Mortizia

Жила себе дамочка. Симпатичная, пироги по выходным пекла. И случилась в ее жизни мышь. Маленькая мышка, которая любит крупу и на бегу теряет какашки. Дамочка, ессесна, включила ультразвук, обронила пироги и вскочила на табуретку. Но мышь то ли глуховатая была, то ли отчаянно хотела жрать, поскольку дамочкин ультразвук ее ничуть не смутил (мало ли, какие у людей бывают причуды?), и она продолжила шествие в кладовку. А в кладовке, - она-то знала наверняка, - есть вкусная гречка и деликатесные сухофрукты.

Напряженно следя взглядом за мышкиным променадом в кладовку, дамочка сползла с табуретки прямо в пироги. А пироги были зна-а-атные, с начинкой. Но в тот момент наскоро задуманное убийство мыши было важнее каких-то там пирогов, согласитесь. И дамочка, вооружившись веником, заглянула в кладовку. Ну мышь, конечно, не будь дурой, спряталась. При особом желании ее можно было найти за трехлитровой банкой позапрошлогоднего варенья из арбузных корок (вот извращенье-то), с аппетитом догрызающую сухую яблочную дольку.

"Да за что ж мне такая напасть?" - вопрошала дамочка у веника, размазывая по щекам скоропостижные слезы. Если бы веник умел говорить, он бы, конечно, с дамочкой согласился, что мыши - это напасть, и что растоптанных пирогов жалко, и замуж не берут совершенно напрасно. "Ну ничего, я вам устрою", - погрозила дамочка кулаком в сторону кладовки и шмыгнула носом. Было принято решение отправиться на поиски ядовитой отравы, коей мышь извести.

Отправилась дамочка на рынок, ибо известно, что в магазинах нынче есть все, а на рынках есть все, что в магазинах и кой-чего так, по мелочи. Ну в самом деле, не пойдете же вы за ядовитой отравой для изведения мышей в супермаркет? Вот и дамочка решила так же. Пришла она на рынок и спрашивает, где тут, мол, есть чо? И направили ее в самый глухой угол рынка, куда и собаки-то забегать боялись, не то что одинокие несчастные симпатичные дамочки. Но делать нечего. мышь, поди, на разведку пришла, а завтра, глядишь, полчища за собой приведет. Эдакие маневры надо пресекать. В общем, пока дамочка искала продавца локального для нее счастья в виде ядовитой отравы, мышь отлично подкрепилась, сделала кой-какие запасы и нацелилась на пирог. Чего добру-то пропадать?

Ядовитую отраву на том рынке продавал лысый, плотный, в кирзовых сапогах, ну, в общем, красавец-мужчина. А как раз в тот день у него был юбилей, пийсят лет. И сидел он на ящике в самом глухом углу рынка, один-одинешенек, курил "Беломор", периодически вздыхая, и думу думал. о том, что жизнь проходит, а он-то вполне еще ничего, и под тельняшкой у него теплый голодный живот, и пирогов бы с чаем сейчас, да стаканчик-другой чего покрепче. И так крепко он задумался, что и не заметил, как, поминутно оглядываясь и спотыкаясь, подошла к нему дамочка. Стоит, лепечет чего-то про мышей, деньги какие-то ему тычет. Ага, понятно, извести ей надо кого-то. "Ну-с, пожалуйте, вот вам отрава ядовитая, и для мышей, и для крыс, и для мужа, если что, сгодится, вот только денежку помельче найдите, а то пустой совсем, и сдачу нечем давать...". Краснеет и лепечет, что ни денег помельче, ни мужа, тем более, не было и нет, но вот если бы... может... он бы помог ей с мышью... а то и жалко ее уже вроде... и кран течет... Мужик беззлобно ругнулся, почесал голодный живот, встал с ящика, лихо пнул его ногой, и с улыбкой спросил: "А что, дамочка, пироги-то хоть печь умеете?"

А мышь не волновалась даже. Она потом прибегала еще и еще. И радовалась, что кран не течет прямо в ее домик под раковиной. И дом теперь - полная чаша. С гречкой, сухофруктами и пирогами. по выходным.