artorius005

Сторонники этой стратегии хотят преобразовать Россию по примеру Германии и Японии после их разгрома и оккупации в результате Второй мировой войны. Но есть одна серьезная загвоздка.

На протяжении восьми месяцев с момента начала российской спецоперации на Украине Владимир Путин подчеркивал: этот конфликт является для России экзистенциальной борьбой, борьбой за то, чтобы ей не навязали "новый мировой порядок". Парадоксальным образом авторитетные западные политологи начинают говорить то же самое: тема их выступлений смещается от помощи Украине к формированию послевоенного глобального порядка. Этот самый новый мировой порядок, по их планам, выведет Россию из игры, лишив возможности создавать проблемы в дальнейшем.

Такой сдвиг бросает вызов установившемуся было представлению о том, что это рядовой конфликт, который завершится неким согласованным компромиссом — до или после падения путинского режима. Многие на Западе — причем не только в Центрально-Восточной Европе, где всегда многие считали, что Россию не изменить, — теперь-то уж уверены, что Москву необходимо лишить ее раздутой международной роли. Другие будут все более открыто призывать поставить ее на колени, как нацистскую Германию или ее союзницу Японию. Именно так: сначала поставить Россию на колени, как Германию и Японию, а уж потом ей можно разрешить восстановиться и реинтегрироваться.

Французский политолог и госслужащий Николя Тензер (Nicolas Tenzer) весьма красноречиво изложил аргументы этой группы критиков России на платформе Substack. По его словам, наши глупые и коррумпированные политики совершили ошибку еще в начале 1990-х, когда попытались возобновить отношения с посткоммунистической Россией на основе “иллюзии, рожденной надеждами 1991 года”. Запад, утверждает Тензер, не должен стесняться формулировать собственные военные цели, даже если официально якобы и не участвует в конфликте на Украине. И одной из главных военных целей Запада предлагается сделать вывод российских войск из всех стран и регионов, где в настоящее время присутствует "путинский режим".

Это значит, что в случае поражения России на Украине русского солдата, в соответствии с максималистскими планами Тензера, надо будет выгнать отовсюду: не только из Украины и Грузии, но и из Сирии, Белоруссии, Армении, государств Центральной Азии, Африки и Латинской Америки, где действует ЧВК "Вагнер". Более того, Россию, если она сейчас окажется слабой, лишат права вето в Совете Безопасности ООН, закроют ей остатки доступа к западной финансовой системе и, конечно, выкорчуют ее сети влияния на Западе. Тензер пишет, что его не устроит даже "полупоражение" России. Ведь для России такая ситуация, по его мнению, все равно будет победой: она позволит Кремлю сохранить глобальные амбиции. А этого не нужно, Россию следует превратить в "нормальную страну” — “противоположность империи”. Внешняя победа над Москвой нужна потому, что изнутри России такого превращения достичь невозможно.

Фиона Хилл (Fiona Hill), одна из наиболее уважаемых дам-экспертов по России в США и специальный помощник по европейским и российским делам у президента Трампа в предыдущей администрации США, в недавнем интервью Politico предложила менее радикальную версию этого же суждения. Тем не менее и она призвала лишить Россию права вето в Совбезе ООН. Но самое главное вот в чем: Фиона Хилл признала, что в действительности борьба России с Западом идет не из-за Украины. “Это конфликт великих держав, третий конфликт великих держав на европейском пространстве чуть более чем за столетие, — цитируют мисс Фиону Хилл журналисты. — Это конец существующего мирового порядка. Наш мир уже не будет таким, как прежде”.

Такое понимание ситуации сходно с путинским по важнейшей теме: оно признает, что интересы Запада идут намного дальше падения режима Владимира Путина в России. Стратегической целью Запада является создание ситуации, в которой Россия оставалась бы надолго или постоянно ослабленным государством. Однако Путин продолжает определять дискурс — просто потому, что западные сторонники его “стратегического поражения” не могут сформулировать пути достижения оного.

Что даст лишение России права вето в ООН, кроме того, что в Совете безопасности ООН (Совбезе) создастся, наконец, большинство, которое проголосует за непосредственное участие солдат из стран Запада в российско-украинском конфликте? Путина нельзя остановить просто осуждениями, что и продемонстрировали недавние голосования на Генеральной Ассамблее ООН, которые в общем и целом высказались против него. А раз так, что же делать? Как заставить Россию отказаться от военного присутствия на территории бывшего СССР и в разных частях развивающегося мира, если не нанести ей решительного поражения в конфликте более масштабном, нежели украинский? Если Россию просто вынудят отступить с ряда занятых ей украинских территорий, — да пусть даже из всего Донбасса, Крыма и причерноморских областей — Кремль все равно сохранит силы и ресурсы для поддержания влияния в других местах и подготовки к новому походу на Украину.

Никто, даже самые радикальные сторонники лишения России остатков ее важной роли в эпоху после Второй мировой войны, не предлагает варианта полномасштабного конфликта с этой страной. Даже Тензер признает это. “Говоря, что мы не находимся в состоянии войны, — а мы, разумеется, и не предлагаем западным лидерам громко об этом заявить, — лидеры Запада ставят себя в такое положение, которое мешает им формулировать цели конфликта [с Россией]”, — пишет Тензер. Да, это плохо, но что же предлагает Тензер? А вот что: не призывая западные правительства объявить войну России, он выступает за стремление к результатам, достичь которые в другое время можно было бы только посредством полномасштабной войны.

Табу на прямую военную конфронтацию с Россией — это рудимент холодной войны: оно основывается на убежденности в том, что Россия обязательно ответит ядерным ударом. Независимо от возможности практической реализации такого удара Россией, этот страх все еще достаточно силен, чтобы ни один ответственный политолог не предложил сегодня переступать эту грань — но это до поры до времени.

В итоге реализация плана нового мирового порядка, в котором Россия становится кротким, раскаявшимся в своих амбициях постимперским государством, ложится на плечи украинцев. Это им Запад предлагает победить Россию без ответного ядерного удара. А если этот ядерный удар по Украине будет все-таки нанесен — о чем вслух никто не говорит — Запад предлагает украинцам мученически погибнуть во имя великой цели конечного превращения России в изгоя, неприкасаемого и навеки ослабленного парию международных отношений.

Несмотря на всю западную поддержку в виде боеприпасов, оружия и подготовки, Украина по-прежнему сражается в одиночку: солдаты гибнут, страна рушится. И несмотря на все боевые успехи, исход еще не предрешен. Россия следует “сирийскому варианту”: разрушение инфраструктуры вольно или невольно со стороны России отбрасывает Украину в Средние века, и преимущества последней в плане мотивации и тактического потенциала могут оказаться не столь эффективны, как во время недавнего контрнаступления. Мобилизованные солдаты российской армии усложнят Киеву новый прорыв российской обороны, особенно зимой. Но если украинцы действительно победят, то не станут ни завоевывать, ни "денацифицировать" Россию: они просто хотят вернуть свои земли и города, которые еще предстоит восстанавливать.

