Перемазанные Главы 29,30,31,32⁠⁠

Предыдущие главы:

Глава 29 "Симбионты"

– Берегись! – заорал в ужасе Олег, вытаращив глаза. Поток нелюдей сплошной стеной надвигался на машину и девочку, готовый раздавить собой всё на своём пути. Сержант уже было схватился за ручку дверцы, чтобы выскочить на помощь Насте, но в этот момент на стекло машины хлынул поток коричневой жижи.

Михаил первый среагировал на столь неожиданный удар с флангов заражённых, успев в последний момент развернуть струю в обратную сторону, обливая атакующих суспензией, не различая своих друзей и грибов-паразитов, сидящих в головах людей. Настя стояла в шоке зажмурив глаза, облитая с ног до головы лечебной жидкостью, вокруг неё и грузовика копошилась на асфальте куча человеческих тел, самого разного возраста.

– Всё хорошо! – парень торжественно поднял кулак в поднятым вверх пальцем, удерживая другой рукой брандспойт и продолжая обливать последних набегающих заражённых. Роль героя начинало нравиться парню, и он улыбался от ушей. – Они у меня под контролем!

– Миша, ты лучший! – выкрикнул сержант, включая дворники и расчищая лобовое стекло от коричневого раствора. Через боковые окна вода стекала внутрь кабины, но такая мелочь совсем не смущала мужчину. И с права и с лева машины люди кричали, стонали, приходя в себя. И вообще сейчас проспект представлял собой картину: «после боя». Сотни людей начинали подниматься на ноги, смотря на себя и других с удивлением и недоумением. Рецепторы обоняния улавливали всю палитру отвратительных запахов. Никто не понимал, что произошло и как они тут оказались в таком ужасном виде: в обгаженных дерьмом штанах, а некоторые персоны совсем бесштанные и перемазанные слизкой, вонючей жидкостью.

– Товарищи! Если вы меня понимаете, прошу идти за машину! – Олег взял в руки рупор и отключил насос подачи воды на шланг, – вопросы все потом! Освободите проезд!

– Что происходит?.. Боже, в чём я?.. Что за бред?.. – вокруг улица загудела, некоторые поскальзывались в лужах, пытаясь встать, другие просто сидя плакали от стыда. Настя очухалась и стала помогать людям, пытаясь объяснить хоть что-то вразумительное из произошедшего и как они оказались все тут.

– Доча! Солнышко! – одна из женщин в толпе протянула к девочке дрожащие руки. – Это ты?

– Мама… мамочка… – вздрогнула Настя, разворачиваясь к голосу. По щекам её бежали слёзы. Они подбежали друг к другу и крепко обнялись. – Как же я тебя люблю, родная!

– Вот и отлично! – прошептал Олег и нажал на клаксон, распугивая перед собой нерасторопных горожан. – Миша, время не теряем, продвигаемся к грибнице!

Тот кивнул и пошёл вперёд, с трудом подтягивая за собой рукав. – Расступись, земляки… в сторону!

Метрах в ста стоял следующий ряд живого заслона, с неохотой пятящегося взад от надвигающейся колёсной опасности. Они сейчас выглядели жалко, вся та ярость и бешенство куда-то пропала на корню, некоторые поскуливали, словно беспризорные собаки, загнанные в угол.

– Олег, останови машину! – Застыл на месте Миша и наклонился во что-то с интересом всматриваясь, – иди сюда, посмотри на это!

– Сейчас, – сержант со скрежетом поднял ручник тормоза и выскочил из кабины, – ну? Что там у себя?

– Глянь на это! – Миша указал пальцем вниз. По асфальту ползли ровным строем те самые странные белые черви, используя в качестве передвижения свои вьющиеся нитки, напоминая чем-то морских осьминогов. На лице парня совсем не было отвращение, одно лишь любопытство. – Вот они самые, грибочки-симбионты, собственной персоной. И смотри, эти создания совсем не боятся дёготь…

И в самом деле они ползли прямой линией, пересекая густые лужи, образовавшиеся после лечебного «орошения» в направлении к главной мицелии.

– Блядь, какая же гадость! Фу-у-у! – скривился в отвращении Олег, замахиваясь ногой, чтоб раздавить этих существ.

– Не надо! – резко выпрямился Миша, защищая ползущих гадов, – хватит! Ты разве не видишь, что они беззащитные? Что-то мне подсказывает, что убивать их не надо!

– Да ты чего? Они кучу людей сожрали! – не унимался разъярённый сержант.

