Серия «Наша жизнь»

Если меня не трогать.

Но я, похоже, хочу от этого общества слишком многого.

Я выросла при замшелом социализме, в самом, что ни на есть, провинциальном городке, в окружении необразованных работяг, трудившихся на многочисленных местных предприятиях. Да, да, - посмотрим правде в глаза, - в большинстве своем это были полуграмотные мужланы из близлежащих деревень, каким-то чудом закрепившиеся в городе. Это я сейчас понимаю по смыслу. Но тогда, тридцать – сорок лет назад, я об этом не задумывалась. И вовсе не потому, что была еще слишком глупой.

Просто, как это ни странно, но во времена моего детства, проведенного на рабочей окраине, меня окружали вежливые, добрые, заботливые люди, в большинстве своем честные и порядочные, справедливые, готовые прийти на помощь. В плане отношений между людьми тогда все было как-то по-доброму.

Большинство соседей, - даже в многоквартирных домах, - знали друг друга и были обоюдно вежливы. Конечно, в семье не без урода, - так и в каждом дворе были определенные индивидуумы, не желавшие жить мирно и затевавшие склоки с окружающими, - но их были единицы, и их все осуждали и старались попросту не связываться. И нас, детей, с рождения учили, что это унизительно, в первую очередь, для нас самих, - затевать ссору с такой вот базарной хабалкой. Это опускает нас на ее уровень, а мы должны быть выше этого, достойнее. Любые конфликты решались вежливо, ни в коем случае не на повышенных тонах, - и при этом решались, к обоюдному согласию, и все оставались довольны!

Ну, бывало, мужики примут лишнего на грудь в выходной день и не поделят что-нибудь у так называемой пивнушки или где-то за гаражами. Это случалось так редко, что мы чуть ли не всем районом знали, что Мишкин и Витькин папы чуть было не подрались спьяну… Мишка и Витька скрывались дома, опасаясь, что друзья будут смеяться над ними, их мамы прятали глаза от стыда, проходя мимо вездесущих и всевидящих старушек, а протрезвевшие мужики каялись и просили прощения друг у друга и у окружающих и клялись, что больше – никогда!..

И снова наступала тишь, гладь да божья благодать…

Сейчас у меня за окном все время кто-то орет. Мужчины, женщины, дети, старики, младенцы… Двадцать четыре часа в сутки я слушаю сплошной мат – перемат… По ночам порой приходится закрывать окна и вставлять в уши беруши… Люди разучились разговаривать спокойно. Они только «орутся» друг с другом целыми днями…

Я живу на четвертом этаже. И мой район считается не самым неблагополучным. Тем е менее, мне иногда кажется, что я проживаю в каком-то гетто. Вокруг все пьют. Все орут и дерутся. И это – даже не алкаши и не отбросы общества. Это – вполне обеспеченные и солидные мужчины, которые, облив друг друга помоями, преспокойно усаживаются в отнюдь не дешевые машины и разъезжаются по домам, где их ждут жены и ребятишки.

Те самые жены, которые, нацепив норковые шубки чуть ли не летом, отправляются по магазинам, где откровенно издеваются над продавцами и другими, менее склочными, посетителями, провоцируя вокруг себя скандалы, - просто так, чтобы потешить свое самолюбие. В их поведении зачастую нет никакого смысла или злого умысла. Просто скандал ради скандала…

А их дети… Дети – это вообще отдельный разговор. Вы когда-нибудь смотрели в невинные широкораспахнутые небесно-голубые – и совершенно пустые – глаза трех – четырех - пятилетнего малыша, ни с того, ни с сего бросающегося на вас с палкой?.. Поверьте мне, - это зрелище в лучших традициях Стивена Кинга… Порой становится реально страшно… Потому что в пяти метрах довольно ухмыляется, отхлебывая пиво, его папашка, невероятно гордый своим смелым отпрыском. А рядом стоит с очередным младенцем в коляске, уткнувшись в телефон, его мамуля, инстинктивно поглаживая вновь беременный животик…

