Кей подскочила в постели, будто ее ударили током. Короткие волосы торчали в стороны, глаза блуждали по замызганным, мягко светящимся стенам, пытаясь найти точку фокусировки. Сон был глубокий, запрограммированный так, чтобы накопленная за смену информация структурировалась и была готова к отправке прототипу.
Кей была конструктом. Ее создали по образу и подобию человека и отправили нести вахту на эту далекую базу. В сущности, ничего кроме этого жилого модуля она не знала. Ее связь с прототипом – человеком, точной копией которого она являлась – позволяла жить полной жизнью. Засыпая, она видела и чувствовала все, что сейчас переживает ее прот. По сути, она сама проживала все эти моменты, не имея возможности влиять на решения человека. Она была зрителем в самом реалистичном кинозале из тех, что создало человечество. Фильм с полным погружением – так она называла свою жизнь.
Временами она и вовсе забывала, что создана для четко определенной цели – следить за состоянием терминала, проводить текущий ремонт, обслуживание и докладывать о любых минимально значимых событиях. Она была человеком, была ею, той, что просыпаясь каждое утро получала закодированный в форме индивидуальной сенсорики отчет. Той, что за последние тридцать лет дважды теряла голову от любви. Той, что лишилась лучшего друга из-за ошибки его конструкта, и с тех пор зареклась с кем-либо сближаться.
Но ей пришлось. Кей была конструктом низкого класса. Ее модель не могла долгое время находиться в одиночестве, а потому ей в пару выдали компаньона со схожим функционалом. Однако Зет стал для нее больше, чем просто компаньоном, и эту информацию Кей тщательно блокировала перед отходом ко сну. Отношения между конструктами не были запрещены, но иногда их чувства становились настолько сильными, что получали высокий приоритет и просачивались в официальные отчеты. Оказавшись в голове прота, они становились его воспоминаниями, и это могло свести с ума.
Найдя пятно на стене с особенно четкими гранями (оставшееся после пребывания здесь предыдущей команды конструктов) Кей зацепилась за него взглядом. Она постепенно восстановила дыхание, считала информацию, поступившую от системы безопасности в ее мозг, и замерла, точно мраморная статуя – такая же бледная и неподвижная.
– Сработал? – хрипло проговорила она в пустоту. – Что значит, «сработал»?
Система безопасности автоматически ввела в ее сознание необходимые уточнения.
– Кто это был? – уже громче и увереннее произнесла Кей. – Нет, подожди, мне надо связаться с Зетом.
Она торопливо встала, оделась и пригладила непослушные волосы.
– Терминал сработал, – хмыкнула она себе под нос. – Дичь какая-то.
Зет уже сидел в рубке управления, закрепленной над жилым модулем. Кей плавно вплыла внутрь, поцеловала его в щеку и опустилась в кресло. Она дала указание ИИ станции, и тот вернул искусственную гравитацию.
– Ты так совсем ходить разучишься, – бросил Зет, улыбнувшись.
– Эта чертова сирена меня из глубокого сна вытащила, – проворчала Кей, подключаясь к компьютеру. – Думаешь, я в таком состоянии смогла бы доковылять сюда?
Кей перестала видеть глазами. Она стала частью ИИ, начала чувствовать окружающую обстановку, которая стала практически неотличимой от информации, поступающей с датчиков.
– Терминал активировался, – с улыбкой ответил Зет. Он тоже погрузился в виртуал.
– Это я уже знаю, – мелодично пропела Кей. – Меня интересует, из-за чего эта доисторическая громадина устроила нашей эсбэ паническую атаку.
– Может случайный импульс словила и отреагировала? Наши сейчас балуются с каким-то новым передатчиком.
– Нет, тут что-то другое. Ты видел, какой всплеск был! Смотри, вот, сейчас, – Кей указала на временной отрезок, между активацией терминала и его окончательным отключением.
– Какой древний, – восхитился Зет, увидев стройный серебристый корабль Сокрушителя. – Это же досветовик?
– Погляди-ка ты сюда, – Кей перебросила напарнику координаты, которые передал ей ИИ, расшифровавший данные с терминала.
