Более 50 лет в туризме. В прошлом — инструктор по туризму СССР. Лыжные походы, горы, треккинг, безопасность и истории из старых туристских отчётов.
skitour.club
Рождение современного альпинизма принято связывать с первым восхождением на Монблан Жака Бальма и Мишеля Паккара 8 августа 1786 года.
Но женщины от мужчин не сильно отставали. В том же августе 1786 года англичанки Джейн и Мэри Парминтер поднялись на Мон-Бюэ высотой 3096 метров. Это восхождение считается первым известным женским восхождением на альпийскую вершину выше 3000 метров.
А через 22 года первой женщиной, поднявшейся на Монблан, стала Мари Паради. Она была местной жительницей и работала служанкой. В горы её позвали знакомые проводники. Среди участников был и Жак Бальма — тот самый, который вместе с Паккаром первым поднялся на Монблан.
Произошло это 14 июля 1808 года.
Но 4 сентября 1838 года состоялось восхождение, которое занимает особое место в истории женского альпинизма.
Анриетта д’Анжевиль поставила перед собой цель подняться на Монблан, сама подготовила и организовала экспедицию и прошла маршрут до вершины. Поэтому эту дату вполне можно условно считать днём рождения женского спортивного альпинизма.
Анриетта родилась в 1794 году в аристократической семье. К моменту восхождения ей было 44 года. Сейчас такой возраст в горах никого не удивит, а в первой половине XIX века сама идея, что женщина в 44 года собирается подняться на Монблан, многим казалась почти безумием.
Её отговаривали. Объясняли, что женский организм якобы не способен выдержать такие нагрузки и высоту. Но Анриетта от своей идеи не отказалась.
Она сама организовала и оплатила экспедицию. Для восхождения специально изготовили одежду и обувь. Список снаряжения сейчас читать довольно интересно: палатка и всё необходимое для бивака, лестницы для прохождения ледниковых трещин, прибор для приготовления чая, напитки. Взяли даже веера — один предполагалось использовать на высоте, если Анриетте станет трудно дышать.
Вместе с ней шли шесть проводников и шесть носильщиков. Руководил проводниками известный шамонийский гид Жозеф-Мари Кутте.
Они вышли 3 сентября, на Гран-Мюле разбили лагерь, а рано утром продолжили подъём.
Легко Анриетте не было. На высоте началось сильное сердцебиение, мучила сонливость, но она продолжала идти сама. По сохранившимся описаниям, на скальных участках двигалась не хуже сопровождавших её мужчин.
4 сентября 1838 года Анриетта д’Анжевиль поднялась на вершину Монблана.
На вершине она попросила одного из проводников поднять её на плечи. Получалось, что на несколько мгновений она оказалась выше Монблана.
После восхождения Анриетту встречала Мари Паради. Первая женщина, побывавшая на вершине Монблана, была ещё жива — она умерла в следующем, 1839 году.
Получилась своеобразная передача эстафеты.
Мари Паради самим фактом своего восхождения показала, что женщина может оказаться на высочайшей вершине Альп. А Анриетта д’Анжевиль тридцать лет спустя уже сама поставила перед собой эту цель, организовала экспедицию, подготовилась и прошла маршрут наравне со своими спутниками.
Монблан оказался для неё не единственной вершиной. Анриетта продолжала путешествовать по Альпам и подниматься на горы. Последней её альпийской вершиной стал Олденхорн, куда она поднялась в возрасте 65 лет.
В Австралии есть забор длиной больше пяти тысяч километров. И многие уверены, что за ним что-то скрывается.
Я часто бываю в Австралии и мои друзья, прочитав очередного блогера, побывавшего в Австралии, засыпают меня вопросами: "Сергей, что за таинственные зоны, окружённые огромными заборами? Вход запрещён, там то ли пришельцы, то ли секретные базы?!"
В реальности, конечно, никаких пришельцев и закрытых территорий там нет.
Многие фермы здесь имеют огромные территории, которые огораживаются, чтобы скот не разбежался, и на него не нападали собаки динго. В одном из постов я писал про скотоводческую ферму площадью 4000 км² — она полностью огорожена забором.
Это частная собственность, и, конечно, внутрь просто так проехать нельзя — как не войдёшь в чужой двор. Но там нет никаких секретов только пасущиеся на свободе коровы. Кстати, коровы огромные похожи на буйволов, встреча с такими не сулит ничего хорошего.
На огромной огороженной территории коровы разгуливают на свободе.
