Для ЛЛ: у женщины украли телефон и карты. Она позвонила в поддержку, но банк отказался заморозить счет и карты, т. к. клиентка не назвала кодовое слово. В итоге украли деньги со счетов и оформили кредит, который тоже украли. Две инстанции признали, что банк был прав.
Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.
Однажды гражданка Б. вернулась домой и обнаружила, что из сумки пропали телефон и кошелек с банковскими картами.
К счастью, у нее был запасной телефон, с которого она сразу же связалась с банком и попросила заблокировать карты и счета, чтобы предотвратить кражу денег.
Однако сотрудник поддержки отказал в помощи, так как она не смогла назвать кодовое слово — она его давно забыла, поскольку никогда не использовала, а договор с банком заключила много лет назад.
Даже после уговоров и просьб сотрудник банка остался непреклонен и отказался принять меры.
В результате со счетов Б. похитили 250 тысяч рублей, а также оформили кредит на сумму 360 тысяч рублей, который тут же обналичили через банкомат.
Банк отказался возместить ущерб и признать кредитный договор недействительным, сославшись на то, что все операции были подтверждены СМС-кодами. А сотрудник поддержки действовал по инструкции.
Тогда гражданка Б. обратилась в суд, требуя признать кредитный договор и переводы недействительными.
Что решили суды?
Однако суд первой инстанции лишь поддержал банк.
Правила и договор банковского обслуживания с клиенткой Б. допускали заключение кредитного договора через СМС, а также распоряжение денежными средствами через онлайн-банк.
При этом клиент обязан не давать третьим лицам доступ к личному кабинету и картам, а если это произошло — сразу сообщить в банк. Если клиент не сообщил в банк и в результате стал жертвой мошенников, то сам виноват.
А идентификация в службе поддержки осуществляется по кодовому слову, которое клиент обязан знать. То, что Б. не смогла его сообщить — ее проблема.
Поэтому нет оснований признать недействительными кредитный договор и операции. В иске было отказано.
Суд не смутило даже то, что по факту кражи телефона, карт, средств и оформления кредита было возбуждено уголовное дело, а Б. была признана потерпевшей.
Апелляция поддержала решение первой инстанции.
Что сказал кассационный суд?
Суды подошли к делу формально и не учли ряд значимых обстоятельств:
1. Банк не доказал, что условия кредитного договора были согласованы непосредственно с Б.
2. Банк обязан был заподозрить сомнительную операцию и заморозить счета сам. В частности, все деньги со счета были украдены ночью, в нетипичное время, и переведены на счет ранее незнакомого лица. А выданный кредит был сразу обналичен в банкомате.
Сопоставив признаки, банк должен был распознать мошенничество и принять меры, но не сделал этого.
Решения нижестоящих судов были отменены (Определение Третьего КСОЮ по делу N 8Г-1292/2023).
Пересмотрев дело, суд первой инстанции признал кредитный договор и переводы недействительными. Банк пытался оспорить это решение, но безуспешно (Определение Санкт-Петербургского городского суда по делу N 2-2937/2023).
Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.
