Серия «Александр Гельевич Дугин»

Раздел 6. История России в контексте вестернологии
Глава 9. Российская Империя век XIX: консервативный поворот
Завершение русских циклов
Царствование последнего русского Императора Николая II является завершением одновременно нескольких циклов русской истории.
Во-первых, на нем кончается история русской монархии, начатой вместе с Рюриком. В той или иной форме вся русская история связана с монархией, конец которой наступил вместе с отречением от престола Николая II.
Во-вторых, завершился цикл христианской Руси/России, которая приняла христианство в X веке вместе с великим князем Владимиром и оставалась верной сделанному выбору в течении чуть менее, чем тысяча лет. Вместе с монархией в русской истории приходит конец русскому православию – не только в качестве государственной религии, но и в роли доминирующего мировоззрения, что было константой на протяжении десяти веков.
В-третьих, синхронно завершился и Синодальный период русской Церкви, так как сразу после падения Николая II было восстановлено патриаршество.
В-четвертых, завершался цикл Романовской династии, начавшейся вместе с Михаилом Федоровичем и закончившийся на последнем представителе этой династии на троне – Николае II. Строго говоря, прямая линия династической преемственности рода Романовых завершается на Петре II, внуке Петра I от его сына Алексея Петровича, поэтому следующие представители рода Романовых считаются по женской линии, которая в династических вопросах принимается во внимание довольно редко. При этом по мужской линии дальнейшие правители России были потомками династии Гольштейн-Готторпских князей, в свою очередь, представлявших собой младшую ветвь дома Ольденбургов, выходцы из которого с XI века правили в разные периоды Данией, Норвегией и Швецией.
В-пятых, конец Николая II был концом Санкт-Петербургского периода, открытого Петром I и длившегося два столетия. Символично, что большевики после захвата власти в 1917 году в скором времени перенесли столицу снова в Москву. Разрыв с Санкт-Петербургским периодом не ограничивался переносом столицы, но завершал все основные социально-политические и культурные процессы, связанные с Петербургом.
В-шестых, прервалась последовательность культурных циклов, начатых золотым веком Пушкина и продолжившихся серебряным веком, проходившим под знаком софиологии и ее философского и культурного выражения.
Правление Николая II было на всех этих уровнях завершением русской истории, и печатью ее стала трагическая гибель царя и царской семьи, позднее прославленных Русской Церковью в лике новомучеников. В целом это был конец России во всех смыслах. И именно так он и был осознан современниками Октябрьской революции и свидетелями краха Российской Империи.

Раздел 6. История России в контексте вестернологии
Глава 8. Петровский век
Екатерина Великая и ее геополитика
Вестернологический тезис: Правление Екатерины II является кульминацией Петровской политики и логически завершает собой XVIII века, отмеченный в русской истории правлением сменяющих друг друга женщин на троне. Все основные черты Петровской санкт-петербургской идеологии воплощаются в жизнь – просвещенный абсолютизм, подъем нового дворянского класса, вестернизация аристократии (вплоть до того, что высшее общество перестает говорить по-русски), закабаление крестьян, развитие материалистических наук, распространение идей Просветителей и энциклопедистов, бурное становление русского масонства – как мистического, так и революционного, но при этом активная территориальная экспансия, успешные войны с Османской Империей и присоединение значительных земель Западной Руси и самой Польши. Российский археомодерн в XVIII веке становится доминирующей парадигмой, во многом задавая вектор будущего. При этом несмотря на секуляризацию и модернизацию, формальной идентичностью остается русский византизм, хотя и в особом ключе.

Павел I
...Продолжая линию Екатерины II, отшатнувшейся от Французской революции, в 1798 году Россия вступила в антифранцузскую коалицию c Великобританией, Австрией, Турцией, Королевством обеих Сицилий.
Главнокомандующим русскими войсками был назначен А.В. Суворов как лучший полководец Европы. В его ведение также передавались и австрийские войска. Под руководством Суворова Северная Италия была освобождена от французского господства. В сентябре 1799 года русская армия совершила знаменитый переход Суворова через Альпы.
Результатом Итальянского похода стало освобождение в короткие сроки Северной Италии от французского господства. После освобождения Северной Италии Суворов предполагал развернуть наступление на Францию, нанося главный удар в направлении Гренобль, Лион, Париж. Но этот план был сорван союзниками, опасавшимися усиления влияния России в районе Средиземного моря и Италии. Великобритания и Австрия решили удалить русскую армию из Северной Италии.
Постоянной чертой всего правления Павла (даже на раннем этапе) была его устойчивая неприязнь к Англии.

