В китайском языке между числительным и тем, что, собственно, мы считаем, ставится специальное "счётное слово". Ну вот как в русском для парных предметов правильно говорить не "двое штанов", а "две пары штанов", так и в китайском. Только там эти счётные слова применяются вообще всегда, а не только к парам.
Нельзя сказать 三人 (три + человек), надо обязательно вставить счётное слово: 三个人 или 三位 人, где 个 [gè] ("штука") - это универсальное счётное слово, а 位 [wèi] ("персона") - уважительное для людей. Нельзя сказать в ресторане "пришли три штуки гостей" или "заказан столик на три штуки людей". Надо сказать "на три персоны людей".
Аналогично, если мы считаем животных, то надо использовать счётное слово 只 [zhī] (вероятно, происходит от "только" или "единица"). У меня дома живёт три единицы кота.
Но если мы считаем не просто животных, а домашних животных, то надо использовать 头 [tóu] (вероятно, изначально "голова". Сравнимо с нашим "три головы скота").
Но если мы считаем не просто домашних животных, а животных для верховой езды - лошадей, мулов или ослов - то мы считаем уже не головы, а копыта, и традиционно используем слово 匹 [pǐ] (изначально "четвёрка", произношение и сам иероглиф очевидно связаны с 四 [sì]- "четыре").
А если это не лошади, мулы или ослы, а верблюды, то для них используется 峰 [fēng] (изначально - горб. Интересно, как они двугорбых верблюдов считают).
А если это верблюды, но не просто так, а в виде табуна, тогда это будет 群 [qún] (собственно, это табун и есть).
Наконец, если это несколько верблюдов, собранных в табун для продажи, то это будет уже партия товара, для которой используется особое слово 批 [pī] (внезапно, этот иероглиф в одном из значений действительно означает вагину).
Разумеется, на самом деле Мэри Гейтс никакого отношения к корпорации IBM не имела, а реальная история подписания исторического контракта намного интереснее.
Основатель Microsoft действительно родился в очень богатой семье. Его отец был преуспевающим корпоративным адвокатом, а мать на протяжении многих лет строила карьеру, доступную для богатой, образованной, энергичной и в меру эмансипированной американки. Основным её занятием было участие в работе всевозможных общественных организаций. Впрочем, бизнесом она тоже не пренебрегала.
В 1980 году Мэри Гейтс вошла в совет директоров одного из крупнейших благотворительных фондов в стране - United Way, куда кроме неё входило также множество других известных и влиятельных личностей. Ничего удивительного в этом нет, поскольку благотворительность в Америке - занятие почётное и для богачей практически обязательное. Среди прочих, в совет директоров фонда входил тогдашний президент IBM Джон Опель. После одного из заседаний между ним и Мэри Гейтс состоялся примечательный разговор.
"Мэри Гейтс упомянула, что IBM как раз начала работать с компанией её сына, однако Опель никак не прокомментировал это утверждение. Позднее, когда разработчики ПК докладывали руководству IBM о своих планах, они упомянули возможность сотрудничества с Microsoft. "Это случайно не компания сына Мэри Гейтс?" - спросил Опель. С этого момента Гейтса стали воспринимать как "имеющего связи в IBM".
(Цитируется по Janet Lowe "Bill Gates Speaks. Insight from the World's Greatest Entrepreneur", 1998)
Самый ранний источник, в котором рассказана эта история и до которого мне удалось дотянуться через Google Books - это книга "The Computer Entrepreneurs. Who's Making It Big and How in America's Upstart Industry" (Robert Levering, Michael Katz, Milton Moskowitz, 1985, стр. 163). К сожалению, ссылка из неё ведёт на страницу, которой нет в бесплатном доступе, поэтому докопаться ещё глубже и выяснить, кто именно впервые рассказал об этом разговоре, я так и не смог. Возможно, это взято из какого-то раннего интервью с Джоном Опелем, или, быть может, скомбинировано из рассказов нескольких людей. Допускаю, что об этом мог рассказать и сам Билл Гейтс. Во всяком случае, факт этого разговора, да и в принципе факт знакомства своей мамы с президентом IBM он никогда не отрицал.
Но обратите внимание, что в разговоре с Опелем Мэри Гейтс упоминает сотрудничество между IBM и Microsoft как уже состоявшийся факт. И далее при обсуждении планов сначала разработчики будущего ПК упоминают Microsoft, и только потом всплывает факт знакомства матери Гейтса с президентом компании. Да и здраво рассуждая, откуда Мэри Гейтс могла бы узнать о проекте персонального компьютера? Он ведь держался в строгом секрете, президент IBM не стал бы распространяться о нём случайной знакомой. Равно как и не стал бы рисковать многомиллионным проектом, нанимая никому неизвестного студента-недоучку для важнейшей миссии.
Так в чём же дело? Почему IBM обратилась к мелкой никому не известной компании, которая никакого отношения к операционным системам не имела? Выглядит подозрительно и справедливо навевает мысли о каких-то подковёрных интригах...
Широко известная в узких кругах компания
А ответ на самом деле очень прост: на момент заключения соглашения с IBM компания Microsoft уже была крупным игроком на рынке ПО для микрокомпьютеров. Более того, как раз в 1980-м году Microsoft продемонстрировала способность сделать именно то, в чём нуждалась корпорация IBM - перенести существующую операционную систему на новое железо.
