ChronOCross

ChronOCross

пикабушник
1281 рейтинг 22 подписчика 154 комментария 23 поста 2 в "горячем"
1 награда
5 лет на Пикабу
620

Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа

-У меня вштал вопрос, прям вооот такенный вопрос о работе Л'ЭТУАЛЬ.

Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа Лэтуаль, Развод клиентов, Обман, Длиннопост

А суть вопроса такова. Еще в так называемую "черную пятницу". Жена моя имела огромную не осторожность заказать в данной фирме одеколон мне любимому. Со словами "Большая же компания подделок делать не будут" Но подделок и не было. Ничего не было "завывает ветер".
Через пару дней жене на телефон падает смс "ваш заказ передан службе доставки". Радостно сучим лапками в воздухе и ждем заказа. Ждем.. Ждем.. Все планы отменили, ждем. Но даже к 19 00 звонков не поступало. Ладно успокоил я жену, все в порядке, может у них завал заказов или курьер не шибко умный. Но и через еще 3 дня никто вожделенный одеколон так и не привез.
Звонки по номеру 8800... не дали никаких результатов. Тоесть трубку там даже никто и не брал.
Ладно. Мы же верим в чудеса верно? Пишем им в вконтакте. и... Да ничего не произошло. Извинений не поступило.  Информацию о заказе ни где он, ни когда прибудет. Никто говорить не хотел. И тут о чудо жена дозвонилась таки по их "горячей" линии. На что ей было сказано дескать "делайте, что хотите". Ваш заказ прибудет 5 декабря. И вот 5 декабря время 18 00. А в службе доставки которая работает с Л"Этуаль заказ даже и не значится как прибывший им на склад.
Далее идет замечательная отписка.

Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа Лэтуаль, Развод клиентов, Обман, Длиннопост

Ох. Действительно жаль?
Ладно хорошо. Но что там они написали до этого?

Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа Лэтуаль, Развод клиентов, Обман, Длиннопост
Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа Лэтуаль, Развод клиентов, Обман, Длиннопост

Вместо тысячи слов.
На данный момент составлена претензия на возврат денежных средств. В течении 6 дней клятвенно обещают вернуть деньги. Но мы то уже знаем, "смотрим на картинку выше". Если же и этого не произойдет. То хвала Пикабу, я уже знаю как поступать в данной ситуации. Помощи в разрешении данной ситуации я не прошу. Прошу придать лишь небольшой такой огласке великолепную работу этого "магазина". 
PS Ради интереса посмотрел на ценник одеколона сейчас. И все встало на свои места

Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа Лэтуаль, Развод клиентов, Обман, Длиннопост

Оп, почти 5000 вместо 3000 в "чорную чорную" пятницу.
В прочем господа ничего нового. Но

Л'ЭТУАЛЬ и загадка невыполненного заказа Лэтуаль, Развод клиентов, Обман, Длиннопост

Всем спасибо за внимание.

Показать полностью 3
-4

"Невидимка" Глава третья, в которой Ивану нравится на новом месте работы, а полковник Москвичов его разочаровывает.

Новая подстанция расположилась в старинном, еще дореволюционном трехэтажном особнячке с огромным количеством комнаток, чуланчиков, коридоров и коридорчиков. На второй этаж от главного «барского» подъезда вела красивая лестница с чугунными кружевными перилами, а на третий , под самую крышу, можно было зайти с двух крыльев по узеньким скрипучим лестницам. Все комнаты под крышей имели круглые оконца, которые открывались, поворачиваясь на срединной оси, разделяя оконный проем на две половины. От этого здания веяло историей веков. Тут даже пыль была антикварная.

По сравнению с прежней, эта подстанция казалась намного уютнее. Проходя скрипучим полутемным коридором к кабинету заведующего, Иван подумал, что тут могут и привидения жить. Такой древностью пахло от стен.

Разговор прошел быстро. Заведующий без особого интереса посмотрел на Ивана, буркнул в ответ на приветствие:

– Здравствуй. Чем обязан?

– Я фельдшер, – объяснил Иван, – переехал в этот район, вот хочу перевестись на вашу подстанцию. Возьмете?

– Спать любишь?

– Люблю, – честно ответил Иван. – Туда не наездится. А у вас тут десять минут на машине.

– Во дворе мест для машин сотрудников нет, – жестко сообщил заведующий, – рафы ставить некуда. Если найдешь, где оставлять машину в соседних дворах, езди. Но на площадку не суйся. Пиши заявление о переводе, я подпишу, и дуй в кадры. Когда готов выйти?

Иван сдержал улыбку.

– Завтра отцу сорок дней, если можно поставьте с послезавтра. Или позже.

– Иди, – сказал заведующий, – я фамилию записал, старшему фельдшеру передам, выходи послезавтра, поставим в бригаду. Пару дежурств поработаешь с врачами, а там посмотрим.

Ивану заведующий понравился. Мрачный, немногословный. В отличие от прежней заведующей, больше похожей на озабоченную наседку, которая кудахтала по делу и без, этот напоминал седого волка – Акелу из мультфильма Маугли.

До первого дежурства дни незаметно пролетели. На сороковины съездили с мамой на могилу отца. Приходили друзья и родственники, тесть с тещей тоже были. Помянули коротко и разъехались.

Иван на новой работе познакомился с двумя врачами, четырьмя водителями и тремя фельдшерами, с которыми вместе посидели на кухне – попили чаю и немного перекусили. Общая атмосфера на подстанции Ивану понравилась. Не было той нервозности, что теперь контрастом ощущалась на прежней. Здесь все какие-то спокойные, даже расслабленные. Видимо сказывался тот факт, что заведующий – мужчина, и старший врач и фельдшер тоже мужчины. Атмосфера в организации сильно зависит от руководства.

Заведующего звали Юрий Александрович Никитин. Был он немолод, сухощав, сед и немногословен. Доктор Лазарчук, с которым Ивану довелось ездить на одной бригаде в первые сутки, намекнул, что ЮАН, как называли за глаза сотрудники заведующего, может и в репу дать, если без свидетелей. И с нерадивыми медиками заведующий расстается легко. Так ЮАН в одночасье вышвырнул с подстанции фельдшеров Гопмана, Гакова и Ревича, которые «кидали ложняки» и гоняли в отведенное на них время по своим делам. Причем вышвырнул физически, сперва одного, отправил пендалем в сугроб, потом и второму поставил бланш под глазом, прежде чем тот сам убежал. Любил ЮАН покататься на вызовы по выходным и праздникам с каким-нибудь фельдшером. Любимчиков, говорят у него не было, скорее наоборот, выбирал салагу и заставлял смотреть больных, писать карты. Учил мало, скорее подвергал суточному экзамену. И, если салага экзамен сдавал – отпускал в свободное «одиночное плаванье» по вызовам.

После доктора Лазарчука Ивану дали врача Успенского. Так что следующие сутки Иван откатал с типичным сибаритом. Михаил Глебович Успенский вальяжен и нетороплив, в руках ничего тяжелее фонендоскопа и авторучки не носит, говорит медленно, смачно, молодым женщинам любит слушать сердце и легкие, прижимаясь волосатым ухом к спине или груди, а пожилых поручает обследовать фельдшеру. На вызове любит пить чай, рассуждать о загнивающей российской медицине и сожалеет о распаде СССР, хотя с интересом смотрит в будущее и надеется, что среди повального воровства, блеснет заря лучшей жизни и достатка. «Ну, ведь когда-нибудь они, наконец, нажрутся, нахапаются?!», кого Успенский имел виду под «они», было понятно – нарождающийся класс российских буржуев–олигархов.

Иван, хоть и не согласен был с этим выводом, решил не спорить со старым доктором. Он верил отцу, который, не уставал повторять, что жадность капитала не знает пределов, и если бы вдруг нашелся покупатель на Вселенную, олигархи продали бы и ее, как нашелся «умник», который начал торговать участками на Луне.

Оба врача Ивану понравились. Работать с ними было весело и легко. Они не расспрашивали о прежнем месте работы и о причине перехода. Иван ждал таких расспросов, но постепенно сложилось ощущение, что эта тема вообще никого не интересовала. Молодые женщины врачи и фельдшера обращали внимание только на обручальное кольцо у Ивана и тоже без расспросов. Вроде бы все понятно и так.

Он не забывал оставлять сообщение: «Для вас ничего не видел», отчасти еще и потому, что действительно ничего такого, что могло как-то навести его на тему задания, не видел и не слышал. Обычно удавалось позвонить прямо с вызова, отправив доктора в машину.

