Борис Немцов пользовался в России широкой известностью. Будучи приближенным президента Бориса Ельцина, дважды занимал пост вице-премьера. В России период президентства Ельцина считают эпохой, которая едва не привела к разрушению государства. Немцов в своих заявления выражал полную солидарность с врагами России, и его воспринимали как человека, подрывающего национальные устои. За исключением небольшого меньшинства в Москве и Санкт-Петербурге, разделявшего его взгляды, большинство населения России отвергало его.
Я познакомился с Немцовым в 1990-х годах. Мое впечатление было таким: он в первую очередь хотел разбогатеть и вести сладкую жизнь. Политику мы с ним не обсуждали, но его взгляды были понятны. Он считал, что, присоединившись к Ельцину, сможет разбогатеть и преуспеть, а Ельцин однажды назвал его своим преемником.
Борис Немцов был приятным и обаятельным парнем. Доктор физических наук, автор многих научных трудов. Я думаю, российские власти заинтересованы в существовании слабой оппозиции, а Немцова большинство россиян воспринимало так же, как большинство израильтян воспринимает Ханин Зуаби — как представителя маргинальной группы, опирающейся, в основном, на иностранные силы и выступающей против действующей власти.
По поводу мотивов убийства есть несколько мнений, и следствие разрабатывает четыре версии. Одна из них касается прошлого бизнеса Немцова. В России, где криминальные элементы контролируют политику и бизнес, такое убийство вполне могло случиться. Вторая версия касается русских ультранационалистов, третья предполагает убийство по личным мотивам, так как красавец Немцов пользовался большим успехом у женщин.
Четвертая версия, о причастности власти к убийству, кажется мне наименее вероятной. С точки зрения российских властей, если бы в оппозиции Немцова не было, то его нужно было бы создать и тщательно охранять. Все его заявления только увеличивали ненависть большинства россиян к оппозиции. Еврей, связанный с ельциновским окружением, поддерживаемый Западом, конфликтующим с Россией, политик, действующий, как считали многие, во вред России. Оппозиционер, поддерживающий все действия врагов, вполне устраивает любой режим.
Партия, которую он возглавлял, с трудом набирала 1% поддержки, поэтому версия о причастности власти не выдерживает никакой логичной критики. Власть Путина стабильна, и оппозиция ему не мешает, к тому же, такая оппозиция ему нужна. Я не знаю, кто и почему убил Немцова. Но причастность власти наименее вероятна.
Читать далее: http://inosmi.ru/russia/20150302/226588618.html#ixzz3TEhsSDiQ
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook
Когда я оглядываюсь на свою жизнь, мне кажется, что главная причина того, что я стал тем, кем стал, вероятнее всего, заключается в том, что я был нежеланным ребенком и в детстве, а в подростковом возрасте родители психически и физически меня истязали. Я вырос и стал взрослым. Из меня получился разочарованный и несчастный человек. Мне было так плохо, что в какой-то момент я хотел совершить суицид, но в последний момент меня осенила спасительная мысль — отдать свою душу на службу «империи зла».
В их ряды было нетрудно попасть. Фан-клуб Путина с радостью принимает коллаборационистов, готовых предать свою родину и служить российским имперским интересам. Таким был и мой случай. Будучи новичком, я принимал участие в политических занятиях, проводимых руководящим офицером, который получал инструкции прямо из Москвы и обучал нас самым разным методам манипулирования, дезинформации и демагогии — средствам, столь важным в ведении информационной войны.
Все мы там были очень похожи друг на друга — по большей части неудачники и лузеры из разных сельских «дыр». Все мы были неопрятны, вещи носили в пластиковых пакетах и были не прочь выпить. Представив нас, вы поймете, что для нас эта работа была единственным способом найти себе применение. У руководящего офицера было распухшее красное лицо, искаженный недовольством рот, он всегда был пьян, кричал на нас, а если мы были не достаточно полезны, давал затрещины. На занятиях мы ели копченую рыбу, завернутую в газету, и пили водку. На стене аудитории висел портрет, на котором был изображен Великий Сатана Путин.