Итак, эта концепция “стратегического поражения России” от Николя Тензера страдает отсутствием логики. Логический разрыв тут вот в чем: у Запада нет практических средств сломить Россию, сделать ее мягкой и пушистой, тогда как в руках Путина есть жирный козырь в виде ядерного оружия. Чтобы достичь наиболее амбициозных целей, Западу нужно игнорировать угрозы Путина и задействовать своих солдат прямо на поле боя. Без этого Россию не усмирить, а если ее не усмирить, нельзя будет и "денацифицировать" ее по примеру Германии и Японии, о чем Западе так мечтает. Напомним: Германия и Япония сбросили с себя империализм благодаря десятилетиям оккупации, принудительной демилитаризации и пришедшим извне политическим структурам.

Предлагаю другой выход: признать, что у России есть еще один шанс измениться изнутри. Наивно полагать, что на останках путинского режима немедленно возникнет либеральная демократия — более реалистичным сценарием представляется крайне правое правительство, которое будет действовать из чувства сильнейшего отторжения (ресентимента) в отношении Запада. Но не менее наивно ожидать, что страна с размерами и мощью России каким-то образом "политически расплачется" и сдастся, если Запад применит более жесткую дипломатию или ужесточит и без того беспрецедентные экономические санкции.

Что нужно предложить русским, так это видение хоть какой-то интеграции с победителем по имени Запад, а не безнадежного, окончательного поражения; нужно дать ей такую же оптимистичную перспективу, какую получили после реформ униженные и оккупированные Германия и Япония. Бескомпромиссная жесткость в результате прямого военного вмешательства столь же лицемерна, как открытое соглашательство с Путиным, которым Запад занимался на протяжении последних 20-ти лет. Единственное будущее, которое может объединить и мотивировать разношерстную российскую оппозицию Путину, это подпитываемое нами движение сопротивления войне, империализму и тоталитаризму — как внутри страны, так и за ее пределами, — так это призыв сделать Россию частью Запада со всеми вытекающими ограничениями. Но и со всеми личными выгодами, добавим.

Автор: Леонид Бершидский

Иносми

Bloomberg

Комментарий от себя:

Кремль рано или поздно устанет полагаться на Китай.

По мере того, как спецоперация Владимира Путина на Украине затягивается и меняет геополитический расклад сил в мире, Соединенным Штатам необходимо пересмотреть свою долгосрочную стратегию в отношении России. Основой этой стратегии, мало чем отличающейся от первоначального варианта сдерживания эпохи холодной войны, сформулированной Джорджем Кеннаном на страницах нашего журнала еще 75 лет назад, должно снова стать "терпеливое, но твердое и бдительное сдерживание экспансионистских наклонностей России".

Во время холодной войны Соединенные Штаты стремились сдерживать экспансионистские порывы Советского Союза, не вступая в прямую военную конфронтацию с ним, ожидая, пока "противоестественный" советский режим в Москве рухнет. Сегодня цель сдерживания России иная, поскольку было бы наивно ожидать, что она распадется, как это произошло с СССР. Как признавал сам Кеннан, "Советский Союз не продержится долго, а вот Россия продержится".

Сегодня Соединенные Штаты должны не покладая рук работать над тем, чтобы сдерживать продвижение России в Европе и других районах мира до тех пор, пока ее руководство — либо нынешнее, либо будущее — не осознает, что его деструктивные имперские наклонности ведут страну к безрадостному будущему превращения в китайского вассала. Все более отрезанная от Запада Москва станет обязанной Пекину как торговому партнеру и ключевому международному покровителю не отношениям между равными, а подчинением, характерным для иерархии "благодетель-слуга". Только понимание пагубности своей зависимости от Китая может заставить Кремль переосмыслить свою губительную антизападную политику.

Соединенным Штатам не следует питать иллюзий относительно того, что такая трансформация приведет к установлению дружеских отношений с Россией, а тем более к антикитайскому союзу с Москвой, или что ее поведение быстро изменится. На самом деле могут пройти годы, прежде чем российские лидеры займут менее конфронтационную позицию по отношению к Западу. Маловероятно, что Россия когда-либо интегрируется в западное сообщество. Также маловероятно, что она когда-либо пожертвует своими отношениями с Китаем ради более теплых отношений с Соединенными Штатами и Европой. Америке придется смириться с существенными различиями между базовыми ценностями и долгосрочными интересами России и Запада, такими как права человека и демократические принципы.

Тем не менее в конечном итоге Кремль может прийти к выводу, что политика равноудаленности — поддержание продуктивных связей как с Китаем, так и с Западом — отвечает его интересам. Ведь вполне возможно и существование другой России, с более сбалансированной внешней политикой, которая избегает излишне тесных связей как с Китаем, так и с Западом, уважает территориальную целостность других государств и придерживается своих международно-правовых обязательств. Соединенные Штаты должны быть терпеливыми и готовыми ждать, пока Россия поймет, что она мало что выиграет от вассальной зависимости от Китая в будущем.

Тупик и вассальная зависимость

Спустя шесть месяцев после начала спецоперации на Украине дальнейший ход развития конфликта остается неопределенным. Путину так и не удалось добиться смены режима в Киеве, но Россия смогла занять примерно пятую часть Украины. Украинская армия превзошла ожидания, но она, скорее всего, все же не в состоянии быстро и целиком свести на нет успехи России. Для ближайшего будущего наиболее вероятной выглядит тупиковая ситуация.

Контроль России над Восточной Украиной никогда не может гарантировать этим территориям полную безопасность. Вспомните, например, что Советскому Союзу потребовалось более десяти лет, чтобы подавить украинское повстанческое движение после восстановления своего контроля над Украиной в конце Второй мировой войны. Вряд ли занятые Россией территории достаточно быстро смогут оправиться и от экономической разрухи, вызванной конфликтом. <...>

Столкнувшись с усилением НАТО, в состав которого вскоре войдут Швеция и Финляндия, Россия будет вынуждена тратить еще больше на вооруженные силы, опустошая казну и заставляя отказываться от амбициозных программ в социальной сфере, инфраструктуре, науке и образовании.

Россия уже начала перенаправлять экспорт энергоносителей и полезных ископаемых с враждебных европейских рынков в Китай. Российские потребители будут все больше полагаться на китайский импорт, чтобы заменить западные товары, которые теперь для них недоступны.

Юань, китайская валюта, сейчас играет важную роль в сделках на Московской бирже, и эта ее роль будет только возрастать. По сути, стабильность российской экономики будет основываться на вливаниях в нее китайских денег и товаров, и эта динамика позволит Пекину получить значительное влияние на Москву.

В этих обстоятельствах Соединенным Штатам следует продолжать наращивать потенциал украинских вооруженных сил, при этом сохраняя и усиливая санкции в отношении России, включая экспортный контроль над важными технологиями, которые остро ей нужны и к которым она стремится получить доступ, например, полупроводники. Эти меры помогли бы поддержать украинские военные усилия и ослабить Москву, но они не составляют долгосрочной стратегии. Чтобы проложить путь к будущей неприсоединившейся России, Соединенные Штаты должны избежать эскалации на Украине, предотвратить полную дестабилизацию Москвы и предоставить ей альтернативу ее опасной чрезмерной зависимости от Пекина.