Археомодерн XVIII века
Вестернологический тезис: В XVIII веке в России складывается особая парадигма – археомодерн (псевдоморфоз, по О.Шпенглеру). Она описывает общество, которое на уровне элит относится к типу западноевропейского Модерна, а на уровне преобладающих крестьянских масс сохраняет все признаки традиционного уклада. Это порождает внутренний конфликт и растущий зазор между культурой аристократии и мировоззрением народа.

Геополитические итоги XVIII века
Вестернологический тезис: Геополитические результаты XVIII века контрастируют с духовным кризисом и представляют собой колоссальные достижения по увеличению могущества, укреплению суверенитета и масштабному расширению государственных территорий практически во всех направлениях.

Глава 9. Российская Империя век XIX: консервативный поворот
Александр Первый: вторжение Наполеона
Заговор против Павла и его убийство, по мнению историков, были осуществлены с ведома его сына, по крайней мере не противившегося замыслам заговорщиков великого князя Александра Павловича. Следовательно, коронация Александра I отвечала планам заговорщиков.
Еще до своего коронования 15 сентября 1801 года Александр I делает ряд внешнеполитических шагов, направленных в прямо противоположном русле, нежели политика Павла. Так 5 июня 1801 года в Петербурге была подписана русско-английская конвенция, полностью опровергающая все профранцузские шаги прежнего российского Императора.
Далее, Александр I продолжает действовать в том же ключе. В 1805 году по инициативе Англии была фактически создана новая антифранцузская коалиция, к которой примкнула Россия. Кульминацией стало Аустерлицкое сражение (2 декабря 1805 года), в котором сошлись три Императора – французский «Император» Наполеон, австрийский Император Франц II и русский император Александр I. Сражение было выиграно Наполеоном, после чего Австрия вышла из войны, а Россия продолжала сохранять верность обязательствам, взятым перед Англией, и как и прежде вела антифранцузскую политику.

...После того как поражение Наполеона стало очевидным, позиции русского командования снова разделяются. Кутузов, понимая, что окончательное уничтожение Наполеона развяжет руки Англии, предлагает остановить преследование французских армий и сохранить Наполеона как антианглийский фактор европейской политики. Однако Александр I решает иначе. Война в январе 1813 года перешла в «Заграничный поход русской армии»: боевые действия переместились на территорию Германии и Франции. В октябре 1813 года Наполеон был разгромлен в битве под Лейпцигом и в апреле 1814 года отрекся от трона Франции.
...
Вестернологический тезис: Нашествие Наполеона был прямым вторжением в русскую цивилизацию не просто европейской державы, но цивилизации Модерна. Наполеон воплощал в себе все основные характеристики Европы Нового времени – секуляризм, атеизм, дух Просвещения, буржуазию, идеологию прогресса, национализм, гражданское общество, политическое масонство и материалистическую науку. Впервые Россия столкнулась не просто с Западом, но с Западом эпохи Модерна.

Священный Союз и Большая Игра
...За время правления Александра I территория Российской империи значительно расширилась: в российское подданство перешли Восточная и Западная Грузия, Мингрелия, Имеретия, Гурия, Финляндия, Бессарабия, большая часть Польши (образовавшая царство Польское). Окончательно были установлены западные границы Империи.
С эпохи царствования Александра I, а точнее, с 1813 г., принято отсчитывать начало того, что в истории международных отношений принято называть «Большой Игрой» (Great Game). Так в 1840 г. было окрещено английским разведчиком Артуром Конноли соперничество между Британской и Российской империями за господство в Центральной Азии (1813–1907). Русско-английское противостояние началось раньше с эпохи Елизаветы Петровны и дало о себе знать во время царствования ее племянника Павла I, но сам этот термин был введен британцами только сейчас.