Разумеется, до современного софтверного гиганта компании было далеко, но в 1980-м году софтверных гигантов вообще не существовало в природе. Компьютеры были большими, дорогими и совершенно несовместимыми друг с другом, большую часть прогрммного обеспечения для них создавали сами же производители. Возникший в 1975-м году рынок микрокомпьютеров хоть и бурно развивался, но был ещё слишком мал.
На фоне большинства тогдашних софтверных компаний (пара друзей в папином гараже с купленным вскладчину Altair или Apple) Microsoft выглядела весьма солидно - прибыль под миллион долларов, штат более ста человек, и даже офис продаж в Японии. Фактически, продукцией Microsoft к 1980-му году пользовалось большинство владельцев микрокомпьютеров, хотя само название "Microsoft" тогда ещё мало кому было известною.
Те, кто хоть немного знаком с историей вычислительной техники и восьмибитными компьютерами, думаю, понимают, о каком именно продукте Microsoft идёт речь. Да, совершенно верно, я говорю про Microsoft BASIC.
Кассета в хорошем состоянии на eBay стоит несколько сот долларов, между прочим. Ни у кого не завалялась?
У Microsoft были и другие компиляторы, но именно компилятор Бейсика был первым и главным продуктом компании. Созданный в 1975-м году под Altair8800, к 1977-му Microsoft BASIC уже стал достаточную популярен, чтобы заинтересовать компанию Commodore, лицензировавшую Бейсик для своего Commodore PET. В следующем году Apple выпустила карту расширения с майкрософтовским Бейсиком (под именем Applesoft BASIC) для своего Apple II. В усовершенствованном Apple II+ чип Applesoft BASIC уже был встроен в материнскую плату, так что с тех пор большая часть написанного на Бейсике ПО для Apple II требовала для работы именно майкрософтовский вариант. В 1979-м году компилятор лицензирует корпорация Radio Shack - владелец крупнейшей сети магазинов радиотоваров в США, чей микрокомпьютер TRS-80 по объёму продаж опережал Apple и Commodore вместе взятые.
При этом Бейсик для 8-битного микрокомпьютера был не просто языком программирования, а фактически примитивной операционной системой. Интерпретатор находился в ПЗУ на материнской плате, загружался автоматически при включении компьютера и, кроме ввода текста с клавиатуры, позволял загрузить с кассеты и запустить программу. Да, привычные нам команды для работы с файлами в Бейсике ещё не появились, но тогдашнему 8-битному микрокомпьютеры они всё равно были не нужны по причине отсутствия у них дисководов как таковых. Ну то есть сами дисководы-то существовали, конечно, но стоили как крыло самолёта, так что вот тебе, мальчик, магнитофон, вот тебе кассета и пиу-пш-ш-ш-и-у-и-у-и-у-ш-ш-ш...
"Святая троица" 1977 года - Commodore PET, Apple ][ и TRS-80. Все три работали с Microsoft Basic.
Разумеется, и дисководы, и продвинутые ленточные накопители активно использовались в мейнфреймах. Применялись они и в ориентированных на бизнес "персональных" микрокомпьютерах (да, ПК начали называть ПК ещё до появления первого IBM PC), но стоили эти игрушки очень дорого и поначалу не смогли завоевать большую популярность. Большинство попыток продвинуть микрокомпьютер в бизнес разбивались о весьма ограниченные возможности 8-битных машин и отсутствие нужного софта. Причём я не говорю даже о каких-то роскошествах типа электронных таблиц или сложных базах данных, речь шла о самых элементарных вещах. Базовые модели "святой троицы", например, не умели выводить на экран строчные буквы, так как памяти знакогенератора хватало только на заглавные. (Просто невероятно, как Apple II при тогдашних аппаратных ограничениях ухитрялся хоть как-то пищать динамиком и выводить на экран цветную (!!!) графику).
Расширение аппаратных возможностей микрокомпьютеров приводило к резкому удорожанию, что делало покупку просто-напросто неоправданной по сравнению с таймшерингом, т.е. с сервисом по удалённому доступу к мейнфрейму через терминал. И сам терминал, и вычислительную мощность, и доступ к нужному ПО - всё можно было взять в аренду,. Да, софт как сервис по подписке во всей своей красе. Всё новое - это хорошо забытое старое.
Но всё меняется. К концу 70-х комплектующие для микрокомпьютеров (и прежде всего - память) существенно подешевели, позволив создавать более мощные машины по более приемлемой цене. И Apple, и Commodore, и TRS-80 уже обзавелись платами расширения, позволявшими ликвидировать наиболее узкие места первых моделей, и, в том числе, стали поддерживать дисковые накопители.
В 1979-м году происходит прорыв: на рынке практически одновременно появляются WordStar - первый успешный текстовый процессор для восьмибитных микрокомпьютеров (до него был Electric Pencil, но кому какое дело), и VisiCalc - первая электронная таблица в принципе. Микрокомпьютер из игрушки для богатых детей резко превратился в насущную потребность для бизнеса.
В 1979-м такого даже в Майбахе, в смысле, в IBM/370 не было!
Итак, микрокомпьютерам резко понадобились работать с дисками. А что нужно для работы с дисками, кроме, собственно, диска и дисковода? Правильно, дисковая операционная система, ДОС, как у взрослых. И такая ДОС у восьмибитных компьютеров уже была.