– В нашем мире много удивительного и на первый взгляд враждебного, существует. Конечно же, уничтожить иных, чуждых нашей человеческой логике, это самое лёгкое, но это же неправильно! – Михаил собой прикрывал ползучие грибы, – это же совсем другой подвид живого организма, и я уверен разумного! Может это глупость, но мне кажется, нам надо как-то разузнать их цели, а я уверен, она есть у них! Пожалуйста, Олег, не убивай! Отдай их мне, я попытаюсь кое-что сделать!

– Ёлки-палки… – задумался сержант, – это же наши враги… миллионы людей погибли…

– Ты же понимаешь, что мы не сможем с этой пожарной машиной объехать всю планету, – опять стал искать доводы, парень, – это физически невозможно, радиосвязи нет, интернета нет, и думаю, так почти на всей Земле. Про свойства дёгтя никто не знает, а значит, пока мы донесём до людей эту информацию, может так получится, что никого к этому времени в живых не останется…

– Чёрт с тобой! – сдался Олег, махнув рукой, – делай там что ты хочешь! Кстати, нам и не хватит разведённой дегтярной воды, осталось в цистерне литров двести, и до этого «сморчка» поганого нам не добраться, слишком что-то ещё много заражённых осталось.

– Вот и отлично! – оживился парень, – мне надо пластиковый контейнер и собрать эти грибочки в него! Я сам отнесу этот подарочек «мамочке»…

– Может тебе ещё их голубой каёмочкой обвязать? – съязвил Олег.

– Не, это уже лишне… – не понял иронии Михаил.

Глава 30 "Контакт"

Михаил остановился в нескольких метрах от заражённых, перевёл дух держа перед собой пластиковую коробку от завтраков, после чего смело шагнул вперёд.

– Всем привет, господа и э-э-э, дамы, – покраснел парнишка, увидев среди столпившихся монстров в человечьем обличье, красивую и обнажённую девушку с прилипшей грязью на стройных ножках, подозрительно желто-коричневого цвета. Встречающие монстры сохраняли нейтралитет и пока не проявляли агрессии, может из-за перемазанного мазью Вишневского лица, а может, банально, заманивая Мишу в западню. – У меня тут ваши друзья, – на всякий «пожарный», он встряхнул коробку, показывая, где именно. – Так что не ешьте меня!

Они расступились перед незваным гостем, пропуская того вглубь, к грибнице. Подозрительно спокойная встреча немного пугала Михаила, но почему-то он был уверен, что ничего эти чудовища с ним не сделают, в крайнем случае – в ближайшее время. На интуитивном уровне Подкорытов знал, что делает всё правильно. Пройдя несколько минут через людскую массу, он бросил взгляд за спину, отмечая, что заражённые закрыли собой проход назад – там остались: пожарная машина со спасительным раствором, недавно обретённые друзья, и сейчас, в полном одиночестве он шагал среди каннибалов, без хоть какой-либо поддержки. Перед ним возвышался гигантский гриб, теперь уж точно похожий на дождевик, и с чем-то другим его нельзя было спутать. Вокруг этого существа, словно лепестки цветка, лежали сотни и сотни иссохших человечьих трупов – самое гигантское жертвоприношение, которое можно было себе представить.

– Может уже хватит! – выкрикнул Михаил, останавливаясь, и опять встряхивая коробку, – а то я не поленюсь, и начну давить твоих деток!

Вряд ли этот «дождевик» понимал человеческую речь, но другой альтернативы общения парень не знал, это в фильмах герои выходили на контакт с иной расой телепатически, на всякий случай Подкорытов представил злополучных червяков, раздавленных ботинком.

– Они тебе нужны? Я могу поднять крышку и выпустить их, – Миша остановился в нескольких метрах от грибницы и поставил в ноги «транспортный» контейнер. – У нас там пару тонн «лекарственного» подарка для вас, – соврал парень и глянул вверх на возвышающий гигантский гриб, не то, чтоб он надеялся, что эта мицелия заговорила бы с ним, но мало ли, а вдруг? Не дождавшись ответа, парень вздохнул и открыв коробку, осторожно вытряхнул содержимое, – ладно, мы, люди, милосердные… бегите к своей мамке… Но учтите, мы можем вас тут всех залить и передавить, словно комариков!

Мелкие существа, не задумываясь, поползли на своих волосиках-ножках к мицелии, проскальзывая между мумий умерших людей. В этот момент под ногами задрожала земля, грибница на глазах увеличилась вширь и из верхней части раздалось характерное шипение всасывания воздуха. На поверхности оболочки гриба чёрные поры расширились – в них то и хлынули быстрые «грибочки», пропадая внутри.