Раздел 6. История России в контексте вестернологии
Глава 7. Московский период
Москва – Третий Рим
...Во втором послании Филофея, обращенном непосредственно к великому князю Василию III, основная идея Москвы Третьего Рима:
Ибо старого Рима церковь пала по неверию ереси Аполлинария, второго же Рима, Константинова града, церковные двери внуки агарян секирами и топорами рассекли, а эта теперь же третьего, нового Рима, державного твоего Царства святая соборная апостольская Церковь во всех концах Вселенной в православной христианской вере по всей поднебесной больше солнца светится, – так пусть знает твоя державность, благочестивый Царь, что все православные царства христианской веры сошлись в едином твоем Царстве: один ты во всей поднебесной христианам Царь.
Филофей говорит Великому князю о том, что он остался единственным Царем (Императором, Катехоном) во всем мире, и объясняет почему. Рим уклонился в католичество (здесь оно приравнивается к «аполлинариевой ереси» по имени Аполлинария Лаодикийского, предшественника монофизитства, осужденного на Втором Вселенском соборе как еретик). А Константинополь (Второй Рим) был взят «агарянами», то есть турками (внуками библейской Агари, матери Исмаила, предка арабов – в данном контексте имеются в виду мусульмане – «измаильтяне» из «Откровения Мефодия Патарского»). Таким образом, осталась только одна страна одновременно Церковь, держава и народ – которая сохранила ортодоксальную световую субъектность: «паче солнца светится» – это Третий Рим, владения Великого Князя Московского и всея Руси.
Последние слова послания Филофея звучат угрожающе: враги Русского государства не просто недруги или конкуренты, относящиеся к тому же плану действительности, что и сама Русь. На сей раз в силу катехонической природы Третьего Рима враги русского Царя суть враги рода человеческого, враги «всего мира», то есть армия дьявола в самом прямом смысле.

Вестернологический тезис: Учение о Москве как Третьем Риме является поворотным моментом в отношениях между Русской цивилизацией и цивилизацией Запада. Московское государство, его правитель, Русская православная церковь и сам русский народ провозглашаются ядром и центром всего христианского мира, христианского человечества. Католический Запад, отпавший от истинной Церкви, по сути, признается врагом Христа. Соответственно, именно с этого момента Русская цивилизация осознает себя вселенской и имеющей центр в самой себе, то есть суверенной во всех отношениях – политическом, церковном, духовном и материальном.

Раздел 6. История России в контексте вестернологии
Глава 4. Период раздробленности
От Ярославичей к Мономаху
...В большинстве случаев геополитические вызовы были типологически весьма сходными, хотя их субъекты и структуры коалиций менялись. Эти вызовы можно представить себе как геополитические константы, принципиально не меняющиеся со временем. Варягов позднее сменят германцы Тевтонского Ордена; поляков – литовцы; контролирующие Великую Степь этносы будут меняться вплоть до монголов; Византия будет слабеть, но сами вектора сохранятся, и на каждом новом витке русской истории русские правители будут вынуждены давать на все эти вызовы новые ответы, исходя из конкретного исторического и стратегического баланса сил.
Геополитическая стратегия Киевской Руси при столкновении со всеми этими вызовами была довольно проста и сводилась к необходимости путем войн, альянсов, династических браков или мирных договоров оградить державу от вторжений, распространить русское влияние на соседние земли (или при возможности их присоединить), обеспечить выгодный для России расклад сил с учетом политических и экономических интересов, а также принимая во внимание религиозный фактор. Эта стратегия оставалась в целом довольно постоянной и последовательно отстаивалась всегда, когда правители Руси могли сосредоточиться на делах государства и действовать исходя из интересов державы.
Кроме внешних вызовов, Киевская Русь сталкивалась с внутренними вызовами. Они состояли из двух основных факторов:
1) на первом этапе из стремления отдельных областей, племен или этносов выйти из-под зависимости от Киева (восстания древлян, радимичей, вятичей, северян, чуди и т. д.), а позднее
2) из княжеских усобиц, разрывающих единое политическое пространство Руси из-за личных властных амбиций и воли к власти отдельных сильных фигур из числа Рюриковичей всех ветвей.
Сепаратизм и княжеские раздоры намечали внутренние линии разлома единого геополитического пространства, что влияло на его связность и устойчивость и переплеталось с давлением внешних сил. Во время княжеских усобиц враждующие стороны постоянно обращались к внешним игрокам, на которые старались опереться для захвата и удержания власти. Все это порождало особое геополитическое поле Киевской Руси, которое может быть представлено как единая система, внутренняя структура которой постоянно то ослабевает, то укрепляется, и на которую воздействуют приблизительно одни и те же силы, но с разной степенью интенсивности и в лице разных (а иногда одних и тех же) народов. Каждый момент этой геополитической динамической картины может быть описан с опорой на исторические данные, но общее видение прояснится только тогда, когда мы сможем охватить ее всю целиком – именно как систему с постоянной структурой.