Пара слов о Гэри Килдалле
Гэри Килдалл сам по себе личность легендарная и заслуживающая отдельного рассказа, но для нас сейчас важно только одно его достижение: в 1974 году, ещё до появления Altair-8800, он создал дисковую операционную систему CP/M для микропроцессора Intel 8080. Причём для того, чтобы написать первую операционную систему для микрокомпьютеров, Килдаллу пришлось сперва создать первый язык программирования для микрокомпьютеров - PL/M. Ох уж эти семидесятые... Когда на рынок вышел Altair-8800, Килдалл основал компанию Intergallactic Digital Research (зацените название!) и начал продавать права на свою операционную систему всем желающим.
Фактически, CP/M стала первой более или менее кроссплатформенной операционной системой. Никаких общих стандартов для железа и софта в то время не существовало, но программа, написанная для CP/M, могла (с определёнными ограничениями) работать на любом микомпьютере, основанном на процессорах Intel 8080 или совместимом с ним Zilog Z80. При этом всё взаимодействие с железом операционная система брала на себя, а запущенная в ней прикладная программа выполняла основные операции ввода-вывода через набор стандартных функций. Исключением могли быть разве что какие-то очень специфические действия (например, отрисовка графики), но большинству программ того времени возможностей ОС хватало за глаза.
(Кстати, если вам показалось, что описанный принцип работы CP/M чертовски похож на принцип работы BIOS, то нет, вам не показалось. Эту штуку придумал именно Килдалл, включая, собственно, и само название "BIOS". Я же говорю, легендарная личность).
CP/M была не единственной, но, благодаря кросс-платформенности, самой популярной дисковой операционной системой для микрокомпьютеров. К 79-му начал нарастать снежный ком: новые бизнес-пользователи покупали компьютеры с CP/M, поскольку под неё накопилась большая библиотека программного обеспечения, а разработчики ПО, в свою очередь, всё больше и больше ориентировались на CP/M благодаря её популярности у пользователей.
Но в 1979 году на Apple II выходит VisiCalc - первая в мире программа для электронных таблиц, моментально изменившая правила игры. Позднее VisiCalc назвали первым "приложением - убийцей", т.е. таким приложением, которое абсолютно необходимо всем и каждому, и которое работает только на этом конкретном железе. (Чуть позже такими "убийцами" станут потомки VisiCalc - Lotus 1-2-3 на IBM PC и MS Excell на, внезапно, Apple Macintosh).
Получается, что самая главная программа для бизнеса работает на Apple II, который построен на процессоре MOS 6502, имеет свою собственную Apple DOS и не может работать с приложениями, написанными для CP/M. А куча других бизнес-приложений, включая текстовый процессор WordStar, работают под CP/M на процессорах 8080 и Z80, которые совместимы между собой, но совершенно несовместимы с MOS 6502. И портировать софт с одного процессора на другой в тогдашних условиях - то ещё развлечение, архитектура Intel 8080 и MOS 6502 слишком сильно отличались друг от друга (в частности, они совершенно по-разному работали с памятью). Тот же VisiCalc, например, не был доступен для других микрокомпьютеров вплоть до конца 1980-го года, а портировать CP/M на Apple Килдалл даже не пытался.
Нужно было другое решение, которое, собственно, и нашла Microsoft по принципу "если гора не идёт к Магомету, дон, то Магомет пойдёт к горе".
Весной 1980-го году Microsoft выпустила свой самый успешный до-айбиэмовский продукт: карту расширения для Apple II с процессором Z80 на борту, позволявшую запускать приложения для CP/M на компьютерах Apple. К карте, естественно, прилагался и диск с самой CP/M, которую Гейтс лицензировал у Digital Research по цене всего 4 доллара за каждую проданную копию.
Фактически, первый продукт, вышедший на рынок под собственным брендом Microsoft.
Microsoft SoftCard была показана публике в марте 1980-го и моментально стала бестселлером. Всего за первые три месяца было продано пять тысяч карт по цене 350 долларов за штуку, прибыль от её продажи в том году превзошла прибыль от всех остальных продуктов Microsoft. Но что ещё важнее, в этот момент Microsoft стала известна не только как разработчик компиляторов, но и как компания, успешно портировавшая популярную операционную систему на ранее не приспособленный под неё компьютер.
И произошло это как раз в тот момент, когда IBM потребовался сторонний разработчик ПО для нового секретного проекта.
Одна ошибка и ты ошибся
Итак, Microsoft в 1980-м уже приобрела определённую репутацию и причина, по которой она в принципе попала в поле зрения IBM, стала понятна. Понятна и причина, по которой IBM выбрала для своего нового продукта именно CP/M - для неё уже было создано множество бизнес-приложений, которые, как считалось, можно будет легко адаптировать для нового ПК.
Но всё же, если мы выбрали для нашего будущего компьютера CP/M, почему не обратиться непосредственно к её правообладателю, Digital Research?
И да, именно так. IBM поначалу действительно хотела договориться с Digital Research. Легенда о том, что именно Гейтс предложил IBM операционную систему на своих условиях, возникла позже (и была отражена, в частности, в фильме "Пираты Кремневой долины"). Якобы хитрый юноша сначала убедил недалёких умом пиджаков, потом метнулся к знакомому, по-быстрому купил у него прообраз MS DOS, доработал напильником и стал миллиардером.
На самом деле, естественно, всё было совсем не так.