Но основные слухи ходят вокруг забора Динго - Dingo Fence, или Собачий забор. Это действительно впечатляющее сооружение. Протяжённость — 5614 километров. Он проходит через пустыни, холмы, пастбища и разделяет засушливый север и более плодородный юго-восток страны.
Dingo Fence
Но и здесь нет никакой мистики. Забор построен в 1880–1950‑е годы из проволоки и дерева, для защиты овец от диких динго. Эти одичавшие потомки бродячих собак превратились в опасных хищников, которые, охотясь стаями, наносили огромный урон фермерам.
Забор начинается в Квинсленде (возле Дарлинг-Даунс) и доходит до полуострова Эйр в Южной Австралии, у скал Нулларбор. Высотой 1,8 м, с заглублением на 30 см, чтобы динго не подкопались! С одной стороны — пастбища с овцами, с другой — дикая пустыня, где динго не могут найти себе достаточно пропитания.
В пустыне Динго сложно найти пропитание и выглядят они очень несчастными
Ежегодно на содержание и ремонт забора тратятся миллионы долларов. Патрульные группы объезжают участки, заделывают подкопы, устраняют повреждения, расчищают кустарник. В некоторых местах устанавливают электрифицированные участки.
При этом среди учёных нет единого мнения, насколько оправдано дальнейшее усиление забора. Одни считают его необходимым для защиты сельского хозяйства. Другие говорят о нарушении природного баланса.
Въезд за забор
Но здесь нет никакой «запретной зоны».
Дороги пересекают забор через специальные ворота. Туристы спокойно фотографируются в разных точках — например, в районе Стэнторпа или Клинтон-Спрингс. Никто ничего не скрывает.
Миф о «таинственных территориях» обычно рождается у тех, кто впервые приехал в Австралию и видит бесконечный забор посреди красной пустыни — это действительно производит впечатление.
История с Dingo Fence — это ещё и пример того, как вмешательство человека в природу со временем создаёт новые проблемы: динго появились в Австралии вместе с людьми тысячи лет назад, а серьёзной угрозой стали лишь тогда, когда европейцы начали развивать овцеводство.
Зачастую за «загадочными явлениями» стоит вполне простое объяснение.
Об Австралии ходит немало разных историй. А что самое необычное слышали вы?
В 1992 году мой партнер из Анкориджа директор компании «Sanctuary Travel» John Victors попросил меня организовать сплав по какой-нибудь дальневосточной реке для семейной пары с Аляски. Ребята водники Александр Попов и Михаил Непогодин, с которыми мы уже организовывали для американцев байдарочный поход по Байкалу, предложили сплавиться на катамаранах по реке Акишма - самой серьезной реке Хабаровского края.
Река протекает вдалеке от населенных пунктов, обычно туристы -водники добирались до нее пешком, неся на себе все снаряжение, необходимое для сплава. Оплата вертолета для заброски была для них не по карману. Но для американцев это было не очень накладно, поскольку в 92- году еще действовали расценки времен СССР, и час полета стоил менее 100 долларов. Так что организация такого тура давала еще отличную возможность свозить на сплав по Акишме и наших ребят водников.
В 1992 году КГБ уже не существовало, тем не менее все поездки с иностранцами по-прежнему нужно было согласовывать с органами госбезопасности. Я подготовил соответствующую заявку, но совершенно неожиданно получил отказ. Это было действительно неожиданно, поскольку до этого мы уже побывали с американцами на Камчатке, Дуссе-Алине, в закрытом тогда Комсомольске-на -Амуре. И было совершено не понятно, что в такой ситуации делать. К 92-му году приезды иностранцев уже не очень внимательно отслеживались, довольно много их постоянно проживало и работало в Хабаровске.
Но без разрешения органов госбезопасности нельзя было заказать вертолет. Выход подсказали сами вертолетчики, они посоветовали не писать в заявке про иностранцев, а заказать вертолет под российскую группу и указать место посадки вне аэродрома. Я был на 100% уверен, что эта семейная пара никакие не шпионы, да и не понятно, что можно было нашпионить, сплавляясь по далекой от любых населенных пунктов реке. Поэтому со спокойной совестью заказал, чтобы вертолет забрал нас на амурской косе рядом с селом Корсаково.
Все так и получилось, вертолет забрал нас на берегу Амура, и мы вылетели в Чегодомын для промежуточной дозаправки. В Чегодомыне пришлось задержаться на несколько часов из-за погодных условий, но в конце - концов мы попали на берег Акишмы к начальной точке сплава.
Погрузка в вертолет на берегу Амура
Это был один из первых походов, в который я брал с собой видеокамеру.