Вестернологический тезис: Соперничество Ярославичей между собой сделало Русь территорией княжеских раздоров, причем в своих усобицах удельные князья обращались к внешним силам, еще более ослабляя единство державы. Эпизодически обращаются они (например, Изяслав Ярославич) за поддержкой и к Западу – Папам и Императорам, что, однако, пока не является осмысленным западничеством и не свидетельствует о готовности русских князей поступиться православной идентичностью, которая остается всеобщей незыблемой доминантой.

Эпоха раздробленности
...Б.А.Рыбаков замечает:
В середине XII века было 15 княжеств, в начале XIII века, накануне нашествия Батыя, – около 50, а в XIV веке (когда уже начался процесс феодальной консолидации) количество великих и удельных княжеств достигало примерно 250. Причиной такой дробности были разделы владений князьями между своими сыновьями, в результате чего княжества мельчали, слабели.

Русский Восток против русского Запада
В эпоху раздробленности одним из главных центров и субъектом политических противостояний становится русской Восток.
На территории Ростово-Суздальского княжества еще самим Владимиром Великим в конце X века была заложена крепость, получившаяназвание Владимир-на-Клязьме.
Владимир Мономах передал Ростово-Суздальскую землю своему сыну Юрию Владимировичу Долгорукому. Юрий Долгорукий считается основателем Москвы. Он же основал такие города как Дмитров, Юрьев, Переславль-Залесский, а также Кострому, Городец, Стародуб, Звенигород, Перемышль и Дубну.
Постепенно Суздаль стал более важным центром, чем Ростов. Так, Юрий Долгорукий в 1125 году перенес в Суздаль столицу своих владений. Юрий Долгорукий активно поощрял переселения славян-земледельцев из Юго-Западной Руси, предоставляя им статус свободных крестьян. Параллельно он ослаблял власть местного боярства, что по сути, заложило особую – Владимирскую – парадигму, ставшую позднее идеологическим ядром всей Восточной Руси и достигшую апогея в Московском царстве. Она заключалась в единоличной и неоспоримой власти князя с опорой на крестьянство, свободное от вотчинников и зависимое только от самого князя, что позднее получило название «черносошенное крестьянство». Это создавало условия для концентрации власти в одних руках и укрепления монархической модели правления.

