Кролик⁠⁠

Зелёный вольво останавливается у поворота за пешеходным переходом, сигналит два раза, проезжает. На его месте тут же оказывается зеленый лэндровер, сигналит два раза, проезжает. Следом – зеленая ауди.

– Это ведь им никак не помогает, просто гудят и все. Замечал? – раздается справа.

Я поворачиваюсь, она стоит ко мне лицом: родинка под светлой бровью, тонкий шрам над губой, серебряное колечко в носу. Зеленое пальто, желтые ботинки. Помпон.

– Кролик?

– Кошку не прибил?

– Не успел, – отвечаю честно.

– Кофе?

Загорается зеленый, и она тут же шагает на зебру, даже не повернув головы, чтобы убедиться, остановились ли машины. Я спешу следом, и передо мной с визгом тормозит серебристый мерс. Я отскакиваю, смотрю через стекло на водителя: лысый мужик в салатовой футболке аж зеленый от испуга. Вылезать и бить мне рожу точно не собирается. Я огибаю капот машины и спешу на тротуар, вертя головой. Отвлекся всего на секунду и уже не вижу её.

Наконец, в толпе мелькает белая шапка. Снова неправдоподобно далеко. Я вижу, как Кролик заходит в кофейню. Зеленая дверь, на окнах – зеленые занавески, вывеска тоже светится зеленым. Давно тут это кофейня? Я ведь хожу этой дорогой с работы три года.

Внутри кофейня оказывается крошечной, всего восемь столиков и стойка для заказов. Деревянные доски пола выкрашены в зеленый, из тех же досок, кажется, сколочены столы. Вместо стульев – кресла, обитые зеленым велюром, свет, приглушенный зелеными абажурами, исходит от напольных ламп, расставленных по углам и около столиков. Непрактично, но уютно.

Она уже сидит у центрального столика, всё ещё в шапке, с ногами забравшись в кресло. Пальто висит прямо на лампе, ботинки стоят под столом. На ней зеленые шерстяные носки с пальцами, будто перчатки для ног. Выглядит…

– Крипово, да? – она шевелит пальцами на ногах и смотрит на меня, – Сама не знала, что так будет.

Я снимаю куртку и, по примеру Кролика, вешаю её на лампу. Сажусь в кресло и невзначай прячу руки под стол.

– Можешь не снимать, мне все равно.

Я смущенно отдергиваю пальцы от кольца.

– Это же кофе всего-то, – и поворачивается к подошедшему официанту, – зеленый чай, пожалуйста. И мятный тортик.

– А вам? – на официанте болотного цвета рубашка и изумрудные брюки в тон бабочке и, как я замечаю позже, обоям кофейни.

– Кофе, – глупо прошу я, но официант, кивнув, уходит, будто у них и подают всего один вид кофе.

– Когда зовут в кафе – зовут на кофе, а когда домой – на чай. Замечал?

Мы говорим несколько часов. О чем? Я не знаю. Разговор скачет. Сказал бы «уходит в сторону», но в сторону от чего? У него нет направления. Смотрю на часы: мне уже следует думать, что сказать Норме. Я никогда не задерживаюсь после работы так надолго без повода и предупреждения. Но я думаю о том, почему не замечал, что люди при вопросе «Идет ли дождь?» смотрят в телефон, а не в окно.

Официант подходит и говорит, что кафе закрывается. Мы встаем, одеваемся, выходим на улицу.

– Стой! Мы же не расплатились, – я порываюсь вернуться в кафе. Почему официант нас не остановил?

– Уверен? Что ж, бывает.

И Кролик исчезает, так же внезапно, как появилась.

Я все же возвращаюсь к кафе, дергаю дверную ручку, закрыто. Мы же вышли минут пять назад! Иду домой пешком, не хочется ни садиться на автобус, ни ловить такси.

– Норм, прости, я не предупредил, на работе запара, – начинаю я с порога.

– О чем? – Норма кричит мне с кухни, даже не выходит навстречу.

– Э-э, я задержался…

– Всего полчаса, Томас, я же не дикая мегера, чтобы устраивать скандал из-за тридцати минут. Проходи, ужин еще не остыл.

Я прохожу на кухню, на столе зеленая тарелка с куриными котлетами и рисом. И хоть кофе – это просто кофе, я чувствую себя виноватым перед Нормой и молча съедаю все.

– Норм, – окликаю я, когда мы ложимся спать и гасим свет, – ты помнишь, я рассказывал тебе про Кролика.

– Ой, Томас, то кошка, то теперь кролик. Уймись и спи, завтра на работу. – и жена поворачивается ко мне спиной.