В те годы видеокамеры у нас еще не продавались, но в 91-м году в Хабаровске объявился американский проповедник – бахаист Джон Вейс. Он привез с собой полупрофессиональную видеокамеру, и мне удалось уговорить его поменять эту камеру на телевизор.
Камера была больших размеров, тяжелая, видео записывалось в американской системе NTSC. Используемые в ней аккумуляторы нельзя было подзаряжать, их нужно было разряжать полностью. В ином случае емкость батареи падала до уровня предыдущей разрядки. Я этого не знал, и постарался подзарядить практически полностью заряженную батарею в Чегодмыне. Так что потом этой батареи хватило очень ненадолго. Но тем не менее сейчас этот короткий и не очень высокого качества фильм напоминает о наших первых походах с иностранцами.
А с Бобом и Джо Зувна - семейной парой с Аляски мы подружились. Они еще не один раз приезжали ко мне в гости, а я так же вместе со своей семьей неоднократно бывал у них в гостях на Аляске.
Легендарный МИ-8 высаживает нас на берегу р. Акишмы
Накачиваем гондолы.
Русский метод накачивания гондол, бегая с ними по берегу, привел американцев в восторг.
Подготовка к сплаву
Сплав по реке Акишме
Каякер
Отдых на берегу
Пос. Чегдомын, 1992г.
В ожидании поезда совершили небольшую экскурсию по Чегдомыну с посещением местного рынка.
Рынок Чегдомына, 1992 г.
Поезд Чегдомын - Хабаровск.
Американцев поразило, что все купе и коридоры в вагоне были заставлены всевозможными емкостями с брусникой.
Ведра и короба с брусникой в вагоне поезда
За окончание сплава.
Знакомим гостей с Хабаровском
После сплава мы познакомили наших гостей с Хабаровском. И сейчас интересно рассматривать те старые фотографии, многое уже забылось.
В начале 90-х по Амуру ходили круизные теплоходы. И круизы Хабаровск - Николаевск на Амуре с заходом в с. Богородское, г. Комсомольск на Амуре и с остановками в национальных деревнях пользовались большой популярностью. Может быть теплоходы были не очень комфортабельные, но зато цена была вполне доступна любому желающему. И каждое лето мы принимали группы туристов из Восточной Европы, приезжающие на эти круизы.
Круизный теплоход
Это великолепное панно из дальневосточных минералов создал известный хабаровский художник Г.Д. Павлишин. Ему неоднократно предлагали продать это панно за рубеж за очень большие деньги. Но Геннадий Дмитриевич подарил панно городу с одним условием, что бы оно было выставлено на всеобщее обозрение, так что бы к нему был доступ у любого желающего. В первые годы так и было. Панно размещено в холле дома приемов, и к нему был открыт свободный проход. Мы всегда показывали его нашим гостям, и оно неизменно вызывало у них восхищение.
К сожалению, сейчас доступ к панно закрыт для публики.
Хабаровский рынок, 1992 г.
Прошло уже больше 30 лет, и сейчас я с интересом рассматриваю эти старые фотографии и вспоминаю те годы.
История падения империи инков до сих пор выглядит невероятной. Огромное государство с миллионами жителей, сетью дорог длиной в десятки тысяч километров и армией, привыкшей побеждать, оказалось разрушено небольшим отрядом конкистадоров.
Сложно понять, как 168 испанцев, среди которых было несколько десятков всадников, смогли покорить одну из крупнейших держав своего времени.
Тем более что к началу XVI века империя инков находилась на вершине своего могущества и занимала огромные территории Южной Америки.
Государство инков просуществовало около трёхсот лет. Первые два столетия это было сравнительно небольшое княжество площадью около 10 тысяч квадратных километров в районе Куско.
Всё изменилось в XV веке с приходом к власти девятого инки — Пачакутека Юпанки (1438–1471), которого считают самым великим правителем в истории империи. Именно при нём началось стремительное расширение государства. Пачакутек провёл военную реформу, разгромил главных врагов инков - племенной союз чанка, построил новые города, дороги и террасы для земледелия. При нём были возведены многие знаменитые сооружения, в том числе Мачу-Пикчу.
Его сын Тупак Инка Юпанки продолжил расширение государства, присоединив земли Чиму и Кито. А при его внуке Уайна Капаке империя достигла вершины могущества. К началу XVI века она занимала территории современных Перу, Боливии и Эквадора, а также части Аргентины, Колумбии и Чили. Население государства, по некоторым оценкам, доходило до 10–12 миллионов человек.