Кей рывком сорвала с себя виртуал, отстегнулась и кинулась к коммуникатору.
– Продолжай, Зи, я скоро, – крикнула она на ходу.
Эсмин беззаботно болтала с Вертом, когда импульс с «Эльдорры» настиг ее. У нее подкосились ноги, потемнело в глазах и бокал с дорогим синдорайским вином выпал из рук, полетел вниз и завис в сантиметре над полом. Пошатываясь, Эсмин добрела до кресла и упала в него, все еще неспособная сфокусировать зрение. Импульс был настолько интенсивным, что едва не повредил биологические схемы приема.
– Эсмин? – послышался сильный голос Верта вдалеке. – Эс, ты как?
Вертекс был обладателем конструкта класса бета. Это второй по значимости класс. Он предназначен для ответственной работы на новейших объектах галактики и требует ювелирной настройки. Конструкт Верта никогда бы не отправил подобный импульс.
Иногда Эсмин не понимала, что Вертекс нашел в ней. Конечно, она оставалась свежа и привлекательна для своих пятидесяти, но ей было не прыгнуть выше кей-класса, к которому принадлежал ее конструкт. А значит, у них не могло быть совместного будущего.
– Выпей воды, Эс, – заботливо произнес Верт где-то рядом. В ладони Эсмин вложили стакан, она сделала пару глотков, постепенно осознавая то, что только что увидела Кей.
– Послушай, – наконец, заговорила она, – я должна лететь на Юи. Это Кей. Высший приоритет.
Вертекс в недоумении уставился на нее.
– Твой конструкт? Она ведь не может посылать импульсы с высшим приоритетом. Или может?
Эсмин не ответила, она продолжала изучать полученную информацию. Кей действительно не могла отправлять такие сообщения, во всяком случае, при обычных обстоятельствах. Поэтому послание вышло сбивчивым и кричащим. Эсмин приходилось его структурировать, иначе не удастся правильно осознать произошедшее.
– Эс, не глупи, – не дождавшись ответа, произнес Вертекс, – это же кей-класс. Ну что такого важного там может случиться? Когда мы еще соберемся вместе?
Он был прав. Следующая встреча может состояться через пять, а может, и десять лет. Их разрозненная компания, куда, помимо обладателя бета-конструкта, входили сигмы, эрты, кеи и ди, не могла себе позволить частые встречи. Обычно они проводили время в вирутале, находясь на разных концах галактики.
– Прости, Ви, – Эсмин взглянула на него умоляющим взглядом, – я не могу… Высший приоритет. Надо лично доложить начальнику станции и лететь на планету.
Вертекс только кивнул в ответ и помог ей подняться. Он проводил Эсмин до спускаемого модуля, нежно поцеловал на прощание и вернулся к гостям.
Как только он исчез за закрывшейся дверью, Эсмин отправила несколько пучков информации в разные ведомства, чтобы успели все подготовить к ее прилету. Она судорожно вспоминала инструкцию, которой еще ни разу не пользовалась, и делала все пункт за пунктом. К Юи летит неопознанный досветовой корабль, прибывший из галактики Андромеда. Это вам не оживший артефакт древней цивилизации, а настоящее открытие!
Когда она прибыла на планету, ее уже встречали. Аркад лично пожаловал, чтобы остудить пыл разгорячившейся сотрудницы Института изучения дальних рубежей. Завидев ее в дверях спускаемого модуля, он засеменил через залитую светом посадочную площадку.
Аркад не был ни конструктом, ни прототипом, ни человеком в привычном понимании этого слова. Его расу создали много веков назад, очистив генетический код от жажды знаний и новых открытий, заложенных туда Кин-Дораном.