Представители IBM связались с Гейтсом в июле 1980 года, и изначально речь шла только об адаптации майкрософтовских компиляторов, не более того. Замечу, что IBM PC с самого начала разрабатывался с широким привлечением сторонних производителей, так что само решение обратиться к Microsoft лежало вполне в рамках общей концепции. Разработчики хотели выйти на рынок очень быстро, в течение года, при том, что обычный срок разработки в IBM тогда составлял 4 - 5 лет. Основания для беспокойства были - предтечи будущего IBM PC (IBM 5100, 5110 и 5120) разрабатывались слишком долго в том числе и из-за проблем с собственным ПО, а новейшая модель IBM 5322 DataMaster задержалась с выходом почти на год как раз из-за проблем - сюрприз! - с родным айбиэмовским интерпретатором Бейсика.
Восьмибитный IBM 5322 Datamaster, 1981 год. Игрушка ценой 9 тысяч долларов (порядка 35 тыс. на нынешние деньги). Для сравнения, вышедший в том же году VIC-20 от Commodore стоил всего 300 долларов.
Гейтс, сообразив, что такой шанс выпадает раз в жизни, тут же отменил все назначенные встречи, радушно принял дорогих гостей и без вопросов подписал соглашение о неразглашении. Компилятор Бейсика для 8086 на тот момент уже был практически готов, остальные были на подходе (компания начала разработку сильно заранее, спасибо связям Пола Аллена в Интел. Кстати, по одной из версий именно Аллен убедил айбиэмовцев выбрать 16-битный процессор вместо 8-битного, хотя лично мне это кажется весьма сомнительным).
Поскольку общее впечатление о молодом Гейтсе сложилось крайне положительное, гости поинтересовались условиями контракта между Micrisoft и Digital Research. Компания продаёт CP/M со своими платами для Apple, может быть, она сможет сделать то же самое и для будущего IBM PC?
Гейтс совершенно честно ответил, что всего лишь продаёт CP/M по лицензии, прав на переработку у него нет и за самой ОС надо обращаться в Digital Research. Более того, как только дорогие гости покинули офис, Гейтс немедленно позвонил Килдаллу. "Я не могу разглашать подробности" - сказал он, - "но скоро к тебе обратятся очень важные люди. Прими их как следует, у них очень серьёзные намерения".
Почему Гейтс, не замеченный впоследствии в какой-то особой этичности в конкуренции, предоставил возможность заработать Килдаллу? Этого никто не знает, но сам факт неоспорим: его подтверждают не только он сам и коллеги по Microsoft, но и работники самой Digital Research, участвовавшие в переговорах. Возможно, тут сыграли роль дружеские чувства (Гейтс и Килдалл были близко знакомы). Возможно, в 1980-м году Гейтс ещё не успел превратиться из компьютерного романтика в циничного до потери совести бизнесмена. А возможно, он просто решил не рисковать и сыграл по правилам, чтобы продемонстрировать свою надёжность перед IBM. Попытка продать что-то, что тебе не принадлежит (и что ещё хуже, чего у тебя нет) могла закончиться очень плохо, а подозрение в нечестности просто уничтожило бы на корню любую возможность к сотрудничеству.
Через пару дней айбиэмовцы связались с Килдаллом, однако переговоры не заладились. Легенда о том, что он вообще отказался от встречи ради игры в гольф, разумеется, не соответствует действительности, однако Килдалл действительно заставил айбиэмовцев ждать окончания другой встречи. Затем он потребовал переработать соглашение о неразглашении, односторонне составленное в пользу IBM.
Против доработки CP/M Килдалл ничего не имел (фактически, Digital Research в любом случае собиралась адаптировать свою ОС на новые 16-битные процессоры Intel, но планы были отложены в пользу другого проекта). Однако Килдалл хотел лицензировать её на тех же условиях, на которых лицензировал восьмибитную версию для всех остальных партнёров (10 долларов за каждую проданную копию). IBM же хотела купить права на операционную систему за фиксированную сумму. Споры возникли даже в отношении названия: Килдалл считал, что название CP/M уже достаточно известно, чтобы его менять, и отказался продавать свою ОС под именем PC DOS.
Digital Research, судя по всему, это 1975-й или 1976-й год.
Вообще, друзья и коллеги Гэри Килдалла описывали его как человека мягкого и не склонного к конфликтам, так что остаётся загадкой, почему в переговорах с IBM он проявил подобную неуступчивость. Возможно, дело было в уязвлённом самолюбии самого Килдалла: гигантская корпорация изначально вела себя слишком нагло, не как равный партнёр, но как хозяин положения, делающий Килдаллу одолжение, при том, что именно IBM нуждалась в продукте Digital Research, а не наоборот.
Кроме того, в Digital Research тогда в принципе не верили в то, что у IBM что-то получится. Рынок мейнфреймов, с его долгими циклами разработки, внедрения и поддержки дорогих машин, разительно отличался от нового и крайне динамично развивающегося рынка ПК, а IBM уже тогда была известна своей крайней забюрократизированностью и неповоротливостью. (Справедливости ради, Килдалл в своём скептицизме был отнюдь не одинок. Журнал BYTE в своё время писал, что для IBM создать успешный микрокомпьютер - это как слону научиться танцевать чечётку).
При этом с точки зрения IBM ситуация выглядела совсем иначе. IBM была многомиллиардным монстром, одним из столпов американской экономики, а Microsoft и Digital Research при всех своих успехах оставались по сравнению с ней лишь детишками в песочнице. Вот только первый "ребёнок" с первого же момента продемонстрировал понимание момента и согласился работать под покровительством большого дяди (держа при этом фигу в кармане, но кому какое дело), а второй почему-то вообразил себя взрослым и вздумал артачиться.