Это была огромная и хорошо организованная страна.
Инки построили сеть великолепных дорог протяжённостью десятки тысяч километров, создали систему почтовой связи, которая позволяла правителю получать известия из самых дальних уголков империи всего за несколько дней. По всей стране работали государственные склады с продовольствием.
Инки были не только хорошими воинами, но и тонкими дипломатами. Многие племена они присоединяли мирным путём.
Правители брали в жёны представительниц местной знати, а вождям присоединённых народов предоставляли почётные титулы и привилегии, фактически приравнивая их к знати империи. Они могли передвигаться на носилках, носить богатую одежду и золотые украшения, а также пользоваться снабжением из государственных складов.
Если же племя отказывалось подчиняться добровольно, его покоряли силой. После победы инки не устраивали репрессий и не запрещали местных богов. Они разрешали верить в кого угодно, — нужно было лишь признать верховенство главного бога империи, солнечного Инти.
К XVI веку империя инков была самым мощным государством Анд.
И именно в этот момент европейцы нанесли ей первый удар.
В начале XVI века на землях инков впервые появились испанцы. Вместе с ними пришли болезни, к которым у местного населения не было иммунитета. Особенно разрушительной оказалась оспа, выкосившая огромное число людей.
Скорее всего, именно от оспы примерно в 1525 году умер правитель империи Уайна Капак. Он не успел назначить наследника, и это привело к междоусобной войне между его сыновьями Уаскаром и Атауальпой.
В 1532 году Атауальпа побеждает в многолетнем противостоянии, он захватывает брата в плен и вырезает всех его родственников, включая женщин, стариков и детей. Позже Уаскар был убит по приказу Атауальпы. Но установить твердую власть над всей империей Атауальпа не успевает. Через несколько месяцев в этом же году на территории Перу высаживаются испанцы под предводительством Франсиско Писарро.
Он появился на территории инков в самое благоприятное для себя время, когда страна была ослаблена болезнями и междоусобными войнами.
Возможно, если бы испанцы прибыли раньше, в период могущества империи или позже, когда Атауальпа успел бы укрепить свою власть, их поход не был бы столь удачным.
Писарро удается обманом захватить Атауальпу в плен.
Поверив гарантиям безопасности Писарро, он пришёл на встречув сопровождении свиты примерно из 7000 человек, но все они были без оружия. Испанцы устроили засаду и встретили индейцев огнём из аркебуз и нескольких пушек. Всадники рубили безоружных людей и топтали их лошадьми. В этой бойне было убито около 5000 индейцев, а сам Атауальпа попал в плен.
Поняв, что испанцев интересуют прежде всего золото и драгоценности, Атауальпа в качестве выкупа за свою свободу предложил наполнить комнату, в которой его содержали, золотом на высоту вытянутой над головой руки, а соседнюю комнату меньшего размера дважды наполнить серебром. Всего было собрано около 6 тонн золота и 12 тонн серебра. Видимо, это был самый большой выкуп в истории.
Получив выкуп, испанцы Атауальпу не освободили. Его судили, обвинив в многоженстве, язычестве и убийстве брата, и приговорили к сожжению на костре. Затем милостиво согласились заменить костер на удавку, если он примет католичество. Поскольку для инков было очень важно сохранить свое тело для загробной жизни, Атауальпа согласился и был задушен гарротой. Но испанцы его обманули и мёртвого: тело инки не было передано индейцам, часть тела и одежды сожгли, остальное захоронили.
После убийства великого инки оставались еще его братья Тупака Уальпа, Манко Инка и Инка Паулью, они постоянно враждовали между собой, чем и пользовались испанцы, сталкивая их друг с другом. Также испанцы проводили и работу с племенами, входящими в империю, убеждая их в не "демократичности" правления инков, в том, что истинное равноправие и свободу им несут именно испанцы. Тактика «разделяй и властвуй» сработала и в этот раз. Во время восстания Манко Инка против испанцев, племена, проживающие в окрестностях Куско его не поддержали, а наоборот пришли на помощь осажденным испанцам.
История империи инков закончилась в 1572 году, когда на главной площади города Куско был казнен последний Инку - Тупак Амару (Thupaq Amaru). Выследить которого так же помогли местные индейцы. Испанцы же при аресте, обманули, обещав сохранить жизнь.
Как вы думаете, могла ли империя инков выстоять, если бы испанцы пришли в другое время — до эпидемий и междоусобной войны?
Не тогда, когда меня накрыла лавина. Не тогда, когда была холодная ночёвка на пике Ленина.
