Ну просто ангельские глазки! Яркие, двойные, так хищно смотрят. Будто только и ждут команды хозяина, чтобы загрызть, разорвать. И этот агрессивный оскал бампера рычит: «Не подходи, хуже будет!». Хотя хуже было и некуда — руль я вывернуть уже не успевал.
В миллиметре от того света зашевелились волосы. Я слишком поздно его заметил. Единственное, что могу сделать в этом кисельном омуте времени, так это закрыть глаза. А то эти голубые фары так сильно слепят!
Опущенные веки не убавили мне яркости. Может, уже всё? Прошло секунд пять, а вокруг так тихо… Фуууух. Три, два, один. Открываю!
Ладно, теперь точно. Открыл. Не понял. Закрыл. Помотал головой. Открыл. Не понял. Во дела.
Дверь. Передо мной стояла просто дверь.
Ну нет, конечно, это была необычная дверь. Я не смог объять взглядом её высоту или даже ширину. Повсюду из неё торчали нитки, клочки бумаги, какие-то механизмы, вон и отмычку поломанную вижу, а также несколько маленьких дырочек, из которых безостановочно сочился алый свет. Миллион разных мелочей вплелись в эту огромную Дверь. Казалось, что она просто есть везде.
Кстати, а что такое это Везде?
Только сейчас я понял, что рядом со мной кто-то разговаривал. Аккуратно поворачиваю голову влево и вправо, потом снова прямо. Закрыть глаза, потрясти головой, открыть, повторить. Что тут вообще происходит?
- Ну, ну, долго он ещё так будет? У меня дела вообще-то есть, а вдруг кто из других жильцов очнётся, что делать прикажешь? Разорваться? А у меня от этого дела аллергия вообще-то, ты же знаешь! А если…
Вихреподобная неведомая сущность слева от меня грозно, судя по всему, трясла рукой с зажатым в ней блокнотом. Рука была человеческой, ни к чему не крепилась, и, казалось, медленно растворялась и собиралась в себя одновременно.
- Ты как обычно, П, лишь бы языком почесать или что там у тебя вместо? Дай пареньку отдышаться, он тут первый раз за сегодня.
Субстанция справа больше напоминала одутловатое пятно в глазу, когда поймаешь солнечного зайчика. Вроде бы вспыхнуло что-то красивое, а видишь только темноту. Да и разглядеть получше его не удавалось, взгляд будто всё время соскальзывал с его оболочки. Только полувидимый мазок на периферийке и держался.
- Это ты, Б, совсем не жалеешь нашего времени! А вдруг он пустой, а вдруг побежит щас куда, а…
Он замолчал. Я тоже перестал хлопать глазами и уставился на предательски знакомый почерк. Не понял.
В плечо меня что-то толкнуло. Я заметил ручку в ладони этого П. Сейчас он перестал так сильно кружиться и походил на обычное испарение воздуха над асфальтом в жаркий день. Только с рукой, висящей из пустоты.
Не до конца понимая, что делаю, я беру ручку и начинаю вчитываться. Передо мной, на двери, висит лист в клеточку, примотанный изолентой к кафелю. На нём почерком Ангелины из 9-го "В" было написано «Всё, что ни делается, - ». Из-под этого кафеля пробивался тот же алый свет, что и из соседних маленьких дырочек в Двери.
- А что там? - почему-то спокойным голосом спрашиваю я.
- Вскрытие покажет, пиши давай, - отвечает мне справа густой оттиск на сетчатке. Я попытался бросить на него взгляд, но он мгновенно переместился на левую часть глаза. Вот зараза!
Спокойно, будто каждый день это делаю, я подношу ручку к листку и дописываю: «всё к лучшему». Любимая фраза Гели, надо же, пригодилась, и почему только я это запомнил?
С потусторонним всасывающим звуком, с таким работает педаль туалета в некоторых поездах, записка улетела куда-то вглубь. Меня мгновенно ослепил свет из нутра образовавшегося отверстия. Медленно и величественно подъехали поближе остальные дырки и сплелись во что-то типа прохода, куда с трудом, но всё же смог бы влезть человек.
- Ты только посмотри на него, ай-нанэ, парняга в ударе, дай пять! - за моей спиной послышался звук хлопка. Резко навалила паника, ноги инстинктивно побежали, всю мою суть охватил животный ужас.
Потом приступ так же резко закончился и я понял, что стою на месте. Даже при повороте головы Дверь всё так же находится перпендикулярно лицу. Вот почему я не могу нормально рассмотреть своих спутников - я прибит взглядом к этому месту.
Медленно кладу голову набок. Яркая дыра не шевелится, а Дверь начинает корёжить - становятся видны внутренности, замки, шестерёнки. Это похоже на объёмный череп, который медленно вращается, а ты через его глазницы смотришь на неподвижный серый мозг, целый, но почему-то в разрезе.
Мне больновато прилетает по затылку.
- А ну ишь, перестань, не ломай мне тут! Только-только восприятие для людей настроили. А ну верни, как было!
Я возвращаю голову в вертикальное положение. Металлические корни опоясывают все искореженные места, и дверь снова приобретает свой прежний вид, только всё ещё с дырой по центру.
- Мой тебе совет, - появилось ощущение, будто о мою ногу потерлась кошка. Я посмотрел вниз, но никого не заметил, - прыгай туда, ради этого здесь всё.
Я пытаюсь увидеть хоть что-то справа, как слева меня снова теребит эта ладонь, уже с женским голубым маникюром и знакомым запахом ежевики. Так пахнет мамино прикосновение.
- Не слушай его! Б всегда фигню городит, кто из нас ещё торопыга, ха. А, и на руку не обращай внимания, я даже не знаю, что ты там видишь. - Ладонь коряво почесала саму себя - Так, у тебя есть право на три вопроса и выбор. Подсказок нет, помощь зала опциональная, по желанию зала. Время ограничено, поехали.