Долгая игра

По мере того, как конфликт на Украине затягивается, главным приоритетом для Соединенных Штатов и их союзников по НАТО было и останется предотвращение любой эскалации, которая привела бы к прямому вооруженному столкновению между НАТО и Россией. Альянс неоднократно и мудро сигнализировал России о своем желании избежать этого, а Соединенные Штаты проявляют здесь терпение и выдержку. Именно из-за этого своего желания НАТО и сопротивляется призывам Киева установить бесполетную зону над Украиной, что может привести к вовлечению летчиков-истребителей альянса в воздушные бои с российскими ВВС.

Тем не менее и Россия, и НАТО постоянно выверяют "красные линии" друг друга. Запад становится все более смелым и вовлеченным в конфликт, предоставляя Украине важные разведданные, которые ВСУ используют для нападений на российские корабли и другие стратегические объекты. Союзники по НАТО также предоставили Украине современное вооружение, такое как высокомобильные РСЗО, которые украинские военные используют для нанесения серьезного ущерба российским складам боеприпасов и базам далеко за линией фронта.

Но прямое военное участие сил НАТО в конфликте в небе, на земле или в Черном море вблизи Украины сразу кардинально изменит ситуацию. Это может подтолкнуть российское военное командование к действиям, которые приведут к гибели или ранениям военнослужащих НАТО. Такой исход вызовет ответную реакцию со стороны альянса, потенциально положив начало циклу эскалации, которая в худшем развитии может привести к ядерному конфликту. Такого сценария следует избегать любой ценой.

Еще один исход, которого Соединенным Штатам следует избегать, — это полное крушение России. Им следует продолжать наказывать Путина за спецоперацию на Украине, но они не должны упускать из виду тот факт, что дестабилизация России — а тем более ее раскол, к чему призывают некоторые комментаторы, не в интересах Америки. В конце холодной войны президент Джордж Буш-старший беспокоился о распаде Советского Союза не потому, что хотел его сохранить, а потому, что распад крупной ядерной державы мог привести к высвобождению ядерного оружия и расщепляющихся материалов, подстегнув ядерное распространение среди государств-правопреемников и появления новых террористических сетей и организованной преступности. Спустя четыре десятилетия эти риски сохраняются. Крах России может привести к такому кровавому гражданскому конфликту, который может дестабилизировать Евразию на долгие годы.

Хотя санкции, наложенные Западом на Россию до сих пор, ослабили ее экономическую мощь, они не вызвали ничего подобного тому опустошению и унижению, которые россияне испытали в 1990-х годах во время экономического кризиса, вызванного распадом Советского Союза.

Однако исторический опыт подсказывает, что нынешняя видимость спокойствия может вводить в заблуждение. В администрации США не могут знать точно о тех предательских заговорах, которые могут иметь место в ближайшем окружении Путина, и в Вашингтоне не могут предсказать, какой хаос может возникнуть, когда всемогущий автократ начнет терять свою хватку. За окончательным уходом Путина, добровольным или нет, вероятно, последует ожесточенная борьба за власть, очень похожая на ту, которая последовала за смертью Сталина в 1953 году. Независимо от того, кто займет его место, националистическая и реваншистская политика Путина, вероятно, продолжится даже после него. Это может быть похоже на то, как Никита Хрущев продолжил и даже усилил сталинскую конфронтационную антизападную политику, что в конечном итоге привело к Карибскому кризису в 1962 году.

Соединенным Штатам следует действовать осторожно, признавая, что экономический кризис и политический хаос — плохой фон для построения либеральной системы. Не следует рассматривать возникновение либерально-демократического государства в постпутинской России как историческую неизбежность. Прошлое тяжело давит на Россию не только в том смысле, что ее репрессивные институты обладают удивительной живучестью, но и из-за стойкого конформизма и политического безразличия российского народа, на которого Соединенные Штаты когда-то наивно возлагали большие надежды в плане демократических преобразований. США не должны допустить того, чтобы ожидание возможной демократизации России стало основой их долгосрочной политики. Реализация настоящей российской демократии — это дело самих россиян, и возможности Вашингтона повлиять на такой исход всегда были и останутся крайне ограниченными.

Неприсоединившаяся Россия

За последние 30 лет Россия так и не смогла закрепиться на Западе. В отличие от Германии и Японии, которые заняли прочные позиции в западном миропорядке после поражения во Второй мировой войне, Россия отказалась смириться со своим ослабленным постсоветским статусом. Соединенные Штаты попытались удовлетворить потребность Москвы в уважении, пригласив Россию вступить в клуб развитых стран "Большой семерки" (но позднее ее оттуда выгнали) и создав совместный Совет Россия—НАТО. Тем не менее она продолжает хранить свои обиды, поддавшись своему вредоносному национализму и империализму.

И все же американские политики должны продолжать искать способы ускорить появление менее воинственной России, хотя бы для того, чтобы уменьшить напряженность между двумя крупнейшими ядерными державами и затруднить для Китая получение выгоды от ее слабости.

Соединенные Штаты должны побуждать россиян хотя бы представить себе будущее, в котором Россия будет влиятельным и независимым игроком на мировой арене, стремящимся к мирному и взаимовыгодному сосуществованию с Западом. Россия и Запад разделяют заинтересованность в создании России, которая не будет вассалом или просителем у Китая. Потенциальный нейтралитет России — ее неприсоединение к текущему стратегическому соперничеству с Китаем — возможно, самый большой "пряник", который может предложить Вашингтон Москве. Американский месседж России должен подкреплять то, что уже известно российской политической элите: Китай заботится лишь о своих собственных интересах и рассматривает Москву только как инструмент для их достижения.

В этом Западу, скорее всего, поможет сам Китай. И действительно, Пекин уже начал вести жесткую торговлю с Москвой, например, воспользовавшись отчаянной потребностью России в продаже своих энергоресурсов. Здесь Китай выжимает из нее существенные скидки. В прошлом он еще как-то терпел ее независимые отношения с Индией и Вьетнамом и неохотно уважал значительную роль Кремля в Центральной Азии. Но по мере того, как в Пекине начинают осознавать свои огромные рычаги влияния на Россию, он будет стремиться воздействовать на формирование такой российской внешней политики, которая служила бы его собственным интересам.

Такая деспотичная китайская линия дает российскому политическому истеблишменту достаточные основания переосмыслить свою застарелую враждебность по отношению к Западу. В конце концов Москва, скорее всего, признает, что может расширить свое международное влияние и усилить влияние на другие державы (включая Китай), сдерживая свои агрессивные импульсы в Европе.