Там бояться было некогда, нужно было действовать, бороться за выживание.
А вот реально страшно мне было в Непале, во время восхождения на Island Peak.
Со мной шёл очень опытный гид, не раз бывавший на Эвересте и других восьмитысячниках. Он подобрал правильный, подходящий мне темп, и мы шли равномерно и спокойно — и в итоге обогнали группы молодых ребят, которые то убегали вверх, то выдыхались и садились отдыхать.
Айленд-пик — очень красивый шеститысячник. На подходе мы пересекали ледник, прорезанный глубокими трещинами, через которые были перекинуты металлические мостики.
Ледник в окружении предрассветных горвыглядел нереально красиво — так, что дух перехватывало не только от высоты, но и от величия окружающих гор.
Вид с вершины на массив Лхоцзе 8414м
А с вершины открывались потрясающие виды на гималайские гиганты.
На вершине Island Peak.
После спуска с вершины, проходим ледник в связках, развязываемся.
Гид убедился, что я чувствую себя нормально, свернул верёвки, сложил их в рюкзак. Забрал мою страховку, а заодно машинально прихватил мой ледоруб и ушел вперед. Я задержался, любуясь горами, пытаясь все запомнить и сфотографировать. А когда начал спускаться, обнаружил, что гид унес ледоруб.
Мой гид
Дальше начинался пологий ледник — уклон градусов десять-пятнадцать, не больше. На первый взгляд ничего опасного. Но лёд был абсолютно голый, гладкий, без малейших неровностей. А внизу — огромные ледовые сбросы, уходящие на километры вниз.
Я шёл в кошках, но в руках не было ничего. Ни ледоруба, ни трекинговой палки, никакого другого средства самостраховки. Одежда Gore-Tex по гладкому льду скользит отлично, если зацепиться кошкой за штанину, потерять равновесие, то можно быстро разогнаться и улететь на ледовые сбросы.
Вот тогда мне стало по-настоящему страшно.
Если бы в руках был ледоруб, даже ледовый крюк или обычная треккинговая палка, на таком пологом склоне этого было бы достаточно, чтобы затормозить. Но голыми руками шансов задержаться не было.
После восхождения усталость всё-таки чувствовалась. Я, наверно, никогда не ходил так осторожно: четко вбивал кошки, контролировал каждый шаг и каждое движение. Этот короткий участок показался бесконечным.
Причем всё произошло не из-за неопытности. Гид был очень опытным, неоднократно поднимался на Эверест. Просто в какой-то момент он не придал значения мелочи. А в горах такие мелочи могут стоить очень дорого.
Это произошло во время лыжного похода пятой категории сложности в районе хребта Черского с восхождением на пик Победа.
Запись из походного дневника.
Просыпаюсь от того, что на лицо мне падает снег. Спросонья не могу понять, в чем дело, ведь мы же лежим внутри палатки. Свечу фонариком и не вижу стенок палатки, она полощется на ветру, удерживаемая растяжками. Бужу ребят, быстро убираем лыжу, которая выполняет роль центральной стойки, пытаемся удержать палатку, а ветер вырывает ее из рук, кажется, что еще немного и ее просто унесет. Мы с Саней выскакиваем, как были в носках наружу, ребята держат палатку изнутри, Саня прыгает и прижимает ее сверху своим телом, а я лавинной лопатой засыпаю ее снегом. Постепенно засыпаем палатку и спальники внутри нее толстым слоем снега, оставляя только со стороны головы свободный полог палатки. Забираемся внутрь, укладываемся в спальники и пытаемся согреться. Пурга продолжает неистовствовать. Кто-то из ребят начинает кричать, что здесь нельзя оставаться, нужно бежать вниз до леса. Обстановка довольно напряженная, дискутировать не хочется, я просто объявляю, что никто никуда не идет, остаемся здесь. Ситуацию разряжает Саша Г., который из спальника сонным голосом говорит: «Ребята, чего суетиться, давай на халяву отсыпаться, тепло же лежать, хорошо, спим дальше». Все понемногу успокаиваются, и мы засыпаем. Наши спальники сверху перекрыты толстым слоем снега, так что спать действительно тепло. Только периодически просыпаюсь, чтобы стряхнуть с полога снег, из опасения, что нас может полностью засыпать снегом и не будет доступа воздуха. Но этого не требуется, ветер так треплет нашу палатку, что сметает весь снег и нагоняет нам свежий воздух. Пурга стихает только к обеду, выбираемся из палатки. Как всегда, после пурги, ярко светит солнце, отличная видимость, тепло. И у нас есть возможность спокойно откопать все свои вещи. Пытаемся разобраться, что же произошло. Растяжки нашей палатки были привязаны к ледорубам, забитым в наст, и к нашим лыжам «Бескидам». Одна растяжка была привязана к Бескиду не на уровне наста, а сантиметров на 20 выше. Ветер был такой силы, что этого рычага хватило, чтобы сломать окантованный Бескид, также оказался вырван ледоруб. Возможно, сначала вырвало ледоруб, а затем сломало Бескид.