Никто из них не одернет своего наследника. Не объяснит ему, что так делать нельзя, не извинится. Наоборот, похвалят и поощрят к дальнейшим подвигам. А если кто-нибудь из случайных прохожих осмелится что-то сказать по этому поводу, - он узнает о себе много нового…

В физическом плане я не боюсь ни папы-амбала, ни мамы-несушки, ни их сейчас уже сорвавшегося с тормозов отпрыска, который, правда, лет через десять будет реально опасен. Ни зарвавшейся курицы в магазине, тешащей свое самолюбие тем, что она вот уже десять минут решает, какой картой оплатить покупку, а пятнадцать человек в очереди за ней уже готовы взорваться от возмущения. Ни даже толпы алкоголиков, дерущихся около моего подъезда под восторженные вопли своих самок. В физическом плане они не представляют для меня опасности. Я очень хорошо умею постоять за себя. Но!..

Я чувствую себя совершенно беззащитной перед хамством. Я не умею достойно отвечать на него, хамить в ответ, я вообще не способа «ораться». Я не могу ответить ни вежливо, ни грубо, ни насмешливо, - как советуют психологи. При этом я ощущаю себя просто совершенно беспомощной. Я неплохо умею драться и могу – физически – дать сдачи, - чего вообще никто не ожидает от девушки моего возраста и комплекции. Но, вроде бы, по законам нашего общества, нельзя сходу бить в морду в ответ на хамство. Это не принято, это вовсю осуждается нашим чудесным обществом, это наказуемо, в конце концов, с точки зрения закона. В то время, как хамское поведение не наказуемо. Даже не осуждается. И принято повсеместно.

И мне становится просто страшно. За себя. За свою психику. Несмотря на то, что я искренне считаю себя психопатом, я не хочу никого трогать. Мне не нравится ни над кем издеваться. Я просто хочу спокойно жить. И изо дня в день я понимаю, что хочу слишком многого…

Да, я, к сожалению, не способна дать достойный отпор на словах. Зато я чувствую себя вполне способной порвать своего обидчика, как Тузик грелку. В буквальном смысле. А морально-этические нормы у меня, как и у всякого психопата, попросту отсутствуют. И меня останавливает лишь банальный страх перед законом. Я не уверена, что смогу достаточно удачно спрятать концы в воду. Но, если подойти к этому делу серьезно, обдуманно, творчески, а не в состоянии аффекта…

Я просто физически ощущаю, что мне все тяжелее сдерживаться с каждым днем. Уже не раз и не два ситуация складывалась таким образом, когда я просто бросала все и выбегала за оскорбившими меня людьми из того же магазина, забыв про все, влекомая красной пеленой перед глазами, в буквальном смысле охваченная жаждой убийства… И знаете, что меня останавливало?.. На этот раз даже не страх наказания, не многочисленные свидетели, не доводы разума. А лишь то, что я попросту не находила своих обидчиков. Они исчезали. Словно растворялись в воздухе. И мне не удавалось их найти.

Из всего этого я делаю вывод, что какая-то высшая сила попросту бережет меня, не давая пока выйти за границы дозволенного. Потому что с точки зрения логики и холодного разума это не подлежит никакому другому объяснению.

Значит, у меня есть какое-то другое предназначение в этом мире. Какая-то другая цель. Я ищу ее. А вот что будет после того, как найду?..

Люди, я вас не трогаю! Вы мне не мешаете. Даже нравитесь иногда. И я всеми богами, в которых вы верите, заклинаю вас: не трогайте меня!.. И, решив на досуге оскорбить и унизить скромно стоящего рядом с вами человека, хоть на мгновение задумайтесь о том, тот ли он, кем кажется?.. Вы потешите самолюбие, похорохоритесь перед друзьями и пойдете домой, весело обсуждая, как очередная безропотная овца едва сдерживала слезы, не в силах вам ответить. Но только помните о волках в овечьей шкуре. И не удивляйтесь, если встретите одного из них на своем пути.