Основой нашей работы было участие в интернет-дискуссиях. Там неважно, в какой человек физической форме — достаточно иметь хорошо подвешенный язык. Но на занятиях говорили и о других ситуациях. Поэтому я начал заниматься спортом. За четыре месяца я набрал пять кило, а потом купил сывороточный протеин. Кто его пил, знает, какой у него ужасный вкус. Мне приходилось себя вынуждать, и я часто думал, не делают ли они его из фарша из червяков. Чтобы меня не стошнило, я думал о чем-нибудь хорошем. Я думал о пчелке Майе.
Самым приятным в нашей работе является, конечно, зарплата. Мы получаем все что угодно: водку, копченую рыбу, сигареты и, конечно, рубли. Если бы не деньги, я бы остался беспомощным бедняком и продолжал бы сидеть на родительской шее. Благодаря заработку я смог наконец стать самостоятельным и позволить себе многое. С другими агентами мы встречаемся на конспиративной квартире, где на координационных собраниях под руководством офицера делим между собой задачи и планируем дальнейшую подрывную деятельность.
Нас — «кремлеботов» — все больше. Вы встречаете нас на улице, мы живем с вами по соседству, дышим вам в спину в электричках. Мы внедрены повсюду, и особенно много нас в интернете. Я, будучи одним из них, с удовлетворением делаю свою работу и представляю себе, как скоро все превратится в темный и холодный ад, в котором будут править страх и террор. Люди станут несчастными, утонувшими в водке призраками. И на все это спокойно будет взирать кремлевский антихрист.
Трагедия Донбасса напоминает библейскую притчу о Соломоне и двух его женах, не поделивших ребенка. Каждая из них утверждала, что она подлинная мать. Тогда Соломон предложил разрезать младенца пополам. Одна из женщин сразу же согласилась. А другая воскликнула, указывая на соперницу: «Отдайте его ей. Только не режьте!» Именно ее царь и признал настоящей матерью.
Так и с Донбассом. В состав Украины восточная половина его попала после гражданской войны, когда Ленин передал кусок Области Войска Донского в состав вассальной красной Москве УССР. Все, что за Кальмиусом — это бывшие донские белоказачьи земли. Западная половина Донбасса — регион украинского расселения. Офицеры ВСУ в частных разговорах признают: если донбасское село за Украину, они чувствуют поддержку, воевать легче. Если — за отделение, все идет наперекосяк. Регион — смешанный. Многонациональный. В целом (пусть признает это нынешнее киевское правительство) пророссийский.
Но даже не это главное. Я видел летнее видео, где женщина из-под Луганска проклинала Порошенко за артиллерийские обстрелы на украинском языке.
Страшной ошибкой (а это, как известно, хуже, чем преступление) было вообще решение о начале АТО. Невозможно заставить полюбить себя через изнасилование. Если евроориентированных детей на Майдане бить нельзя, то и промосковских детей на Донбассе обстреливать из пушек — табу. Ни Турчинов, ни Порошенко, ни Тимошенко, призвавшая в далеком 2005-м обнести Донбасс колючей проволокой (там это запомнили!), этого не поняли. Заплатить за их недалекость пришлось простым украинским солдатам под Иловайском и Изварино.
Сегодня ни Россия не хочет брать Донбасс, хоть и поддерживает его военные формирования, ни Украина не готова к взрослому решению, предпочитая не платить «оккупированным территориям» пенсии. В Киеве никак не хотят признать, что процентов восемьдесят воюющих за отделение — это не чеченцы и российские наемники, а местные жители. В чем, собственно, и кроется секрет устойчивости «ДНР» И «ЛНР».
Газета «Сегодня» выходит в киевском, одесском, харьковском, донецком, днепропетровском, крымском, западноукраинском и национальном выпусках. Средняя аудитория одного номера по Украине — 1 182 920 человек или 7,43 % жителей страны в возрасте 12—65 лет.
Давным-давно в одной деревне жил старик. Был у него прекрасный белый конь, которого хотели купить все короли ближайших деревень. Они предлагали за него невиданную цену, но старик оставался непреклонен:
— Этот конь — не конь для меня. Он мой друг, а как я могу продать друга?