От нашего лагеря до границы леса метров 200, да и лес здесь совсем чахлый, так невысокие кустики ольхового стланика. Так что ночью в пургу искать спасения в этом лесу было бы бесполезно.
Поход был 5 категории сложности, группа опытная, схоженная, только для двоих ребят это была первая пятерка, и они слегка растерялись и запаниковали. Если бы в такую ситуацию попала менее опытная группа и, поддавшись панике, бросилась бы ночью в пургу бежать в лес — последствия могли быть трагичными. А потом спасатели гадали бы, что же заставило туристов покинуть палатку. Наверняка нашлись бы и те, кто обвинил бы в случившемся инопланетян.
Вдруг склон подо мной проседает и раздается характерное уханье. Поднимаю голову, далеко вверху по склону зазмеилась трещина, склон под ней вздыбился серой волной.
Сегодня первый день весны 1984-го года.
Мы участники семинара инструкторов спасателей в Шушенском. Наш зачетный маршрут 5 к.с. построен по принципу восьмерки, пройдя первую петлю, мы возвращаемся в общий лагерь и затем уходим на вторую петлю. Мы заканчиваем первую половину похода, до возвращения в общий лагерь остается пройти один перевал.
Утром, как обычно, позавтракали, упаковали рюкзаки, и, пока группа собирала палатку, мы с руководителем похода вышли на разведку перевала. Поднимаясь по склону, подошли к открытому участку, который мог быть лавиноопасным. Решаем проходить опасные участки по одному. Перед тем, как начать двигаться, распускаем лавинные шнуры. Тогда не было радиомаячков, поэтому пользовались лавинными шнурами в надежде, что в случае попадания в лавину какая-то часть шнура окажется на поверхности, и это поможет найти попавшего в лавину.
Алексей проходит первым и, дойдя до безопасного места, кричит мне, что можно идти.
Перед тем как проходить опасный участок, вынимаю руки из темляков палок, слегка отпускаю лямки рюкзака, чтобы его можно было легко сбросить, одеваю капюшон анораки. Иду по проложенной лыжне, отмечая все скальные выступы, большие, возвышающиеся над снегом, валуны на склоне, за которыми можно было бы укрыться в случае схода лавины.
Пройдя примерно половину пути до окончания опасного участка, я услышал вверху по склону уханье. Глянул вверх, там далеко вверху поперек снежного склона бежит трещина, от которой завихряясь двинулась вниз снежная волна.
На слайде видна лыжня на склоне и вверху под скалами отрыв лавины.
Почему - то в голове пронеслось: «Серая пасть». Начинаю соображать, что же лучше сделать? Возникает нестерпимое желание бежать, но я понимаю, что это не реально, от лавины не убежишь, тем более, что на лыжах навязаны тормозилы*. Слышу крики ребят: «Серега лавина». Отмечаю про себя: «Хорошо, значит, они меня видят». Решаю, что у нас в группе опытные туристы, которые знают, как делать при сходе лавины, т.ч. они меня найдут, только нужно правильно действовать. По ходу движения я отмечал все, торчащие из-под снега, большие камни, позади меня буквально в паре метров был валун, за которым можно укрыться. От палок я избавился сразу, понимаю, что расстегнуть крепление и сбросить лыжи не успеваю, но камень недалеко допрыгну и в лыжах. Нужно что-то делать с рюкзаком. По всем правилам действия в лавине рюкзак так же нужно сбросить. Но я вспоминаю случай, который мы разбирали на этом семинаре. Группа туристов попала в лавину, все погибли за исключением девушки, у которой был высокий станковый рюкзак. Этим рюкзаком ей накрыло голову, и под ним образовалась ниша, в которой был воздух, что и помогло девушке выжить. Поэтому решаю, что рюкзак не выбрасываю, а прикрою им голову. Так и делаю, прыгаю под валун и плотно прижимаю к нему рюкзак, защитив голову. Для меня время тогда как бы замедлилось, мне казалось, что я не особенно спеша перебирал варианты, как поступить, вспомнил разные случаи попадания туристов в лавины. И когда я прыгнул за камень, я еще какое-то время лежал, ждал, когда же лавина подойдет. Ребята же из нашей группы, которые наблюдали сход лавины из лагеря, говорили, что все заняло несколько секунд. Они услышали гул оторвавшейся лавины, я прыгнул за камень и меня накрыло. Я услышал грохот, как будто приближался трактор, потом загромыхало надо мной, меня слегка придавило. В этот момент я отжался на руках, чтобы создать себе свободное пространство для дыхания. Лавина прогрохотала и все стихло.