Люди так рьяно бросились в космос, с такой силой устремились в глубины непознанного, что тонкие нити первооткрывателей, тянущиеся к родному дому, легко обрывались оставшимися в живых после Великой Зачистки цивилизациями, находящимися на последнем издыхании. Человек был не собран, импульсивен, жаден до познания, и часто попадался в смертельные ловушки. Ему требовался помощник, кто-то, кто бы занимался рутинными делами: организацией доставки продуктов и воды, созданием нарядов на изготовление оборудования, обеспечением безопасности и ведением боевых действий с агрессивными дикарями-аборигенами на новых планетах. В этот момент люди и приняли решение избавить небольшую часть популяции от объединявшего весь человеческий вид гена, и создать расу координаторов.
Они должны были служить тем, кто без устали крошил незримую стену познания. Но со временем что-то случилось, какой-то незаметный переворот, и исполнители стали надзирателями. Они заняли более высокое положение, нежели их создатели. Это произошло мягко, ненавязчиво, с жиденькими, подобострастными улыбками на лицах координаторов. С тех пор они не просто грамотно перераспределяли ресурсы в интересах человека, каким его создал Кин-Доран, а учитывали в первую очередь собственный резон. И то, что должно было стать трамплином для скачка человечества в будущее, превратилось в вязкий клей, удерживающий от рискованных открытий.
Координаторы не любили рисковать. Они не любили, чтобы все делалось быстро. Им не нравились выходящие за рамки прогнозируемого события. Их главным божеством стал Учет. Все должно быть учтено, задокументировано, систематизировано и подписано представителями уполномоченных органов. Координаторов пытались свергнуть, но для этого пришлось бы ломать устоявшуюся систему на корню. Поэтому их оставили, как безвредных, в целом, паразитов, доставляющих лишь временные неудобства.
Оказавшись рядом с Эсмин, Аркад сделал несколько глубоких вдохов-выдохов – таскать такие объемы на крохотных ножках было не так-то просто – и произнес:
– Эсмин, дорогая моя, – еще один сиплый вдох, – ну и суматоху ты устроила! Нельзя же так, душечка. Весь Институт на уши подняла. Кто же так делает?
– Но это важно, – настаивала Эсмин, шагая рядом с Аркадом. – Высший приоритет!
– Ши-ши-ши, – отрывисто зашипел толстяк, – не кричи ты так. Твой конструкт ошиблась. Схемы закисли от долгого пребывания на терминале. И, ты же знаешь, она, кажется, спуталась со своим напарником. Это недопустимо, это лишает ее объективности! Да и вообще, – багровые щеки Аркада покрылись пятнами стыдливого розового румянца, – это же кей-класс, – шепотом добавил он.
Эсмин остановилась и бросила гневный взгляд на начальника отдела.
– Душенька, не обижайся, но ведь у них случаются заскоки. Ну какой высший приоритет на «Эльдорре»?!
– А такой! – вспылила Эсмин. – Пока я спускалась, у меня было время разложить ее импульс по кусочкам. И она сказала правду – к Юи летит досветовик из галактики Андромеда. Причем собран этот кусок древности у нас. Делайте что хотите, но сначала проверьте данные. Я их уже направила в отдел.
Аркад сдался. Он опустил руки, нацепил угрюмое выражение и потащился к себе, разбираться с этим так некстати свалившимся на него делом.
Спустя полчаса Аркад и думать забыл о сорванных планах. Он уже погрузился в расчеты, чтобы понять, как быстро досветовик доберется до них, и в какой точке его безопаснее всего будет перехватить.
Навстречу Кон Оюруну отправили станцию переброски и пару истребителей в сопровождение. Станция первого класса не имела вооружения и была меньше стандартного межзвездного круизного лайнера. Она представляла собой разгонный коридор трапециевидного сечения, заключенный в обтекаемый корпус. Управлял этой малюткой искусственный интеллект. Он же вёл истребители.
Оказавшись в сотне тысяч километров от чужака, ИИ закинул на всех волнах и универсальном математическом языке инструкцию для переброски. Корабль Сокрушителя принял ее, запросил согласие хозяина и направился к разгонному коридору. Тот мягко засветился белым, а когда судно набрало нужную скорость и почти оказалось внутри, ярко вспыхнул, поглотил чужака и выплюнул энергетический сгусток с другой стороны.