Старик был беден, но не продавал коня.
Однажды он обнаружил, что коня нет в стойле. Собралась вся деревня, и люди обвиняли старика:
— Ты старый дурак! Мы знали, что однажды коня не окажется на месте. Было бы лучше продать его. Какое несчастье!
— Не говорите так. Просто скажите, что коня нет на месте, — отвечал им старик. — Таков факт, остальное — суждение. Что бы это ни было, несчастье или благословение, я не знаю, потому что это только часть ситуации. Кто знает, что будет дальше? Люди смеялись над стариком и считали его немного сумасшедшим.
Через две недели конь вернулся и привел с собой дюжину лошадей. Снова люди собрались и сказали:
— Старик был прав. Это не несчастье. Теперь ясно, что это было благословение.
— Опять вы заходите слишком далеко. Просто скажите, что конь вернулся. Кто знает, благословение это или нет? — спокойно отвечал старик. — Вы прочли одно слово в выражении. Как вы можете судить целую книгу?
На этот раз люди много не говорили, но каждый про себя решил, что старик не прав: двенадцать прекрасных лошадей!
У старика был единственный сын, который стал объезжать этих лошадей. Через неделю он упал с лошади и сломал обе ноги. Люди собрались вновь и опять судили:
— Ты опять доказал свою правоту! Это несчастье. Твой единственный сын потерял ноги, а в твоем преклонном возрасте он будет единственной опорой. Теперь ты стал еще беднее, чем был.
— Вы одержимы суждением. Не заходите так далеко. Скажите только, что сын сломал ноги. Никто не знает, несчастье это или благословение. Это всего лишь кусок, целого нам знать не дано.
Так случилось, что через несколько недель страна вступила в войну, и все юноши пошли в армию. Остался только сын старика, потому что он не мог воевать. Деревня кричала и плакала, потому что все знали, что большинство молодых людей не вернётся. Они пришли к старику и сказали:
— Ты был прав, старик, теперь очевидно, что это было благословение. Что ж, твой сын калека, но зато он с тобой. Наши сыновья ушли навсегда.
Старик вновь сказал:
— Вы продолжаете судить. Никто этого не знает! Только скажите, что ваши сыновья годны для армии, а мой сын — нет. Только Бог знает, несчастье это или благословение.
Пока вы судите, ваш мозг мертв. Суждение означает застывшее состояние ума. Но ум всегда требует суждений, потому что находиться в процессе развития и движения вперед всегда рискованно и неуютно.
В действительности же путешествие никогда не заканчивается. Заканчивается только его часть, после которой сразу начинается другая. Когда закрывается одна дверь, открывается другая. Вы достигаете вершины, но появляется другая, более высокая. И останавливать свое развитие, создавая домыслы и предрассудки глупо и бессмысленно.
Что именно было обещано России перед объединением Германии 3-го октября 1990-го года относительно НАТО? Действительно ли США формально обещали Советскому Союзу, что НАТО не будет расширяться на Восток? «Именно это Вашингтон и обещал в обмен на вывод советских войск из ГДР», — постоянно утверждают российские дипломаты. По их словам, в итоге данное обещание было нарушено: к 2009 году было предпринято три попытки расширения НАТО, и в нее в общей сложности вступило двенадцать восточноевропейских государств.
Тем временем, недавно были опубликованы документы 1989 и 1990 годов, которые были засекречены. Они показывают: никакого формального обещания, как заявляет Россия, о расширении НАТО на Восток не было. Впрочем, представители США и ФРГ какое-то время намекали на такую возможность. В ответ им дали зеленый свет на объединение Германии. Эта последовательность событий во времени и есть то обстоятельство, которое с тех пор осложняет отношения между Вашингтоном и Москвой.
В начале 1990 года будущая роль НАТО часто становилась темой доверительных бесед между президентом США Джорджем Бушем-старшим (George H. W. Bush), госсекретарем США Джеймсом Бейкером (James Baker), канцлером Германии Гельмутом Колем (Helmut Kohl), министром иностранных дел Германии Гансом-Дитрихом Геншером (Hans-Dietrich Genscher) и министром иностранных дел Великобритании Дугласом Хердом (Douglas Hurd).