Лавинный конус, видна линия отрыва лавины.
Я отпустил руки и повис на лямках рюкзака. Снег смерзся мгновенно, рюкзак и нижняя половина тела оказались в нем зацементированы. Мелькнувшая была надежна на то, что лавина пройдет, и я смогу встать и выбраться из-под нее, сразу же улетучилась. Определяю, что воздуха для дыхания хватает, стараюсь успокоиться, вспоминая слова Бамбара: " Жертвы кораблекрушений Вас убило не море, Вас убил страх". Говорю себе, что главное не паниковать, меня обязательно найдут. В голове крутится множество мыслей, в том числе и о том, что могут и не найти. Гоню их от себя, повторяя раз за разом, что ребята опытные, знают, что нужно делать, найдут обязательно, мне только нужно продержаться. Еще раз вспомнил девушку, которую спас рюкзак, ее нашли через 2,5 часа, думаю, о том, что смогу продержаться не меньше. Ноги оказались намертво замурованы в снегу, но так как снег застыл по контуру тела, никаких неудобств я не испытывал. Нишу я сделал глубокую и, когда отпустил руки, то повис на лямках рюкзака. Рюкзак вмерз боком, и одна лямка передавливала мне горло, чтобы не быть повешенным, сгребаю снег под себя, так чтобы не висеть, а лежать на локтях. Стараюсь успокоиться, дышать ровно и не глубоко. Успокоиться мне в принципе удается, но дыхание все равно остается частым. Ниша достаточно просторная и воздуха пока хватает, однако я знаю, что от дыхания стенки ниши покрываются ледяной корочкой, и воздух из снега перестает поступать, эту корочку нужно постоянно обламывать. В походах я всегда ношу с собой нож, но сейчас он лежит в кармане рюкзака и ничем мне в такой ситуации помочь не может. В последующих путешествиях я уже всегда буду носить нож в кармане куртки, так чтобы его было легко достать. Вспоминаю случай с попавшим в лавину рабочим, он оказался замурованным в лавине на небольшой глубине, шевелиться он был не в состоянии, но под рукой оказалась щепка, с помощью которой ему удалось проковырять дырку и высунуть руку наружу, по этой руке его и нашли. У меня никакой щепки под рукой нет, снимаю очки и начинаю ими капать в сторону от рюкзака вверх насколько могу достать рукой. Мне кажется, что воздух стал более свежий, и в моей пещере посветлело, это меня несколько ободрило. И вот, наконец-то, я слышу шаги, сначала, одного человека, решаю, что это подошел сверху Алексей. Потом послышались шаги нескольких человек, думаю, что это, наверно, ребята зондируют склон. Шаги приближаются прямо ко мне. Кричу изо всех сил: «Мужики, сюда я здесь!», чувствую, что начинаю задыхаться, воздуха явно не хватает. Решаю кричать короткими фразами «Я здесь» и с перерывами, чтобы набрать воздуха. Шаги приближаются, я их слышу очень отчетливо, мне даже кажется, что я различаю голоса. Но меня никто не слышит. Корка наста на поверхности создает эффект экрана, от которого отражаются звуки, идущие из глубины снежного покрова. А то, что происходит на поверхности внизу слышно великолепно. Вот шаги уже прямо над моей головой, и затем они начинают удаляться. Возникает мысль: «Неужели не найдут?», но я тут же гоню ее из головы. Убеждаю себя, что ребята меня обязательно найдут, главное не паниковать, стараться дышать ровно, не расходуя напрасно воздух.
Наш лагерь под перевалом.