– Идите, я отзвонюсь, – говорил Иван, а дождавшись, когда скрипнет или хлопнет дверь лифта, или шаги затихнут на лестнице, он набирал ноль–девять. Все задание Москвичова виделось теперь не более чем забавной шпионской игрой. Но при последнем звонке на справочный телефон, хоть и произнес стандартную фразу, ему зачитали текст: «Скатертный переулок, семь, завтра, девятнадцать тридцать. Панчо Вилла».

В кафе–пиццерии Ивана ждал Москвичов.

Стараясь не показать удивления от вызова в конце первой же недели работы на подозрительной подстанции, Иван сел напротив полковника, поздоровался и ждал вопросов или объяснений.

В пиццерии было довольно многолюдно и шумно, но Иван заметил, что полковник выбрал столик за большой колонной, так что ни от входа, ни с улицы, сидящих за ней людей не было видно. И разговаривать можно, несмотря на постоянную латиноамериканскую музыку, не повышая голоса.

– Если хочешь есть, закажи что-нибудь, если нет, то хотя бы напитки. Так мы не будем выглядеть белыми воронами. – Москвичов уже заказал себе коктейль с какими-то сочными зелеными листьями в большом бокале.

Иван привычно кивнул, подозвав официанта, заказал большую кружку кофе и пирожное. Он не торопил полковника, искренно не понимая, что тот может ждать.

Москвичов держал паузу недолго.

– Ну, доложи, как приступил к заданию?

– Первую задачу выполнил, – отрапортовал Иван, – проблем не возникло.

– Так таки и не возникло? – прищурился Москвичов. – И ушел без проблем?

– Совсем без проблем, даже как бы со свистом, – усмехнулся Иван, – заведующая почему-то решила, что я подменил ампулу морфина. Я… – Иван хотел сказать, что он подумал даже, будто всю эту ситуацию придумал Москвичов, но вовремя себя одернул.

– Что, ты? – полковник отпил коктейль.

– Нет, ничего, так, я ничего не подменял, и если бы не было необходимости перевестись, я был бы в шоке. А так, возникло ощущение, будто все неслучайно.

– И ты решил, что это я тебе «помог»?

– Да, была такая мысль, – признал Иван. – Но, потом я решил, что вы не настолько всемогущи, чтобы принудить людей разыграть такой спектакль. Или я не прав?

Москвичов молчал. Он ждал, пока официант поставит перед Иваном заказанный кофе.

– Нет, Иван. Я не вмешивался в процесс перевода. Ты должен понимать, что подобное вмешательство с моей стороны это угроза твоего раскрытия, как агента. Я никогда не пойду на подобные меры. Все происшедшее – лишь стечение обстоятельств. Твое персональное везение.

– Артем Викторович, я бы не сказал, что оно счастливое, если бы не было так нужно срочно переводиться. Представьте, как бы я отреагировал, случись такое просто без предпосылок? Это стресс, однозначно.

Иван вспомнил свою позорную реакцию в кабинете заведующей, и видимо, что-то такое отразилось на его лице, потому что полковник одобрительно произнес:

– Но ты его хорошо перенес. Дай бог, чтобы на этом полоса твоего везения не закончилась. Теперь расскажи мне.

– Что рассказать? – не понял Иван.

– Неужели, нечего?

– Я не знаю. Со мной никто ни о чем таком не говорил.

– И не будут говорить, во всяком случае, сейчас. Тебя проверят и перепроверят, прежде чем что-нибудь объяснят или предложат. Расскажи мне о впечатлении, которое произвели на тебя люди. Попробуй дать им характеристику. Свое впечатление.

– Мне понравилась общая атмосфера на подстанции. – начал Иван. – Я двое суток работал с врачами, они очень спокойные.

– Мужчины? – уточнил Москвичов.

– Да.

– А кого на подстанции вообще больше, мужчин или женщин?

Иван поперхнулся кофе.

– Я не знаю. Не считал.

– А почему? Разве список сотрудников недоступен?

– На стенке висит, график.

– Ну, и что тебе мешало поинтересоваться? Это важная характеристика. А ты можешь уже составить некоторую картину? Средний возраст, отношение врачей и фельдшеров, мужчин и женщин? – полковник не ждал ответа, он знал, что на эти вопросы Иван ответит отрицательно, – Я тебе скажу: мужчин на подстанции шестьдесят семь человек – это выездных линейных, специалистов, трое в администрации. Из них двадцать семь врачей, остальные фельдшера. Сорок три женщины, из них пятнадцать врачей, двадцать восемь фельдшеров. Средний возраст среди врачей тридцать восемь лет, что, в общем, по всей московской скорой старше среднего возраста – тридцать два года. – Полковник не сверялся с записями, а цитировал сводку по памяти, – а это значит, что заведующий бережет кадры. Кстати, из ста десяти выездных сотрудников восемьдесят восемь работают на этой подстанции дольше десяти лет. То есть пришли еще в 80–х. А о чем говорит такой старый коллектив?

Иван пожал плечами.

– О том, что эти люди отобраны. – Ответил на свой же вопрос Москвичов.

– В каком смысле, отобраны? Для чего?

– В смысле, что они давно сработались, доверяют друг другу, и создали для себя максимально комфортную среду. В таких вот спаянных командах очень легко возникают преступные сообщества. Особенно в современных обстоятельствах, когда разрушены привычные моральные ценности и нет страха перед законом.

– Артем Викторович, а вы не предвзяты? Что с того, что люди собрали такой коллектив? Я еще раз скажу – мне за год работы на той подстанции, не было так комфортно, как несколько дежурств здесь. Я даже не ощущаю усталости после суток. И настроение хорошее. Вы уверены, что на подстанции действительно творятся темные дела? Да о таком месте работы я и мечтать не мог!

Москвичов не улыбался. Он смотрел на Ивана и посоветовал:

– Никогда не меряйте людей по себе, Иван. Они или лучше и хуже, но совсем не такие как вы. И если вы порядочны и честны, то это не значит, что все кругом такие же. Если вы способны на обман и кражу, вероятнее всего, большинство в вашем окружении – доверчивые и беспечные люди, которых не грех обмануть и обокрасть. А в коллективе, где все свои и действует закон круговой поруки – почти на сто процентов происходит что-то противозаконное. А вот что – вам и нужно узнать. Включите всю осторожность и способность мыслить не только логично, но и как мыслят преступники.

Ивану будто кипятком в лицо плеснули. Москвичов только что, не произнося этого слова, дал понять, что он – Иван дурак. Полковник вдруг перешел на ты.

– Постарайся в словах, обращенных к тебе или сказанных в твоем присутствии, отсеивать пустую шелуху. Часто люди болтают ради самоутверждения, врут или говорят правду. Не спорь, но и не верь. Ты умеешь слушать, это хорошо, но еще нужно научиться выводить человека на разговор. И не делай главной ошибки. Не пытайся никогда убедить собеседника, что он не прав. Он сразу потеряет к тебе интерес как к слушателю. Ведь ты ему доказал, что он не сможет тебя убедить. А это самое важное. Пусть убеждают. Не надо льстить, это не всем нравится, а вот соглашаться и дополнять это хороший прием. Сейчас люди не боятся высказывать свое мнение, иногда делают это неискренне, а потому что модно. Модно нагло говорить то, что в другое время и с другими людьми было бы опасно. Сейчас есть люди, которые бравируют своим криминальным мышлением. Такие, случайно, что-то узнав, чтобы набить себе цену выложат эту информацию, как нечто невероятное. Не в расчете, что им поверят, а потому что звучит прикольно.

Иван понял, что инструктаж продолжается. Полковник опасается за Ивана, что тот по неопытности провалит операцию. Это беспокойство объяснимо.

– Спасибо за советы, Артем Викторович, я надеюсь, что они мне очень помогут в работе. – Иван постарался, чтобы в голосе не было и намека на сарказм. – Я согласен с вами. Многие мои сверстники изменились очень сильно, и не только сверстники. В людях, будто какие-то другие краны открылись. Не знаю, какие еще метафоры найти. Все мы как смесители горячей и холодной воды. Раньше вот раз смешали – и течет вода одной температуры, а сейчас, как резьбу посрывало у людей. Извините за сантехнические аналогии.

– Ничего, ничего, – Москвичов спрятал улыбку за бокалом с коктейлем, – очень образно и точно. Нужно пользоваться моментом. Ты понимаешь, что политика меня не волнует. Бандитизм и оргпреступность. Но вернемся к тебе на подстанции. Ты заметил проверку?