Сыграл ли тут роль факт знакомства Джона Опеля с Мэри Гейтс? Сомнительно, но даже если и да, то весьма незначительную. Окажись Килдалл чуть уступчивее - контракт без сомнения ушёл бы к нему, а Гейтсу пришлось бы довольствоваться доходами от компиляторов.
Последний шанс Килдалл упустил, не выпустив адаптированную CP/M сразу вместе с IBM PC. Да, IBM всё же заключили с ним соглашение, чтобы избежать потенциальных судебных исков. Хотя формально права Digital Research нарушены не были (исходный код CP/M в MS DOS не использовался, а идеи и принципы авторским правом не охраняются), однако в IBM всё же решили не рисковать. Благо, соглашение с Digital Research им ничего не стоило - корпорация всего лишь обязалась предлагать пользователям выбор между собственной PC DOS и CP/M. Однако 16-разрядная версия CP/M появилась лишь через год после аннонса IBM PC и просто не смогла нагнать конкурента. "Чистая" операционная система без прикладных программ оказалась никому не нужна.
Позднее Килдалл ещё поборется с Гейтсом, создав DR DOS (причём со стороны Гейтса эта конкурентная борьба велась уже намного менее благородно, чем ранее), и окончательную точку в противостоянии поставит уже Windows 3.0. В 1991-м Килдалл продал свою компанию со всеми разработками компании Novell, а ещё через три года трагически, но нелепо погиб, получив травму головы в барной драке.
Успешный успех
Ещё одна легенда гласит, что Microsoft вообще ничего не создавала, а Гейтс всего лишь купил переделанную CP/M за гроши у настоящих разработчиков - Seattle Computer Products (SCP). Эта легенда, как и все прочие, имеет под собой очень мало оснований.
В реальности Тим Паттерсон начал адаптацию CP/M под 8086 всего за несколько месяцев до этого и работал практически в одиночку. После заключения исторического контракта с IBM Гейтс выкупил права на уже написанный код у SCP, сам Паттерсон перешёл в Microsoft и завершил работу уже там, причём вместе с ним над проектом работало ещё три десятка сотрудников. Так что большая часть работы над будущей MS DOS была проделана уже в самой Microsoft.
Кстати, SCP хоть и получила изначально всего 75 тысяч долларов, но по условиям соглашения с Microsoft могла неограниченно продавать саму MS DOS (включая все её последующие версии) вместе со своими компьютерами. По факту компьютеры SCP провалились, и единственным источником дохода компании стала продажа MS DOS вместе с каким-то минимальным набором железа. Для устранения конкурента Microsoft пришлось заплатить SCP фантастические по тем временам 925 тысяч долларов.
Конкурент IBM PC из Сиэттла. Не взлетел.
Ну и раз уж мы заговорили о лицензиях, то надо упомянуть и условия самого соглашения между IBM и Microsoft. Возможность продавать свою ОС сторонним производителям действительно сыграла ключевую роль в последующем успехе Microsoft (и в последующем закате оригинальных IBM PC), однако мнение о том, что это был какой-то гениальный ход со стороны Гейтса, совершенно неверно. Продажа неисключительной лицензии на программное обеспечение - вполне обычная практика что тогда, что сейчас. На тех же условиях IBM приобрела права на все три (!) операционные системы, которые предлагались пользователям вместе с IBM PC - MS DOS (под именем PC DOS), CP/M от Digital Research и UCSD p-System от разработчиков из Университета Южной Калифорнии.
В полном выкупе прав на операционные системы смысла не было, наоборот, это противоречило самой концепции разработки PC с использованием открытой архитектуры и сторонних производителей. Покупка прав означала переход процесса разработки ОС от Microsoft к IBM, то есть именно того, чего создатели PC как раз хотели избежать.
При этом сами айбиэмовцы, разумеется, не были наивными чукотскими юношами и вполне осознавали, что в случае успеха их компьютер тут же попытаются скопировать конкуренты. Для предотвращение копирования было найдено простое, но (как тогда казалось) надёжное решение - IBM опубликовала исходный код своего BIOS-а, тем самым защитив его авторским правом от несанкционированного копирования.
И это... сработало! Очень быстро после выхода IBM PC рынок наводнили "совместимые" компьютеры, на которых успешно запускалась адаптированная под новое железо MS DOS и пара-тройка программ (тех, что работали со стандартным API операционной системы без прямого обращения к железу). Однако стандартный набор функций MS DOS был весьма ограничен, и программы, требовавшее прямого доступа к BIOS, работали в то время только на оригинальных IBM PC.
Когда в 1982-м году журналисты из PC Magazine принесли на одну из выставок пару дискет со стандартным набором тогдашнего ПО и предложили участникам протестировать их "совместимые" PC на реальную совместимость, половина просто отказалась (чуть ли не физически заклеив дисководы у своих выставочных экземпляров), а большинство остальных с треском провалили испытание. Несколько реально совместимых компьютеров всё же нашлось - из тех, кто не побоялся скопировать айбиэмовский BIOS, но как раз их-то IBM смогла достаточно быстро прижучить за нарушение авторских прав.
Однако уже в 1983-м году Compaq смогла с нуля написать код совместимого с PC BIOS, не используя оригинальный айбиэмовский код. Само по себе это было не так страшно - обратный инжениринг и разработка стоила гигантских денег, недоступных большинству мелких конкурентов, но примечателен был сам факт того, что это возможно. Настоящий же прорыв для "совместимых" компьютеров случился годом позже - компания Phoenix начала продавать совместимый с оригинальным PC BIOS всем желающим. Конкурировать с одним лишь Compaq было можно, но с мириадом мелких безымянных производителей - уже нет.
