Истории съёмной квартиры. 3⁠⁠

Часто ли я нажимал на кнопку 13-го этажа в этом лифте? Можно по пальцам сосчитать. Раз в месяц уже год как я поднимался на этот самый 13-й этаж, чтобы передать деньги за съёмную квартиру, в которой жил. Удачный, кстати, вариант попался, нечастый для Питера. Деньги всегда получала дочка хозяйки, Лизавета, как называла её Марина Андреевна.

С Лизаветой я познакомился в первый же день жизни в новой квартире. Марину Андреевну я увидел впервые позже, а узнал её ещё позже. Ровно столько раз, сколько поднимался на 13-й этаж, я видел глаза Лизаветы. При знакомстве она не обратила на себя моё внимание – молодая симпатичная женщина, у которой есть дочка-малышка, работящий занятой муж, родители и, как потом я узнал, лошадь. Тоску в глубине её взгляда я заметил на третий или четвёртый раз, когда, передавая деньги, рассказал, что уезжаю на соревнования. Мы поболтали об удалённой работе, о свободном графике – маме с малышом и вечно занятым мужем о таком и мечтать не приходится, – о поездках по городам и о свободе.

Сегодня я поднимался на этот 13-й этаж в последний раз – наше общение с Мариной Андреевной по поводу жилья привело нас в точку разрыва договора аренды. В последний раз я увидел приветливую улыбку и тайную тоску Лизаветы. Впереди у меня месяц на сбор вещей, поиски новой квартиры, но сейчас, пока лифт медленно движется вниз, я думаю об этой женщине и её лошади.

Тот, кому природой дарованы энергия и скорость, и страсть, не выживет в загоне. Тоска по свободе и воле не утоляется богатыми сбруями или дорогими платьями. Занесённый в привычную жизнь случайным прохожим ветерок извне заставляет трепетать ноздри всех лошадей, поставленных под седло.

Лизавета была очень хорошим ребёнком, послушной девочкой, которая не доставляла хлопот родителям. Всё в её жизни было, как надо: школа, вуз, приличная работа. Парень, которого одобрила мама, ставший мужем, который пашет на семью. Три квартиры сдаются в наём, и есть возможность купить лошадь. Лошадь, которая одна прочитает тоску в глубине её глаз.