Из документов министерства иностранных дел следовало, что 6-го февраля Геншер сказал Херду, что Михаил Горбачев захочет исключить тот факт, что НАТО расширится за счёт ГДР, не говоря уже о Восточной Европе. Геншер стал инициатором того, что в заявлении НАТО для прессы было отмечено: «Альянс не собирается расширяться на Восток». Высказывание такого рода не может иметь отношение только к Восточной Германии. По мнению Геншера, Советский Союз «должен был быть уверен в том, что после смены власти Венгрия не станет частью Североатлантического альянса». Геншер настаивал на том, чтобы НАТО незамедлительно начала обсуждать тему. Херд согласился.
Три дня спустя госсекретарь США Бейкер провел переговоры с Горбачевым. Во время встречи американец делал ремарки и помечал их звёздочками: «Конечный результат: объединённая Германия зафиксирована в (полит). изменённой НАТО, чья юрисдикция не будет распространяться на Восток!».
9-го февраля записи Бейкера, кажется, оказались единственным местом, которое подтверждало, что НАТО дала обещание на расширяться. Возникает интересный вопрос — если «конечный результат» госсекретаря США заключался в том, что НАТО не будет расширяться на Восток, то означало это, что после объединения Германия в альянс страна не войдёт?
В то время Геншер и Коль ожидали своего визита в Москву. Бейкер оставлял секретное письмо западногерманскому послу в Советском Союзе для Коля. В нем Бейкер объяснил, что сформулировал ключевое высказывание в виде вопроса и напрямую задал его Горбачеву: «Что Вы предпочли бы: объединенную Германию вне НАТО, независимую и без американских войск на её территории, или Германию в составе НАТО с гарантиями того, что Североатлантический альянс ни на один сантиметр не продвинется на Восток?». Вероятно, Бейкер преднамеренно представил образ Германии вне военного блока так, что Горбачеву это не понравилось. По словам Бейкера, Горбачев ответил ему так: «Любое расширение НАТО было бы абсолютно неприемлемым». С точки зрения Бейкера, реакция Горбачева свидетельствовала о том, что «нынешние границы НАТО могли бы быть приемлемы».
В Вашингтоне Штаб Совета национальной безопасности приступил к работе над докладом о переговорах и пришёл к выводу, что такого рода решение не будет практичным. Как гарантии НАТО могут распространяться лишь на половину страны? Поэтому Совет национальной безопасности от имени президента Буша написал письмо Гельмуту Колю, которое канцлер получил перед визитом в Москву. Вместо того чтобы дать понять, что НАТО не будет расширяться на Восток — как это сделал Бейкер, в письме говорилось, что НАТО поднимает вопрос об особом военном статусе для ГДР. Но что будет представлять собой такой статус, указано не было. Однако последствия были очевидны — вся Германия стала бы членом НАТО. А для того чтобы Москва проще могла «перенести» такое развитие событий, были бы выторгованы позволяющие сохранить лицо оговорки для востока страны — например, ограничение на действия определённых родов войск альянса.
Перед встречей с Горбачевым в Москве 10-го февраля 1990 года Коль оказался в затруднительном положении: он получил два письма — одно от Буша, а другое от Бейкера, причем оба с противоположными позициями по одному и тому же вопросу. В письме Буша говорилось о том, что НАТО будет расширяться на Восток; в письме Бейкера отмечалось, что этого не будет.
Согласно документам Ведомства канцлера, Коль выбрал более мягкую политическую линию, потому что надеялся, что она, возможно, могла бы обеспечить желаемый результат — разрешение Москвы на объединение Германии. Поэтому Коль заверил Горбачева, что юрисдикция НАТО, конечно же, не будет распространяться на территорию ГДР. В ходе параллельных переговоров со своим коллегой Эдуардом Шеварднадзе он говорил о том же: «Для нас очевидно, что НАТО не будет расширяться на Восток».