Только в этот момент IBM поняли, что разработку ОС надо контролировать самим. Новую OS/2 они уже разрабатывали хоть и совместно с Microsoft, но под своим собственным контролем и с сохранением всех прав. Фишка, однако, была в том, что все те проблемы гигантской корпорации, которых удалось избежать при создании первого IBM PC, никуда не делись, и прекрасную во всех смыслах операционную систему OS/2 в итоге сгубила сама IBM своим бюрократизмом и неумением адаптироваться к быстро меняющемуся рынку.
Большая часть США переходит с зимнего на летнее время и обратно.
Однако штат Аризона на летнее время не переходит.
Однако 20% площади штата - это территория индейского племени Навахо, и там летнее время соблюдается (резервация расположена сразу в нескольких штатах и индейцы решили, что им так будет проще).
Однако внутри территории Навахо расположена маленькая, но гордая территория племени Хопи. Которая целиком находится в Аризоне, и поэтому летнее время там таки соблюдается.
3 - После того, как протестующие проигнорировали предупреждение, была применена сила.
4 - Конкретный эпизод, в котором офицер полиции бьёт протестующего в красной кепке (который на тот момент уже не находится на проезжей части) сейчас расследуется. Офицер временно переведён на административную работу.
5 - Основная аргументация защитников - полиция отреагировала несоразмерно, можно было как-то помягче, ну и что, что они мост блокировали.
Ну и самая мякотка - этот самый избиваемый чувак в красной кепке как раз перед этим пытался вырвать оружие из рук полицейского. Причём сам он это даже не отрицает, типа "а чего он на меня пушку наставил".
Автор исходного видео, скопированного ТС, этот момент благоразумно обрезал.
Ответ получился довольно большой, поэтому я приведу краткую выжимку.
1 - Катынский расстрел упоминается в Обвинительном заключении (подраздел "Убийства и жестокое обращение с военнопленными" в разделе III "Военные преступления").
2 - Обвинительное заключение - это не доказательство или признание вины, а лишь перечень обвинений, которые сторона обвинения (извините за тавтологию) намеревалась доказать в суде.
3 - Однако в ходе судебных заседаний обвинение в совершении Катынского расстрела не выдвигалось и доказательства его совершения обвиняемыми приведены не были.
4 - Соответственно, Катынский расстрел не был вменён в вину ни одному из подсудимых и не был включён в приговор Нюрнбергского трибунала.
5 - Этот факт сам по себе не является доказательством виновности/невиновности НКВД или виновности/невиновности немцев. Для определения истины должны быть использованы другие доказательства.
6 - Однако, ссылаться на материалы Нюрнбергского процесса как на доказательство вины немцев в Катынском расстреле нельзя.
А теперь подробнее
Автор выкатил стену текста, большая часть которого совершенно не относится к делу.
Для начала небольшая так сказать затравочка, для тех кто думает, что Нюрнбергский трибунал, проходил по юриспруденции принятой в современной Российской федерации.
Сам выдумал возражение и сам же его успешно опроверг. Молодец!
Да, мне в комментарии по этому поводу писали, что дескать в юриспруденции если обвинение по какому-то эпизоду не выдвинуто (и, соответственно, у защиты нет возможности на него ответить) - значит, в нём не обвиняли и вина не доказана. Только вот Нюрнбергский трибунал проходил не по этой вот модели юриспруденции
Именно по этой. Она общая для всех современных систем права.
На самом деле, Нюрнбергский процесс проводился по нормам англо-американского права.
Большая часть текста посвящена доказательству этого утверждения, хотя с ним никто и не спорил.
Факт, однако, в том, что в любой современной системе права недостаточно просто обвинить человека в преступлении. Это обвинение надо доказать. Недоказанное обвинение судом не принимается.
Чтобы не быть голословным, приведу используемый в США перечень базовых принципов справедливого правосудия (due process):
Право на уведомление о предполагаемом действии и изложение оснований, на которых оно осуществляется (т.е. право обвиняемого знать, какое наказание ему грозит и почему - Д.В.)
Право представить доводы в обоснование того, почему предполагаемое действие не должно быть осуществлено.
Право представлять доказательства, включая вызов и допрос свидетелей.
Право быть осведомлённым о доказательствах, представленных противоположной стороной.
Право на перекрёстный допрос свидетелей противоположной стороны.
Право на вынесение решения исключительно на основании представленных в ходе разбирательства доказательств.
Право на представительство со стороны адвоката (юрисконсульта).
Обязанность суда протоколировать представленные доказательства.
Обязанность суда письменно изложить установленные факты и основания для своего решения.
Ключевые пункты в данном случае - 5, 7, 9 и 10. И особенно 10.
Судья Джексон писал:
Я был шокирован, когда услышал, что российская делегация возражает против нашей англо-американской практики как несправедливой по отношению к обвиняемому, когда он информируется о вменённом ему преступлении в общих чертах, а затем мы представляем доказательства в суде.
Вы сами-то свою копипасту читали? Потому что вы только что подтвердили: обвинительное заключение - это не признание вины и не доказательство вины, это, как следует из вашей же цитаты, "информирование о предъявленных обвинениях в общих чертах", и только. А конкретные доказательства конкретных действий представлялись уже непосредственно в ходе суда.