– Какая жесть! – прошептал удивлённый Михаил и поправил съехавший с головы шлем, – Что же ты задумало? Ух ты, елки-палки! – рядом прошёлся один из заражённых, почти задев плечом парня, – эй, поосторожней, на мне дёготь, так-то! Замажу – вусмерть!

Если бы не знать, что в башке этого нелюдя сидит инородное существо, то можно было подумать, что мужчина пенсионного возраста просто совершает променад по улице. Он переступил через трупы и вытянув руку, прикоснулся с шершавой и пористой «коже» своего «командира».

– По… че… му… – хриплым голосом заговорил по слогам пенсионер, как будто с трудом подбирая слова. Глаза говорящего мутно посмотрели на человека. Михаил от неожиданности открыл рот и сделал назад шаг, – ты не уни… что… жил мо… их де… тей?

– О, чёрт, – поперхнулся Подкорытов, а дальше становилось всё интересней и интересней. Каким-то образом, через своего подопечного, мицелий могла говорить человечьим языком. Пару мгновений в голове мысли собирались в кучу, ведь этот момент был эпохальным. Контакт с совершенно чуждым разумом, живущий по своим моральным принципам и законам. Что ему сказать? Банально про мир во всём мире? Или, что человек является властелином этой планеты, и как бы, хозяином, и с нами не стоит воевать? А может просто тупо наехать на этот грибочек, в конце концов, они поработили своими спорами почти всех людей?! – Фиг его знает… жалко стало! Олег, наш главный «генерал», так и хотел сделать, но я его остановил… Что-то мне подсказывает – убивать вас нельзя. Это же какой-то бессмысленный цикл, вы сожрёте всех людей, или мы передавим вас? И что дальше? Итог один – кто-то из нас пропадёт в небытие. Неужели нельзя обойтись без этого?

Глава 31 "Чудеса"

– При… кос… нись! – прохрипел мужчина, после чего убрал свою руку с грибницы и отошёл к окружившему живому заслону.

– Что? Вы там издеваетесь что ли? – побледнел Михаил, представив, как из него высасывают жизненные соки, после чего он будет лежать бревном рядом с иссохшими трупами. Фантазия Подкорытова украсила эту картину цветными красками живописно и с мелкими подробностями, – а можно без касаний как-нибудь?.. Эй, дед, вернись!

Видимо разговор был окончен, никто не подходил больше к мицелии. Зловещая тишина затянулась. Вернуться к своим с ни с чем не входило в планы молодого человека, поэтому он всё же решился на предложение.

– Только чур меня не вялить и не сушить! – с отвращением Миша перешагнул через мёртвые тела, пробираясь к грибообразному организму, – и я не потерплю ваших деток в своей башке, надеюсь, у вас нет такой цели!? Если меня долго не будет, мои друзья начнут проводить водные процедуры!.. Так, и что? Просто прикоснуться? Тут?.. – Подкорытов остановился и приложил свою ладонь на сухую поверхность. Пару секунд ничего не происходило, – и что дальше?.. Может меня должно ударить то…

Договорить Михаил не успел. Его пронзила острая боль, как будто тысяча острых иголок впились в ладонь. Парня затрясло от ужасающего болевого эффекта, переползающего по руке в мозг. Он оцепенел, не в силах пошевелиться. В глазах всё потемнело и окружающий мир враз потух.

* ** *

– Смотрите! – благостный старичок лет семидесяти оскалился перед Олегом, который, в этот момент облокотившись о переднее крыло пожарной машины, откровенно скучал, – у меня тридцать два зуба!

– У вас отличные гены, – кивнул сержант, не понимая, к чему клонит дед, – я в два раза вас моложе, и у меня уже осталось двадцать пять зубиков… если я доживу до вашего возраста, то такими темпами могу остаться с одними лишь дёснами.

– Именно, Олег Анатольевич, – заулыбался старик, – у меня к моим семидесяти трём годам из своих оставалось три зуба… и это не протезы! А настоящие! И у меня не болит спина, совершенно не болит! – для подтверждения слов, дед присел и встал, – я так себя хорошо не чувствовал уже лет двадцать, а может и больше!

– Интересно, – Олег более внимательно сфокусировался на пенсионере, – прямо вот совсем ничего не болит?

– Совсем ничего! А ещё у меня минус пять… было, а теперь всё вижу прекрасно без очков!