Так же как и на встрече между Бейкером и Горбачевым, каких-либо письменных соглашений не было. Услышав многочисленные заверения, Горбачев даёт зелёный свет (как позже заметил Коль) на начало создания валютного и экономического союза между Восточной и Западной Германией. Так был сделан первый шаг на пути к объединению Германии. Коль тут же выступил на пресс-конференции: он не хотел, что его кто-то опередил и приписал себе такой политический успех. В своей книге «Я хотел объединения Германии» он пишет, что в ту ночь от радости он не мог уснуть и, несмотря ледяной февральской погоде, он отправился на прогулку по Красной площади, к Мавзолею Ленина.
Очень быстро влиятельные западные политики раскритиковали формулировки Коля. Не успев вернуться в Вашингтон, Бейкер сменил курс и занял позицию Совета национальной безопасности. С тех самых пор внешнеполитическая команда Буша строго следовала одной линии. И никаких заявлений о том, что НАТО сохранит границы 1989 года, больше сделано не было.
Коль подстроился под линию Буша, на что указывают американские и немецкие протоколы встречи от 24-го и 25-го февраля в Кэмп-Дэвиде. Буш не скрывал от Коля своих мыслей о компромиссе с Москвой: «К чёрту это всё! Мы одержали победу, они — нет. Мы не можем допустить, чтобы Советский Союз в последнюю минуту ушел от поражения»
Коль возразил на это, что им необходимо найти путь, который устроит Горбачева. В конечном счёте, заметил Коль в беседе с Бушем, всё сводится к деньгам. На что Буш ответил, что у «канцлера много денег». Таким образом, была разработана убедительная стратегия: «подкупить и вытеснить» Советский Союз, как позднее заметил бывший заместитель советника по национальной безопасности Роберт Гейтс. А деньги должна была дать Германия.
Буш и Коль правильно рассчитали, что Горбачев действительно уступит желаниям Запада, если он получит компенсацию. Ему нужны были деньги. В мае 1991-го года посол США в Москве Джек Мэтлок (Jack Matlock) сообщил, что Горбачев всё меньше и меньше производит впечатление человека, который обладает государственной властью: он походит на «лидера, который находится под давлением». Мэтлок указывал на многочисленные свидетельства кризиса: «растущая преступность, увеличение количества демонстраций против властей, усиление сепаратистских настроений, снижение экономических показателей... и медленный, неопределённый переход власти от партии к государству, от центра — к периферии».
Москве было бы сложно решить свои проблемы без поддержки Запада. Оставался вопрос, сможет ли Западная Германия помочь таким образом, чтобы избежать видимости того, будто она купила согласие Горбачева на вступление объединённой Германии в НАТО, причем гарантии того, что она не расширится на Восток, отсутствуют.
Коль выполнил эту сложную задачу в два этапа: в июле 1990 года он встретился с Горбачевым, в сентябре того же года последовало два эмоциональных телефонных разговора. В итоге, Горбачев согласился на вступление объединённой Германии в Североатлантический альянс, на что в обмен он получает четыре года на то, чтобы вывести советские войска с территории Германии. Кроме того он получает двенадцать миллиардов немецких марок на строительство жилья для покидающих Германию советских солдат и три миллиарда немецких марок — на беспроцентный кредит. Но осталось то, что он не получил — никаких гарантий того, что НАТО не будет расширяться на Восток.
В краткосрочной перспективе США одержали победу. Они вместе с ФРГ очень ловко обыграли Горбачева: расширили НАТО на Восток, при этом им не пришлось дать каких-либо обещаний относительно будущего альянса. Один из сотрудников Белого дома составил список с дюжиной сценариев развития событий: от «самого благоприятного» (никаких ограничений для НАТО и к тому же ГДР становится членом альянса) до «самого неприятного» (абсолютно нейтральная Германия с внеблоковым статусом). Полученный результат располагался где-то между самым лучшим и вторым по качеству сценарием. Редко какая страна может добиться таких больших успехов в ходе международных переговоров.
