МИР, В КОТОРОМ Я ЖИВУ…⁠⁠

С некоторых пор меня серьезно пугает мир, в котором я живу. До такой степени, что мне не хочется лишний раз выходить из дома. Мимоходом заскочить в магазин становится проблемой, и я частенько ловлю себя на том, что придумываю себе оправдания, чтобы лишний раз не заходить туда: холодильник полный, на завтра есть, что приготовить, ну, а то, что молоко и хлеб закончились, - так я их и не хочу…

Слава Богу, сейчас я нашла работу, которая не требует особого общения, - потому что любой контакт с людьми в последние годы стал для меня болезненным.

То ли мир сошел с ума, то ли  я сошла с ума…

Я не совсем уверена в своей адекватности. Скорее, наоборот, - и я этого даже и не скрываю. Вещи, нормальные и естественные для других людей, вызывают у меня тихий ужас. И наоборот. Я давно уже нашла у себя кучу диагнозов, самый интересный из которых – психопатия. Так что, да, - назвать меня полностью нормальной сложно. Но!.. Я пока не опасна для окружающих людей.

Если меня не трогать.

Но я, похоже, хочу от этого общества слишком многого.

Я выросла при замшелом социализме, в самом, что ни на есть, провинциальном городке, в окружении необразованных работяг, трудившихся на многочисленных местных предприятиях. Да, да, - посмотрим правде в глаза, - в большинстве своем это были полуграмотные мужланы из близлежащих деревень, каким-то чудом закрепившиеся в городе. Это я сейчас понимаю по смыслу. Но тогда, тридцать – сорок лет назад, я об этом не задумывалась. И вовсе не потому, что была еще слишком глупой.

Просто, как это ни странно, но во времена моего детства, проведенного на рабочей окраине, меня окружали вежливые, добрые, заботливые люди, в большинстве своем честные и порядочные, справедливые, готовые прийти на помощь. В плане отношений между людьми тогда все было как-то по-доброму.

Большинство соседей, - даже в многоквартирных домах, - знали друг друга и были обоюдно вежливы. Конечно, в семье не без урода, - так и в каждом дворе были определенные индивидуумы, не желавшие жить мирно и затевавшие склоки с окружающими, - но их были единицы, и их все осуждали и старались попросту не связываться. И нас, детей, с рождения учили, что это унизительно, в первую очередь, для нас самих, - затевать ссору с такой вот базарной хабалкой. Это опускает нас на ее уровень, а мы должны быть выше этого, достойнее. Любые конфликты решались вежливо, ни в коем случае не на повышенных тонах, - и при этом решались, к обоюдному согласию, и все оставались довольны!

Ну, бывало, мужики примут лишнего на грудь в выходной день и не поделят что-нибудь у так называемой пивнушки или где-то за гаражами. Это случалось так редко, что мы чуть ли не всем районом знали, что Мишкин и Витькин папы чуть было не подрались спьяну… Мишка и Витька скрывались дома, опасаясь, что друзья будут смеяться над ними, их мамы прятали глаза от стыда, проходя мимо вездесущих и всевидящих старушек, а протрезвевшие мужики каялись и просили прощения друг у друга и у окружающих и клялись, что больше – никогда!..

И снова наступала тишь, гладь да божья благодать…

Сейчас у меня за окном все время кто-то орет. Мужчины, женщины, дети, старики, младенцы… Двадцать четыре часа в сутки я слушаю сплошной мат – перемат… По ночам порой приходится закрывать окна и вставлять в уши беруши… Люди разучились разговаривать спокойно. Они только «орутся» друг с другом целыми днями…

Я живу на четвертом этаже. И мой район считается не самым неблагополучным. Тем е менее, мне иногда кажется, что я проживаю в каком-то гетто. Вокруг все пьют. Все орут и дерутся. И это – даже не алкаши и не отбросы общества. Это – вполне обеспеченные и солидные мужчины, которые, облив друг друга помоями, преспокойно усаживаются в отнюдь не дешевые машины и разъезжаются по домам, где их ждут жены и ребятишки.