Выскочив неподалеку от Юи, Кон Оюрун обнаружил местный флот, состоящий из двух тяжелых крейсеров и десятка истребителей. Их атакующие системы находились в режиме ожидания. Возможно, так у людей было принято встречать гостей, а может, они просто не боялись пришельца.
С момента последнего визита Сокрушителя на Юи, планета изменилась до неузнаваемости. Она ощетинилась острыми шипами гидрогенных установок, по суше и воде расползлись уродливые города, лишавшие окружности симметрии, в воздухе больше не парили необычные существа, напоминавшие дирижабли. Но ничего этого Кон Оюрун не видел. Он ощущал изменения на гораздо более глубоком уровне, и ему они не нравились.
Маниакальный порядок сменился бессистемным хаосом. Шум технологий осаждал не хуже разъяренного роя пчел. Среди этого гомона, словно в загаженной мусором реке, плавали чистые пузыри разума машин. Они медленно перемещались от точки к точке, исполняя заложенные в них задачи и обмениваясь информацией.
Именно эти создания привлекли внимание Оюруна своей простотой и упорядоченностью. Он уже устал от скученности человеческих интеллектов, от их жужжащих, назойливых попыток осознать его появление, выяснить, что он собой представляет. Сокрушителя не интересовали эти недолговечные, хрупкие и такие беззащитные оболочки со всепроникающими, словно наконечник плазменного бура, сознаниями. Он искал своего создателя – того, кто отправил его в это далекое путешествие.
Оюрун взял от людей все, что ему требовалось в данный момент – их язык, особенности мышления и поведения – покинул корабль и проследовал к поверхности планеты. Он ощутил слабое шевеление разума, похожего на тот, которым обладал Юи Кон. Его задавили, привалили своей многочисленной тяжестью и непрозрачностью разумы людей.
Наперерез Сокрушителю выскочили несколько механизмов, внутри которых прятались люди, но он лишь отмахнулся от них, не причинив вреда. Он не хотел провоцировать этих существ на действия, которые приведут к их уничтожению. Когда Сокрушитель опустился на широкую металлическую платформу, предназначенную для посадки космолетов, ему навстречу вышла невысокая, привлекательная женщина. Но для Оюруна она была лишь одной из роя, не вызывающей никакого интереса.
– Мое имя – Эсмин Лангода. Назовись, пришелец, и изложи цель своего визита в нашу систему.
Голос ее звучал властно по меркам людей, а для Сокрушителя был тоненьким писком. Он уже собирался отмахнуться и от нее, ведь Юи Кон был совсем рядом, и ощутил Сокрушителя, но мгновение спустя произошло немыслимое – тело Оюруна парализовало.
Он не чувствовал на себе никаких пут, но не мог пошевелиться, словно каждый атом его организма заковали в тиски. Затем на него опустилась невыносимая тяжесть, заставив встать на колено и упереться рукой в металл. Источником тяжести являлась сама планета, а переключатель находился в руке Эсмин.
– Я повторю требование, – заговорила женщина, медленно наступая. – Назови свое имя и изложи цель визита.
– Кон Оюрун, – произнес Сокрушитель на языке людей. – Я прибыл увидеться со старым другом. Он сейчас находится в недрах того здания.
Оюрун повернул голову в сторону сверкающего строения в форме полумесяца.
– Позвольте встретиться с ним, и я покину вашу планету.
Его голос звучал ровно, отстраненно, в нем полностью отсутствовали интонации, способные выдать недоумение, возникшее после использования неизвестной технологии против него.
– Откуда вы прибыли и как долго отсутствовали?
Однако Оюрун не собирался больше тратить на эту особу ни минуты. Он уже ощутил ту ниточку, что тянется от переключателя в руке женщины к генератору, спрятанному под поверхностью планеты. Он прервал эту связь, сбросил оцепенение и выпрямился во весь рост.
Глаза Эсмин испуганно расширились, она делала резкие движения руками, пытаясь запустить силовое поле неизвестной природы снова, но Сокрушитель лишь прошел сквозь нее и направился к Юи Кону. Активировались десятки оборонительных систем – таких разрушительных, каких ему еще не доводилось встречать. Небо потемнело, вокруг из воздуха возникли солдаты в защитных костюмах.