А что же писал Бейкер в своих воспоминаниях? Практически каждый успех несёт в себе семя будущих проблем. В данном случае оно заключалось в том, что после холодной войны Россия оказалась на периферии новой Европы. Десять лет спустя молодой офицер КГБ, который в1989-ом году служил в ГДР, в одном интервью поделился собственными воспоминаниями о том времени и рассказал, как ему было горько возвращаться в Москву и осознавать, что «Советский Союз потерял свои позиции в Европе». Его звали Владимир Путин. Он еще будет обладать властью, которая позволит ему отплатить за ту горечь.
Президент России Владимир Путин в телефонной беседе с главой Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу заявил, что при желании «мог бы взять Киев за две недели», утверждает Spiegel Online, ссылаясь на дипломатов в Брюсселе.
По словам источника издания, разговор состоялся накануне саммита Евросоюза, на котором было принято решение ввести новые санкции против России. Баррозу попросил от Путина разъяснений по поводу заявлений Киева о военном вторжении.
«Намного важнее то, что если бы я захотел, то смог бы взять Киев за две недели», — якобы ответил Путин.
Слова Путина Баррозу передал участникам саммита. Как предполагает La Repubblica, таким образом российский президент, вероятно, хотел предупредить Евросоюз, что не стоит его провоцировать новыми санкциями.
На прошлой президент Украины Пётр Порошенко объявил о вторжении России. Во вторник вечером ополчение ДНР взяло город Новоазовск в 40 км от Мариуполя и вышло к Азовскому морю. В Киеве же считают, что в наступлении участвуют российские силы.
В субботу в Евросоюзе договорились ввести новые санкции против России, на их разработку отведена неделя. По словам канцлера ФРГ Ангелы Меркель, запреты коснутся тех же секторов, что и прошлые: банковского, энергетического и оборонного.
http://medialeaks.ru/news/kiev-za-dve-nedeli/ - сайт ссылается на http://www.spiegel.de/politik/ausland/wladimir-putin-angebliche-drohung-gegenueber-barroso-a-989266.html
Премьер-министр ДНР Александр Захарченко объясняет сообщения о воюющих за ополченцев российских военных тем, что они так проводят свой отпуск. По его словам, силы боевиков пополнили до 4-х тысяч добровольцев из России, в том числе бывшие военные.
«Мы никогда ни от кого не скрывали, что среди нас есть много россиян, без помощи которых нам бы пришлось очень трудно, сложнее было бы воевать. Из добровольцев России сюда приходит много бывших кадровых военных, они сражаются вместе с нами, понимают, что это долг. Более того, к нам прибывает много военных из России, которые предпочитают провести свои отпуска не на морских пляжах, а в одном строю со своими братьями, сражающимися за свободу Донбасса», — цитирует его заявление в прямом эфире «России 24 телеканал Russia Today.
Сообщения о военном вторжении России в Украину Захарченко объясняет попыткой оправдать «те массовые поражения, которые украинская армия несёт уже не один месяц».
Во вторник вечером ополчение ДНР взяло город Новоазовск в 40 км от Мариуполя и вышло к Азовскому морю. В Киеве же считают, что в наступлении участвуют российские силы, и в очередной раз заявляют о военном вторжении.
Украинские власти и СМИ заявляют о вторжении России с самого начала конфликта на востоке Украины. В последний раз официальное обвинение прозвучало на прошлой неделе, когда гуманитарный конвой из России приехал в Луганск без разрешения Киева.
Также стало известно о костромских десантниках, задержанных на Украине. По официальной версии Минобороны, они столкнулись с украинской армией после того, как случайно пересекли границу. Ту же версию командование части озвучило и родным пропавших бойцов.
Власти пока не объясняют, что случилось с псковскими десантниками, чьи могилы обнаружили журналисты под Псковом. В Киеве считают, что они погибли в сражениях на территории Украины.
Между тем, Комитет солдатских матерей сообщает о все больших потерях среди военнослужащих на территории Украины. В среду вечером председатель ставропольского отделения Людмила Богатенкова рассказала, что был составлен список из 400 российских солдат, убитых или раненых на Украине.
http://medialeaks.ru/news/dobrovolci-zaharchenko/