Иван задумался и ответил медленно, вспоминая прошедшие дежурства. И его общение на подстанции между вызовами.

– Мне показалось, что нет. Хотя…

– Что?

– Сейчас, вы натолкнули меня на сомнения. На позапрошлом дежурстве врач в шесть открыл ночную, а я в десять вечера сдавал дневную бригаду и носил из машины имущество на склад. Проходя мимо одного рафика, увидел через открытую дверь, что внутри сидят трое, врач Бачило и два фельдшера Романецкий и Логинов. Один из них, Романецкий, закончил смену и должен был идти домой, а другие дежурили до утра. Так вот они разливали водку по стаканам.

Полковник слушал внимательно, а Иван пытался вспомнить, как же их зовут, но не получалось.

– Я сделал вид, что не заметил. Прошел мимо. А когда вернулся в машину за баллонами с закисью, боковая дверь той машины была уже закрыта.

– А почему ты уверен, что они разливали именно водку?

– Так этикетку было видно. Смирновская.

–Чудесно. – Полковник потер руки. – А говоришь, проверки не было. Вот! Это и была проверка.

– Почему вы так думаете?

– Уверен. Но прежде чем я докажу тебе это, ты сам вспомни и ответь. Кто из пивших водку потом попался тебе на глаза и был нетрезв?

– Никто.

– Вот именно. Тот, что ушел домой – бог с ним, а вот два человека продолжают дежурить пьяными. И никто на это не обратил внимания? А ты хоть кого-то из них видел потом ночью?

Иван вспомнил, что оба утром пришли на пятиминутку и вели себя абсолютно трезво.

– Вы правы. Утром они были трезвыми. Я не принюхивался, но, по–моему, от них даже не пахло. В закрытом пространстве конференц–зала выхлоп был бы заметен.

– Молодец! Они демонстративно распивали, а когда ты их увидел и ушел на склад, закрыли дверь в машину и стали ждать, что ты или диспетчера пришлешь или кого-то из дежурного начальства. Так?

– Да. – Признал Иван, – а я сделал вид, что не заметил.

– Вероятнее всего, в бутылке была не водка, Иван. Поздравляю, первую проверку ты прошел. Они конечно, не успокоятся, но интерес к тебе появился. Ты не сдал явных нарушителей трудовой дисциплины. А значит, что ты не стукач. Теперь жди более серьезных проверок. С каждым подобным случаем тебе начнут доверять все больше и больше. Но и раскрываться перед тобой тоже будут сильнее. Думаю, немалое значение окажет и ползущий за тобой слушок, что с прежней подстанции тебя выгнали за мухлеж с наркотиками. Уверен, что заведующий ваш, как ты его назвал, ЮАН, уже навел о тебе справки и знает истинную причину твоего ухода с прежней подстанции, но, несмотря на такой прокол с твоей стороны, согласился взять. Каково?

Иван пожал плечами. Отломил кусочек пирожного.

– Я подумал, что он больше заинтересован в работнике – мужчине и не придал значения слуху. Ведь доказательств у заведующей не было. Она выгнала меня только из-за подозрений.

Москвичов усмехнулся.

– Знаешь анекдот? Одна аристократическая семья приглашала периодически к себе друзей, и вдруг однажды не пригласила. Вот обиженный друг звонит хозяевам, и спрашивает: «В чем дело? Мы вас чем-то обидели?», «Нет, – отвечают хозяева, – после вашего визита у нас пропали серебряные вилки, и мы подумали на вас.», « Но мы не брали, – оскорбленно возразил друг, – как вы могли так подумать?!», «Да, знаем. Вилки потом нашлись», «Так в чем же дело? Нашлись же вилки!», «Ну и что, что нашлись? Осадок-то остался!».

Иван уже слышал этот анекдот, но из приличия не стал перебивать и даже посмеялся.

– Я понял.

– Вот и хорошо. – Москвичов допил коктейль. – Я пойду, надеюсь, тебе на пользу пойдет наш разговор. Но теперь мы увидимся нескоро. Чем больше к тебе будет доверия на подстанции, тем больше будет и внимания. А встречи со мной могут тебя сильно скомпрометировать. Поэтому не забывай отзваниваться. Времена настали жесткие, жизнь сильно подешевела. Будь осторожен, и на связь с докладом выходи, только когда будет точная информация по заданию.

Москвичов спросил счет и заплатил за обоих.

Оставшись один, Иван перебрал в уме беседу. Полковник не зря приезжал. Разговор действительно очень многое прояснил, а главное придал тонус. А то Иван заметил, что с каждым дежурством ему все меньше хотелось что–либо расследовать

Показать полностью
2

"Невидимка" Глава вторая, в которой Иван приезжает устраиваться в милицию, но все происходит совсем не так.

Когда Иван прибыл к тестю на службу, в кабинете у окна стоял незнакомый человек в штатском. Майское солнце засвечивало ему в спину, и лица Иван не видел, только черную фигуру и солнечный нимб непонятно какого цвета волос вокруг головы.

Тесть поднялся из-за стола, поприветствовал зятя, пожав руку, и представил:

– Знакомьтесь. Иван – мой зять, а это товарищ Моквичов – полковник из управления…

Полковник негромко кашлянул, и тесть оборвал себя на полуслове. Так что Иван не понял, о каком управлении идет речь.

Тесть смутился. Он что-то начал искать на столе, потом вдруг хлопнул Ивана по плечу и заторопился:

– Вот так, Иванко, вы тут погутарьте трохи, а я пойду… как вернусь, так все зробим.

Полковник не шелохнулся, и Иван по–прежнему не видел его лица.

Тесть удалился, и в кабинете повисла тишина.

Иван не помнил, поздоровался он, переступив порог кабинета или нет, поэтому решил поздороваться еще раз. Штатский полковник наклонил голову и скрипучим, каким-то наждачным голосом произнес:

– Доброе утро, Иван Витальевич. Присаживайтесь.

Иван подумал, зачем тут этот полковник? Просто поговорить о чем-то или перевербовать? Тестю, возможно, намекнули, что незачем наполнять свою контору родственниками, можно допустить, что Ивана предложили «купить», и тесть сторговался не без выгоды для себя. Очень хотелось догадаться заранее о том, что его ждет.

В милицейском мире Иван не разбирался абсолютно. Все его познания в уголовной работе ограничивались презумпцией невиновности и правом подозреваемого не свидетельствовать против себя. Зачем тестю могли предложить «продать» такую бестолочь, как Иван? Варианта два: первый – нужен не засвеченный человек и желательно свой, а второй – нужен медик. Первый вариант Иван отмел как совершенно глупый, если бы полковнику нужен был незнакомый, то вряд ли он согласился бы на персону без милицейского опыта. А значит, ему больше нужен медик. А какой Иван – медик? Со стажем в один год? Самоуверенности воз и маленькая телега, а знаний и опыта с гулькин нос. Значит, полковнику нужен не просто медик, а свой медик. Пусть и не очень опытный, но доверенный. Заинтересованный в службе, чтоб крепко сидел на крючке. А призыв в армию это еще тот крючок, не крючок, а крючище, якорь от линкора!

Полковник не спешил прерывать паузу. Он рассматривал Ивана, видимо сравнивал с фото в личном деле или тестировал, как физиономист. А может, просто использовал мудрость древнего востока: «пока слово не сказано, ты его хозяин, а как сказано – так стал его рабом».

Иван решил, что если начнет первым разговор, то неплохо бы произвести впечатление своим аналитическим умом. Но, уже открыв рот, вдруг вспомнил совет отца «на все случаи жизни»: чтобы ни происходило, никогда не выпендривайся, будь естественным, и люди к тебе потянутся.

– Не знаю, как к вам обращаться, товарищ полковник?

– А для чего? – спросил Москвичов и зачем-то посмотрел через окно во двор Управления. – Разве вам что-то от меня нужно?

Иван оценил чувство юмора. Или это такой психологический прием? Вероятно да. А зачем? Очевидно, что Москвичов тут не случайно оказался, что пришел именно из-за Ивана. А значит…

– Я полагаю, что нужно как раз вам, товарищ полковник, раз вы здесь и Степан Богданович оставил нас вдвоем, – спокойно произнес Иван, тоже отвернувшись от полковника, и принялся изучать плакат, на котором представлена полная разборка пистолета Макарова. – Я-то пришел к тестю, – Иван в последнее мгновение оборвал себя, не сообщив, зачем он пришел. Ведь полковник не спрашивал. Он и так видимо все знает. Потому добавил, – А вот вы, мне кажется, хотите поговорить со мной. Ведь так? Иначе, зачем бы тесть нас оставил наедине?