И, да, вот еще что. Собака, которая лает, не кусается. Помните и об этом тоже. Я никогда ни с кем не ругаюсь. И уж, тем более, никогда никому не угрожаю. Слова – это всего лишь сотрясение воздуха. А я – всего лишь скромная улыбчивая девушка средних лет.

Только вот в душе у меня – ад. И помоги вам, боже, если он вырвется наружу.

Они растут, как сорная трава, с грудного возраста уткнувшиеся в многочисленные гаджеты, подсунутые им заботливыми родителями. С ними практически не общаются, разве что по необходимости, их не воспитывают мамы и папы, им не объясняют, где добро, а где – зло. Эту функцию чадолюбивые родители предоставили садикам, многочисленным модным нынче развивашкам, школам. Складывается впечатление со стороны, что эти бедные дети попросту никому не нужны, никому нет дела до их души, до их личности. Вон, телефон в зубы, - или другую какую-нибудь игрушку, - и лишь бы не мешали!..

Вот и вырастают из них некие Маугли, совершенно не умеющие себя вести. Не любимые. Не нужные собственным родителям. И это действительно печально.

К чему я об этом пишу?.. Наблюдала тут на днях в автобусе сцену, шокировавшую меня просто до глубины души. На пригородной маршрутке ехала глубоко беременная самочка. Простите, но назвать ее женщиной, девушкой, мамочкой просто язык не поворачивается, - может, потом поймете, почему она вызвала у меня такое отвращение.

Очень миленькая самочка, молоденькая, симпатичная. Вид такой одухотворенный, чуть ли не блаженный. Всю дорогу нежно поглаживала свой лезущий на лоб животик и с кем-то разговаривала по телефону, - судя по всему, со своей мамой. Восторженным голосом, дрожащим от счастья и радости, она рассказывала ей о малыше, - так, словно он уже родился. Как покушал сегодня утром и вчера вечером; что он любит, а что – нет; как спит по ночам, сколько раз будит ее; что ему нравится, а что – нет… Просто представьте себе такую картину, - она полчаса рассказывала с восторгом и упоением о своем еще не родившемся младенце, и всем окружающим было ясно, как она его любит и обожает, как ждет его, как заботится о нем уже сейчас…

Настолько умильная и трогательная сцена, что я чуть было слезу не пустила от всей этой милоты. Если бы не одно «но»…
Рядом с ней на соседнем сиденье находился малыш, лет трех, - плюс – минус. И он всю дорогу, - все полчаса!.. – безуспешно пытался привлечь ее внимание. Он звал ее, не переставая ни на секунду, он дергал ее за руку, тормошил, елозил и подпрыгивал на сиденье, пытался о чем-то рассказывать, что-то показывать ей в окне… Он всеми доступными и недоступными ему способами стремился привлечь ее внимание!..

Но она ни разу – за все эти полчаса!.. – даже не повернулась в его сторону, даже глаза не скосила, не посмотрела, не попыталась поговорить, послушать, разглядеть, что он там ей пытается показать… Не одернула, в конце концов, когда он начинал слишком громко кричать или явно безобразничать. Она вообще попросту напрочь игнорировала его. Она так зрелищно и любяще ласкала в животе своего еще не рожденного ребенка, но при этом у нее не было ни малейшего желания хоть мимоходом приласкать сидящего рядом с ней крохотного человечка, который безуспешно изо всех сил пытался привлечь ее внимание…

Можете закидать меня тапками, но я, хоть убей, не понимаю, зачем этой усиленно размножающейся самке нужен еще один ребенок? В ее показушной душе нет ни капли тепла к уже имеющемуся в наличие живому малышу, зато весь автобус был свидетелем ее безмерной и всепоглощающей любви к тому, которому еще только предстоит появиться на свет. Но вот только мне как-то не верится, что тот, второй ребенок будет ей более нужным, чем этот, первый, - и, похоже, в ее глазах не слишком удачный.

А когда она еще через пару лет «пойдет за третьим», не будут ли рядом с ней прыгать и тормошить ее уже два совершенно обделенных материнской любовью существа, не нужные особенно никому, - и в первую очередь, не нужные своей маме?..