Те самые жены, которые, нацепив норковые шубки чуть ли не летом, отправляются по магазинам, где откровенно издеваются над продавцами и другими, менее склочными, посетителями, провоцируя вокруг себя скандалы, - просто так, чтобы потешить свое самолюбие. В их поведении зачастую нет никакого смысла или злого умысла. Просто скандал ради скандала…

А их дети… Дети – это вообще отдельный разговор. Вы когда-нибудь смотрели в невинные широкораспахнутые небесно-голубые – и совершенно пустые – глаза трех – четырех - пятилетнего малыша, ни с того, ни с сего бросающегося на вас с палкой?.. Поверьте мне, - это зрелище в лучших традициях Стивена Кинга… Порой становится реально страшно… Потому что в пяти метрах довольно ухмыляется, отхлебывая пиво, его папашка, невероятно гордый своим смелым отпрыском. А рядом стоит с очередным младенцем в коляске, уткнувшись в телефон, его мамуля, инстинктивно поглаживая вновь беременный животик…

Никто из них не одернет своего наследника. Не объяснит ему, что так делать нельзя, не извинится. Наоборот, похвалят и поощрят к дальнейшим подвигам. А если кто-нибудь из случайных прохожих осмелится что-то сказать по этому поводу, - он узнает о себе много нового…

В физическом плане я не боюсь ни папы-амбала, ни мамы-несушки, ни их сейчас уже сорвавшегося с тормозов отпрыска, который, правда, лет через десять будет реально опасен. Ни зарвавшейся курицы в магазине, тешащей свое самолюбие тем, что она вот уже десять минут решает, какой картой оплатить покупку, а пятнадцать человек в очереди за ней уже готовы взорваться от возмущения. Ни даже толпы алкоголиков, дерущихся около моего подъезда под восторженные вопли своих самок. В физическом плане они не представляют для меня опасности. Я очень хорошо умею постоять за себя. Но!..

Я чувствую себя совершенно беззащитной перед хамством. Я не умею достойно отвечать на него, хамить в ответ, я вообще не способа «ораться». Я не могу ответить ни вежливо, ни грубо, ни насмешливо, - как советуют психологи. При этом я ощущаю себя просто совершенно беспомощной. Я неплохо умею драться и могу – физически – дать сдачи, - чего вообще никто не ожидает от девушки моего возраста и комплекции. Но, вроде бы, по законам нашего общества, нельзя сходу бить в морду в ответ на хамство. Это не принято, это вовсю осуждается нашим чудесным обществом, это наказуемо, в конце концов, с точки зрения закона. В то время, как хамское поведение не наказуемо. Даже не осуждается. И принято повсеместно.

И мне становится просто страшно. За себя. За свою психику. Несмотря на то, что я искренне считаю себя психопатом, я не хочу никого трогать. Мне не нравится ни над кем издеваться. Я просто хочу спокойно жить. И изо дня в день я понимаю, что хочу слишком многого…

Да, я, к сожалению, не способна дать достойный отпор на словах. Зато я чувствую себя вполне способной порвать своего обидчика, как Тузик грелку. В буквальном смысле. А морально-этические нормы у меня, как и у всякого психопата, попросту отсутствуют. И меня останавливает лишь банальный страх перед законом. Я не уверена, что смогу достаточно удачно спрятать концы в воду. Но, если подойти к этому делу серьезно, обдуманно, творчески, а не в состоянии аффекта…

Я просто физически ощущаю, что мне все тяжелее сдерживаться с каждым днем. Уже не раз и не два ситуация складывалась таким образом, когда я просто бросала все и выбегала за оскорбившими меня людьми из того же магазина, забыв про все, влекомая красной пеленой перед глазами, в буквальном смысле охваченная жаждой убийства… И знаете, что меня останавливало?.. На этот раз даже не страх наказания, не многочисленные свидетели, не доводы разума. А лишь то, что я попросту не находила своих обидчиков. Они исчезали. Словно растворялись в воздухе. И мне не удавалось их найти.

Из всего этого я делаю вывод, что какая-то высшая сила попросту бережет меня, не давая пока выйти за границы дозволенного. Потому что с точки зрения логики и холодного разума это не подлежит никакому другому объяснению.

Значит, у меня есть какое-то другое предназначение в этом мире. Какая-то другая цель. Я ищу ее. А вот что будет после того, как найду?..

Люди, я вас не трогаю! Вы мне не мешаете. Даже нравитесь иногда. И я всеми богами, в которых вы верите, заклинаю вас: не трогайте меня!.. И, решив на досуге оскорбить и унизить скромно стоящего рядом с вами человека, хоть на мгновение задумайтесь о том, тот ли он, кем кажется?.. Вы потешите самолюбие, похорохоритесь перед друзьями и пойдете домой, весело обсуждая, как очередная безропотная овца едва сдерживала слезы, не в силах вам ответить. Но только помните о волках в овечьей шкуре. И не удивляйтесь, если встретите одного из них на своем пути.

И, да, вот еще что. Собака, которая лает, не кусается. Помните и об этом тоже. Я никогда ни с кем не ругаюсь. И уж, тем более, никогда никому не угрожаю. Слова – это всего лишь сотрясение воздуха. А я – всего лишь скромная улыбчивая девушка средних лет.

Только вот в душе у меня – ад. И помоги вам, боже, если он вырвется наружу.