Вдалеке Оюрун заметил нечто знакомое, словно уже видел это существо или подобное ему ранее.
– Остановитесь! – кричала сикверст. – Остановитесь, черт бы вас побрал! Проклятая блокировка.
Она на бегу попыталась просунуть руку под черную матовую полоску, надетую на ее шею, будто не могла из-за нее свободно дышать, но у нее ничего не вышло. Такие же полоски украшали ее запястья.
– Сокрушитель, не надо, не атакуй! – произнесла сикверст на языке, которого Оюрун не слышал много тысячелетий. – Он здесь, Конструктор, он ждет тебя.
Запыхавшаяся сикверст вбежала в круг бойцов, готовых выстрелить по первому приказу, подошла к Эсмин и быстро заговорила:
– Остановитесь, дайте ему увидеть Юи Кона. Вы не представляете, что за существо перед вами. Его нельзя принудить силой, иначе всё пропало.
– На каком языке ты сейчас говорила? – Эсмин так и впилась взглядом в постаревшее лицо Ийлис. При виде чужака, легко скинувшего блокиратор атомов, ее охватил ужас. Но сейчас его подвинуло неуёмное любопытство. Она почувствовала кожей, что только что наткнулась на что-то важное, фундаментальное. Сикверст была старше Нового Поколения, заселившего галактику, и этот язык она явно принесла из тех времен, когда люди были заключены на одной планете.
– Я расскажу, – покорилась сикверст, после недолгого колебания, – только позвольте им сначала встретиться.
– Это невозможно, он стер все знания! – в голосе Эсмин не было уверенности. Ее захлестнула новая волна жажды неизведанного. Человеческая природа брала верх, и Ийлис видела это.
– Мы должны проверить, – уже спокойнее добавила она. Волнение уходило, сикверст знала, что одержала победу. – От этого зависит всё.
– И откуда ты только взялся на мою голову, – ворчала Ийлис, стараясь скрыть нарастающую тревогу. – Из-за тебя меня с самого Шохса выдернули. Как откопают какую-то древность, сразу им сикверст подавай.
Она неодобрительно покосилась на Эсмин, шедшую в двух шагах позади них. За ней следовали шестеро солдат с оружием наизготовку. Когда они остановились у широкой и низкой металлической двери со сложным схематичным узором, Ийлис произнесла уже спокойнее:
– Твой друг многое забыл с тех пор, как вы виделись в последний раз, поэтому будь осторожен. И не удивляйся, если он тебя не узнает, – сикверст снова покосилась на Эсмин. – Поможешь ему вспомнить, эти люди в долгу не останутся. Ладно, идем.
Дверь погрузилась в пол, и перед Сокрушителем открылось просторное помещение с низкими потолками, опутанное почти невидимыми нитями паутины. Они легко звенели и беспрестанно шевелились, будто сквозь светлые стены проникал ветерок.
– Постойте здесь, – обратилась сикверст к Эсмин и ее спутникам. – Он не любит, когда ваши лезут к нему в голову.
– У вас десять минут, – рассеянно проговорила Эсмин. Она мысленно давала указания членам своей команды и отчитывалась перед Аркадом.
Как только дверь за ними закрылась, сикверст изменилась до неузнаваемости. Она схватила Сокрушителя за руку и затараторила:
– Ты должен срочно бежать отсюда! Тебя же на протоны разберут, ничего не останется! Как ты вообще сюда попал? Откуда? Я думала, вас всех убили. Аннигиляция. Вы же друг против друга пошли, всё и всех стерли! А этот, – она махнула на паутину, – бесполезное барахло. Не трать время. Уходи, пока они не поняли, кто ты такой! О Сокрушителях легенды ходят. Если бы они знали, кто угодил к ним в руки…
Сикверст тяжело дышала. Тысячелетия служения человечеству сделали ее неотличимой от обычного, самого заурядного человека. У нее сформировались человеческая психика, образ мысли и эмоции. Она перестала быть собой, потеряла цель и лишь плыла по течению, в ожидании того дня, когда перестанет быть полезной и от нее избавятся.