Поверьте, я знаю, о чем говорю. Я сама была таким вот совершенно лишенным любви и не нужным собственным родителям ребенком, отдающим всю свою любовь, нежность и ласку второму, - желанному, долгожданному!.. И при этом я считаю, что мне повезло. Я с детства была лишена родительской любви. И выросла с этим. И научилась так жить.

А вот мой брат стал не нужен родителям в возрасте пятнадцати лет. Они развелись. Мама встретила другую любовь. И все бы ничего, - но это чувство затмило в ее душе все другие эмоции. Почему-то любить одновременно более, чем одного человека, - или же просто как-то разделять свои чувства, - она была не способна. Отец, как ни странно, тоже как-то сразу и резко разлюбил своего ненаглядного наследника, с которым ранее столько лет таскался, как кошка с мясом. И – все!..

Представьте себе состояние залюбленного избалованного ребенка, который вдруг в одночасье оказался никому не нужен.

Мне иногда кажется, что он не оправился от этого до сих пор.

Я слегка обалдела от такой наглости. Постояла немного рядом с курткой, соображая, как мне на это реагировать. Разум подсказывал, что отреагировать все-таки как-то надо. Парню всего тринадцать!.. Но что я должна сделать?.. Разораться?.. Закатить скандал?.. Заставить съесть эту пачку?.. Или всю ее выкурить, чтобы плохо стало?.. Вроде бы, никак не отреагировать на это, промолчать совсем нельзя. Надо ведь в таком случае проводить воспитательную работу с подрастающим поколением, - разве не так?..

Но, во-первых, истерики и крики – это как-то не мой конек. Мы с сыном привыкли обсуждать все возникающие проблемы разумно и объективно. А потом, ну, и чего я добьюсь, в конечном итоге, своими криками и угрозами?.. Сейчас он спокойно признался мне, что это – пачка сигарет, именно потому, что у нас с ним нормальные доверительные отношения. Он просто не привык к тому, что от меня нужно что-то скрывать, таиться, прятаться. А если я разорусь, устрою скандал, истерику, буду угрожать, запугивать, - ну, и чего я добьюсь всем этим?.. Он не находится под моим надзором круглосуточно. И если он захочет курить, пить, принимать наркотики, - да что угодно!.. – он все равно будет это делать. Просто он будет это делать тайком. И я до последнего не узнаю об этом, - пока не станет уже слишком поздно.

- Не знала, что ты куришь, - задумчиво проговорила я.

Этот мелкий засранец даже не шелохнулся, даже голову от компьютера не поднял, преспокойно продолжая играть.

- Так я давно курю!.. – заявил он.

Здрасьте - приехали!.. Оказывается, он давно уже курит!.. Замечательно!.. И я узнаю об этом, разумеется, последней!..

Прикол ситуации был в том, что на тот момент мы жили весьма небогато, и у Сашки вообще не было карманных денег как таковых. Нет, разумеется, всегда можно сэкономить на проезде или на обедах, но уж не настолько много, чтобы «давно уже курить»!..

Так, думай!.. Как нормальная родительница, которой небезразличен собственный ребенок, - а он был мне не безразличен!.. – ты должна как-то адекватно отреагировать на это, как-то вырулить ситуацию, как-то донести до слишком рано взрослеющего чада, что этого делать не стоит, что это вредно, плохо!.. Но только вот как?..

- А я-то думала, что ты у меня без вредных привычек! – в раздумье проговорила я.

- Нет, с вредными привычками! – по-прежнему спокойно возразил Сашка.

Больше всего меня прикалывало в данной ситуации, что он по-прежнему сидел, уткнувшись в компьютер. Ну, просто потрясающее самообладание!.. Бедная мамашка тут не представляет, как правильно разрулить ситуацию, а ему хоть бы хны!..

Даже интересно, - это он у меня стал таким наглым и осознанно бросает мне вызов, - или же он просто реально не видит в своем поведении ничего особенного и поэтому не считает нужным как-то прятаться или смущаться?..

Я постояла еще немного и выдала:

- Слушай, а у меня как раз сигареты закончились! Может, угостишь?..

