Головные боли после контузии, поездка к китайскому врачу и 40 лет тишины. Мой личный опыт
В конце 80-х мы даже слов таких не знали — «чжень-цзю». Интернета и сотовых не существовало. Но «сарафанное радио» шептало: где-то на окраине есть китайцы, которые лечат всё.
Я поехал, не зная, что это древняя техника. Прошло 40 лет, а голова до сих пор не болит. Рассказываю, как это было.
К этим воротам я приехал 40 лет назад.
На рубеже 80-х и 90-х страна медленно катилась в пропасть. Моё здоровье обгоняло её в этом марафоне. Последствия контузии не отпускали. Советские врачи сделали всё, что могли: трещины в черепе заросли, но боли в позвоночнике и суставах остались. А ещё — непрерывная, дикая головная боль. Она доводила до исступления.
После очередной «лежки» на больничной койке мне сказали прямо: «Это не диагностируется и не лечится». Мне было около 30 лет. Я потерял работу машиниста — не всегда мог пройти предрейсовый медосмотр. Спать приходилось сидя, а иногда и вовсе не спать. А дома росли дети, и нужно было работать.
Помог случай. У меня проездом остановились родственники. Они летели в Андижан — к деду-китайцу. Лечить серьёзные заболевания, в том числе кожные. Попасть к нему можно было только по записи — через письма или междугородние звонки, точно не помню.Они сказали: «Эти китайцы могут вылечить всё».
Я решал недолго. На следующий день улетел с ними — кто-то из родственников уступил свой билет.
Добрались быстро, но за ворота с иероглифами в первый день я не попал. Народу — тьма, а я без записи. Мне прилетело: «Вас тут не стояло».
Специально обученные люди делали иглы в огромных количествах. Заводские не использовали.
Рано утром, через забор с заднего двора, я туда пробрался. Обычный двор с несколькими строениями, во всех шли лечебные процессы. Мужчины, женщины и дети — все раздельно.
Дед-китаец был крепкий, высокий старик. По-русски говорил плохо, уже не лечил, только осуществлял надзор. Лечащим врачом оказалась девушка лет 20, почти европейской внешности — внучка деда. Практиковала она с восьмилетнего возраста, после уроков в школе. Так принято в китайских семьях — обучение с младых ногтей. Ещё там работало человек десять персонала.
На первичном осмотре она сразу определила основные причины моих мучений и предложила несколько вариантов лечения. Арсенал был огромен: от порошков и пилюль до игл и прижигания. Я выбрал самый быстрый путь — прямое контактное прижигание.
Сама процедура проста: по намеченным точкам ставятся прямо на кожу пирамидки моксы и поджигаются — либо все сразу, либо частями. Начали с сердца — оно тоже сдало позиции.Запах горящей моксы и палёной кожи — «волшебный» аромат. Очень больно пару минут, потом пепел сметают и по новой. И так семь раз подряд. Больше 7–25 точек за один приезд я не жёг. Летал несколько раз.
Этим точкам около месяца.
Потом я ещё на иглы летал — три курса по 10 дней. Иглы ставили от всего, на что были жалобы. Причём при необходимости в трёх положениях: лёжа ничком, лёжа на спине и сидя. Стоимость курса от этого не менялась. Я на себе как-то насчитал более трёх сотен игл, дальше сбился. Иглы были только собственного изготовления, из хирургической стали.
Цены не помню, но всё это — перелёт, лечение и проживание — тогда было доступно любому человеку без напряжения.
Легче стало уже после первого прижигания. Через три месяца я забыл, что болел. Изменилось всё. В том же году создал крупное производственное предприятие, и мои сотрудники тоже стали там лечиться.
Здесь трем точкам несколько лет,одна относительно свежая.
Единственное, что напоминало о болезни — некорректные вопросы на пляже: «Почему у тебя окрас пантеры?» Но мне это было по барабану, и я отвечал, что это китайские пытки — хотели выведать военную тайну.
Спустя 40 лет многое изменилось. Клиники той давно нет. В те годы молодые китайцы разъезжались из Узбекистана кто куда. Доктор уехала на Урал, давно живёт и работает там. У неё нет сайтов с кучей баннеров и агрессивной рекламы — к ней и так очередь по рекомендации. Человек старой закалки, для которого результат важнее охватов в соцсетях. «Ламповый» доктор.
Сейчас, понятно, здоровье уже не то, что в тридцать лет — возрастные болячки никто не отменял. Но к той старой контузии они не имеют никакого отношения. Голова не болит до сих пор. 40 лет тишины — я считаю, это феноменальный результат и огромная удача в моей жизни.
А были ли в вашей жизни случаи, когда «сарафанное радио» или "ОБС" (одна баба сказала) меняли вашу жизнь? Делитесь в комментариях.
Это мой личный опыт 1980-х годов. Не является медицинской рекомендацией. Перед применением любых методик обращайтесь к сертифицированным специалистам.