Проектировщик Петров сдал проект вентиляции.
Монтажники звонят с матом: «Ты где кабель-канал проложил? Он через колонну идет!»
Петров: «А вы на разрез смотрели? Это же вид сбоку. Там колонна прозрачная, по задумке архитектора».
Студент-практикант Валера, весь в мыслях о сопромате и начерталке, стоит в обнимку с сильфонным компенсатором возле непокорной трубы. Наставник дядя Коля наблюдает за мучениями, попыхивая вонючей «Примой».
Наставник:
— Ну чё, Эйнштейн, созерцаешь? Или может, уже жениться на нём собрался? Он тебе «да»-то не скажет. Давай, центруй давай!
Валера:
— Дядь Коль, я по чертежу всё выверил! Тут по паспорту стрела холодной деформации должна быть 50 миллиметров, я её на 47 выгнул — в допуске же! Красота! Ща прихватим.
Наставник:
— Чево? Стрелу он выгнул... Ты бы ещё йогу с ним позанимался. Ты глянь, гений, куда его «стрела» смотрит? Ты его в горизонт выгибал, а нам по вертикали надо! Он теперь у тебя не в пучность газа играет, а в землю кланяться будет. Переворачивай обратно, теоретик.
Валера вздыхает, пытается перевернуть многотонную железку. Кряхтит, краснеет.
Наставник:
— Слышь, Валера, а ты паспорт-то читал? Там же русским по белому написано: «Не кантовать!» А ты его как балерину крутишь. Лопнет — весь пар уйдет, будешь потом голым в облаках летать, как десантник.
Валера наконец кое-как устанавливает компенсатор. Берет электрод, чтобы прихватить.
Наставник (подходит, щупает зазор):
— Стоп-стоп-стоп. А это что за любовь?
Валера:
— Где?
Наставник:
— Зазор где? Ты его накосячил сантиметра на четыре. Он же сильфонный! Ему дышать надо! Ты его сейчас задушишь в объятиях, как удав Каа удава. Он при нагреве упрется, сложится гармошкой и кранты системе. Давай, раздвигай обратно. И не руками — домкратом! А то я смотрю, ты у нас мускулами решил взять.
Валера, матеря про себя весь институт, начинает орудовать домкратом. Компенсатор со скрежетом поддается.
Наставник:
— Во-о-от. Красава. Теперь прихватывай. И не дрочи электродом, как будто муху рисуешь! Жги уверенно!
Валера чиркает, начинается сварка. Лезет окалина.
Наставник:
— О, а это чё за птичка накакала? Ты бы ещё постельку ему постелил. Шлак убери! Шлак! Это тебе не дипломную работу сдавать, тут железо работать должно. Всё, готово. Смотри, как встал — прямо как влитой.
Валера вытирает пот, довольно улыбается. Наставник обходит конструкцию, пинает её ногой, проверяя на прочность.
Наставник:
— Ну, Валера... Поздравляю. Ты только что установил сильфонный компенсатор с точностью до наоборот.
Валера (с ужасом):
— Как наоборот? В смысле?
Наставник:
— А в том смысле, что ты его сейчас к трубе приварил, а второй конец, который к задвижке, должен идти... Ты его к стенке приварил, балбес! К капитальной стене! Ты ему всю подвижность перекрыл! Он теперь не компенсатор, а просто дорогой хомут для стены.
Валера смотрит на дело рук своих. Один конец компенсатора действительно приварен к трубе, а другой — к мощной железной пластине, замурованной в стену.
Наставник (вздыхает, достает новую папиросу):
— Ладно, Валер. Давай сюда резак. Будем учиться не только варить, но и резать. А компенсатор твой, видно, теперь навечно здесь пропишется. Будет нам памятником стоять. «Студенту-инженеру Валерке, не осилившему пространственное мышление, от благодарных сварщиков».
ООО "Невафлекс"
— Василий Иваныч, а почему на новом шлифовальном станке табличка «Не кантовать»?
— Так это, Петрович, он после вчерашней смены на обиду заточен.
Чуть что не так — сразу искры и «где моя болгарка?!»
— Слышь, сосед, ты из какой стали свою парилку делал? Я вот взял обычную Сталь 20 — дёшево и сердито. Через три года весь каркас проржавел, пришлось менять.
— Эх, брат, надо было 09Г2С брать. Она и холода не боится, и сваривается на ура. Я себе из неё каркас для зимней баньки на даче сварганил — уже десять лет стоит, как новенькая.
— Да ну тебя, дорого же!
— Зато не ржавеет! А вон тот чудак, химик из третьего цеха, вообще из нержавейки AISI 316L себе парную собрал. Говорит, теперь в ней хоть серную кислоту разбрызгивай — век простоит.
— И как? Парится?
— Да какой там! Сидит теперь голый на лавке, смотрит на блестящие стены и прикидывает, сколько бы стоил его банный комплекс, если бы он его в мореплавание пустил. А париться боится — вдруг молибденовый пар вредный для здоровья?
— Эх, металлы... Главное — баланс цены и условий выбрать. А то либо проржавеешь, либо разоришься.