- Да, конечно, бери! – радостно предложил мне ребенок.

Я достала пачку. «Винстон». Подороже будут, чем те, которые я сама покупаю!..

- Хорошие сигареты куришь! – отметила я.

- Ага!..

Я еще немного постояла в раздумье над пачкой.

- Слушай, а может, вместе пойдем покурим? – предложила я. – А то одной скучно!

Ребенок оторвался, наконец, от компьютера и повернулся ко мне. На его лице впервые появилось нечто, похожее на недоумение.

- Вместе?.. – с сомнением протянул он.

- Конечно! – кивнула я. – Раз уж ты все равно куришь, так чего уж тут!..

Сашка нерешительно встал, подошел ко мне, взял сигарету. Уж не знаю, решил ли он, наконец, смутиться из-за недопустимости своего поведения, - или же это моя странная реакция на него так подействовала. Но теперь он выглядел уже немного ошарашенным.

Мы с ним вышли на балкон. У нас четвертый этаж, поэтому, если шибко не перелезать за перила, видно нас особенно не было. Тем не менее, было заметно, что моему Александру некомфортно. Он то и дело норовил присесть и скрыться за перегородкой балкона. Я вела себя так, словно не замечаю этого, словно между нами не происходит ровным счетом ничего противоестественного.

Через несколько часов, ближе к вечеру, я снова стрельнула у него сигаретку и опять невзначай предложила составить мне компанию. Саша отказался, - под предлогом того, что он, якобы, еще не хочет.

Ну, и ладно, - было бы предложено!..

В последующие дни мы с ним эту тему больше не поднимали. Хотя меня, разумеется, очень тревожил этот вопрос. Несмотря на то, что сама я никак не могу избавиться от этой дурацкой зависимости, мне, разумеется, вовсе не хотелось бы, чтобы Саша тоже на это подсел. Во-первых, в этом вообще не было ничего хорошего. А во-вторых, ему же было еще всего тринадцать!.. И мне очень хотелось бы, чтобы он хоть немного повременил с вредными привычками!

Я не хотела давить на него и запрещать, прекрасно понимая, что это бесполезно. Если он захочет курить, то будет это делать, и я никак не смогу ему помешать. Помню, какие только доводы не приводила в свое время мама моему брату: от вреда здоровью до категорического утверждения, что ни одна нормальная женщина не станет с ним жить!.. Но все было бесполезно…

Примерно через неделю Саша подошел ко мне и с гордым видом сказал, что завязал. Я не была уверена, что он это серьезно, но, тем не менее, очень порадовалась, понадеявшись на то, что он сдержит свое слово.

С тех пор прошло десять лет. Как это ни удивительно, но он не курит. Вообще. Даже за компанию, например.

Ну, и слава Богу!..

Получается, что вот таким нестандартным поведением, такой странной реакцией на найденную пачку сигарет, я отучила ребенка от вредной привычки.

Разве я не молодец?..

По дороге на работу прошлым летом встречаюсь на остановке с одной знакомой, которая работает в том же торговом центре, что и я. Знаю, что мой внешний вид ее глубоко шокирует. Она чуть старше меня, у нее полноватая фигура многодетной матери со всеми вытекающими отсюда последствиями. Я не осуждаю. Каждому свое. В конце концов, я – девушка свободная и могу много времени посвящать себе, занятиям спортом и всему прочему, - что было бы весьма затруднительно, если бы у меня также имелся в наличии муж и трое детей. Каждый живет так, как считает нужным. Но только не стоит, наверное, тоже кого-то осуждать и пытаться навязывать свое мнение.

Было жарко, и я ходила в коротких юбках или шортах. Дресс-кода в моей организации нет, а моя фигура, как мне кажется, вполне это позволяет. Моя знакомая уже устала намекать мне на то, что нужно выглядеть более достойно. Со мной это не прокатывает; у меня не только одежда молодежная, но и сам стиль поведения совершенно не возрастной. Ну, простите, не хочу я быть солидной матроной в свободных одеяниях. Мне подходит мой образ жизни. А если кому-то это не нравится – это их проблемы!

