Жил-был молодой и весёлый егерь Игорь. Служил тверским лесам и часто принимал гостей из разных волостей. И вот однажды приехал к нему дружбан Василий из Питера. Игорь встретил его на чудесной серой «буханке», по дороге захватил пару друзей, заехали в магазин, взяли всего, чего надо для проявления широкого, душевного гостеприимства, и отправились в лес, в охотничий домик.
-Я там уже неделю кабана прикармливаю! – радостно заявил Игорь, тряся пассажиров по ухабам и рытвинам.
На место приехали уже по темну. Костёр, шашлык, рюмашка, байки одна другой лепше. Дружбан хмелеет, товарищи веселеют, распаляются. Наутро поднялся Игорь, посмотрел на умирающего друга, понял, что сегодня охоте не быть, не выживет. Не успел Василий опомниться, а его уже похмелили, накормили невесть откуда взявшимся супом из непонятно чего и какой-то зелени и снова рассказали десяток впечатляющих историй, от которых кровь кипит и азарт свербит. К вечеру Вася поднял на Игоря туманный взгляд полный оленьей грусти и несмело спросил:
-А… охота?
-Ну, сегодня тебе не охота. – Ответил Игорь – А завтра утром раненько встанем и пойдём. Ты не бойся, всё будет!
-Игорь… я не очень хочу, как в кино… - с этими словами Василий медленно завалился на лежанку и сладко захрапел. Уточнять про кино не стали, и так все поняли. Поржали только и ещё накатили по маленькой.
Утро настало… Василий глаза открыл, в сторожке тишина, в печке угли догорают, на столе горячий чайник. Вышел, обошёл домик, нет никого… покричал, поаукал – тишина… Только в больной голове треск. Недолго думая, взял Вася ружьё и пошёл, куда глаза глядят. И тут же, ясное дело, заблудился. Покружил пару часов по лесу, дважды перелез через какие-то болотистые канавы, разок через речку. Чащобы не заканчиваются, буреломы всё гуще. Уже и сомнения стали одолевать в целесообразности затеи. Как вдруг впереди забрезжил просвет. Вася радостно рванул к нему, выскочил на опушку и остолбенел. Метрах в тридцати от него стояло два здоровенных верблюда. Вася охренел… что за блажь? Верблюды! Протёр глаза, мать их, всё равно верблюды. Животные переглянулись, смерили Васю презрительным взглядом и неспешно двинулись вниз под небольшой косогор. Решение пришло в голову молниеносно. Не очень-то целясь, Вася шмальнул… Не попал. Верблюды поспешно скрылись из виду, а его, бедолагу похмельного, отшатнуло и опрокинуло. Поднялся с трудом и уже хотел побежать за ними, как вдруг услышал громкий топот множества ног… И тут же из-под косогора, поднимая клубы пыли и разбрасывая в стороны пучки травы, выскочило стадо… Вася так и не понял, кого, но ужас испытал дикий. Огромные мохнатые туши, тонкие шеи, мощные лапы. Душа ушла в пятки, и Вася подумал, что сильно допился. И надо что-то делать… он даже почти начал убегать, когда неопознанные чудовища догнали его. Дальше всё, как в тумане… Васю сбили с ног и очень больно отпинали, не разбираясь, кто и зачем явился. Кто-то сильно врезал два раза по голове, потом гул и топот отдалились. Из последних сил горемычный охотник встал и ринулся к блестящему пятну пруда в надежде, что адское стадо не водоплавающее. Пробегая мимо чрезмерно спокойных верблюдов, Вася очень зря на них засмотрелся, не заметил у воды изгороди из рабицы, кубарем перекатился через неё и оказался по пояс в мутной зеленоватой воде. Не успел он опомниться и оглядеться, как его постиг ещё один шок. С берега и с деревянного помостика, рядом с которым занырнул Вася, в воду спрыгивали какие-то уж очень упитанные крысы. И что-то их было уж очень много. Вася истошно начал звать маму и выбираться на сушу. Рядом с прудом росла роскошная ветла, на которую он и поспешил вскарабкаться. Долго ли там просидел, не запомнил. Время остановилось.
-Ну и что это за кордебалет? – услышал он человеческую речь где-то сбоку, осмотрелся, увидел мужика и жутко обрадовался. – Ты зачем стрелять вздумал?
-Так я думал… охота… тут… - промямлил Вася и крепче вцепился в сук.
-Слезай уже, охотник, там Игорёк за тобой приехал. С ног сбился тебя по лесу искать. – Мужик выругался и сплюнул.
-Не слезу! Там чудища! – простонал Вася.
-Я только одно чудище тут вижу. Сидит у меня на дереве, всех нутрий перепугал, опять удои упадут. – И мужик заржал громко и заливисто. Так, что и Васю улыбнуло… «Какие удои... Какие нутрии? Что тут у них вообще происходит?!».
Еле уговорили Васю спуститься, обещая ему чуть ли не пряников мешок.
-Ты зачем на ферму полез? – спросил Игорь, разглядывая Васин заплывающий глаз и разбитую губу.
-Какую ферму, вашу мать?
-Страусиную! Это местный фермер с чудиной, разводит себе диковины разные. Верблюдов вот, страусов, нутрий. Хорошо, хоть не крокодилов!
-Значит, это страусы меня так отходили, как стая гопников? Вздохнуть больно, все рёбра пересчитали. Съездил на охоту называется! А как я должен был понять, что это ферма?
-Ты что, забор не видел?
-Три жердины, прибитые к трухлявым пням – у вас забор?
-Забор! – Засмеялся Игорь. – И нутрий всех распугал! У них же удои упадут! – И он заржал ещё сильнее, аж слёзы потекли.
-Да идите вы со своими удоями, и заборами, и верблюдами! Мне этой охоты на всю жизнь хватило! Весь побитый, морда синяя, ружьё сломано, чуть не поседел с перепугу!
Вечером в избушке Игорь заливался хохотом, рассказывая друзьям историю о Васе, друзья тоже заливались, переспрашивая и повторяя детали. А Вася заливал горечь утраты любимого ружья и унижение от избиения страусами.