Раздел 5. Постмодерн
Основные вестернологические тезисы пятого раздела:
1. Западная цивилизация Постмодерна представляет собой прямую антитезу западной цивилизации Премодерна, Средневековья и традиционного общества.
2. Постмодерн открыто провозглашает нигилизм, релятивизм, все более последовательно и осознанно ведет Запад и все человечество в бездну.
3. Философы-постмодернисты и представители объектно-ориентированной онтологии выдвигают теории, откровенно призывающие не только к концу человечества, но и к уничтожению жизни на земле.
4. Момент Сингулярности и передача власти сильному Искусственному Интеллекту является тем историческим горизонтом, когда появятся технические возможности для перехода к постчеловеческой эпохе. Этот горизонт измеряется не столетиями, а десятилетиями или даже годами.
5. Постмодерн, являясь, как и Модерн, исключительно западноевропейским явлением, претендует на глобальность и распространяет свое влияние не столько через философию и науку, сколько через культуру, технику и образ жизни, проникая прежде всего в элиты и молодежные среды, но постепенно захватывая все общество. Как и другие формы западной цивилизации, Постмодерн претендует на универсальность, а современный левый либерализм, являющийся идеологическим носителем Постмодерна (гендерная политика, поощрение неконтролируемой миграции, глобализация, упразднение государств, трансгуманизм, акселерационизм и Сингулярность) становится все более и более тоталитарным, взяв в качестве оружия для борьбы со своими идейными противниками
метод «культуры отмены» или их физическое устранение.
6. Россия и некоторые другие цивилизации выступили против западного Постмодерна, отстаивая свои суверенные пути развития. Это стало основой формирования многополярного мира, что находит свое воплощение в новых интеграционных объединениях – и прежде всего в БРИКС.
7. Вестернология является главным теоретическим инструментом борьбы цивилизаций за свой суверенитет, так как помещает Запад, претендующий на универсальность своей цивилизации, в конкретные исторические и географические рамки и последовательно фиксирует смыслы и повороты западной истории, объясняющие то, каким образом современный Запад пришел к своему нынешнему состоянию и как на протяжении разных фаз – с учетом колебаний, диалектических противоречий и подчас коррекций и возвратов – складывалась картина токсичной агрессивной нетерпимой цивилизации, претендующей на единственность, глобальность, гегемонию и открыто провозглашающей такие цели, ценности и ориентации, от которых не только содрогаются ныне живущие, сумевшие заглянуть в суть развертывающихся процессов, но содрогнулись бы и сами люди Запада, принадлежавшие к ранним периодам его истории и прежде всего к традиционному обществу.

Раздел 5. Постмодерн
Глава 6. Политика эпохи Постмодерна
Переход
В эпоху Постмодерна происходит качественный сдвиг в сфере политики. Западный Модерн начался с разрушения структур традиционного общества – Папской теократии, Империи, сословного феодального строя, образа жизни и мира европейского крестьянства. Вместо этого началось создание национальных государств – вначале абсолютистских монархий, потом буржуазных Республик.
Постепенно по влиянием идей Просвещения вызревали теории гражданского общества, пацифизма и глобализма, что предполагало вообще минимализацию политики, отказ от национальных государств и создание Единого Мира под началом Мирового Правительства. Философия Канта обосновывала это наличием единой рациональности (чистого разума). Это привело к идеологии прав человека, согласно которой необходимо сместить акцент в правовом статусе от гражданина (что предполагает наличие принадлежности к какому-то конкретному государству) к просто человеку, наделенному, согласно этой теории, «естественными правами». Права человека помещают любого, вне зависимости от его гражданства, в контекст условного – предполагаемого – Мирового Государства, чьи «гражданином» по умолчанию является каждый. Либеральная теория видит переход от национальных государств, как наследия раннего Модерна, к Мировому Государству, как кульминации позднего Модерна и далее к Постмодерну, главным содержанием мировой политики. Это и есть глобализм как идеологическая парадигма, окончательно восторжествовавшая после конца двухполюсного мира и самоликвидации социалистического лагеря. Если в раннем Модерне национальное секулярное государство считалось «прогрессивным» явлением, то теперь оно выступает сдерживающим фактором дальнейшей фазы прогресса, которая состоит в упразднении отдельных государств, их десуверенизации и передачи полноты власти наднациональным структурам, прообразом Мирового Правительства. И Лига Наций, созданная по результатам Первой мировой войны, и ООН, учрежденная после Второй мировой войны, были задуманы как движение к этой цели. Теория конвергенции двух систем (капиталистической и социалистической), популярная в 70-е годы ХХ века, была направлена к той же цели. Но самые решительные практические шаги к утверждению Мирового Правительства были сделаны после распада СССР. В 90-е годы был учрежден Европейский Союз, в котором все европейские государства, история суверенитета которых уходит в эпоху Средневековья, поступились им в пользу новой наднациональной структуры. Европейский Союз (ЕС) был учрежден 1 ноября 1993 года, когда вступил в силу Маастрихтский договор, подписанный 7 февраля 1992 года. Это можно считать переломным моментом в политической истории Запада, когда произошел переход от позднего Модерна к Постмодерну.
Политический Постмодерн имеет две версии. Основная – либеральная. Она полностью преемствует классический либерализм (индивидуализм, номинализм, абсолютная частная собственность, неуклонный рост среднего класса) и предполагает заменить политику экономикой, а войну – торговлей. Мир становится единой территорией свободного рынка, где космополитическое общество, лишенное наций, религий, этносов и культур, замещает собой существующие государства и цивилизации. Сразу после распада СССР Фрэнсис Фукуяма дал этому либеральному проекту название «конец истории». Прямым воплощением этого и стал Евросоюз, а также такие наднациональные структуры как Гаагский трибунал, Европейский суд по правам человека и т.д. Это направление в целом получило обобщенное название «либеральная глобализация» или «глобализм».