В тот день она пошла другим путем. В автобус впорхнула еще одна наша общая знакомая в очень коротком платье. Девушка на пару лет постарше меня, покрупнее, я бы сказала, но, несмотря на это, выглядит очень даже неплохо. Если есть, что показать, - к чему какие-то комплексы и предрассудки?.. Тем более, что это выглядит совершенно не вульгарно, а на улице жара.

И вот моя спутница начинает говорить, что не понимает женщин, которые в таком солидном возрасте так оголяются, надо же стареть достойно, - вот она ни капли не стыдится своего возраста, и ведет себя и одевается в соответствии с ним…

Смешно. Каждому свое в этой жизни. Как я уже сказала, я никого никогда не осуждаю. Но, глядя правде в глаза, мне очень трудно понять, почему женщина желает стареть достойно вместо того, чтобы взять себя в руки, заняться спортом, купить более интересную одежду, кроме старушечьей юбки, в каких ходили пожилые женщины из моего детства, - так тогда попросту надеть больше было нечего! У наших граждан весьма оригинальный менталитет! Полуголой шестидесятидвухлетней Мадонной, зажигающей в ночном клубе вместе с дочерью, восхищается весь мир. А бедную жену Михалкова, нацепившую практически в том же возрасте – ну, чуть постарше, - шорты и сфотографировавшуюся в круг друзей, осудили всей Россией (О Боже, зачем я это увидела!.. – это из комментариев к снимку).

Так не смотри! Завидуй молча!.. Тем более, что посмотреть там действительно, я считаю, есть, на что!

Я очень надеюсь, что и в шестьдесят, и в семьдесят, и вообще всегда, - дай мне, Господи!.. – хоть в сто лет, - я буду по-прежнему ощущать себя молодой, красивой и полной сил!

По словам этой моей знакомой, неадекваты есть в любой стране. Что ж, я согласна, похоже, именно к ним я и отношусь! Главное, чтобы вы, дорогие мои старушки, всегда были адекватны! Старейте себе достойно, одевайтесь прилично и жалуйтесь друг другу на свои болячки! Что поделать, возраст!.. От него нет лекарств!.. Я обязательно постараюсь помнить об этом завтра, наматывая свои утренние десять километров на стадионе, и особенно потом, когда стану крутиться на турнике вниз головой, - наверное, это жутко вредно, не загнуться бы… Давление, сердце, ревматизм… что там еще бывает в нашем преклонном возрасте?.. Только вот мне после этого будет очень хорошо, и заряда бодрости действительно хватит на весь день!

Так что, смиритесь, но мы, неадекватные, будем просто жить и радоваться этой жизни!

Все-таки, говорят, что она одна! А значит, надо наслаждаться, пока молоды!

Я подумала немного. Закинула еще 300 рублей. А потом – была просто сказка. Сплошная полоса везения, как я сейчас понимаю. Я играла осторожно, делая всего по несколько ставок, быстро выходила из игры – «чтобы казино меня не засекло», - все, как было в рекомендациях в той статье. Через три дня на моем игровом счету было 10 000 рублей.

У меня кружилась голова от восторга. Я представляла, как еще пара месяцев – и я покупаю замок на Лазурном берегу, отправляю ребенка в Гарвард, и все у меня в шоколаде… Мне страшно было даже поверить в такое привалившее счастья… И что это все люди мудохаются здесь, на тяжелой неинтересной работе, когда все в этой жизни так просто… Ради пробы я вывела из казино за электронный кошелек пять тысяч. До последнего была уверена, что «обманут, гады»… Но деньги пришли. Более того, я без труда перевела их на кредитную карточку и наглядно убедилась, что таким образом их действительно можно получить… Мысленно я уже видела в своем кармане несметные богатства… Я продолжила играть. Так же, вроде, бы, осторожно, потихоньку… И за одну неудачную серию, - никак не выпадал нужный цвет, - проиграла все, что оставалось у меня на игровом счету…

Вот так я наглядно поняла, что чудес на свете не бывает.