Однако Сокрушитель ее не слушал. Он уже почувствовал Юи Кона. Этот древний Конструктор пробуждался от сна, расправлял плечи, делал свой первый глубокий вдох… Оюрун насторожился. Его создатель одновременно был здесь и не был. Он запутался, не мог сфокусировать поток сознания. И вдруг Конструктор заговорил с ним на человеческом языке.
– Не старайся, – сикверст уже какое-то время наблюдала за бледным гигантом. – Когда его планету захватили, а его самого пленили, он стер себе память. Забыл все, что знал о Сокрушителях и других своих творениях. Хотя, в его голове хранилось много иной полезной информации, поэтому его и запихнули в эту машину, а оболочку разобрали на части и изучили. Теперь, когда надо узнать что-то, чего не знаю я, подсылают к нему, чтобы задавала вопросы, – Ийлис печально улыбнулась. – Он еще помнит, что сотворил меня.
– Я уже поняла. Получается, мы с тобой брат и сестра, – она снова улыбнулась, но Оюрун не мог этого видеть. Он лишь уловил источаемое ею тепло, чего не встречал прежде. – Тебе нельзя здесь оставаться, – сикверст снова взялась за свое. – Они скоро догадаются. Твой корабль уже сканируют. Бери мой челнок, он настроен на автоматический переброс в исходную точку. А там маскируйся, прячься, беги в такую глушь, куда ни один сканер не дотянется. А еще лучше, возвращайся туда, где сидел всё это время.
– Ты с ним знакома, Ийлис? – раздался голос Конструктора. Лишившись оболочки, разум Юи Кона стал медлителен, неповоротлив.
– Это мой брат, – ответила сикверст. – Твое творение. Ты создал его, когда мечтал покорить вечность.
– Я не могу его так оставить, – безбрежное озеро сознания Сокрушителя покрылось мелкой рябью, затмевающей все, что тревожило поверхность воды раньше. Его поглотило новое чувство – неистовое желание справедливости. – Посмотри, что с ним сделали.
Белый свет, горевший за непроницаемыми веками, стал обжигающим, опасным.
– Ему уже не поможешь. Уходи, времени почти не осталось.
– Очнись ты! – вспылила Ийлис. – Галактика уже не та, что прежде! Эти существа, эти люди, они способны на все. Для них нет преград. У них в генах прописано стремление докопаться до истины. Они сметали такие стены, которые ни один Сокрушитель не смог бы сломать. Эти твари вгрызутся в тебя, запустят свои ручонки на такую глубину, что ты перестанешь сопротивляться, распадешься на микроскопические частицы и соберешься снова, только ради того, чтобы они поняли, как ты устроен. А когда они с тобой закончат, посадят в музей забавных древностей, как редкий экземпляр. Напялят ошейник, как у меня, – сикверст оттянула кожу на шее, к которой намертво прилипла черная полоска, – чтобы не смог удрать, и проведешь остаток вечности в качестве ручной обезьянки какого-нибудь управленца.
Ийлис задыхалась, глаза ее наполнились слезами от плохо сдерживаемого гнева и бессильной злобы.
– Думаешь, это самое страшное? Представь, миллиарды таких, как ты. Они воссоздадут тебя и размножат, загрузят в них свои сознания и отправятся покорять остальные галактики. Их не остановить, – обреченно прошептала сикверст. – Они дойдут до края вселенной и уйдут дальше. Посмотри на него, – Ийлис ткнула пальцем в сложные переплетения паутины, по которым без остановки бегали едва заметные вспышки света. – Таким ты его запомнил? Они осаждали его больше года, прежде чем он сдался. Они наступали снова и снова, изучали его слабости, били в уязвимые места, пока не проделали брешь в защите. Им покоряется всё. Беги, пока у тебя есть шанс.
– Откуда они пришли? – вскипающее озеро Оюруна разгладилось, стало похоже на колеблющуюся сталь.