...В либеральном глобализме мы имеем дело с доведением до логического предела ориентации западной цивилизации на номинализм, индивидуализм и атомизм, что в Модерне было воплощено в демократии и республиканском строе, включая парламентаризм и разделение властей. В Постмодерне эта тенденция достигает своей кульминации и превращается в политику упразднения суверенных государств и их замены наднациональными структурами – по модели Евросоюза, но только в глобальном масштабе.
В основу такого Мирового Государства кладется идея о среднем классе, невидимой руке рынка и прав человека, отрицающая все формы коллективной идентичности.

Мутации либеральной идеологии в Постмодерне
...Переходя от формального противостояния альтернативным идеологиям к новой фазе самовнедрения в мировом масштабе, либеральная идеология меняет свой статус. Победив своих соперников, либерализм приобрел монополию на идеологическое мышление, стал единственной идеологией, не допускающей рядом с собой никаких иных. Можно сказать, что от уровня программы он перешел на уровень операционной системы, ставшей чем-то само собой разумеющимся.

Глава 7. Экономика Постмодерна
Вестернологический тезис: Главной чертой экономики Постмодерна является переход от реальной экономики к виртуальной, «дематериализация реального сектора», когда знаки окончательно освобождаются от того, что они обозначают – будь то брэнды, марки или электронные средства платежа. Многократное превосходство виртуальных финансов над всем товарным покрытием мировой экономики превращает всю систему в огромную пирамиду, во главе которой стоят транснациональные монополии и корпорации, в условиях глобализации сплошь и рядом более влиятельные и суверенные, чем целые государства.

Раздел 5. Постмодерн
Глава 5. Наука Постмодерна
Две метрики научного знания в Постмодерне
В эпоху Постмодерна фундаментальная наука продолжает те тенденции, которые сложились в позднем Модерне и которые все дальше отходят от классической физики. При этом на уровне школьных программ физика все еще излагается в ее ньютоновской версии, тогда как профессиональные ученые начиная с институтских программ оказываются в полностью альтернативном мире научных представлений, основанных на преодолении классической механики как с позиций теории относительности, квантовой механики, астрофизик, так и еще более комплексных теорий суперструн, петлевых пространств и т.д. Это обстоятельство легко проследить на схеме исторической волны Постмодерна: общее образование по инерции все еще остается в парадигме Модерна, тогда как специализация сразу же переводит обучающихся в иной режим – с иными аксиомами, принципами и правилами.
Профессиональные ученые (как в естественно-научных, так и в гуманитарных дисциплинах) находятся в парадигме Постмодерна, тогда как общая масса остается в Модерне. Это прежде всего касается западных обществ, но в силу глобализации затрагивает и все остальные цивилизации.

Вестернологический тезис: Представление о том, что является «научным» и «ненаучным», целиком зависит от специализации конкретного человека: профессионалы и представители фундаментальной науки находится в парадигме Постмодерна, тогда как основному населению даются представления, относящиеся к предыдущей эпохе Модерна, давно отброшенные, преодоленные и трансформированные в профессиональной среде ученых. Это порождает в обществах Постмодерна зазор между научной элитой и массой населения.