Сказать, что мне эта потеря шарахнула по мозгам, - это не сказать ничего. В какой-то степени я еще до сих пор не могу прийти в себя… На самом деле я ничего не потеряла, даже немного умудрилась вывести и оплатить кредит… Но я-то уже нащупывала в своем кармане миллионы… И проигрыш этих пяти примерно тысяч, которые, в принципе, и моими-то никогда не были, я перенесла немыслимо тяжело…

С тех пор прошло немало нет. Поигрывать в онлайн-казино стало моим хобби. Но только на демо-счете. Я прочитала много литературы на эту тему, изучила и опробовала десятки различных способов, - только для того, чтобы убедиться, что беспроигрышных способов не бывает! Можно играть потихоньку, можно даже выводить деньги время от времени, - но заработать таким способом вряд ли получится; дай бог, чтобы выигрыш превысил проигрыш, да и то вряд ли… Играть на реальные деньги я больше не решаюсь… Стоит мне только подумать об этом, - и меня сразу начинает внутренне трясти, руки дрожат, и я все проигрываю даже в демо… Вот так здорово тряханул мою психику тот проигрыш!..

Но я думаю, может быть, это и к лучшему! Будь я более азартной, я давно уже могла бы проиграть все. Но, к счастью, азарта я не испытываю. Скорее, интерес исследователя. Вот так попробую, а теперь так… О, вроде, надежный способ… Вон как много уже выиграла… Ан, нет, не надежный, опять все проиграла!.. Вот, блин!.. А вдруг рано или поздно мне удастся просчитать такой вариант, который на самом деле сможет стабильно приносить прибыль?..

Мечтать не вредно. В конце концов, у каждого свои интересы. Кто-то пьет вечерами, кто-то играет в танчики, кто-то просто смотрит телевизор или залипает в интернете. Я считаю, что мое хобби ничуть не хуже других… Конечно, если только я не сойду однажды с ума и не настроюсь играть на реальные деньги. А это будет уже опасно. Но это вряд ли… Несмотря ни на что, я, вроде, пока в своем уме…

На самом деле я поняла одно: рулетка – это вовсе не удача и не везение, а весьма сложный математический просчет. Нельзя ставить наугад, - нужно научиться делать ставки так, чтобы не уходить в минус. Но и то до поры, до времени… Выигрывать постоянно невозможно. Можно лишь снизить риск проигрыша… да и то не всегда!..

Но я не отчаиваюсь! Я верю, что чудеса иногда происходят… Жаль, только, что не с нами…

Прибыв в отделение, Света обнаружила Олю, силой удерживаемую в кабинете всеми находящимися на дежурстве сотрудниками. Силой – потому что она изо всех сил пыталась прорваться через них, осыпая их нецензурной бранью, визжа и угрожая. И несколько представителей правопорядка с трудом умудрялись противостоять ее напору. Причем, отмечу сразу, никакого вреда Оленьке не причинили, - скорее, наоборот, пострадали сами от ее действий. Света, увидев такое издевательство над любимой и единственной дочуркой, кинулась рыдать и умолять ее отпустить. Но сотрудники вызвали инспектора по делам несовершеннолетних и ожидали ее прибытия.

Вдохновленная слезами мамы, Оля потребовала отпустить ее в туалет. Но сотрудники полиции, измученные неравной схваткой с крупным, не по годам развитым ребенком, почему-то не разрешили ей этого, - мол, вот сейчас приедет инспектор и отведет. Но Оленька не привыкла к отказам. Поэтому она пробила хрупкий заслон своим крупным телом пятьдесят второго размера и начала бегать от них по коридорам и этажам…

- Они за ней носятся, кричат, пытаются ее поймать… - дрожащим голосом рассказывала Света. – Я плачу, говорю: пустите ее хоть в туалет-то… А один из них орет на меня: вы, что, не понимаете, что она только хуже себе делает?! Она на улицу от них выбежала… А они за ней… А я плачу… Ты представляешь?..

Да. Я представила эту картину, и у меня волосы на голове зашевелились.