– Я тоже стала видеть лучше! – встряла в разговор одна из сидящих рядом на асфальте женщин, – и представляете, не кружится голова! Раньше у меня давление зашкаливало, а теперь вот сижу, и как будто другая… Коленка не болит, а с ней я намучилась, хирурги даже хотели сустав менять…

Вокруг машины люди оживились, указывая на пропавшие болячки и боли, на отросшие зубы, один мужик вообще всех удивил, показывая свой розовый указательный палец и уверяя, что его отрубило лет пять назад болгаркой.

– Всё, дядя Олег, мы закончили! – подошла Настя с активистами-помощниками из молодёжи, в руках они держали блокноты с ручками, взятые во временное пользование с магазина канцтоваров. – Тысяча сто пятнадцать вылечившихся! Но пара десяток людей сказали, что им плевать и они отправились по домам…

– Узнаю наших людей, – сплюнул себе под ноги сержант, – всегда найдутся пофигисты, которым свои портянки важней. Весь мир летит в тартарары, а они запаривают свой чай. Мы не знаем, чего ожидать от тех грибочков, а они по домам побежали…

– Дядя Олег, – Настя прервала ворчание сержанта, – представляете, там одна девочка болела церебральным параличом, и теперь она совершенно здорова! Это какое-то чудо!

– Нда, а вон у того отца выросли все зубы и зрение восстановилось, а у той давление нормальное, а у этого парня, бляха муха, ампутированный палец отрос! Теперь вот бы мне найти этих червяков и засунуть себе в мозг, глядишь, мои ожоги бы пропали… правда бы пришлось покушать человечину, но это такая мелочь, – завёлся почему-то сержант, – да, блин, сколько время прошло?

– Почти два часа, – ответила терпеливая девочка, мило улыбаясь несмотря на нервный всплеск сержанта, – я на ваши ожоги не обращаю внимания, вы очень хороший человек!

– Хороший, – сконфузился Олег, уже жалея за вспышку, – все мы хорошие, когда спим зубами к стенке, тьфу ты, опять эти зубы… отросли, эка невидаль, зачем они нужны на пенсии, кашку можно есть и без них… Кстати, скоро уже все захотят кушать и пить, надо бы подумать…

– Мама моя занялась этим! Она нашла несколько поваров, сейчас они организовали полевую кухню вон там, – Настя показала рукой в край проспекта, там над головами людей вился дымок, – думаю, уже скоро начнут кормить.

– Вы молодцы, – искренне похвалил Олег, краснея, ведь этот вопрос он должен был решить в первую очередь, – я места себе не нахожу… что там с Мишей?! Ещё ждём полчаса, и я пойду сам к этой, мать её, грибнице. С корнем вырву эту пакость, если что она нехорошее сделала с парнем!

– Не надо! – к ним шатающей походкой подходил Михаил, собственной персоной. Его лицо осунулось от усталости, а русая некогда шевелюра, поседела, – ничего уже не надо…

Глава 32 "Скитальцы во Вселенной"

– Мишанька! – обрадовалась было Настя, но увидев поседевшие локоны у парня, прикрыла рот в испуге.

– Ох, братишка! – выдохнул с облегчением сержант, настороженно прищуриваясь на столь изменившегося молодого человека, такие разительные перемены за столь короткое время ничего хорошего не предвещали, – ты с нами, а это самое главное! Я уже хотел МЧС вызывать по вызволению тебя… Что они с тобой сделали, мальчик мой?

– Ничего! – плюхнулся на пятую точку парень и не думая про дорожную грязь, откинулся на спину, – они ничего не сделали со мной и очень много, одновременно, – Миша заговорил загадками, наслаждаясь зависшими серыми облаками над головой, – боже, как же красиво у нас, тут… на Земле…

– К дождю, сгущаются тучи… – так же посмотрел наверх Олег, присаживаясь к парнишке, рядом устроилась настороженная Настюша, – если бы не знал, где нахожусь, я бы подумал, что дома, на Урале. Странно, небо везде одинаково…

– Не везде, Олег, поверь мне! Иногда даже небо горит, вместе с землёй, сплошным огнём, неся всему живому смерть, а океаны кипят, словно бабушкин борщ… Тоже красиво так то, но та красота смертельна! Я это видел собственными глазами сотни миллиардов лет назад…

– Ты пьяный чёль? – нахмурил брови, сержант, – что за головоломки? Что случилось, сынок?

– Я это видел, Олега… они мне показали всё, что пришлось им пережить… – продолжил нести несуразицу Подкорытов, – это как трёхмерный фильм, нет, гораздо больше… Я был одновременно грибами, чудовищами, монстрами и испытал все их чувства, боль и мучения… Я был ими!