По иронии судьбы, последние имперские замыслы Путина значительно мешают России обеспечить себе будущее, в котором она мирно сосуществовала бы с Западом. Его спецоперация на Украине значительно усложнила эту задачу и ей, и Соединенным Штатам. Но возможности исправить ошибки Путина все же имеются, даже если для этого нужно сначала наказать Россию. Она должна решить, хочет ли продолжать жить в гневной западной изоляции. И Вашингтон должен напомнить Москве, что возможны и другие варианты, если Россия проявит искреннюю заинтересованность в исправлении своих деструктивных и саморазрушительных амбиций. Пока этот день не наступит, Соединенные Штаты должны сдерживать худшее поведение России и ждать, когда ситуация изменится.

Авторы: Дмитрий Альперович (Dmitri Alperovitch) — руководитель американского аналитического центра Silverado Policy Accelerator, ведущий подкаста Geopolitics Decanted, а также соучредитель и бывший технический директор компании CrowdStrike, занимающейся кибербезопасностью.

Сергей Радченко (Sergey Radchenko) — почетный профессор Школы перспективных международных исследований университета Джона Хопкинса и автор книги "Нежелательные провидцы: советский провал в Азии в конце холодной войны".

Иносми

Оригинал

Комментарий от себя:

Единство западных демократий в ответ на специальную военную операцию России на Украине поразительно и назрело давно. Но угасающая экономическая мощь этих стран может означать, что это лебединая песня старого порядка.

Именно экономическая мощь позволяла Европе и США доминировать на планете. Развитие современной науки и промышленная революция дали Европе и ее "ответвлению" в виде Америки экономическую возможность продемонстрировать подавляющую военную силу. Благодаря этому они включили основную часть планеты в сферу своего влияния — зачастую принуждая такие страны, как Китай, к подчинению.

Либеральный, основанный на правилах международный порядок, возникший во второй половине XX века, опирался на непрерывное глобальное экономическое доминирование этих стран. Другие государства стали богаче, но Западная Европа, США и их азиатские союзники по-прежнему были далеко впереди. К 1950 году валовой внутренний продукт по паритету покупательной способности одних США был больше, чем Китая, Индии и России вместе взятых. Добавьте сюда остальные государств — членов НАТО и их азиатских союзников, и ни одна держава не смогла бы успешно противостоять их совокупной мощи.

Распад Советского Союза в 1991 году подтвердил это доминирование и способствовал его распространению. Бывшие советские сателлиты в Восточной Европе вступили в Европейский союз, а другие страны либерализовали экономики и стали торговыми партнерами Запада. В 2000 году государства, которые сейчас вводят санкции против России — Евросоюз и большинство стран НАТО, а также Япония, Южная Корея, Австралия, Новая Зеландия, Тайвань, Швейцария и Сингапур — произвели 79,4% мирового ВВП.

За последние 20 лет в результате глобализации эта сила значительно сократилась. К 2020 году те же самые государства производили всего 60,4% мирового ВВП. Во многом это объясняется стремительным ростом Китая, однако Индия и другие развивающиеся страны тоже росли быстрее, чем Запад. Эти государства сейчас достаточно сильны, чтобы противостоять даже объединенной мощи Запада в его конфликте с Россией. Поэтому многие из них воздержались во время голосования при принятии резолюций ООН, осуждающих спецоперацию Путина, и отказываются вводить санкции против Москвы.

Эти тенденции, по всей вероятности, сохранятся. Если сосредоточиться на 30 крупнейших экономиках, то, по оценкам Международного валютного фонда, на страны, вводящие санкции против России, сейчас приходится 64,9% экономического производства. Организация прогнозирует, что к 2027 году этот показатель сократится до 58,5%. По прогнозам, к 2040 году у Китая и Индии вместе ВВП по паритету покупательной способности будет больше, чем у США и восьми других крупнейших государств, которые ввели санкции, вместе взятых. Добавьте к этому другие развивающиеся страны, такие как Бразилия, Мексика, Индонезия и Турция, и соотношение сил в мире изменится еще значительнее.

Такое развитие событий положит конец двухвековому глобальному господству Запада, если только некоторые из этих растущих государств не присоединятся к нашим рядам. Если страны, которые сегодня не применяют санкции, создадут неформальный альянс, чтобы конкурировать с Западом и вытеснить его, XXI век станет столетием растущей политической и военной напряженности. Предотвратить это — непременное условие западной государственной политики в обозримом будущем.

В этом стремлении Запад начинает с некоторых важных преимуществ. Индия — исторический соперник Китая. Она также является демократией, пусть временами и хаотичной. Западная критика индуистского национализма, который, судя по всему, в обозримом будущем станет доминирующим политическим движением в Индии, создает угрозу того, что эта важнейшая страна от нас отдалится. Здравый смысл подсказывает нам сохранять альянс, даже если это вызывает беспокойство у жителей Запада.

Подобные конфликты между западными либеральными социальными ценностями и геополитическими интересами должны разрешаться и в других местах. Освоение Бразилией огромных тропических лесов вызывает гнев климатических активистов. В Индии и Бразилии также содержится более половины мирового поголовья крупного рогатого скота, что является основным источником выбросов метана. Разве нам надо, чтобы климатическая активность привела эти страны в объятия Китая?

Взгляды Запада на гомосексуальность также могут осложнить нашу геополитику. Нигерия, например, к 2040 году войдет в число 15 крупнейших экономик мира и станет крупнейшим народным хозяйством Африки. Это государство, наряду со многими другими исламскими и африканскими странами, криминализирует однополые отношения. Да, это ужасно, но разве мы можем позволить, чтобы это оттолкнуло Нигерию от Запада? Рост могущества и влияния Китая означает, что у этих стран будет альтернатива фондам развития и экспорту продукции. И китайский авторитарный режим, конечно, не будет требовать от своих союзников проведения реформ в области прав человека.

По-прежнему верно изречение Фукидида: сильный делает то, что может, а слабый терпит то, что должен терпеть. Запад был мировым лидером на протяжении более двух столетий. Если мы не адаптируемся сейчас и не подготовимся к будущему, сегодняшней солидарные ответные действия в отношении России могут стать лебединой песней Запада.

Автор: Генри Олсен (Henry Olsen)

Ссылка на статью в Иносми.ру: https://inosmi.ru/20220426/nato-253961848.html

Ссылка на статью в The Washington Post: https://www.washingtonpost.com/opinions/2022/04/25/is-this-t...

Комментарий от себя:

Ференц Тарацкози (Ferenc Taracközi) не поддерживает конфликт своей страны с Россией. Убийство – это грех, утверждает он, даже для солдат, которые пытаются отразить военное наступление.

"Как христиане мы считаем, что неважно, на чьей вы стороне, это все равно убийство, и мы с этим не согласны", – сказал Тарацкози, пастор в венгерской реформатской церкви в Берегово – небольшом городке с населением 23 тысячи человек, который является культурной столицей этнических венгров, живущих на Украине.

У Тарацкози есть и более личная причина для того, чтобы выступать против этого конфликта. "Это не моя война", – объяснил он.