Полковник дернулся и принялся рассматривать Ивана, будто тот, возник перед ним из ниоткуда.

– Мне нравится разговаривать с умным человеком. – Все так же скрипуче произнес полковник. – Даже если у него фамилия – Тупицин.

– Это всего лишь фамилия, – ответил Иван. – За характеристику спасибо.

Он почему-то совсем не волновался. Перегорело за ночь. Вчера он, приехав от тестя, до глубокой ночи не мог уснуть. Сперва ему показалось, что он заснул, оказалось, что нет. Это было состояние похожее на транс, в котором переливались панические мысли одна другой сумбурнее: «Два года служить в милиции! Я же ни черта не знаю! Тесть обещал, что научит. Значит, все не так уж сложно. Ну не сложнее же медицины!? Ну, наверное, не сложнее. Освою. Должен освоить. Черт. Как же все это внезапно и неожиданно. Не люблю сюрпризы! А на что я рассчитывал? На то, что тесть, как маленького отведет в военкомат и попросит: « – Дяденька военком, не забирай Ваньку в армию, он муж моей Ксанки, и должен быть при ней!». Бред. Конечно, бред. А взять в опера милиции фельдшера скорой – не бред? Не знаю. Видимо, нет, раз тесть так уверен, что это можно и не слишком сложно…» Когда, наконец, уснул, Иван не заметил, но проснулся свежим и спокойным. И сейчас, сидя перед полковником, он тоже был спокоен.

– Я думаю, Иван Витальевич, что вы были бы неплохим космонавтом, если бы здоровье не подвело. И врач, возможно, тоже из вас будет очень хороший. Вы умеете думать, анализировать. Это редкое качество.

Полковник Москвичов, наконец, отошел от окна и сел напротив Ивана. Тот получил возможность изучить лицо нового знакомого.

– Так зачем я вам нужен, товарищ полковник? – Иван сдержал прерывающееся дыхание. Все–таки собеседнику удалось вызвать сумятицу в его голове, напомнив о старой еще детской мечте. А полковник, видимо заметив румянец на щеках собеседника, удовлетворенно, но совсем чуть–чуть, улыбнулся.

Облик Москвичова соответствовал и званию и месту службы. То есть, по внешности ясно было, что человек этот военный и облечен немалой властью. Видно также, что строгий стиль в виде черного костюма–двойки, остроносые до зеркального блеска начищенные черные полуботинки, идеальной белизны рубашка и неброский галстук с золотой заколкой ему также привычен, как и военная или милицейская форма.

«Кэгэбэшник? Типичный! Пижон – про таких говорил отец.», – подумал Иван.

Полковник, словно почитав его мысли, представился:

– Я начальник шестого управления Московского уголовного розыска. Занимаюсь борьбой с организованной преступностью. Случайно узнал, что за вас управлении кадров ГУВД хлопотал ваш родственник – подполковник Пасюк-Пивторацкий. Чтобы у вас не возникло вопроса, как я узнал, что вы сегодня будете здесь.

Иван сглотнул, и прикинул в уме, что этот полковник занимает генеральскую должность. Но ясности эта мысль не добавила, однако повысила самооценку. «Все–таки, зачем ему – такому важному начальнику понадобился такой салага, как я?» – подумал Иван. Спросить он не успел, потому что полковник продолжил: – Вам известны случаи нападения наркоманов на бригады скорой помощи?

Иван кивнул.

– Прошу отвечать: да или нет. – Приказал Москвичов, – вам это понятно?

– Да, – голос Ивана осип от волнения.

– Прекрасно. Итак, вы знаете, что участились случаи нападения на медиков с целью отбора имеющихся у них наркотиков?


Полковник несколько минут молча смотрел в лицо Ивану, словно не решаясь, продолжать разговор или нет?

– Вот что, Иван Витальевич, планы ваши предлагаю поменять. Вы переходите работать на эту подозрительную подстанцию и становитесь моими ушами и глазами, а я договариваюсь с военкоматом, и они о вас на годик или два забывают. А может быть и совсем.

Иван чуть не выпалил «ДА!», но вовремя притормозил. Как это перейти на другую подстанцию? Тут он прижился–сдружился. Ребята уже свои в доску. Ну, может, не совсем еще свои, все–таки никто не стал с ним меняться дежурствами. Но он уже привык к людям и люди, кажется, привыкли к нему.

Полковник Москвичов заметил сомнение, отразившееся на лице Ивана.

– Есть проблема?

– Ну, я не знаю, – попытался объяснить свои мысли Иван. – Отсрочка от армии, конечно, нужна, а насчет перевода. Как вы это себе представляете? Работаю я нормально, замечаний нет, и вдруг раз – и перевелся? С чего вдруг?

Иван не то чтобы не хотел никуда переходить, он понимал, что полковник ясно дал понять: «мне нужны там глаза и уши». Значит, переводиться нужно, но под каким предлогом? Это действительно, задача непростая. В первую очередь тем, что на новом месте работы спросят – и не его, Ивана, а тех, от кого он ушел. И что скажут те? Мол ни с того ни с сего?! Это подозрительно.

Почувствовал ли полковник сомнения Ивана?

Иван понимал, что его сейчас вербовали как агента и поэтому молчал, лихорадочно обдумывая, что для него все–таки выгоднее, стать «органами чувств» полковника или перейти под крыло к тестю? Второй вариант представлялся более теплым, хотя и каким-то дебильным. Во–первых, потому что как опер, он не то что ноль, а ноль со знаком минус, а во–вторых, все в управлении будут знать, что этот «Ваня–дурачок» еще и от армии таким образом косит. Уважения среди «коллег» такое мнение не прибавит. Скорее наоборот. Нет, это стыдно. А сейчас, когда Москвичов намекнул, что можно реально послужить на благо Родине и при этом не менять род деятельности, стало особенно стыдно прятаться за могучей фигурой тестя.

С другой стороны, Москвичов должен понимать, что Ивану как агенту нужна легенда и простого каприза для перевода на другую подстанцию, в другой район Москвы, мало. Нужен более веский мотив. Иван обратился:

– Товарищ полковник. У меня два вопроса. Можно?

– Конечно. Спрашивайте.

– Первое, как вы отмотаете меня от военкомата? Я верю, что это может быть несложно, но интересно – как? И, второй, если вы меня вербуете как агента, при этом, я, кроме того, что меня призвали в армию, ничем больше вам не могу быть обязанным, а учитывая то обстоятельство, что тесть мой тоже может отмотать, то, как говорят в Одессе: «Шо мне с этого будет?». В смысле, какая выгода от службы именно на вас?

Полковник прищурился. Шкурный интерес Ивана был ему понятен, но он что-то еще почувствовал в вопросе. Неискренность Иванову? Надуманный интерес. Он хотел возразить что-то, но Иван дал понять, что не закончил речь:

– Только, пожалуйста, не надо взывать к моему патриотизму и чувству долга. Да, я был и пионером и комсомольцем и отлично понимаю, как важна борьба с организованной преступностью, но все–таки наркоманы никого ведь не убили, только коробки с наркотиками отбирают. Ну, рано или поздно вы их и без меня поймаете. Так ведь? И кстати, разве пара или даже тройка наркоманов это банда, мафия? Или я чего-то не понимаю? Тесть говорил, что наркоманами занимается… – Иван припомнил, – Антидурь !

Москвичов вернул лицу холодную бесстрастность и ответил:

– Ну, тогда по порядку. Во–первых, несколько человек в первых эпизодах пострадали от ножевых ран, а один доктор погиб, а во–вторых, этих отмороженных больше чем двое или трое, и мы не знаем точно сколько. Так что все эпизоды квалифицируются как разбой с целью отъема наркотиков. Но все–таки разбой. Раз случаи систематические, значит преступность организованная и «Антидурь» – этим делом занимается постольку–поскольку, их задача доказать либо причастность самих медиков к факту утраты наркотиков либо непричастность. А вот искать злодеев должны мы – МУР. Сейчас фотороботы есть только на двоих бандитов, а судя по последним эпизодам, они стали нападать в сумерках и лыжных шапках, зарывающих лица. – Он положил перед Иваном два больших листа с фотороботами преступников. Запомни их, обрати внимание на детали. Форму лица, носа, глубину посадки глаз и морщины. Все свидетели давали свои описания, потом на ЭВМ мы создали математическую модель этих лиц. Увидишь этих людей просто на улице, сообщи ближайшему сотруднику милиции. Сам не лезь. Они вооружены наверняка ножами, заточками, а могут и огнестрельным оружием.