Это насколько же надо любить собственное чадо, чтобы позволять ему так себя вести?!

Сама себе ситуация с гуляющей пьяной по ночам пятнадцатилетней девочкой для меня абсурдна. И уж совсем не укладывается в голове, что мама в это время преспокойно спит себе дома. И это, позвольте заметить, вовсе не маргиналы. Вполне приличная семья: Света работает и вообще не пьет, с ними проживают еще мама-пенсионерка и Светин брат. С Ольгиным отцом Светлана, правда, давно разведена, у него другая семья, но дочь он не забывает, общается с ней, денег дает, причем, немало. То есть, девочка далеко не беспризорница, предоставленная сама себе. У меня на тот момент был сын в таком же возрасте, но я не представляла, что ребенок может где-то шляться по ночам, да еще и пьяный. Но если бы таковое произошло, то я бы уж точно не легла спать, не дождавшись его, не выяснив, где он и что с ним.

А тут – девочка!!!

Это первое. А теперь второе. Если бы мне пришлось приехать в отделение полиции за пьяным в дрезину сыном, первое, что бы я сделала, едва зайдя в кабинет и увидев пьяного кроющего матом сотрудников ребенка, это врезала бы ему так, чтобы через всю комнату пролетел, чтобы весь хмель из дурной башки выветрился. За то, что ведет себя таким образом, за то, что позорит меня, за то, что мне пришлось посреди ночи мчаться сюда на такси, в конце концов.

Оговорюсь сразу: я никогда не била своего сына. Я всегда пыталась как-то договориться, объясниться, понять друг друга. Но в подобной ситуации – это первое, что приходит мне в голову. Не знаю, помогло бы или нет. Но, блин, хоть душу отвела бы, - а заодно, может, подумал бы в следующий раз, стоит ли доводить меня до такого состояния.

И что значит, он начал бы бегать по лестницам и коридорам? И за ним всей толпой бегали бы нехорошие менты, пытаясь его поймать?.. Нет. Я просто попросила бы сотрудников полиции подождать и позволить мне самой с ним разобраться. Попросила бы вежливо… А если не поняли бы вежливо, то объяснила бы на великом и могучем, что не стоит встревать между мною и моим сыном. Я тебя породил, я тебя и убью, блин!.. Но я думаю, они и сами поняли бы, что к чему.

Бегаю я тоже быстро, и, да простит меня Господь, но бедный ребенок пожалел бы, что родился на свет, когда я его догнала бы…

Можете меня осуждать. Но я говорю то, что думаю. Нынешние дети с полного попустительства родителей творят все, что хотят. Потому что никто даже и не пытается объяснять им, что такое хорошо, а что такое плохо. Я далеко не образцовый родитель. Как и все, я совершала серьезные ошибки. Но я считаю, что в первую очередь именно мы должны отвечать за своих детей, - по крайней мере, до тех пор, пока они не станут совершеннолетними. И пьяный ребенок ночью в отделении полиции заслуживает не жалости и материнских рыданий, а хорошего ремня…

- Да ты что!.. – ужаснулась Света моим словам. – Она ведь и сдачи может сдать! Ты знаешь, сколько раз она меня уже била?.. Скажешь ей слово, - а она запсихует и набросится с кулаками, - а она же в два раза меня крупнее!.. Она и в квартире все может крушить начать!.. Знаешь, сколько она уже дорогих вещей перебила?..

Занавес падает. Все. Молчу. Больше мне к этому добавить нечего. Пятнадцатилетняя девочка, бьющая свою маму… Но, в конце концов, это маме с ней жить, а не мне. А я бы просто убила, если бы мой ребенок поднял на меня руку.

Нет, наверное, мое мнение – это другая крайность. Я его никому не навязываю. Каждый сам решает, как ему жить. Но, тем не менее, ситуация, рассказанная Светланой, - мягко говоря, не совсем нормальная, разве не так?..

Оленьку, кстати, после этого случая поставили на учет. Но она не шибко расстроилась. Ни пить, ни гулять ей это не мешает.

Света не видит в этом ничего особенного.