Его слова перекликаются с мантрой правительства Виктора Орбана в Венгрии, чьи близкие отношения с Россией и частые дипломатические стычки с Украиной заметно усилились с момента начала российской спецоперации.

Особенно напряженная ситуация сложилась в Закарпатской области Украины. До начала боевых действий в Закарпатье проживало около 150 тысяч этнических венгров, в том числе семья Тарацкози.

Их сообщество живет на украинской земле, однако их язык и культура порой плохо вписываются в культуру страны, стремящейся сформировать свою независимую национальную идентичность, – особенно после протестов 2013-2014 годов, после которых украинская общественность отвергла идею дальнейшего сближения с Россией.

Теперь, как утверждают украинские венгры, российская спецоперация породила новые подозрения в отношении их сообщества – и новые трудности. Люди, с которыми репортеру Globe and Mail удалось побеседовать, рассказали о том, что сотрудники органов государственной безопасности допрашивали их в связи с публикацией в соцсетях постов, якобы содержащих "сепаратистский" контент.

Один человек рассказал, что их два часа продержали под дулами автоматов на КПП после того, как они привезли туда гуманитарную помощь, – все потому, что номерные знаки их автомобилей выдавали в них жителей Закарпатья. В одной семье люди собирают все мобильные телефоны и уносят их в другую комнату, когда речь заходит о боевых действиях, – они боятся, что службы безопасности могут их прослушивать.

"Все сидят по домам в страхе, – сказал Вики Тарпай (Viki Tarpai), венгерский актер, который вырос на Украине. – Вам даже не нужно ничего делать, чтобы вас окрестили сепаратистом. Это может произойти с кем угодно в любой момент".

Жители одного городка показали репортеру Globe and Mail целую пачку повесток в военкомат – мэр получил указание вручить повестки всем мужчинам призывного возраста. По словам венгров, в их общинах люди получили больше повесток, чем жители любых других районов Украины.

Издание Globe and Mail не публикует полные имена людей, упоминаемых в этой статье, чтобы защитить их от преследований.

Региональная военная администрация Закарпатья сообщила в своем заявлении, что информация о том, что все мужчины некоторых венгерских общин получили повестки в военкомат, является "ничем не подтвержденной".

"Уведомление граждан Украины призывного возраста производится точно таким же образом по всей стране", – говорилось в заявлении. Администрация отказалась предоставить сравнительную статистику по призыву по регионам, сославшись на "соображения безопасности".

"Никакого разделения по этническому признаку нет", – говорилось в заявлении.

В нем также опровергалась информация о том, что украинские венгры подвергаются каким-либо преследованиям со стороны служб безопасности.

"Это откровенная и довольно распространенная манипуляция, – говорилось в заявлении. – В нынешней ситуации, с учетом начавшихся боевых действий, с целью предотвращения внутренних волнений применяются дополнительные меры безопасности. Компетентные органы отслеживают подрывную деятельность, в том числе случаи распространения российской пропаганды".

"Никаких преследований на основании этнической принадлежности в связи с публикацией постов в соцсетях нет. Что на самом деле происходит – и эти меры применяются ко всем без исключения, – это то, что мы внимательно следим за ситуацией".

Тем не менее, текущий конфликт спровоцировал рост напряженности в отношениях между Украиной и Венгрией. Президент Украины Владимир Зеленский выступает с резкой критикой в адрес премьер-министра Венгрии Виктора Орбана, который поддерживает теплые отношения с Кремлем и который запретил перевозку летальных вооружений на Украину через Венгрию.

"Всем хорошо известно, кто в Евросоюзе выступает против гуманности и здравого смысла и кто не делает ничего, чтобы помочь восстановить мир на Украине. Это должно прекратиться, и Европа должна перестать выслушивать отговорки Будапешта", – сказал Зеленский в конце марта.

Одержав в начале апреля победу на четвертых выборах подряд, Орбан назвал Зеленского одним из своих "оппонентов". В ходе предвыборной кампании Орбан пообещал сделать так, чтобы его страна не оказалась втянутой в украинский конфликт.

Венгры, живущие на Украине, говорят, что они не поддерживают спецоперацию, начатую президентом России Владимиром Путиным.

"Крайне важно, чтобы все понимали, что мы не на стороне Путина, – сказал владелец магазинчика по имени Георгий. – Ни один здравомыслящий человек не захочет жить в зоне боевых действий".

Но когда Россия начала свою спецоперацию, многие венгры бежали из страны – в том числе многие мужчины, которые перебрались через границу в Венгрию, чтобы избежать мобилизации.

Этнический венгр по имени Виктор, тоже владелец магазина, понимает, почему некоторым трудно принять, что местные жители выступают против этого конфликта. Но, по его словам, если понять ситуацию, в которой оказались венгры на Украине, "вы сможете сделать собственные выводы касательно того, почему мы не считаем этот конфликт своим".

По словам Георгия, Украина "ждет, что венгры поддержат ее всем, что у них есть". "Но я задам вопрос: а почему я должен отдавать все, что у меня есть? Что вы, как страна, сделали, чтобы завоевать мое уважение?"

Недавно один украинец вошел в магазин Георгия и стал агрессивно себя вести по отношению к сотрудникам. "Он провоцировал работников магазина, настаивая: “На украинской земле вам разрешается говорить только на украинском языке”", – объяснил Георгий. В конце концов ситуация стала настолько напряженной, что "его пришлось вышвырнуть".

Виктор тоже не раз сталкивался с жалобами украинцев на то, что венгры говорят на своем родном языке. По его словам, в этом случае лучшим контраргументом служит местное кладбище: "До 1945 года вы не найдете ни одного могильного камня с украинским именем на нем".

Тем не менее, венгры, которые сегодня составляют всего 12% населения Закарпатья, оказались заложниками в кампании украинских властей по продвижению национального единства. Закон, принятый в 2019 году, сделал украинский единственным государственным языком страны, обязав всех граждан использовать его в общении. К примеру, этот закон обязывает работников магазинов и ресторанов сначала обращаться к клиентам на украинском языке и только потом переходить на другие языки.

Этот закон вызвал шквал критики со стороны правозащитных групп и разозлил Кремль. В своем выступлении 21 февраля, накануне начала спецоперации, Путин обвинил Киев в политике искоренения русского языка и культуры и принудительной ассимиляции.

"Людям, которые считают себя русскими и хотели бы сохранить свою идентичность, язык, культуру, прямо дали понять, что на Украине они чужие", – сказал он.

Если говорить об этнических венграх, живущих на Украине, то их согласие с мнением Кремля касательно этого закона не способствовало укреплению их отношений с соседями.

Тем не менее, жители Закарпатья присоединились к движению по оказанию помощи людям, которые бежали с востока Украины в более безопасные места, включая Берегово, где не упало ни одной бомбы.

"С первых минут боевых действий наша церковь была открыта для всех беженцев", – сказал Тарацкози. По его словам, свои двери беженцам открыли все храмы Венгерской реформатской церкви.