Во–вторых, я ведь не вслепую обратился, а навел кое–какие справки и ознакомился с личным делом пионера и комсомольца Тупицина, которому не может быть безразлична ситуация в Москве с разгулом преступности и в частности в отношении его коллег. Ведь так?

Иван, забывшись снова кивнул, внимательно рассматривая рисунки. Лица напоминали фотографии, но было в них что-то неживое. И что его удивило, они совсем не походили на привычные «карандашные» рисунки со стендов «Их разыскивает милиция».

– Необычные фотороботы, – произнес он, возвращая листы и увидел, что ни под рисунками, ни на обороте не описаны характеристики преступников, рост, возраст, особые приметы в виде родинок, шрамов и татуировок. Ничего детального вообще.

– Молодец, обратил внимание. Это новейшая методика. Разработка НИИ криминалистики. Такие картинки позволяют легче опознать человека. К сожалению, кроме лиц и роста этих ублюдков ничего нет, – полковник убрал рисунки и продолжил: – Но это еще не все. На той подстанции происходит еще что-то, что без медицинского образования, например мне, понять невозможно. И нужен для этого хотя бы фельдшер.

Иван смотрел, как Москвичов убирает заявления, в уме перебрал еще раз, о чем они только что поговорили? Вышло, что за полчаса Ивана завербовали в секретные агенты милиции, он продолжает работать фельдшером и не идет в армию. Вроде бы все хорошо. Иван примерил ситуацию на своего любимого героя Олега Кошевого, а как бы он оценил все происшедшее, если бы ему поступило такое вот предложение? По всему выходило, что комсомолец и молодогвардеец Кошевой с радостью согласился бы на подобную работу. Но что-то подсознательно тревожило. Страха не было, скорее волнение.

Он поднялся.

– Товарищ полковник, я могу идти?

– Нет. – Довольно резко ответил Москвичов. – Пока вы, агент Тупицин идти никуда не можете.

– Почему?

– Потому что сейчас вы еще раз кратко изложите мне суть задания по пунктам, я должен убедиться, что вы все поняли правильно. И дождетесь своего тестя, вы ведь к нему приехали? Вот и пообщайтесь. Итак, докладывайте!

Иван принялся загибать пальцы.

– Перевестись на подстанцию, выяснить, кто из сотрудников связан с наркоманами, нападавшими на врачей с целью похищения наркотиков? Разузнать еще, что можно по загадочным смертям мужчин. Быть вашими глазами и ушами на подстанции.

– Да. Именно так. Через неделю встретимся, доложишь об успехах и напишешь отчет. Вопросы есть?

– Пока нет.

Иван впервые увидел, как Москвичов улыбается.

Полковник посоветовал:

– Иван, хоть вы и не на военной службе, но приучайтесь отвечать точно и конкретно. Это пригодится вам. И не будет двусмысленности в разговоре с начальством. То есть со мной. Я сейчас уйду, а вы дождитесь тестя, скажете, что в вашем трудоустройстве нет необходимости, и так далее, не буду повторяться. Да, и еще совет: никогда ничего не записывайте, только запоминайте. Обязательно с привязкой ко времени и месту. Как можно точнее. Носите часы обычные, на ремешке. И тренируйте память. Важное качество разведчика и контрразведчика. Кстати, перечитайте «Щит и меч», изучайте эту книгу, там много дельных советов, по тому как себя вести агенту и как правильно оценивать обстановку во вражеском окружении. И еще: ведите себя так, будто мы ни о чем с вами не говорили. Понятно?

– Да, – ответил Иван, – я все понял. «Птица Говорун отличается умом и сообразительностью».

– Что? – не понял Москвичов, – какая птица?

– Это шутка, товарищ полковник, цитата из мультфильма «Тайна третьей планеты». Кстати, мне всегда к вам обращаться только так? Или можно по имени–отчеству?

– А ты знаешь, как меня зовут?

– Не хочу угадывать. А, Вэ?

Москвичов еще раз улыбнулся. Одними губами. Глаза остались серые, колючие, очень внимательные.

– Артем Викторович. Через два дня жду сообщение по каналу ноль девять. Что скажешь?

– Абонент Кислород. Для вас ничего не видел.

– Молодец, «Птица Говорун»! Вот еще что, на всякий случай запомни, что если «Кислород» фигурирует в личном деле как твой официальный позывной, «птица Говорун» будет нашим секретным паролем. Если придет человек от меня, он должен тебя не только спросить о «покупке кислорода в аптеке», но и обратится к тебе с этим именем. Понял? Если не скажет, даже если он назовет твой позывной – этот человек не от меня. Но он или его куратор видел твое личное дело и хочет тебя использовать. Постарайся мне сообщить об этом контакте как можно скорее.

– А то что?

– Ничего, Иван, я должен знать, кто собирается воспользоваться моим секретным агентом. До связи со мной, постарайся с этим человеком особенно не откровенничать, и лучше сделай вид, что ты его не понимаешь.

Иван промолчал, потому что от последних слов Москвичова его продрал мороз по спине, и он на секунду пожалел, что ввязался в эту, как ему теперь казалось, дикую авантюру.

Иван остался один. Предстояло тестя убедить теперь, что его зятю уже нет необходимости становится опером.

Ждать почти не пришлось. Видимо, подполковник находился в дежурной части и увидел уходившего Москвичова. Потому что в кабинете своем появился через пару минут.

– Га! – зашумел тесть. – Ты тут!? Ну, шо?

– Все нормально, – ответил Иван, – Он расспрашивал про сотрудников с подстанции, кто может воровать наркотики.

– А ты шо?

– А шо я? – удивился Иван, – Я шо – стукач? Никого не могу подозревать. Вот чтобы явно кто-то воровал. А если тайно крадут, то кого подозревать? Мое дело маленькое, принял коробку, ампулы пересчитал, осмотрел и так же сдал. Полчаса мытарил меня. Спрашивал еще, зачем я к вам приехал.

– А ты шо? – повторил тесть.

– А я так и сказал, вот повестка, хочу в милиции служить вместо армии.

– Прямо так и казав? «Хочу в мылиции»? – тесть пальцем выдавил скупую слезу.

– Ну да. Как вы предложили, опером.

– А вин шо?

– А шо… говорит, шо нет необходимости. Мол, служба и опасна и трудна, а главное, что на первый взгляд, как будто не видна. Ну и главное, что я один кормилец в семье, типа, и надо, говорит, съездить в военкомат и подать заявление об отсрочке. Мол, там не звери – поймут, простят и отпустЯт.

– Це добре. Но, может, ты мне все же напишешь заявление? – тесть явно расстроился, что Иван не хочет у него служить. – Под моим-то крылышком никакой опасности. Как у бога за пазухой!

– Спасибо, Степан Богданович! Но я все–таки медик, а не мент, извините за жаргон. Людей хочу лечить.

– Ну, нехай, – смирился тесть. – А сейчас до военкома?

– Да, – Иван пошел к выходу. Он старался не думать об убедительности своих слов, тогда голос не дрогнет, – надо успеть заявление подать. Вот если его не примут, я вернусь к вам и буду проситься в опера.

Показать полностью
10

"Невидимка" Глава 1. В которой фельдшер скорой помощи Иван Тупицин получает повестку в армию, а тесть предлагает пойти служить в милицию.

1 глава рассказа Невидимка. Залито сюда по разрешению автора. Тесть мой тег "моё"

Иван в панике примчался к тестю.

Вот только призыва в армию ему сейчас не хватало для полного счастья!

Вернувшись домой, после суточного дежурства, он нашел в почтовом ящике повестку! Военкомат неожиданно вспомнил о нем.

Отца похоронили месяц назад. Жена с годовалым сыном уехала в деревню под Черновцы. Он рассчитывал за три летних месяца подкопить деньжат, работая на полторы ставки. А тут, на тебе – повестка! Извольте послужить!

Какая сейчас Ивану армия?! Военкомат и так устроил нежданную «отсрочку» на год, потому что при переезде потеряли документы некготорых призывников и Ивановы. Вот, теперь их, видимо, нашли и решили, что без фельдшера Ивана Тупицина российская армия никак не справится с потенциальным противником.

Только вот где он? Америка и Европа теперь лучшие друзья России, а все ракеты, как пообещал нетрезвый президент, с трудом ворочая языком, нацелены в никуда.

Ельцин обнимается с Клинтоном и называет его лучшим другом, а Клинтон откровенно ржет над ним.

Тесть допил пиво, отрыгнулся, вытер пальцами набежавшую слезу. Сев напротив Ивана, поглядел в его остекленевшие от бессонной ночи глаза.

– Могу я твоему горю помочь.

Иван поднял взор на тестя, который говорил с сильным украинским акцентом.

– Помогите, Степан Богданович, – тускло и безнадежно проговорил он. – Я не уклонист, и бегать не стану. Но сейчас уйти в армию – очень не хочется.


Пять лет назад майора милиции Пасюк–Пивторацкого после окончания академии МВД перевели из Харьковского управления внутренних дел заместителем начальника РУВД в Москву. Должность эта была временная, потому что ждал тесть обещанного местечка на Петровке 38 с повышением в звании, однако, как известно, не бывает ничего более постоянного, чем что-нибудь временное. Все обещания испарились в один день.

СССР вдруг не стало, места в МУРе тоже пропали, а тесть так и завис на должности заместителя начальника РУВД.

Земляки, занимавшие высокие посты в ГУВД и Министерстве, вызвавшие его в столицу, пообещавшие и должность, и звание, постарались сдержать обещание хоть частично – тесть стал подполковником. Но его начальник освобождать свое место не спешил.

– Помогу, – повторил тесть. – Не так, как ты думаешь, Ваня, но помогу.

– А как? – безнадежно спросил Иван.

– Завтра утречком, побрейся, умойся, причешись, оденься и с дипломом и прочими документами своими приезжай ко мне на службу. Возьму тебя в своем районе опером.

Вот это номер!

От такого предложения Иван даже удивиться не сумел, настолько абсурдным показалось это предложение.

– Но я же – медик, – напомнил Иван.

– И шо? – Тесть рассмеялся. – Я шо, не знаю? Ты медучилище закончил после десятилетки?

– Да.

– Училище твое какое образование дает?

– Среднее специальное, – не меняя интонации, ответил Иван, – медицинское.

Тесть от этого уточнения отмахнулся.

– Ну, вот и все, зятек, не парься. Это моя забота дальше. С кадрами я улажу ситуацию, у меня там есть земляки – помогут. Курсы тебе устроим, заочные. А с военкоматом договоримся.

– Хорошо.

На эмоции и возражения у Ивана уже не было сил. Все происходило словно во сне. И сон этот, как начался еще утром, так и тянется. Просыпаться Ивану не хотелось, а хотелось, наконец, выспаться.

– Ну, вот и добре! – тесть откупорил вторую бутылку Оболони. – Я об этой ситуации давно уже думал. Дуже я волновался, шо тебя загребут, и надумал. А вот и ситуация!

Тесть очень любит это слово – «ситуация», он его выговаривает как-то особенно, от чего его украинский акцент приобретает особенную окраску, а слово представляется невероятно важным. Ивану сразу приходят на ум фильмы «Вечера на хуторе близ Диканьки» и «За двумя зайцами». Потому что на тестево «г» вспоминается фраза Прони Панкратовны: «Шо ты гакаешь? Не гакай!» и толстый Пацюк, который ел галушки со сметаной, не прикасаясь к ним руками. Тесть очень похож на этого артиста . За пять лет службы в Москве его акцент нисколько не уменьшился. Порой Ивану казалось, что тесть нарочно бережет свое особенное произношение, как бы выставляет его напоказ, разговаривая на невероятной смеси украинского и русского. Иван не мог определиться нравится ему это или нет, но звучало прикольно и иногда очень смешно. А разговаривая с тестем, Иван представлял, как тот говорит:

- Коли нужен чорт, так и ступай к чорту!


В училище среди двух десятков девушек – сверстниц Иван растерялся. Срабатывал комплекс девственника. Он заводил дружбу, встречался, но в последний момент, когда девушка была уже готова дать принципиальное согласие на интим, Иван вдруг обрывал отношения. Так, наверное, вышло бы и с миленькой и очень красивой Оксаной Пасюк–Пивторацкой. Но, как оказалось, украинская «гарна дивчина» на предмет Ивана имела собственные виды. Целомудренный, интеллигентный москвич – где сейчас найдешь такого?

Они гуляли по Москве, целовались в скверах и в кинотеатрах, а когда Оксана однажды пригласила Ивана к себе, намекнув, что родителей не будет допоздна, тот сбежал. Он так перепугался, что пришел в себя только, когда влетел в вагон метро.

Смеялась девушка или расстроилась, Иван не знал, но сдаваться она явно не собиралась.

А ему в тот момент стало очень стыдно и страшно. С Оксаной он учится в одной группе, через два дня начинался учебный год. Они же непременно встретятся на занятиях. Как ему быть? Как посмотреть ей в глаза? Она же наверняка расскажет об Ивановом позоре девчонкам!

Опасения его не подтвердились. Может быть, другая и отомстила бы Ивану, опозорив его, но Оксана никому ничего не сообщила. Она вообще сделала вид, что с Иваном после каникул встретилась только сейчас – первого сентября. А позора два дня назад будто бы и не было совсем. Или он был, но только лишь в воображении Ивана, как в кошмарном сне.

Иван же действительно пребывал в состоянии дежа-вю. Была у него встреча с Оксаной или ему приснилось? Он смутно помнил жаркое прерывистое дыхание, прикосновение ее грудей через обтягивающую маечку, к его груди, губ к губам, жар ее тела и огонь в Ивановых ладонях, которые она положила себе на бедра, от которых словно искрило высоким напряжением. Наверное, это было во сне Ивана, мечта, такая яркая, что сохранилась в памяти будто явь.

В группе девчонки предложили собраться на квартире и отметить первое сентября. И позвали единственного парня. Иван согласился, не подозревая, что задумали одногруппницы. Наивно подумал он, что в большой компании все будет довольно пристойно.

Коварный план девчонок удался лишь наполовину. Напоить они его напоили, но в последний момент все скисли. Куража хватило лишь на то, чтобы раздеть пьяного в хлам парня до трусов.

Заводила Оксана объявила подругам, что любит Ивана. Она потребовала помочь отнести парня в комнату и утром проснулась в его объятиях.

Иван же ничего не помнил. Было? Не было? Как это было? Но Оксана уже на трезвую голову закрепила обращение Ивана из юноши в мужчину, и он уверился – все было. Теперь уже точно. Он боялся спросить, почему она так смело поступила. А она, почувствовав его недоумение, поцеловала и прошептала:

– Ты же боягуз , Ванька. Ну, скольки я могла чекать?

– Что? – не понял Иван.

– Ждать, – перевела Оксана, а вот слово «боягуз» переводить не стала.

Два месяца они встречались, и Иван закреплял и совершенствовал свое мужское естество. И если после первого секса, он несколько дней пребывал в недоумении, потому что ждал чего-то большего, а оказалось все как-то очень банально. То постепенно разочарование сменилось пониманием, и он вошел во вкус, начал разбираться и получать удовольствие. О том, чтобы расширить сексуальный опыт с другими девушками, он и думать не хотел. Воспитание не позволяло. То, что Оксана не девственницей с ним вступила в отношения, его абсолютно не беспокоило. Он вообще не думал об этом, наивно полагая, что этот момент случился тогда, в его опьяненном состоянии, а спросить постеснялся.

В ноябре Оксана объявила:

– Я беременна!

На четвертом курсе в медучилище перед госпрактикой идет гинекология. Посещая абортарий, Иван решил, что Оксана обязательно должна родить! Никаких абортов он никогда не допустит! Тошнотворнее и ужаснее процедуры он представить себе не мог. Особенно его поразили женщины, идущие на аборт. Как те, что впервые, так и опытные. Что его в них поразило? Взгляд, поведение? Он видел и понимал, что они сами себя словно приговорили к вечному искуплению.

И опять Иван решил, что это он виноват. И в беременности Оксаны и в том, что эти женщины пришли сюда и сидят, теребя в руках пеленки, переживают и облизывают сухие губы. Он очень крепко запомнил эти взгляды обреченности и жажду. Ощущение вины не отпускало. Хотелось ему просить прощения за всех. Хотя умом понимал, что не виноват, и в тоже время виноват, как представитель всего мужского сословия, мужчин, которым не хватило ума и ответственности не подставлять любимых женщин.

От хруста, издаваемого кюреткой, выскребающей полость матки, у него поднималось тошнотная волна, как и от вида частей тела когда-то живого человечка, извлеченных из банки отсоса, куда с хлюпаньем вылетали оторванные фрагменты. Преподавателя гинекологии, которая спокойно показывала девушкам – «вот, смотрите, что осталось от эмбриона! А это могло бы стать человеком», Иван возненавидел.


Чтобы сделать официальное предложение невесте он надел выпускной школьный костюм, потому что лучшего не было. Причесался, купил два букета: розы теще, белые лилии Оксане, торт «Киевский» и, приехал к Пасюк-Пивторацким, как кузнец Вакула к Чубу. «Батька, отдай за меня Оксану!»

Оксана с радостью согласилась выйти замуж. Потом молодые съездили к родителям Ивана. Вся жизнь казалась простой и очевидной.

Встреча кумовьев прошла особенно радушно и тепло. Посидели, выпили, закусили и благословили молодых на брак. Отец с мамой пели: «Комсомольцы-добровольцы», и «Бригантина поднимает паруса», а тесть с тещей: «Ночь яка мисячна» и «Тыж мене пидманула». Такая вот дружба народов.

В декабре расписались, сыграли не шумную Московскую свадьбу, ибо в магазинах было шаром покати и водка по талонам. Только под свадьбу по справке из ЗАГСа удалось кое–что раздобыть, а отцу по линии месткома принесли большой заказ с икрой, коньяком, сервелатом, да тестю родственники подвезли сала свежего, самогонки в канистре, жареной домашней колбасы с чесноком и несколько килограммов копченой деревенской ветчины.

Иван не искал ничьей вины, в том, что учеба в институте опять откладывалась как минимум еще на год или два. Если кого и винить, так только себя. Так уж опять сложились обстоятельства. Оксана ему нравилась, он даже считал, что любит ее, принимая врожденную ответственность и симпатию за любовь. В его отношении к Оксане не было страсти или привязанности, вряд ли, что он согласился бы ради жизни с ней чем-то пожертвовать, только подчиняясь влечению или капризу. Нет, он просто ответственный и серьезный человек. А еще он не мог пойти на предательство. Отказ от Оксаны он считал предательством. Он привык, чтобы ему верили, потому что сам верил людям, которые ему симпатичны.


Судьба на этом не успокоилась. Оставив Ивана женатым в ожидании ребенка, она уже давно взялась за Иванова отца и теперь добивала его. Сперва она явилась в стране в виде генерального секретаря КПСС Михаила Горбачева. Который, как говорил отец, на деле оказался трусливым дураком-подкаблучником, трепачом и привел коммунистическую партию к развалу и огромную страну к кризису. Он ходил по комнате с томиком Пушкина и цитировал:

– Властитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда, нечаянно пригретый славой, над нами властвовал тогда! Мать! Это же о Горбачеве! Пушкин точно знал! Гениальный поэт и пророк. – Но ему было совсем не весело.

Второй удар по сердцу отца состоялся в виде появления в Москве первого секретаря МГК КПСС Бориса Ельцина, который начал в политической борьбе активно «тянуть одеяло на себя» и зарабатывать очки популярности у народа, добившись, в конце концов, того, что его выгнали из коммунистической партии, зато потом, после череды инсценировок покушений, избрали сперва депутатом в Верховный совет, а потом и на пост президента РСФСР.

– Да какой он президент?! – кричал отец, – резидент он, а не президент!

Третий удар – ГКЧП с девятнадцатого по двадцать второе августа девяносто первого года, и, наконец, «контрольный выстрел в голову», Беловежское соглашение через неделю после свадьбы Ивана и Оксаны.

Иван впервые видел, как отец плакал, когда объявили о подписании соглашения.

СССР как величайшее государство мира прекратил свое существование. О чем первым делом и доложил президент России Борис Ельцин президенту США Джорджу Бушу . Вроде как «Ваше задание выполнено, господин президент, агент Ельцин стрельбу закончил!». Процесс развала страны, начатый М.С. Горбачевым, Б.Н. Ельцин довел до завершения.

Он добился того, о чем мечтал – полной власти в стране, устранив конкурента в лице М.С. Горбачева, метившего на должность президента «содружества союзных республик», как могла бы называться страна, и предоставив своей семье и всем ее друзьям беззастенчиво разворовывать Россию, окончательно рушить ее экономику, превращая некогда могучее государство в «страну–бензоколонку», энергетический и сырьевой придаток Америки и Европы.
Автор: Андрей Звонков

Показать полностью
-3

НЕВИДИМКА "От автора"

Книги Книги Книги. Писательство. Тесть давно начал увлекаться этим делом как перестал быть начальником СМП. Я все думал как бы показать его творчество миру. Потом перестал думать и просто взял у него еще толком не вышедшую книгу. Тесть мой поэтому ТЕГ "моё" присутствует.


Весь он будто сошел со страниц журналов «Профиль» или «Деньги». У меня этот пациент вызывал невольное уважение и симпатию, а у медсестры, по самым скромным оценкам, восхищение переходящее в преклонение.

Наблюдая, я подумал, что спроси этот мужчина, «чем она занята сегодня вечером?», и она ответит: «Исключительно вами, как и все другие вечера»!

В его манерах немного сквозили некоторое пижонство и самолюбование, на что нам указал весьма любопытный поступок. Когда медсестра попросила закатать повыше рукав белоснежной рубашки, и прикрыла ее пеленкой, он спросил:

– Зачем это?

– Чтобы кровью не забрызгать, – объяснил я. – Такое иногда случается во время пункции вены.

Он же встал с кушетки и снял рубашку, обнажив до пояса загорелую мускулистую фигуру с массивным золотым православным крестом, висящим на цепи очень красивого плетения. Я не специалист в ювелирных изделиях, но и моего непритязательного опыта хватило, чтобы понять, что крест этот и цепь тоже стоили больше тысячи евро, и на характерную «братковскую голду» совсем не походили, слишком уж филигранно выполнил эту работу неизвестный мастер. Мне показалось, что такой крест невозможно носить ради одних лишь понтов, или хвастовства. Нет. В этом символе веры была заметна внутренняя, абсолютно искренняя, как бы из самого сердца, но отнюдь не фанатичная или демонстративная любовь к Богу, которую исповедовали и неизвестный мастер и владелец креста. Это произведение искусства хотелось взять в руки и любоваться.

Увидав обнаженный мускулистый торс, медсестричка моя разволновалась, руки ее задрожали, она извинилась и поспешно удалилась из процедурной. Так, что мне пришлось самому устанавливать внутривенный катетер. Пациент будто и не заметил своего влияния на неокрепшую женскую впечатлительность.

И сейчас, спустя месяцы, я отмечаю еще одну любопытную особенность, я хорошо помню его внешний вид, но не возьмусь описать его лицо, так будто бы его костюм, часы и крест были надеты на тело невидимки. Это мое ощущение возникло только сейчас, когда я начал работать над книгой, а в тот момент ничего подобного не замечал.

Пациент заявил:

– Вы можете не согласиться со мной, доктор, но я знаю точно, что в России были люди, которые готовили это событие практически сразу после подписания Беловежского соглашения в декабре девяносто первого года. Не стану утверждать, что они действовали по какому-то плану, но всегда в средних слоях спецслужб были и есть люди, которые после развала Союза хотели восстановить территориальную целостность России хотя бы частично и в первую очередь вернуть Крым. Такие люди сохранились и в бывших союзных республиках. Те, кто хорошо помнит жизнь в большой и дружной стране и ностальгирует о ней, не поддаваясь на враньё о коммунистическом режиме.

– Как такое возможно? – действительно не поверил я. – Ведь до начала нулевых царила полная вакханалия и разгул криминала! А идея насчет возрождения СССР, это было тогда вообще немыслимо. Все бывшие начальники ставили себе в заслугу его развал.

Признаюсь, слова пациента меня повергли в шок.

Еще и потому, что его внешний вид абсолютно не вязался с ними. И снова я подумал: «Кто же он»?

– А вот как это было возможно, то непростая история, – пациент говорил не спеша, обдумывая каждую фразу. – Я могу вам рассказать некоторые факты. Вы мне представляетесь весьма умным человеком и если захотите, потом сами найдете подтверждение моим словам. Но прежде чем рассказывать, я хочу спросить. Что вы знаете о слове сексот? С чем оно ассоциируется для вас?

– Стукач, – молниеносно ответил я, – доносчик, провокатор, плохой человек. Одним словом – редиска.

Его, кажется, совсем не задели мое определение и шутка.

– Это не совсем верно, – серьезно ответил пациент, – Позвольте мне объяснить. Сексот, это сокращение от словосочетания – секретный сотрудник. По сути, это агент – собиратель информации. Для внешней разведки используется слово шпион или разведчик, а для внутренней – контрразведчик или просто агент.

Мужчина говорил спокойно, словно читал лекцию.

– Сексоты были во все времена и при всех властях. Иногда на службе, иногда в них превращались добропорядочные граждане, вдруг выкрикивающие: «Слово и дело!».

Очевидно, что среди этих людей немало подонков, которые собирают важные сведения среди таких же как они преступников или бандитов. Их держат на службе, и они пользуются свободой, только потому, что на них у спецслужб есть компромат, а они дали согласие работать на органы совсем не по доброй воле. Этот контингент сексотов, кстати, имеет самую низкую эффективность. Потому что предавшие однажды, предадут и потом, а сообщенная ими информация обычно требует перепроверки, как вы понимаете, это сильно снижает ее в цене и самих сексотов.

Иногда они провоцируют курирующих силовиков на устранение неугодных им людей. Я не имею ввиду обязательно убийство, это может быть задержание или заключении в тюрьму или утрата доверия. Донос это весьма действенный инструмент сексота. В общем, повторю, многие из них, действительно, подонки.

Немало и людей, собирающих информацию ради карьеры или денег, но к этим доверия тоже мало, потому что таких легко перекупить. Надеяться на их стойкость и ответственность нельзя. Продавшись раз, продадутся и в другой. Молчать, как партизаны в случае разоблачения они тоже не станут, а попытаются любой ценой выторговать себе жизнь.

Но есть люди идейные, бессребреники, которые не ищут личной выгоды. Они собирают информацию и доносят руководству из соображений патриотизма и беспокойства о Родине. На контакт с органами правосудия и следствия эти люди идут добровольно и весьма охотно. Таких, правда, очень мало, но они представляют для спецслужб особую ценность . Поэтому их берегут. Периодически их направляют на учебу и тренировки. Поддерживают в карьерном росте и стараются не терять. Иногда, в случае провала, если сексот выживает, его забирают в штат и обучают уже на оперативного сотрудника. Часто эти люди делают карьеру в качестве контразведчиков или сотрудников внутренних органов.

Добавлю еще, и это самое важное в работе всех сексотов, что до девяноста процентов терактов в стране и других масштабных преступлений, включая экономические, предотвращается именно благодаря таким агентам и добытой ими информации.

Бывает, что сексот внедряется в ОПГ и способствует ее раскрытию и уничтожению, такого агента называют – «крот» и, как правило, это очень хорошо подготовленный работник, не требующий непрерывного контроля, а имеющий право на самостоятельные решения.

Я слушал его, пытаясь понять, откуда этот человек так хорошо знает всю сферу секретной службы, но понимал, что спрашивать об этом не имеет смысла. Очевидно, что кроме физиологических «шлаков и золы», ему хотелось избавиться и от «золы» душевной.


.– События, о которых я расскажу, показывают значение утечки информации и деятельность секретных информаторов, и вы поймете, как они породили предпосылки для создания той силы, которую сейчас имеет Россия и некоторые подразделения которой назвали «Зелеными человечками» или «Вежливыми людьми». Понимаете? Если бы не было одного, не возникло бы и другого.

– Это называется детерминизм, – согласился я, – или взаимосвязь событий. Ее еще называют «эффектом бабочки», из-за рассказа Рэя Бредбери.

– А вы неплохо разбираетесь в философии, – одобрительно заметил пациент. – Да, но не всем и не всегда удается последить цепочку. Бредбери ведь ее не расписал. Вот раздавленная бабочка в эпоху динозавров, а вот результаты выборов в наши дни.

– А вы ее проследили?

– Скажем так, – уклонился он от прямого ответа, – мне ее показали, как покажу ее вам я. Самостоятельно раскопать такие длинные цепи могут лишь очень сильные аналитики или группы этих специалистов, обладающие огромным массивом архивной и текущей информации и компьютерами со специальной программой. Поэтому, я вам просто расскажу историю молодого человека, который случайно прикоснулся к тем событиям, которые спустя два десятилетия породили эти.

– Дело было давнее? – поддержал я разговор.

– Ну да, начало девяностых. Помните те времена?

– Еще бы! Я вообще не понимаю, как мне удалось остаться врачом. – Признался я. – многие мои коллеги потеряли профессию медика или с трудом вернулись только в двухтысячных.

– Коммерция? Такси? – догадался собеседник.

– Да всякое бывало. И в бизнесе себя попробовал, да вовремя одумался, потому что не мое это, и извозом занимался. Но вот, совсем из медицины уйти решимости не хватило.

– Тогда вы меня правильно поймете. Тем более, что главный персонаж истории – ваш коллега, тоже медик. И события в основе своей крутятся вокруг скорой помощи. Если я какие-то термины неправильно употреблю, извините заранее.


– Что же послужило «бабочкой»? – спросил я, заполняя по ходу разговора процедурный лист и протоколы работы специальных приборов, очищающих кровь нашего пациента. – Ведь по закону жанра, это должно быть какое-то совершенно незначительное событие, вроде брошенного мимо урны окурка, – я принялся развивать сюжет. – Человек, прохожий остановился, наклонился, чтобы убрать мусор, на него налетел велосипедист, который не ожидал, что перед ним внезапно возникнет препятствие в виде задницы неизвестного, он падает, разбивается флакон с лекарством, которое велосипедист вез для больного человека… и так далее.

– Вы правы, – пациент улыбнулся, в ответ на приведенный мной пример детерминизма, – таким событием стала обычная повестка из райвоенкомата.

Автор: Андрей Звонков

Показать полностью
45

Пост великой просьбы и скорби (шутка)

Итак ребята из Санкт-Петербурга, так получилось, что остался без работы, но нужно уезжать 18 сентября из Петербурга в другой город. А теперь уважаемые знатоки, внимание вопрос, может быть у элиты сея Пикабу найдется подработка для парня 26 годов. Что входит в мою комплектацию. Отличное знание ПК, периферии, умение ремонтировать ноутбуки, оргтехнику (правда пока только модульный ремонт). Но буду рад любой подработке вплоть до "копай отсюда и до утра". Комментарии для минусов традиционно будут. Всем добра и котов. (кота нет вот вам собака в одеяле). Мое мыло для связи pixeleightbit@yandex.ru

Пост великой просьбы и скорби (шутка) Работа, Санкт-Петербург, Г Санкт-Петербург, Подработка, Помощь, Лига Добра, Собака
17

Не проведем Новый Год в одиночку. СПБ.

Доброго времени суток уважаемые пикабушники. Так вышло, что в этом году справляю Новый год один в большой квартире. Итак, если среди вас есть смелые, решительные, ничего не делающие, одинокие, или просто люди которым хочется познакомиться с новыми людьми. Милости прошу ко мне на огонек. Номер телефона и комментарии для минусов оставлю внутри. Всех с Наступающим новым годом. И не будьте одиноки.

Мы ищем frontend-разработчика

Мы ищем frontend-разработчика

Привет!)


"Шо? опять?"

Задач так много, что мы не успеваем! И вот нам снова нужны frontend-разработчики!

Как уже стало традицией, мы предлагаем небольшую игру, где вам необходимо при помощи знаний JS, CSS и HTML пройти ряд испытаний!


Зачем всё это?

Каждый день на Пикабу заходит 2,5 млн человек, появляется около 2500 постов и 95 000 комментариев. Наша цель – делать самое уютное и удобное сообщество. Мы хотим регулярно радовать пользователей новыми функциями, не задерживать обещанные обновления и вовремя отлавливать баги.


Что надо делать?

Например, реализовывать новые фичи (как эти) и улучшать инструменты для работы внутри Пикабу. Не бояться рутины и удаленной командной работы (по чатам!).


Вам необходимо знать современные JS, CSS и HTML, уметь писать быстрый и безопасный код ;) Хотя бы немножко знать о Less, Sass, webpack, gulp, npm, Web APIs, jsDoc, git и др.


Какие у вас условия?

Рыночное вознаграждение по результатам тестового и собеседования, официальное оформление, полный рабочий день, но гибкий график. Если вас не пугает удаленная работа и ваш часовой пояс отличается от московского не больше, чем на 3 часа, тогда вы тоже можете присоединиться к нам!


Ну как, интересно? Тогда пробуйте ваши силы по ссылке :)

Если вы успешно пройдете испытание и оставите достаточно информации о себе (ссылку на резюме, примеры кода, описание ваших знаний), и если наша вакансия ещё не будет закрыта, то мы с вами обязательно свяжемся по email.

Удачи вам! ;)

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!