Я ищу их на улицах. Кролика или кофейню. Присматриваюсь к зеленым дверям и белым шапкам. Изучаю карты. Наобум листаю аккаунты девушек в соцсетях. Две кажутся мне похожими на неё: Эстер Лаудер и Крис Вондер. Я даже пишу Крис. Она отвечает, что я долбоеб и ее парень со мной разберется.

Через неделю Кролик звонит сама. Мне на работу.

– В кино?

– Я же на работе и еще только час дня!

– Брось, кто заметит?

Действительно – кто? Я встаю из-за стола, говорю Рику, что пойду закинусь кофе, он равнодушно кивает.

Она ждет  у входа в бизнес-центр. Едва завидев меня, выходящим из дверей, разворачивается и устремляется к подземному переходу. Я же, как обычно, едва поспевая, следую за белым помпоном.

– Как ты узнала мой номер?

– Фокусники не раскрывают своих секретов, – она улыбается, берет меня за руку и тащит к неприметному проходу между двумя домами. Мне приходится лезть в него боком, чтобы не застрять. Мы оказываемся в тесном дворике, я озираюсь и не могу найти проход, через который мы вошли. Из дворика вообще нет выходов, только в дальнем углу я замечаю облупившуюся зеленую дверь. Кролик направляется к ней и уверенно дергает за ручку. Дверь открывается.

Мы петляем по пустым коридорам, неслышно ступая по зеленому ковролину. На стенах – старые киноафиши.

– Сбивает с толку, когда в привычные места заходишь с другой стороны. Замечал?

И я понимаю, что мы в «Грин Старе» – кинотеатре возле моей работы.

– Как ты узнала, что дверь открыта?

– Помнишь про фокусников?

Она снова берет меня за руку и тащит прямиком в стену.

– Кролик, стой! Не можешь же ты действительно…

Мы вываливаемся в зал, перед нами пустые ряды зеленых кресел. Мы выбираем центральные. Кролик снимает ботинки, на ней снова те криповые зеленые носки. Она закидывает ноги на соседнее кресло, а спиной облокачивается на меня. Свет гаснет, начинается фильм. В зале так никто и не появляется. Крутят «Зеленую милю». На середине фильма Кролик залезает в свой рюкзак, достает оттуда пачку эмэмдемса, высыпает часть конфет мне в ладонь. Все зеленые.

– Стаут, ты вообще хоть отдыхаешь? Как ни гляну – ты на рабочем месте, – такими словами встречает меня босс, когда я возвращаюсь на работу из кинотеатра.

– Простите, мистер Смит, я… – что я? Что мне ему сказать?

– За что? Я серьезно, не сгори, Стаут, выглядишь уже хреново, – босс уходит в свой кабинет. Кажется, он не шутит.

– Ты ошалела?! Не звони сюда больше! – кричит Рик и швыряет трубку своего рабочего телефона. Это отвлекает меня от мыслей о Смите и Кролике.

– Что случилось?

– Бешеная баба! Я же сказал ей: ничего серьезно, на меня не рассчитывай. А она звонит мне сюда и плачет, черт!

– Вот уж точно бешеная, как она узнала твой рабочий номер? – сочувствую я.

– Ну, это-то дело нехитрое, все же про нас есть на сайте. Но это же не для бешеных баб!

Есть на сайте? Так просто?

Ужина сегодня нет: Норма встречается с подругой. А вернувшись, пересказывает все мне. Ей ведь тоже особо не с кем делиться. Она рассказывает, как новый парень, некий Банни Роб, водил её подругу в «Грин Стар». «Да не просто, а с черного хода. Он, оказывается, всегда открыт. Народу днем почти нет, можно через аварийный выход пройти в зал и, если повезет, будете в зале совсем одни! Они смотрели Зеленую Милю,» – шепчет Норма. Я хочу, чтобы она замолчала.

Кролик вылетает на меня, как и всегда, стремительно и из ниоткуда. В руках у нее два зеленых картонных стаканчика, один она протягивает мне, пахнет кофе.

– А у тебя что? – спрашиваю я.

– Шоколад.

– Почему ты не пьешь кофе?

– Мне нельзя: сердце.

– У тебя больное сердце?!

– А что тут странного?

Какое-то время мы молча идем рядом.

– Чего пришла? – нарушаю тишину я, – Хочешь спросить, замечал ли я, что трава над теплотрассами зеленая даже зимой?

– А ты замечал?

И мы снова молчим. Я беру ее за плечи, заставляю остановиться и разворачиваю к себе лицом. Она смотрит мне в глаза. Сегодня в носу вместо колечка – зеленый камушек.

– Что тебе от меня нужно, Кролик?

– Отведи меня к нему.

Я не переспрашиваю.

В предыдущих сериях:

Кошка - Кошка