Однако этот конфликт надолго изменит жизнь всех венгерских общин на Украине. Через Закарпатье проехали сотни тысяч украинских беженцев, и многие из них там осели. Между тем многие венгры покинули Украину, и некоторые из них уже не вернутся обратно.

Сейчас паства Тарацкози уменьшилась в два раза по сравнению с мирным временем. "И из тех, кто уехал из страны, 20–30% уже не рассматривают возможность вернуться".

Автор: Нейтан Вандерклиппе (Nathan VanderKlippe)

Ссылка на статью в Иносми.ру: https://inosmi.ru/20220425/ukraina-253947149.html

Ссылка на статью в The Globe And Mail: https://www.theglobeandmail.com/world/article-hungarians-in-...

Комментарий от себя:

Арне Вестад, профессор истории международных отношений из Йельского университета, специалист по холодной войне и Китаю, анализирует последствия спецоперации на Украине и действий НАТО, ошибки Владимира Путина, а также сложную игру Китая. Этой стране сотрудник университета в США рекомендует "оставаться в международной системе, а не поддерживать русских — пусть и на расстоянии вытянутой руки".

"ФИГАРО": Спецоперацию России на Украине сравнивают с возвратом к холодной войне: оправдана ли такая параллель?

Арне Вестад: Холодная война помогает понять нынешний кризис, но поспешные аналогии с ней могут ввести в заблуждение. Новый международный порядок отличается от холодной войны. Он многополярен, в отличие от холодной войны, которая была строго биполярной. Эта тенденция будет усиливаться, как мы сейчас видим, так как многие державы проводят свою собственную внешнюю политику. Другое различие заключается в том, что речь не идет об идеологическом конфликте, каким была холодная война. В украинском конфликте есть идеологические элементы, в том числе соперничество между авторитаризмом и демократией, но в широком и неконкретном виде. Именно по этой причине мы должны остерегаться проводить слишком много параллелей с холодной войной. Создаваемая международная система гораздо больше напоминает мир конца XIX и начала XX века. Это, конечно, не является хорошей новостью, в частности для французов. Это гораздо более нестабильная система, более подверженная различным играм между альянсами и с гораздо большим количеством вооруженных конфликтов. Ибо холодная война оказалась удивительно стабильной системой, даже если она опиралась на смертоносный ядерный баланс. И отчасти по причине этой стабильности удалось окончательно разрешить идеологический конфликт мирным путем, благодаря внутренним изменениям Советского Союза.

— Могут ли конфликты времен холодной войны, такие как война в Корее в 1950 году, заставить нас задуматься о том, как не допустить перерастания ограниченной войны в ядерную конфронтацию?

— Корейская война имеет много общего с ситуацией на Украине. Оба конфликта вспыхивают по мере создания новой международной системы и оказывают влияют на характер этой системы. Корейская война происходила в момент милитаризации соперничества великих держав, тогда как ранее все говорили о сокращении военных расходов, особенно на Западе после окончания Второй мировой войны. То же самое мы видим и на Украине. Другая параллель состоит в том, что война в Корее стала возможной благодаря китайско-советскому союзу в относительно недавний период, да и на нынешнюю спецоперацию Россия вряд ли решилась бы без нынешнего почти неформального альянса между Китаем и Россией. Но роли поменялись. Тогда в Корее сражались китайцы, а советские товарищи оказывали им дипломатическую и военную поддержку. Сегодня же Россия ведет военную операцию, а Китай ее поддерживает. Правда, есть разница: Пекин на этот раз делает не очень много для поддержки операции России. Китай проявляет свою привычную осторожность, чтобы не рисковать своими отношениями с верным Западу международным сообществом. Но нам следует припомнить КНР их поведение сегодня: китайцы воздерживаются от осуждения действий Москвы и соглашаются, вопреки нашему желанию, с частью российской риторики.

Здесь история может быть полезной. Даже если ситуация сегодня другая, она позволяет нам понять, как тесный союз СССР и КНР так быстро развалился в 1960-е. Сотрудничество между двумя странами в 1950-е годы было интенсивным. В новейшей истории нет другого сопоставимого случая, когда одна страна (Советский Союз) тратила бы столько средств на развитие другой страны (Китая). Советская программа помощи коммунистическому Китаю была, при разнице в ценах и условиях, гораздо масштабнее плана Маршалла для Европы. Но, несмотря на тесные отношения между Китаем первых лет правления Мао и сталинским СССР, было много проблем. Китайцам всегда не нравилось, когда они вынуждены были действовать в рамках альянса, в котором были более слабым партнером. Они опасались, что советские руководители договорятся с американцами напрямую, без их, китайцев, ведома. А еще китайцев раздражали третьи стороны, такие как Индия: она, кстати, и сейчас выделяется своей активностью, как и в то время. Ухудшение китайско-индийских отношений стало одной из главных причин распада союза СССР и Китая в 1950-е годы, так как китайцы почувствовали, что Россия сближается с Индией. Но сейчас эти же китайско-индийские отношения так испортились, что многие военные эксперты обеспокоены тем, что в Гималаях может произойти что-то страшное. Русские очень сблизились с Индией и поставляют ей более 60% ее военной техники. Китай может получить гораздо больше в рамках международной системы, чем оказывая поддержку русским на расстоянии.

— Является ли расширение НАТО причиной конфликта на Украине?

— Меня раздражают высказывания о том, что это западная политика спровоцировала ответную операцию на Украине, которой Россия якобы парировала расширение НАТО на восток. Какая-то правда в этом есть: Запад много ошибок сделал в 1990-е годы в отношении России, причем больше ошибок было сделано европейцами, чем американцами. Полностью исключить Россию из Европы с точки зрения экономического сотрудничества и общей безопасности - плохая идея. Мы должны были сделать намного больше, чтобы заманить Россию в наши структуры, интегрировать ее. Проблема заключается не в расширении НАТО, а в его прекращении. А еще в том, что другим странам, в том числе и России, не была отведена значительная роль в этом процессе. Но было бы неправильно отказывать странам Восточной Европы в их собственном выборе оборонительного союза, членами которого они хотели быть. Как это можно представить себе: вот перед вами страны, которая более сорока лет находившиеся под властью иностранной державы. И вы хотите, чтобы они отказались от НАТО — от союза, призванного защищать демократию и национальный суверенитет, которые эти страны, наконец, обрели?

И говорить им, что они никогда не смогут защитить интересы своей национальной безопасности, потому что русским это не нравится, — вот это было бы полным безумием. Когда вы изучаете историю, нужно иметь возможность держать в голове две концепции одного и того же процесса, два взгляда: а что было бы, если бы мы поступили иначе? Мы должны были больше уделять внимания русским, это правда. Но стоит также заметить, что без НАТО сегодняшний конфликт на Украине мог бы стать началом гораздо более масштабного европейского конфликта. Мы надеемся, что именно присутствие НАТО предотвратит такое развитие событий — по крайней мере, в краткосрочной перспективе. Опасно даже думать о том, что НАТО каким-то образом вторглась в область, зарезервированную за Россией, являющуюся ее кем-то там признанной сферой интересов. Мы что, опять хотим получить международный порядок, при котором великие державы будут определять союзы по защите безопасности своих соседей? Это вопрос и к китайцам. Они могут тайно соглашаться с русскими, но не хотят заявлять об этом публично.

