"Москито" Английский комар в ВВС СССР⁠⁠

Друзья, всем большой привет!

Сегодня мы познакомимся со статьей Владимира Котельникова из журнала «Авиация», в которой повествуется о том, как прошли испытания легендарного английского бомбардировщика «Москито» в Советском Союзе.

Для начала мы перенесемся в осень 1942 года, когда советская сторона официально запросила один экземпляр бомбардировщика для изучения. Британское правительство ответило согласием.

В июле 1943 года из состава группы советских летчиков-перегонщиков, обучавшихся в Шотландии, выделили несколько экипажей для освоения «Москито». К 9 августа старший лейтенант Полосухин закончил курс переучивания.  Вместе с ним к перегону готовился штурман лейтенант Кекишев. В сентябре на авиабазу «Эррол» доставили предназначенный для перегонки самолет.

Это был «Москито» с номером ДК-296, оснащенный моторами «Мерлин». Бомбардировщик уже повоевал. Его выпустили весной 1942 года. Он служил в 105-й эскадрилье Королевских ВВС и совершил 15 боевых вылетов. Последний из них закончился рядом боевых повреждений и ремонтом в 10-й авиачасти технического обслуживания.

По-видимому, именно там самолет подготовили к перегонке в Советский Союз. В бомбоотсеки поставили дополнительный бензобак на 550 литров и демонтировали бомбодержатели и управление створками бомболюка.

Полосухин и Кекишев ознакомились с особенностями машины и тщательно изучили ее. К 3 октября экипаж был готов к вылету в Москву.

24 октября уже приготовились стартовать, но лопнула трубка кислородной системы и полет отложили. Далее полет переносили неоднократно из-за плохих погодных условий то в Советском Союзе, то на территории Великобритании.

В итоге, только 19 апреля 1944 года, «Москито» наконец поднялся в воздух и взял курс на Москву. Самолет пролетел над Северным морем, Швецией, Балтийским морем, над еще оккупированными немцами территориями и в 4.52 по московскому времени приземлился на аэродроме Внуково.

Во Внуково на базе 1-й авиадивизии, самолет пробыл недолго и ни разу не поднимался в воздух. С 25 апреля он уже находился на аэродроме Кратово, где начались его летные испытания. В ходе испытаний заявленные фирмой «Де Хэвиленд» данные в основном подтвердились.

При взлетном весе 8850 кг достигли максимальной скорости 580 км в час на 5-минутном режиме работы двигателей. По оценке советских специалистов, за счет износа машины, этот показатель ухудшился примерно на 10 км в час.

Управляемость получила высокую оценку. В частности, «Москито» очень легко летал на одном моторе, выполняя в том числе глубокие развороты с креном в сторону выключенного двигателя.

А вот устойчивость сочли недостаточной во всех отношениях. Машина требовала от пилота достаточно высокой квалификации. Особо указывали на то, что при общей несложности посадки на пробеге «Москито» демонстрировал упорную склонность к развороту влево.

Это отмечали все пилоты, участвовавшие в испытаниях. Правда, Галай в своих воспоминаниях высказывал мнение, что эта тенденция не свойственна данному типу самолета, а являлась следствием некачественного ремонта стойки хвостового колеса, установленной с перекосом.

Летчик-испытатель Николай Рыбко в своем отзыве написал, «По управляемости самолет «Москито-4» сильно напоминает «Пе-2». Однако продольная неустойчивость, меньшие нагрузки от рулей и большая склонность к левому развороту на пробеге предъявляют более высокие требования к лётчику, чем Пе-2.

Штурманская кабина английского самолёта оснащалась всеми необходимыми приборами. Весьма удобно расположенными, хотя саму кабину нашли несколько тесноватой. Подвергся критике и ограниченной по сравнению с Пе-2 и Ту-2 обзор вниз. «Москито» тщательно изучался советскими специалистами.

Советских инженеров очень заинтересовали флюгерные винты, отдельные агрегаты мотоустановки, устройства обогрева кабины, современные компактные приборы, а также пламегасители на выхлопных патрубках.

Все деревянные части изнутри обрабатывались антисептиком от гниения. С точки зрения удобства в эксплуатации, «Москито» оказался выше всяких похвал. Хвалили взаимозаменяемость деталей и узлов, удобный доступ ко всем основным агрегатам, быстроту их замены в случае необходимости.

Множество автоматических устройств облегчало работу экипажа в полете. 15 мая «Москито» перегоняли на аэродром НИИ ВВС, где собирались продолжить испытания. Но на посадке летчик не справился с управлением, бомбардировщик развернулся влево, сошел с полосы на грунт, снес шасси и прополз на брюхе. Экипаж не пострадал, но машина была безнадежно повреждена и более не восстанавливалась.

Тщательное изучение конструкции «Москито» преследовало цель определения возможности его лицензионной постройки в Советском Союзе. Этот вопрос поднимался еще на заседании Государственного комитета обороны 21 апреля 1944 года, практически сразу после прибытия машины в нашу страну.

Однако, по заключению специалистов ЦАГИ, сама конструкция и аэродинамика самолета не демонстрировали ничего принципиально нового. Все это было уже известно.

Высокие данные обеспечивались в первую очередь тщательным изготовлением, включая полировку поверхностей, применением в обшивке легкой и прочной трехслойной конструкции типа «сэндвич» с внутренним слоем из бальсы и отличными моторами «Мерлин».

Два последних обстоятельства напрочь хоронили затею с производством «Москито» в Советском Союзе. Обеспечить ввоз бальсы в больших количествах не представлялось возможным.

«Мерлин» требовал высокой точности изготовления деталей, тщательности сборки и регулировки. Выпуск мотора «Мерлин2 в Советском Союзе тоже сочли нереальным.

Единственный попавший в Советский Союз «Москито» после аварии разобрали на отдельные агрегаты, розданные в различные организации для изучения. Однако полученные в ходе испытаний данные не пропали даром.

Концепция скоростного бомбардировщика без оборонительного вооружения стала очень популярной в нашей стране.

Опытные самолёты Пе-2И В.М. Мясищева и А.К. Путилова, конструктивно не имевшие ничего общего со своим английским прототипом, рекламировались как «советские «Москито».