Оглядевшись и схлопотав головокружение от пришитой к глазам двери, я задумался. Да я же вообще ничего не понимаю, о чём же тогда спрашивать?
- Кто вы? - не успеваю себя одёрнуть и вылетает первый вопрос. Глупый ход.
- Ну вот, опять - рот есть форточка для мысли. Ничего оригинального, как же вы все меня…
- Я тебе отвечу - перебивает своего коллегу кляксообразный Б. - Мы, П - кивает на другого - и Б. Стражи этих… ворот, нынче они так выглядят. Занимаемся дешифровкой этой махины, а также пропускаем людей на ту сторону. Если, конечно, Дверь не против.
Вовремя прикусив язык, я сэкономил один лишний вопрос. Надо формулировать лучше.
- Почему передо мной появилась эта дыра?
Уважительно хмыкнув, ладонь слева пошевелила пальчиками и красивым жестом раскрылась в мою сторону. Над ней появился список, который я перечитал раз пятнадцать, тут же забывая, что было написано словом или даже буквой ранее.
- Ха-ха, можешь не пытаться, тут не запомнишь. В общем, смотри, если коротко - ты за эту жизнь что-то постиг. Не что-то великое, хотя бывает и такое, но что-то Твоё, что-то Правильное для тебя. Как-то это запомнил и ввёл здесь, предложение вот сейчас дописал.
Неведомая сущность в виде маленького урагана и женской руки (или мужской, снова стало непонятно) внезапно зачмокала, будто подыскивая слова. Жест был настолько театральным, что я даже растерялся. Чмокать без головы - это постараться надо.
- Так, не тормози, - влез в разговор Б. - У каждого человека за жизнь набирается список целей, которые надо выполнить. Что-то он с самого детства чувствует, что-то делает будто случайно. А в 95 процентах - проходит мимо Своего. Слово, действие, нужный человек, место - всё проносится где-то там, мимо него. Так и погибает человек, ничего не поняв и не сделав правильного.
Я молчу. Парни (а парни ли вообще?) тоже. Не дождавшись, пока я сорвусь, они продолжают.
- А ты что-то смог в своей жизни, мои поздравления. Плюс твоё открытие замка совпало с десятком прошлых открытий прошлых посетителей, так что ты получил проход Туда. Ну и заработал возможность уйти отсюда по своей воле.
Новости, конечно. Вот так съездил покататься на машине. Теперь вдруг надо что-то выбирать. А из чего? А для чего? И вопрос всего один остался.
- Да, отвечу сразу, это место - что-то вроде Лимба, Чигай Бардо или во что ты там веришь - это всё оно. «На бесконечности сон и явь пересекаются», слышал же? Все, кто умер или уже в процессе, - оказываются здесь.
Ещё новости. Хотя? Я умер, это вроде и так было понятно. Непонятно только вот что. Последняя попытка на грамотный формулёж, и…
- Какие выборы у меня сейчас есть, в этом месте? Что я могу сделать вообще?
Насколько я могу судить о смазанных образах по краям зрения, существа переглянулись.
- Метко завернул, не увильнёшь. - Пятно справа как будто неловко заёрзало.
- Ты можешь остаться здесь, влиться в любого из нас, жить вне и внутри. - ответили сущности хором.
- Ты можешь переписать свою судьбу, переродиться в того, кем всегда хотел быть, - прошептал мне П слева. - Любой век, любая судьба, всё, как сам захочешь, как сам запишешь, всё твоё - бери.
- Ты можешь пойти дальше, - громыхали слова Б справа. - Прыгни в проём, отдайся неизвестному, это наше продолжение, это цель, это суть, это смысл.
Внутренности резанула аморфная грусть. Повисла тишина. Только алый свет из дыры впереди, если это можно как-то выразить, по-своему звучал. Полувибрациями, получувствами, полужизнью. Не хочу полу, хочу полностью.
Это не было озарением, воспоминанием или каким-то появившимся опытом. Я просто почувствовал, что есть ещё выбор.
- А я ведь могу вернуться в момент смерти и чуть-чуть её избежать, да?
Существа снова переглянулись, теперь уже я засмеялся. Я вдруг всё понял.
Дверь больше не прибита к моим глазам, она вообще исчезла - я вижу, что здесь никого и ничего больше нет. Я всё это время разговаривал сам с собой.
Я всеобъём, я суть себя, я — это мир.
Слева - яркая пульсирующая масса зовёт к себе, чтобы переродиться в новое, неизвестное.
Справа - поглощающее свет нечто, страшное, но величественное, нужна смелость, чтоб пройти насквозь.
Впереди - я даже всматриваться не стал, сто по сто ещё какая-нибудь фигня.
Улыбнувшись, я захотел. И с диким восторгом сделал крутое заднее сальто, будто как в детстве с края бассейна. И оказался прямо перед ангельскими глазками этой BMW. Резко вывернув руль и погасив занос, я выдохнул. Оказывается, я всё это время не дышал.
Всё это время? О чём это я. Ведь прошло не больше секунды, как я увидел, что мы вот-вот врежемся друг в друга. Еле увернулся. Вот урод! Такую машину мог бы помять.
Смотрю в заднее зеркало и вижу уменьшающиеся огоньки. Хрен с тобой, урод, живи.
Так, по всем законам жанра перед глазами должна была пронестись вся жизнь. Усиленно пытаюсь выцарапать из памяти хоть что-то. Хоть моментик. Хоть кадр! Пусто.
Ладно, значит не так уж и близок я был к кончине. С лёгким, но ещё колотящимся сердцем я нажимаю на педаль. Едем дальше, чо.