— Тайвань также был объектом кризисов во время холодной войны. Стоит ли опасаться нового периода напряженности?

— Каждый дополнительный день украинского сопротивления укрепляет безопасность Тайваня. Китайцы очень внимательно следят за тем, что происходит на Украине. В последнее время они склонялись к мысли, что взять Тайвань под свой контроль можно будет после непродолжительного военного противостояния. Этот их взгляд был на самом деле ошибочен. Между Китаем и Тайванем расположено море, и остров вооружен до зубов. Но Украина продемонстрировала, как легко великой державе испытать серьезные неприятности из-за гораздо более слабого соседа. Беседуя недавно с китайскими аналитиками, в частном порядке и публично, я понял, что они вовремя поняли, что дела русских в военном отношении идут на Украине не очень хорошо.

— Владимир Путин увлеченно изучает историю. Но не получилось ли так, что он сделал неправильные выводы из истории холодной войны. Ведь, похоже, он начал спецоперацию на Украине, опираясь на ее опыт.

— Нужно всегда придавать серьезно относиться к публичным заявлениям политических лидеров, придавать им значение. Оба выступления Путина, прозвучавшие в начале конфликта, очень информативны. Но создается впечатление, что он все же недооценил волю украинцев к сопротивлению. Он проигнорировал новую реальность, сложившуюся на Украины при "майданном" режиме, который изменил и государство, и народ! Другой фундаментальной ошибкой, вероятно, была надежда Москвы на то, что Запад расколется по вопросам о том, сопротивляться ли России и как это делать. Владимир Путин также преувеличил быстроту упадка американской мощи. Дело в том, что США сами распространяют по миру вести об этом самом упадке. Но даже если этот упадок и происходит, он имеет относительный характер: США становятся слабее, чем раньше, но они не стали слабыми. Америка обладает исключительной способностью оказывать военную помощь в кратчайшие сроки. Мощь США продолжает производить впечатление.

Владимир Путин не смог избежать удара по авторитету России... Военная операция все же началась, хотя в России отрицали возможность военных действий между Россией и Украиной. В итоге честное слово Москвы потеряло в цене. Я бы сказал, что оно оказалось обесценено, как обесценен сейчас рубль. (На момент публикации статьи рубль вернулся к показателям, которые имел до 24 февраля 2022 года по отношению и к доллару, и к евро - прим. ИноСМИ.) Мы увидели, что цинизм может быть наивным. Цинизм предполагает недоверчивость, он всех обвиняет в легковерности: мол, никому нельзя доверять. Но наивно делать из этого вывод, что правды и искренности вообще не существует в природе и что почти за любым словом или делом стоит скрытый мотив, своего рода заговор... К сожалению, такой "конспиративный" образ мышления быстро развивается в Соединенных Штатах. Он приводит к тому, что мы замыкаемся в психологическом лабиринте, который сами себе создали. Такой образ мышления мешает нам самим: при нем очень сложно принимать внешнеполитические решения.

Автор: Адриен Жолмес (Adrien Jaulmes)

Ссылка на статью в Иносми.ру: https://inosmi.ru/20220422/geopolitika-253924065.html

Ссылка на статью в Le Figaro: https://www.lefigaro.fr/vox/monde/le-systeme-international-i...

Комментарий от себя:

"...НАТО — от союза, призванного защищать демократию..."

Премьер-министр Великобритании Борис Джонсон сообщил, что украинские военные проходят на территории Соединенного Королевства подготовку, в ходе которой их учат пользоваться британскими бронемашинами. Британские инструкторы также учат украинских солдат управлять средствами противовоздушной обороны на территории Польши. "Могу сказать, что в настоящее время в Польше мы обучаем украинцев использованию средств противовоздушной обороны, а в Великобритании — использованию бронетехники", — сообщил Джонсон.

Украинские военные прибыли в Великобританию для прохождения обучения ранее в апреле.

В настоящее время они учатся использовать патрульные бронированные машины, которые Великобритания отправила украинским вооруженным силам.

Великобритания предоставила Украине 120 патрульных бронированных машин, в том числе бронемашины Mastiff, которые можно использовать с целью патрулирования и разведки.

Представитель Джонсона сообщил: "Важно, чтобы они получили соответствующую подготовку, чтобы наиболее эффективно использовать [предоставленную военную технику].

Мы всегда внимательно следим за тем, чтобы не предпринимать шаги, которые могут привести к эскалации, однако очевидно, что эскалационными являются действия режима Путина".

С момента начала российской спецоперации 24 февраля Соединенное Королевство поставляет Украине все больше вооружений.

В марте министр обороны Великобритании Бен Уоллес (Ben Wallace) объявил, что Соединенное Королевство отправит украинским вооруженным силам высокоскоростной зенитно-ракетный комплекс Starstreak и более четырех тысяч противотанковых ракет.

Этот комплекс представляет собой самые быстрые в мире ракеты в своем классе: они способны развивать скорость в три раза превышающую скорость звука.

Вес одной такой ракеты составляет всего 14 килограммов, и она позволяет обеспечить защиту от обычных средств воздушного нападения.

Ранее Соединенное Королевство отправило на Украину две тысячи единиц облегченного противотанкового оружия следующего поколения (NLAW). Это оружие сыграло ключевую роль в обороне таких крупных городов, как Киев и Харьков.

Другие западные страны тоже поставляют на Украину оружие, включая те 300 противотанковых ракет, которые Вашингтон отправил этой стране в рамках своего пакета военной помощи на сумму в 350 миллиардов долларов.

Нидерланды отправили Украине 200 переносных зенитно-ракетных комплексов "Stinger" и 50 противотанковых комплексов "Panzerfaust 3" с 400 ракетами.

Германия пообещала предоставить Украине 1000 противотанковых снарядов и 500 комплексов "Stinger".

Этим решением Германия положила конец своему давнему запрету на экспорт оружия в зоны боевых действий.

Бельгия и Швеция тоже отправляют на Украину противотанковое оружие — и это первый раз, когда Швеция отправила оружие стране, вовлеченной в вооруженный конфликт, с момента вторжения Советского Союза в Финляндию в 1939 году.

Автор: Милли Кук (Millie Cooke)

Ссылка на статью в Иносми.ру: https://inosmi.ru/20220422/ukraina-253921133.html

Ссылка на статью в Daily Express: https://www.express.co.uk/news/world/1599513/Russia-war-Ukra...

Комментарий от себя:

То слишком нерешительный, то слишком осторожный – такие упреки раздаются в адрес канцлера во время украинского кризиса, в том числе из рядов его собственной коалиции. При этом глава немецкой оппозиции Мерц выступил в бундестаге с инициативой, которая может поставить канцлера в очень трудное положение.