А в лагере во время схода лавины происходило следующее: перед выходом мы, как и положено, выставили наблюдателя, задача которого была наблюдать за нами, и, в случае попадания кого-либо в лавину, засечь место, где его накрыло лавиной. В дальнейшем это помогает координировать поиски. Остальные члены группы готовились к выходу на маршрут, паковали рюкзаки, палатку еще не убирали, и один из ребят собирал рюкзак в палатке. Все, кто были вне палатки, слышали грохот оторвавшейся лавины, видели, как она полетела вниз, как я прыгнул, и как меня накрыло. Они тут же собрали лавинные щупы и бросились мне на помощь. Группа была опытная, все ребята неоднократно бывали в походах высшей категории сложности, прошли подготовку спасателей. Но, в стремлении как можно быстрее помочь мне, они сделали одну ошибку. Наблюдатель, с момента сходы лавины, и исчезновения под ней туриста, не должен сходить с места, откуда он вел наблюдение, не должен отрывать свой взгляд от места исчезновения туриста, его обязанность подсказывать спасателям, куда им идти, корректировать направление поиска. А в нашем случае он тоже стал принимать участие в поиске, и побежал вместе со всей группой. Но одно дело, когда ты смотришь на лавинный конус с расстояния в несколько сотен метров и совсем другое, когда пытаешься сориентироваться стоя на этом конусе. Тем более, что пока ребята поднимались, сошло еще две лавины, перекрывшие первую, так что когда они подошли к месту поиска, рельеф склона поменялся совершенно, и они начали искать меня метрах в десяти выше по склону, зондируя снег лавинными щупами. Один из парней все время твердил, что они не там ищут. Обстановка была очень напряженная, все понимали, что время идет на минуты. Руководитель в сердцах сказал: «Иди, ищи, где считаешь нужным». Этот парень вернулся назад, прошел рядом со мной и начал зондировать метрах в двух от меня ниже по склону. Я же вновь услышал приближающиеся шаги, и, понимая, что это может быть последний шанс быть найденным, начал кричать, что было мочи: «Мужики, мужики!».
Парень, зондируя, наткнулся на камень и закричал: "Есть". К нему подбежал руководитель, и стал лихорадочно тыкать щупом. Выпрямившись, разочарованно сказал: «Камень» и в этот момент услышал мой крик. Видимо, он оказался на моем уровне и как раз напротив нищи, которую я прокопал очками. Я же кричал так интенсивно, что израсходовал весь воздух и потерял сознание. Но меня услышали. Теперь, ограничив зону поиска, ребята действовали быстро и грамотно. Пройдя зондами по склону, они нащупали меня. Рюкзак еще раз выручил, предохранив от ранений лавинными щупами.
Я почувствовал приток свежего воздуха, увидел, как в полной темноте появилась яркая точка, голова раскалывалась от боли. Сознание возвращалось и первая мысль в голове была: «Живой».
Не чувствую пальцев на руках, Виктор засовывает мои руки себе под одежду и отогревает их на животе пока остальные продолжают откапывать мои ноги. Откопав, ребята сняли с меня рюкзак и попытались поставить на ноги, но что-то держало, не давало подняться. На моей пояснице был одет войлочный пояс. Кто-то крикнул, что держит пояс и его нужно срезать. Я запротестовал, что пояс мне еще пригодится, не надо его резать, развяжите. Пояс после некоторых усилий удалось развязать, но меня по-прежнему что-то держало. Оказалось, что это держит лавинный шнур, который по идее должен был меня спасти. После того, как лавинный шнур обрезали, я, наконец - то, смог встать на ноги.
Ребятам удалось найти одну мою лыжную палку, вторую лавина оставила себе. У меня не было никаких повреждений, и я смог самостоятельно спуститься до места нашего лагеря. Очень сильно болела голова, видимо сказывалось кислородное голодание. Ребята дают мне стандартное в таких случаях лекарство - пол кружки чистого 90% спирта, смешанного с половиной кружки горячего сладкого чая. В обычных условиях эта смесь может сбить с ног. Но я, выпив, ничего не почувствовал. Меня укладывают в спальник, дают, что-то от головной боли. К обеду я окончательно пришел в себя, хотя голова продолжала побаливать. Конечно, на перевал мы уже не идем, а идем по запасному маршруту в обход.
Уходим на запасной маршрут.
Взгляд назад на не пройденный перевал.
Во время походов в лесной зоне мы берем с собой небольшую походную печку. И ночью по очереди поддерживаем в ней огонь, что позволяет спать в тепле и высушивать мокрые вещи. В эту ночь ребята хотели освободить меня от дежурства, но я чувствовал себя хорошо и вызвался дежурить наравне со всеми. И вот только ночью во время дежурства я подумал, что могли же и не найти. Но тут-же прогнал эту мысль.
В лавине я провел 35 минут, на глубине около полутора метров.
Перевалы второй части маршрута оказались не менее сложными. Но нам удалось их пройти без новых происшествий.