– Мамочки! – ужаснулась Настя.

– Они с другой, далёкой, очень далёкой Вселенной. У них была своя родная планета, в раз десять больше нашей и гигантское красное солнце. Они симбионты-актиномицеты, как я и думал первоначально, разновидность грибов-паразитов существующие в симбиозе с млекопитающими, за миллиарды лет, эволюционировавшие в разумные организмы. Но их мир совсем был другой, в отличие от нашего. Постоянное выживание в агрессивной, растительной и животной среде, повернула их вектор развития в совершенно противоположное понимание смысла существования цивилизации. Там все виды существ жрали друг друга и уничтожали, это был в нашем понимании сплошной АД! – сержант с девочкой завороженно слушали парня, боясь прервать поток слов, – а потом их солнце стало нагреваться, с каждым тысячелетием, оно приближалось к рождению сверхновой звезды и к Большому Взрыву. Обстановка на планете реально накалилась, тысячи разновидностей живых организмов вымирали, и они нашли способ спасти свою расу, точней, надежду хоть на какое-то спасение в этом безграничном Космосе. Часть маток регенерировалась в стартовые капсулы-соты. Грибы покинули тела своих симбиотов, чтоб спорами заполнить соты маток и умереть под горящим солнцем… И матки, после старта с родной планеты, тоже были обречены на смерть в безвоздушном пространстве космоса при абсолютном нуле. Они, погибнув, разлетелись в разные стороны, а через пару тысяч лет, получили сверхускорения от взрыва красной звезды и отправились в бесконечное путешествие по Вселенным, без адреса доставки, но с миллионами спор в своём нутре.

Настя под впечатлением от истории, сейчас сидела и плакала, представляя погибших матерей, летящих в пространстве среди холодных астероидов и мёртвых планет, покрытых глыбами льда. По спине девочки бегали мурашки, рукам стало прохладно. Рядом уже пристроились в полном молчании другие спасённые ими люди и слушали молодого человека.

– А несколько сот тысяч лет назад одна из маток кометой ворвалась в атмосферу нашей молодой планеты и оказалась в заточении ледникового слоя, – задумчиво Михаил продолжал рассказывать, не отводя взгляда от сгущающихся в небе туч, – и кто знает, сколько бы длилось заключение, если бы кто-то из наших людей, не извлёк несколько сотен спор во льду Антарктики и не начал бы свои эксперименты, пробудив их. Да, симбионты-грибы всю свою энергию после возрождения тратили на увеличение популяции своей расы, не замечая другую разумную жизнь, то бишь нас.

– Не замечали нас, – передразнил Олег почти без злости, – конечно же, ведь они были в нас… а ещё мы рассматривались в качестве аперитивчика… Слушай, а откуда они помнят всё, сам же говоришь, что все мамочки и папочки умерли? Неужели какая та невидимая спорочка могла всё вспомнить, что было миллиарды лет назад?

– У этих грибов генная память, там у них не так всё просто! Сначала первые возрождённые на инстинктах выживали, чтоб в первую очередь развить семенную базу и распространить как можно больше своих потенциальных детей. Потом уже те, первые, после осеменения, перешли в следующую фазу – мицелий. И только после этого начался сбор информации по новой планете и включились забытые на миллиарды лет воспоминания… Вы поймите, у них развитие цивилизации шло совсем по другим принципам, у нас – техногенно, мы вечно что-то строили, сооружали, конструировали, используя подручный материал, а у них биологически! По воле случая им приходилось использовать для разных своих нужд оболочки самых разных млекопитающих, в зависимости от цели, и по неволе они развили другие способности, совсем нам чуждые, по сути. Они научились изменять на генном уровне своих носителей, вылечивать их от самой разной болезни, усилить регенерацию, увеличивать навыки, рефлексы и способности. Даже занимались репродуктивными функциями… И всё для того, чтоб выжить, ибо без симбиоза с млекопитающими они были обречены, как вид. А ещё, они развили самую лучшую коммуникацию, которую только можно себе представить, никакие наши спутники не сравнятся. Все мицелии между собой связаны невидимой корневой системой, опоясывающая прямо сейчас всю планету в воздушном пространстве. Они видят через грибы и грибницы, что происходит в любой точке Земли и каждую секунду анализируют!

– У меня мозг уже кипит, Мишка, – сдавил свои виски ладонями Крутов, – ты мне лучше скажи, что им надо от нас?!

Продолжение следует: