациями. Правда, грабил отнюдь не банки, в основном – волостные правления и казенные винные лавки. Покушался тоже не на царских чиновников и генералов – ранил лесного кондуктора, убил сельского старосту. Совершая «эксы», оставлял расписки, представляясь членом «партии анархистов-индивидуалистов».

После ареста начинающего «революционера» приговорили к повешению, но заменили приговор бессрочной каторгой. Меняя тюрьмы, Антонов отбывал наказание вплоть до февральской революции, а, освободившись, пошел работать в милицию, дослужившись к сентябрю 1917 года до начальника ведомства в родном Кирсановском уезде.

Правопорядок он охранял весьма своеобразно – например, по воспоминаниям местных большевиков, был причастен к похищению трех возов с винтовками и ограблению артиллерийского склада в Тамбове – после этого сам провел расследование и ничего не нашел. Затем отличился, разоружив несколько эшелонов с чехословаками, получил в награду маузер, но отобранное оружие никому не сдал.

Летом 1918 года после левоэсеровского мятежа в Москве Антонов берет отпуск и возвращается в подполье – сколачивает «боевую дружину» в полтора десятка человек из собственных родственников и бывших милиционеров, с которой грабит советские учреждения и убивает коммунистов. А в августе 1920 – открывает схроны, раздает восставшим оружие и становится «крестьянским вождем».

Из комбатов в атаманы

Грянул взрыв – к зиме восстание разгорелось на огромных просторах Тамбовской, Воронежской, Пензенской, Саратовской губерний. «Объединенная партизанская армия Тамбовского края» под командованием бывшего поручика Петра Токмакова – Антонов занял пост начальника «главного оперативного штаба» - включала три армии и 20 полков. На пике численность повстанцев достигла 50 тысяч.  

- Разумеется, это очень много, - констатирует историк Николай Сапелкин. – Но население Тамбовской губернии составляло около 4 млн человек. Поэтому утверждения о том, что в восстании участвовало чуть ли не все местное крестьянство, не соответствуют действительности.

В Воронежской губернии в ноябре продотряд перебили крестьяне села Старая Калитва. Мятеж возглавил местный уроженец Иван Колесников – в царской армии он дослужился до чина вахмистра, в Красной – до командира батальона, но летом 1920 года дезертировал и вернулся в родные места. В считанные недели восстание охватило Острогожский, Павловский и Богучарский уезды, численность участников достигала 15 тысяч.

Грабители и палачи

Успехи повстанцев объяснялись тем, что Красная армия вела тяжелую борьбу с Врангелем и поляками. Антоновцам и колесниковцам противостояли только милиция, чекисты и небольшие воинские формирования. Повстанцы жестоко расправлялись с представителями советской власти – коммунистами и продотрядовцами. Впрочем, в первую очередь страдали сами крестьяне.

- Известен случай захвата кооператива в селе Лядовка, антоновцы изъяли всю наличную кассу и вывезли товаров на 30 000 руб., - приводит пример историк. - У крестьян реквизировали лошадей и инвентарь, что привело к катастрофическому падению посевных площадей в 1921-1922 годах и усугубило голод в регионе. Во всех странах мира и во все времена вооруженный захват власти – одно из самых серьезных преступлений. Фактически «повстанческие армии» были бандами террористов. Их преступления нужно квалифицировать как политический и уголовный бандитизм.

Казни были поставлены на поток.

- В каждой антоновской банде был штатный палач, - говорит Сергей Доровских. – Ничего подобного в Красной армии не было. Кроме того, антоновцы противостояли официальной власти, идеализировать их ни в коем случае нельзя.

Восставшие противопоставили себя не только власти, но и городским рабочим и сельским жителям из неплодородных регионов, обрекая их на голод. Так что командир эскадрона Георгий Жуков, крестьянский сын из Калужской губернии, вряд ли терзался сомнениями, вынимая шашку из ножен. В боях с антоновцами и колесниковцами будущий маршал Победы получил орден Красного Знамени и чуть не погиб – удар вражеского клинка смягчила портупея.

Тухачевский, Котовский, Гайдар

В феврале 1921 года для борьбы с бандитизмом в Воронежскую губернию были переброшены крупные соединения – спасаясь от них, Колесников ушел на Тамбовщину, где соединился с Антоновым и возглавил одну из армий.

Но уже в апреле к борьбе с антоновцами всерьез приступили Михаил Тухачевский и Григорий Котовский, которые располагали 55 тыс. красноармейцев, артиллерией, броневиками, бронепоездами и аэропланами. Войска действовали жестко: за укрывательство повстанцев и оружия был назначен расстрел, родственников брали в заложники и отправляли в концлагеря.

В то же время говорить, что восстание было подавлено, неправильно – главную роль в его прекращении сыграла не армия, а отмена продразверстки, которую советское правительство заменило фиксированным продналогом. При этом для рядовых участников была объявлена амнистия. Услышав, как они ликуют, Антонов грустно сказал ближайшим соратникам: «Да, мужики победили. Хотя и временно, конечно. А вот нам, отцы-командиры, теперь крышка».

Силы повстанцев стали стремительно таять и в июне 1921 года в основном были разгромлены. Ставка делалась на работу с населением, и особую смекалку проявил 17-летний командир полка Аркадий Голиков – будущий писатель Гайдар.

- Он предложил Тухачевскому не разбрасывать листовки об амнистии с самолетов, а раздать их женщинам, - рассказывает Сергей Доровских. – Листовки попадали точно по адресу – вместе с продуктами, которые крестьянки по ночам носили в леса своим мужьям, сыновьям, отцам и братьям. Кстати, Гайдар на Тамбовщине был ранен с помощью бомбы, сделанной из обычного чугунка.

Применялись ли газы?

То, что большевики душили тамбовских крестьян газами – едва ли не самый популярный миф об Антоновщине. Вопрос предельно подробно исследовал ученый-химик Александр Бобков. Действительно, 12 июня 1921 года Тухачевский отдал приказ о том, чтобы «леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми удушливыми газами».

Но одновременно инструкции предписывали заранее оповещать местное население и заботиться, чтобы не пострадал скот. Такое указание делало газобаллонную атаку бессмысленной – повстанцы мгновенно бы узнали о ее подготовке и покинули опасный район. В итоге единственную – учебную – атаку из двух баллонов провели 27 июля в манеже Тамбовских кавалерийских казарм.

Есть, однако, донесение о том, что 2 августа во время артобстрела Паревского леса к северу от Инжавино были применены 59 химических снарядов. Кроме того, в конце лета было еще несколько артобстрелов, когда такие снаряды могли использоваться. Эти атаки не привели к значимым потерям среди антоновцев и имели, прежде всего, моральный эффект.

К тому же к этому времени восстание практически завершилось – большинство участников добровольно сложило оружие. Из лесов выкуривали немногих оставшихся - тех, кто был настолько замаран кровью, что не мог рассчитывать на снисхождение.

Лагерь в монастыре

Концлагеря – еще одна печальная страница истории крестьянских восстаний. Николай Сапелкин предоставил РИА «Воронеж» копию архивного дела о лагере на территории Хренникова (Александро-Невского) монастыря, который находился примерно в версте от Борисоглебска, на правом берегу реки Вороны.

- Место было выбрано не случайно: монастырь имел надежную каменную ограду, что предотвращало побеги, - объясняет историк. - Решение об организации лагеря было принято 8 марта 1920 года президиумом Борисоглебского уездного исполкома. Заведующим лагерем назначили секретаря уездной ЧК товарища Куликова.

К 24 июня 1921 года в лагере содержалось 614 «бандитов» (повстанцев), 397 заложников (родственников повстанцев), 124 дезертира, 27 «шпионов» (заподозренных в помощи повстанцам) и 68 заключенных за другие уголовные преступления.

Уже осенью заключенных начали отпускать по домам – в условиях разрухи просто не было средств содержать в неволе такое количество людей. В октябре 1921 года комендант обратился в губчека с просьбой «о скорейшей разгрузке лагеря». В своем рапорте он сообщал: «В связи с холодом и недостатком продуктов и медикаментов умерло в лазарете 119, в околотке - до 200 человек, умирают ежедневно в среднем 10–13».

- Лагерь начал сокращать свою деятельность, - излагает дальнейшие события Николай Сапелкин. - В 1923 году он стал борисоглебским исправтруддомом, который был закрыт в 1926 – на тот момент в нем было 234 заключенных. После этого помещения бывшего монастыря передали воинской части, которая располагалась там до конца XX века.

Почти забытые

Судьба лидеров восстания была предопределена. Иван Колесников погиб в бою в апреле 1921 года. А 24 июня 1922 чекисты окружили дом в селе Нижний Шибряй, где скрывались Александр Антонов с братом Дмитрием, и застрелили их при попытке вырваться и добежать до ближайшего леса.

Посмертной славы они тоже не получили. Антоновщина и Колесниковщина давно перестали быть запретными темами – за последние 35 лет о них написано достаточно, но народных героев из вождей этих восстаний не вышло.

Десятилетиями советские мальчишки стриглись налысо, подражая «бессарабскому робин-гуду» Котовскому. Романтикой овеян и образ такого врага советской власти, как Нестор Махно. Они тоже начинали с «эксов», но служили идее и – без ложного пафоса – боролись за справедливость: так, как ее понимали. В отличие от них Антонов и Колесников оказались случайными людьми, которые сыграли на временных противоречиях крестьянства и власти, но быстро потеряли поддержку и были почти забыты.

Меня зовут Юрий Голубь, и это мой дебют на Пикабу. В июне текст был опубликован на портале РИА "Воронеж", где я имею честь трудиться (https://riavrn.ru/stories/muzhiki-pobedili-a-nam--kryshka-10...). Фотографии предоставлены Государственным архивом Воронежской области. Копии документов концлагеря публикуются во второй раз - впервые были опубликованы около месяца назад вместе с этим текстом на РИА "Воронеж". Буду рад, если материал вызовет интерес. Надеюсь, что и здесь найду своего читателя.

Штефанешты — село, расположенное в Штефан-Водском районе Республики Молдова, на юго-востоке страны. В советский период носило название Степановка, что отражено в официальных документах и мемориальных надписях.

Первые документальные упоминания о селе относятся к XIX веку. Формирование населённого пункта связано с сельскохозяйственным освоением южных районов Бессарабии. Основным занятием жителей на протяжении длительного времени оставалось земледелие и животноводство.

А на этом фото "выездной магазин" , привез замороженные продукты

В годы Второй мировой войны село находилось под немецко-румынской оккупацией. 21 августа 1944 года Штефанешты были освобождены в ходе Ясско-Кишинёвской наступательной операции Красной армии.

В послевоенный период село развивалось в рамках советской аграрной системы: была проведена коллективизация, создано сельскохозяйственное производство, развивалась социальная инфраструктура. В последующие десятилетия Штефанешты сохраняли статус типичного сельского населённого пункта Молдавской ССР.

Памятная доска об освобождении села

В селе установлена мемориальная плита с надписью:
«Село Степановка освобождено от немецко-фашистских захватчиков 21 августа 1944 года».
Дата отражает день освобождения населённого пункта в ходе Ясско-Кишинёвской операции.

Мемориал погибшим в годы Великой Отечественной войны (1941–1945)

Центральный памятник села — обелиск, посвящённый жителям Штефанешт, погибшим на фронтах Великой Отечественной войны.

Мемориальная плита Ивану Григорьевичу Филипечу

Отдельный памятный знак установлен в честь Ивана Григорьевича Филипеча — председателя сельскохозяйственного предприятия в послевоенные годы. Мемориальная плита связана с периодом восстановления и коллективизации сельского хозяйства в 1945–1946 годах и отражает социально-экономическую историю села.

Памятник Григорию Ивановичу Котовскому

В Штефанештах установлен памятник Григорию Ивановичу Котовскому — советскому военному и политическому деятелю, одному из наиболее известных командиров Гражданской войны.