И, собственно, если почитать обвинительное заключение целиком (а не отдельными фрагментами), это будет вполне ясно. Потому что все конкретные преступления, включая Катынский расстрел, там приведены лишь в качестве примеров. О чём там прямо и сказано:
"Ниже следуют подробности в качестве примера и без ущерба для представления доказательств в других случаях."
Проще говоря Результат работы англосаксонского суда - всегда ДВА документа, Indictment и Judgement (Обвинение и Приговор).
Нет. Обвинительное заключение не может быть результатом работы суда (любого) просто потому, что предоставляется стороной обвинения ДО начала судебных слушаний. Результатом работы суда является приговор - в котором, естественно, могут быть ссылки как на обвинительное заключение ("признан виновным по пункту 3 заключения..."), так и на иные документы.
В первом изложены факты, во втором определены виновность и мера наказания.
Нет. В обвинительном заключении изложены предъявленные обвинения. Ещё раз вспоминаем вашу же цитату: "...когда он информируется о вменённом ему преступлении в общих чертах". Сами её привели, я вас за язык не тянул. И фразу "Нижеследующие конкретные факты, приводимые в этом разделе, изложены здесь лишь как примеры" в обвинительном заключении тоже не я выдумал.
А вот уже сами факты, на основании которых был вынесен приговор, приводились в ходе судебного заседания.
Вы, видимо, как истинный сталинист считаете, что если не соврал - значит день прошёл зря. И врёте даже там, где в этом нет совершенно никакой необходимости.
"7 октября 1941 года Иодль подписал приказ о том, что Гитлер не примет предложения о капитуляции со стороны Ленинграда или Москвы, но, наоборот, он настаивал на том, чтобы эти города были полностью уничтожены."
Но кто же убил 172 тыс. человек в Ленинградской области?
...
Кто разрушил Варшаву?
...
Что насчёт Бухенвальда, например? Или Дахау?
...
Но в приговоре нет слова "Бухенвальд". И кто же убил тысячи заключённых? НКВД? Американцы? Они убились сами? Или всё это фальсификация? Чья? Зачем?
И т.д. и т.п. Здесь наблюдается очередная манипуляция, когда автор сам выдумывает утверждение якобы оппонентов и сам же их успешно опровергает. Дескать, дураки-оппоненты утверждают, что если в приговоре чего-то нет - значит, немцы были признаны в этом невиновными. Ай, дурачки!
Что, естественно, бред, который автору очень легко и приятно опровергать.
Вот только этого никто и не утверждал.
Если некое конкретное обвинение (в данном случае - Катынский расстрел) не доказывалось в суде - значит, вина подсудимых в данном конкретном эпизоде доказана не была. Всё. Это не значит, что данного факта вообще не было, это не значит, что суд оправдал неких абстрактных "немцев", это не значит, что поляки самоубились сами. Это даже не значит, что эти обвиняемые были на самом деле невиновны. Возможно, что и были, НО на суде вина данных конкретных лиц доказана не была.
Именно это, не больше и не меньше.
Среди тех кто использующих этот аргумент, что если нет в приговоре а значит не считается
Данный "аргумент" используется только автором как удобное чучело для битья.
Трибунал не решал вопрос "было или не было". Трибунал решал вопрос "кто виноват".
Нет. Трибунал в том числе решал и вопрос "было или не было". Какие-то факты были подтверждены фото- и киноматериалами (факты разрушения городов, например). По другим были предъявлены более серьёзные доказательства (например, факты массовых убийств подтверждались документами за подписью обвиняемых и показаниями свидетелей). Подлинность некоторых фактов оспаривалась защитой (например, Кальтенбруннер отрицал факты подписания им приказов в отношении концлагерей), и Трибунал должен был установить истинное положение дел.
И какое же объяснение? Заговор? Халатность? Преступление не было признано за немцами?
Я вам сейчас одну удивительную вещь скажу, вы только не падайте сразу.
Нюрнбергский трибунал не судил "немцев". Он судил конкретных лиц: Бормана, Геринга, Йодля, Кейтеля и прочих по списку. Судил не за какое-то абстрактное зло, а за вполне конкретные действия.
Удивительно, да?
То есть получается, что Международный Трибунал осудил главных военных преступников за воровство золотых канделябров, но не осудил их за Бухенвальд?
Снова врёте?
Даже если в Приговоре не упомянут именно Бухенвальд - там говорится о других концлагерях, как о конкретных, так и в целом, как о местах уничтожения людей. Говорится и в общей части, и - что особенно важно - в приговорах конкретным обвиняемым, которым вменялась в вину их создание и руководство (Кальтенбрунер, Франк, Зейс-Инкварт, фон Нейрат и м.б. кто-то ещё, лень каждого из них проверять).
При этом никому в здравом уме не приходило и не приходит в голову обвинять в организации концлагерей тех же адмиралов, или посланника в Австрии фон Папена, или, скажем, популярного нацистского радиоведущего Фриче.
Геббельсовцы рассказали и объяснили нам, что если кто-то из нацистских преступников в чём-то обвинялся, то в приговоре обязательно должны быть перечислены все преступления. А если не перечислены, то, значит, не признаны за немцами.
Нюрнбергский трибунал не судил "немцев". Он судил конкретных лиц за конкретные деяния. Если во время судебных заседаний какой-то конкретный эпизод (например, Катынь) не был вменен в вину данным конкретным лицам, по нему не было представлено доказательств и не было предоставлено возможности опровергнуть эти обвинения - значит, эти конкретные лица не были признаны виновными за этот конкретный эпизод.
Ещё раз, а то вы, похоже, очень выборочно читаете. Данный конкретный эпизод не был доказан и данные конкретные обвиняемые не были признаны в нём виновными. Это не значит, что его не было - возможно, что он был. Это не значит, что в нём не были виноваты какие-то другие "немцы" - возможно, виноваты. Это может быть темой отдельного разбирательства.
Но Нюрнбергский трибунал не признал виновными в Катынском расстреле вот этих вот конкретных людей - Геринга, Кейтеля, Кальтенбруннера и далее по списку обвиняемых. Он признал их виновными в других преступлениях.
военные преступления совершались в таком широком масштабе, которого не знала история войн. Невозможно в рамках данного приговора соответствующим образом вновь рассмотреть их или перечислить массу документальных и устных доказательств, которые были представлены на Суде.
"массу документальных и устных доказательств, которые были представлены на Суде.". Ещё раз, для плохо читающих: "которые были представлены на суде".
Какие доказательства в отношении Катынского расстрела были представлены на суде?
Сказано же вам, если нет в Приговоре, значит, это не немцы.
И снова вы повторяете выдуманный за оппонентов аргумент, который успешно и опровергаете.
Это была иллюстрация того, до какой степени мерзости в стремлении отмыть от грязи нацистов готовы опуститься сторонники немецкой версии . Им хоть с чёртом, лишь бы против советской власти, которой уж 30 лет как нет.
Ну и разумеется, куда же без универсального аргумента "если ты со мной не согласен - значит, ты нацист и ненавистник советской власти". Ах да, и ещё оправдываешь нацизм (а это вообще статья), потому что ясно же, что если кто-то не признал вину адмирала Деница в расстреле польских военнопленных - он считает нацистов вообще невиновными и исключительными лапочками в стильной форме.
Первое. Стенограммы заседаний Международного Трибунала в Нюрнберге НЕ СОДЕРЖАТ никаких “отрицаний” или “непризнаний” со стороны судей относительно конкретного пункта Обвинительного Акта, где говорится о катынском расстреле.
Ещё раз. Все конкретные эпизоды были приведены в обвинительном заключении в качестве примеров. О чём там прямым текстом и было написано. Трибунал же рассматривал не примеры, а вполне конкретные доказательства, представленные в ходе заседания. Он рассмотрел, например, доказательства злодеяний, совершённых в Бухенвальде, Майданеке и других лагерях - и инкриминировал их организацию конкретным лицам. В отношении которых в Приговоре об этом прямо и говорится, даже если множество лагерей там сведены под общим термином "лагеря".
А теперь расскажите, какие именно доказательства вины Кейтеля, Йодля и прочих нацистских военных преступников были представлены и рассмотрены на суде в отношении Катынского расстрела? Никакие? Значит, он (расстрел) на суде не рассматривался, и включить его в общее определение "расстрелы военнопленных" нельзя.
(Если кто не знал - это менее известное продолжение "Трое в лодке", в котором те же герои путешествуют по Германии).
Роль каждой дорожки в парках строго определена, и ходить, пренебрегая указаниями, значит рисковать своей свободой и благосостоянием. Есть дороги "для велосипедистов", "для пешеходов", "для верховой езды", "для легких экипажей", "для тяжелых экипажей", "для детей" и "для одиноких дам"; меня поражает, почему нет еще специальных дорожек "для лысых" и "для потерявших невинность женщин". Это крупное упущение. В дрезденском Большом саду я встретил однажды даму, стоявшую в полном недоумении на месте схождения семи дорожек; над каждой из них была надпись, строго воспрещавшая проход всем, кроме указанных лиц. - Мне совестно вас беспокоить, - сказала дама, узнав, что я говорю по-английски и читаю по-немецки, - но не можете ли вы объяснить, кто я и куда обязана идти? Я осмотрел ее внимательно и, придя к заключению, что она "взрослая" и "пешеход", указал ей соответствующую дорожку. Она посмотрела и пришла в уныние: - Но мне совсем не туда нужно? Не могу ли я пройти этим путем? - Боже вас сохрани: это дорожка только для "детей". - Но я их не обижу! - заметила дама с улыбкой; действительно, трудно было думать, чтобы она могла бы обидеть детей. - Поверьте, сударыня, - отвечал я, - что я лично смело пустил бы вас по этой дорожке, даже если бы там гулял мой старший сын. Но здесь с законами шутить нельзя; вот ваша дорога - "Для взрослых пешеходов", - и я бы на вашем месте поспешил, потому что стоять и сомневаться тоже не полагается. - Но, повторяю вам, мне туда вовсе не нужно идти! - Вот должно быть нужно туда идти! - ответил я, и мы расстались.
Обратите внимание, что в самом видео никаких комментариев нет (то, что это грабёж - это уже было додумано пользователями Твиттера), однако этот же дом и этот же негр попали в кадр телеканала KTLA 5, корреспондент которого взял интервью у хозяев.
Хозяйка
Помощник
Ссылка на трансляцию на Ютубе (нужный фрагмент начинается с 4:46:04):
!["Святая троица" 1977 года - Commodore PET, Apple ][ и TRS-80. Все три работали с Microsoft Basic.](https://cs19.pikabu.ru/s/2025/12/30/19/3hlewfwo.jpg)