– С Земли, – ответил ему Конструктор. Оказалось, он уже давно прислушивался к их разговору. Утратив живость мышления, он сохранил память, по крайней мере, часть ее. – Это я помню точно. Они пришли с Земли. Так они называли свой дом.
– Их пытались стереть, – добавила Ийлис. – Один из ваших. Но не помогло.
– Давно. Много тысячелетий назад.
– И они спаслись? Устояли против Сокрушителя?
– Им помогли. Наблюдатель из Солнечной системы перешел на их сторону. Он и сейчас им помогает, – при этих словах лицо сикверст исказила пугающая, зловещая ухмылка.
– Конечно, – ответила она после паузы. – Я была посланником Основателей и попалась в его сети.
– Не всё так просто, братец. Видишь это? – Ийлис провела пальцем по черной полоске на шее. – Это мой ошейник. Благодаря ему я стала послушной. Я не могу перемещаться в пространстве как раньше, и не могу летать в космосе, куда захочу. Все мои маршруты прописаны в ошейнике. Его не снять и не уничтожить. Я пыталась.
В следующее мгновение шея Ийлис вспыхнула огнем. Она вскинула руки, но остановила на полпути к ожогу. Черные полоски исчезли, оставив покрасневшую, припухшую кожу.
– А теперь, отведи меня к нему.
Тяжелая металлическая дверь исчезла в полу слишком быстро, благодаря Сокрушителю, и это спасло жизнь Эсмин Лангода. Интуиция никогда ее не подводила, и помогла на этот раз. Она чувствовала, что все идет не так, словно сама реальность перекосилась в трещине зеркала. И когда дверь провалилась, Эсмин молниеносно пожелала защититься. Сработала автоматика, и ее кожа покрылась силовой пленкой.
В тот же миг сикверст взорвалась миллионом светящихся точек и кинулась на человека, стоящего перед ней. Ее раскаленные до бела частицы скребли по силовой оболочке, не причиняя Эсмин вреда. Защита загоралась и гасла каждый раз, когда очередная светящаяся точка ударяла по ней.
Собравшись воедино позади человека, сикверст издала яростный крик, и бросилась на солдат. Она снова распалась на части и содрала бронированный костюм, кожу и плоть бойца. Ийлис металась от одного к другому, пока не осталась одна лишь Эсмин.
На лице сикверст было написано мстительное удовлетворение, глаза ее пылали тысячелетним гневом, дыхание стало обжигающе горячим. Эсмин еле устояла на ногах, ее трясло от ужаса.
– Не сейчас, – безразлично произнес Оюрун, выплывший в коридор через мгновение после Ийлис. Стены украшала кровавая каша, некогда бывшая людьми. – Где твой челнок?
– Я слишком долго ждала, – вырвалось из груди сикверст на языке Основателей. – Веками сидела на коротком поводке… послушная… услужливая… осторожная… Теперь они узнают, какой может быть Ийлис – последняя из рода сикверст.
Закончив говорить, она распалась на миллион частиц, и молнией пронеслась по коридору. Сокрушитель летел за ней. Поднявшись на поверхность, он обнаружил панику, отголоски которой долетели до него несколько мгновений назад. Сикверст рвала и метала, убивала без разбору, всех, кто окажется в ее поле зрения. Ее охватило безумие, но Сокрушителю удалось сдержать ее.
Ийлис подняла слишком много шума, но это не помешало им добраться до челнока. Сикверст запустила вложенную в него программу, ИИ мгновенно исполнил запрос, и челнок, с чудовищными перегрузками, взмыл в небеса. Возникшая суматоха еще какое-то время мешала людям сообразить, что следует сделать и что вообще приключилось. А челнок на максимальной скорости устремился к ближайшей станции переброски и исчез в яркой вспышке.
Ийлис воспользовалась эффектом неожиданности, чтобы захватить первый попавшийся на их пути космолет, и они с Сокрушителем снова перебросились, но на этот раз к Земле.
Скачать книгу целиком (бесплатно) можно здесь.
На Пикабу публикую ее по главам.