Сейчас Фридрих Мерц (Friedrich Merz) уехал в горы, чтобы немного отдохнуть. Ему есть о чем подумать: Мерцу, как председателю ХДС и главе фракции ХДС/ХСС в бундестаге, предстоит принять решение по одному принципиальному вопросу, о котором зашла речь уже через пару месяцев после выборов в бундестаг. Это вопрос об оружии, и он может определить будущее правительства канцлера Шольца.

На бумаге этот вопрос формулируется скорее технически: должны ли депутаты бундестага от ХДС/ХСС на следующей неделе внести официальный запрос о поставке тяжелого вооружения на Украину?

Дебаты о вкладе Германии в вооружение украинской армии обострились в последнее время еще и потому, что даже представители коалиционных партий все настойчивей выражают свое недовольство курсом канцлера. И это происходит в тот момент, когда перед лицом нового наступления России потребность Украины в оружии обострилась до предела.

Заместитель председателя фракции ХДС/ХСС Йоханн Вадефуль (Johann Wadephul), курирующий во фракции внешнюю и оборонную политику, публично заявил об инициативе оппозиции в Твиттере: "В целом мы хотим поддержать федеральное правительство в этом кризисе", – написал он в преамбуле. "Однако если Шольц и дальше будут противиться поставке тяжелого вооружения, – написал политик из ХДС далее, – то канцлер должен настроиться на то, что на следующей неделе фракция ХДС/ХСС сделает соответствующий официальный запрос".

После выступления Шольца во вторник вечером стало ясно: канцлер пока не собирается менять свою позицию. Теперь же, как говорят во фракции ХДС/ХСС, там хотят еще раз выяснить, что действительно поставила и готова поставлять Германия. Для этого ведутся беседы с представителями военной промышленности.

"В этой связи отдает высокомерием ссылка канцлера на то, что украинцы якобы не умеют обращаться с запрошенным ими оружием", – сказал координатор фракции ХДС/ХСС Торстен Фрай (Thorsten Frei). При этом политик от ХДС задал вопрос: "Неужели в ведомстве канцлера считают, что Украина просит предоставить ей оружие, которым ее солдаты не умеют пользоваться?" Для ХДС/ХСС "решающее значение имеет то, что Германия должна отказаться от колебаний в поставках вооружения, – сказал Фрай в интервью нашему журналу Spiegel, имея в виду необходимость слать любое оружие. – При этом официальный запрос – это лишь одна из многих теоретических возможностей".

Конечное решение за Мерцем

Едва ли кто-нибудь в ХДС/ХСС рассчитывает узнать что-то новое, когда при проверке действительных поставок вооружения Германией. И это обстоятельство, вероятно, еще больше подхлестнет дискуссию между ведущими представителями ХДС/ХСС, в том числе с экспертными политиками в бундестаге. Но последнее слово останется за председателем фракции.

В конце февраля Фридрих Мерц, возражая федеральному канцлеру на внеочередном заседании парламента, заявил, что фракция ХДС/ХСС перед лицом провозглашенной Шольцем смены эпох не будет "копаться в мелочах" и поддержит курс правительства в принципе.

Это был четкий отказ от классической оппозиционной политики, Наоборот, это заявление стало свидетельством готовности оппозиции со всей ответственностью действовать в духе общегосударственной политики. Если же сейчас фракция ХДС/ХСС внесет своей запрос, то это станет разрывом с прежним курсом.

Мало того, это будут чем-то более значимым: своеобразным сигналом о том, что христианские демократы взяли курс на смещение канцлера.

Потому что с учетом критики Шольца в его собственных рядах не исключено, что запрос поддержит большинство в бундестаге, а ведь речь идет о вопросе, напрямую касающемся курса главы правительства. Кстати, ничего не изменилось бы и в том случае, если бы руководители фракций коалиционных партий не допустили бы голосования по запросу на пленарном заседании и дело дошло бы до вотума о порядке ведения заседаний, что сыграло бы на руку ХДС/ХСС.

Это нанесло бы Шольцу такой урон, что он должен был бы поставить вопрос о доверии к себе, то есть рискнуть, проверяя, пользуется ли он еще поддержкой большинства в бундестаге. Но разве это не было бы настоящим кризисом государства, да еще в разгар самого большого внешнеполитического кризиса последних десятилетий? Все эти последствия Мерц должен будет взвесить.

С другой стороны, у фракции ХДС/ХСС создается впечатление, что канцлер Шольц в этой чрезвычайной ситуации на удивление мало заботится о привлечении в первую очередь фракции ХДС/ХСС на свою сторону, предпочитая единолично принимать решения. А ведь некоторые его решения даже в коалиции вызывают недоумение.

Мириться с этим в долгосрочной перспективе, как считают во фракции, было бы недопустимо ввиду особого положения партий ХДС и ХСС. Ведь именно представительница этих партий Ангела Меркель в течение последних 16 лет занимала пост канцлера.

Новый конфликт вокруг особого фонда

Тем более, что принципиальный конфликт может возникнуть на будущей неделе и без запроса фракции ХДСС/ХСС о поставках вооружения. Ведь бундестаг должен будет рассмотреть в первом чтении планы коалиции о новых огромных оборонных расходах. Предполагается, даже если это потребует изменения Конституции, создать особый фонд для модернизации бундесвера величиной более 100 миллиардов евро.

И по этому вопросу председатель фракции ХДС/ХСС Мерц еще в конце февраля сигнализировал свое принципиальное согласие, что для коалиции является крайне важным: ведь для изменения Основного закона (Конституции) необходимо большинство в две трети голосов депутатов, то есть коалиция без голосов оппозиции обойтись не может.

Но так как канцлер и его люди с точки зрения ХДС/ХСС пока предприняли слишком мало усилий, чтобы привлечь на свою сторону ХДС/ХСС, Мерц недавно заявил, что сможет помочь коалиции только тем количеством голосов, которого не хватает коалиции для необходимого большинства. "Если мы вообще дойдем до изменения Основного закона, то мы добавим ровно столько голосов, чтобы набралось большинство в две трети", – сказал Мерц в бундестаге. В его обращении к коалиционным фракциям говорится: "Вам придется получить на это твердое "да" от каждого отдельного депутата".

Однако и в этом случае Мерц идет на риск. В том, что председатели фракций призывают своих депутатов к единому поведению при голосовании, нет ничего особенного. Но то, что часть депутатов согласна с законопроектом, а другая их часть голосует против или вообще не будет участвовать в голосовании, вот это совершенно необычная ситуация. К тому же она противоречит свободе мандата. Кроме того, еще неизвестно, согласятся ли все депутаты от ХДС/ХСС на такой маневр.

Но как бы то ни было: кампания по смещению канцлера может начаться еще до голосования.

Ссылка на статью в Иносми.ру : https://inosmi.ru/20220421/germaniya-253907729.html

Ссылка на статью в Der Spiegel: https://www.spiegel.de/politik/deutschland/friedrich-merz-ve...

Комментарий от себя: