Первая волна реабилитации.
/К 70-летию начала массового пересмотра дел жертв сталинских репрессий/.
(По материалам Государственного архива Российской Федерации)В мае 2024 г. исполняется 70 лет начала массовой реабилитации и освобождению политических заключенных в СССР. В общественном сознании реабилитация жертв сталинских репрессий ассоциируется с ХХ съездом КПСС (1956 г.). Между тем, именно в 1954 г. было принято решение и созданы специальные комиссии Прокуратуры – МВД – КГБ при Совете министров СССР по пересмотру дел на лиц, осужденных за «контрреволюционные преступления», содержащихся в лагерях, колониях, тюрьмах и находящихся в ссылке на поселении.Работа этих комиссий никогда не афишировалась, а документация носила гриф «совершенно секретно». Лишь однажды достаточно широкая аудитория была проинформирована о создании комиссий – об этом сообщил Н.С. Хрущев на собрании актива Ленинградской партийной организации 6–7 мая 1954 г. Отвечая на записки из зала Н.С. Хрущев сказал: «Есть записка, в которой товарищ предлагает разобраться в делах 1937–38 гг., когда происходило избиение кадров. Недавно ЦК создал комиссию для рассмотрения этих дел. Мы знаем, что в те годы пострадали некоторые работники незаслуженно и есть люди, которые достойны, чтобы их дела пересмотрели. Комиссия рассмотрит» (Реабилитация: как это было. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. В 3-х томах. Том 1. Март 1953 – февраль 1956. Сост. Артизов А.Н., Сигачев Ю.В., Хлопов В.Г., Шевчук И.Н. – М., 2000. С. 132).
Катализатором к созданию комиссий по пересмотру дел послужили материалы расследования дела Л.П. Берии, давшие повод, в первую очередь, упразднить орган внесудебной расправы – Особое совещание (ОСО) при МВД СССР. Оно существовало с 1924 г. при ОГПУ СССР и его полномочия были подтверждены для НКВД постановлением ЦИК и СНК СССР от 5 ноября 1934 г. В годы войны ОСО при НКВД имело право выносить и решения о расстрелах, а в послевоенное время давать 25-летние сроки заключения.Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 сентября 1953 г., «в целях дальнейшего укрепления социалистической законности и повышения роли советского правосудия», этот неконституционный орган был упразднен. Именно факты использования внесудебной процедуры осуждения для расправы с невиновными людьми и побудило руководство страны упразднить Особое совещание. Это неизбежно повлекло за собой пересмотр всех его решений.В первых числах декабря 1953 г. члены Президиума ЦК КПСС были проинформированы о том, что за время существования Особого совещания этим органом было осуждено 442531 человек, в том числе к высшей мере наказания 10101 человек.Первоначальное предложение Прокуратуры СССР и МВД СССР от 8 декабря 1953 г. о пересмотре дел только Особого совещания (за период с июня 1945 г. по день его упразднения) к весне 1954 г. трансформировалось в решение о пересмотре дел всех заключенных и ссыльных, на тот момент содержащихся в лагерях, тюрьмах и ссылке, осужденных как внесудебным, так и судебным порядком. Были также расширены полномочия создаваемых комиссий, и они получили право принимать окончательные решения по делам внесудебных органов, минуя стадию рассмотрения этих дел в Верховном суде.В докладной записке генерального прокурора СССР Р.А. Руденко, министра внутренних дел СССР С.Н. Круглова, председателя КГБ при Совете министров СССР И.А. Серова и министра юстиции СССР К.П. Горшенина от 19 марта 1954 г., адресованной в Президиум ЦК КПСС Г.М. Маленкову и Н.С. Хрущеву, предлагалось пересмотреть уголовные дела на 467946 заключенных, осужденных за «контрреволюционные преступления», на тот момент содержащихся в лагерях, колониях и тюрьмах, и кроме того, на 62.462 человек, находящихся в ссылке после отбытия наказания.Наконец, 4 мая 1954 г. Президиум ЦК КПСС принял постановление «О пересмотре дел на лиц, осужденных за контрреволюционные преступления, содержащихся в лагерях, колониях и тюрьмах МВД СССР и находящихся в ссылке на поселении».
Для проведения работы по пересмотру дел были созданы Центральная и местные комиссии, в которые вошли руководящие работники Прокуратуры, МВД, КГБ и Министерства юстиции СССР. Центральную комиссию возглавил генеральный прокурор СССР Р.А. Руденко, местные – прокуроры республик, краев и областей. Порядок работы комиссий был определен совместным приказом генерального прокурора СССР, министра юстиции СССР, министра внутренних дел СССР и председателя КГБ при Совете министров СССР от 19 мая 1954 г. Центральная комиссия получила право пересматривать дела на лиц, осужденных Коллегией ОГПУ, Особым совещанием при НКВД-МГБ-МВД СССР, Военной коллегией Верховного суда СССР, военными трибуналами воинских частей, находившихся за границей. На республиканские, краевые и областные комиссии был возложен пересмотр дел на лиц, осужденных тройками НКВД – УНКВД, местными судами и военными трибуналами и специальными судами (линейными, бассейновыми и лагерными).При рассмотрении указанных дел в случае признания незаконного осуждения, неправильной квалификации состава преступления, необоснованного направления в ссылку на поселение комиссии могли выносить следующие постановления: об отмене решения по делу и полной реабилитации осужденного, переквалификации состава преступления, сокращении срока наказания, применении Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии», отмене ссылки на поселение. (Сокращение срока наказания и переквалификация состава преступления являлись основанием для применения амнистии: согласно указу, она предусматривалась для заключенных, имевших срок до 5 лет). В отношении лиц, осуждение которых признавалось комиссиями правильным, выносилось постановление об отказе в пересмотре решения.Постановления комиссий, вынесенные по делам на лиц, осужденных внесудебными органами, считалось окончательными. Пересмотр приговоров судебных органов в случае, если комиссии считали необходимой их отмену или изменение, осуществлялся соответствующими судебными инстанциями. Не подлежали рассмотрению дела на лиц, осужденных за побеги, членовредительство, отказ от работы, а также дела на лиц, отбывающих наказание за «контрреволюционные преступления», при осуждении их в местах заключения за уголовные преступления. Подобные дела должны были рассматриваться в общем порядке (т.е. прокуратурой и судами).Для работы по предварительному рассмотрению дел на осужденных были созданы рабочий аппарат из судебно-прокурорских работников и оперативных сотрудников КГБ и МВД СССР (около 200 человек) и секретариат (50 человек) во главе с начальником секретариата Центральной комиссии, начальником учетно-архивного отдела КГБ А.Я. Плетневым. Рабочий аппарат Центральной комиссии размещался в помещении КГБ СССР на Лубянке.В соответствии с постановлением ЦК КПСС от 4 мая 1954 г. Центральная комиссия была обязана регулярно докладывать ЦК КПСС о своей работе по пересмотру дел на лиц, осужденных за «контрреволюционные преступления».
Первая информационная записка датирована 26 мая 1954 г. Двумя днями ранее, 24 мая, состоялось первое рабочее заседание Центральной комиссии (ЦК). На рассмотрение членов комиссии было представлено 39 дел на 44 человека. Эти дела отобрали, надо полагать, с собой тщательностью из тысячи дел, истребованных ранее Прокуратурой СССР из учетно-архивного отдела КГБ по жалобам заключенных. В отношении 25 человек было принято решение о прекращении дел и полной реабилитации. В информационной записке в ЦК КПСС от 26 мая 1954 г. приведено только два примера прекращенных дел с полной реабилитацией, однако по ним можно составить представление о первых «25-ти достойных». В их числе – О.Г. Шатуновская, до ареста в 1937 г. работавшая заместителем заведующего отделом руководящих парторганов Московского комитета ВКП(б). Через полтора года, в декабре 1955 г., именно письмо Шатуновской на имя А.И. Микояна об обстоятельствах убийства С.М. Кирова вызовет среди членов Президиума ЦК острую дискуссию и приведет к созданию комиссии под руководством секретаря ЦК П.Н. Поспелова для выяснения судеб членов ЦК ВКП(б), избранного на XVII съезде партии.Работа комиссий строилась следующим образом. Из Главного управления лагерей и колоний, Тюремного управления и отдела спецпоселений МВД СССР в комиссии поступали списки осужденных за «контрреволюционные преступления», содержавшихся в тот момент в тюрьмах, лагерях, колониях и находившихся на поселении. Списки составлялись на основе карточек учетно-архивных отделов КГБ и отделов спецпоселений МВД и включали следующие сведения: фамилия, имя, отчество осужденного, год и место рождения, где, когда и каким органом осужден, по какой статье Уголовного кодекса, на какой срок, где содержится и срок отбытого наказания. По этим спискам комиссии запрашивали уголовные дела из соответствующих архивов.Помимо списков в комиссии поступали жалобы и заявления осужденных за «контрреволюционные преступления». Их пересылали как администрация мест заключения и мест поселения, так и прокуратура. Дела по жалобам выносились на рассмотрение комиссии в первую очередь. Проводивший проверку работник составлял заключение по делу, а комиссия на его основании выносила свое решение. Решения комиссий об отмене или изменении приговора направлялись в первые спецотделы и отделы спецпоселений местных управлений МВД для исполнения, а выписка из постановления Центральной или местных комиссий – в лагерь, но заключенному ее не зачитывали, а о состоявшемся решении объявлялось от имени прокуратуры, МВД и КГБ. Соответственно в справке, выдаваемой администрацией мест заключения или поселения, указывалось, что заключенный (ссыльный) освобожден на основании постановления Прокуратуры СССР, МВД СССР и КГБ при Совете министров СССР от 19 мая 1954 г. Запрещалось не только знакомить заключенных и ссыльных с выписками из протоколов комиссий, но даже устно сообщать о том, что их дело рассматривалось на комиссии.Процесс пересмотра дел оказался донельзя заволокичен и забюрократизирован. Много времени уходило на ожидание списков заключенных из лагерей, на переписку с судебными инстанциями при определении вопросов подсудности, на поиск дел в архивах. Отсутствие у партийного руководства четких представлений о целях комиссий, и как следствие этого – отсутствие у членов комиссий четких критериев при пересмотре дел вылились на практике в весьма осторожную позицию – освобождая от ответственности невинных людей, вместе с тем не давать свободу тем, кого по-прежнему считали «действительными преступниками».К марту 1956 г. Центральная и местные комиссии закончили свою работу. Начиная с мая 1954 г. они пересмотрели дела в отношении 337183 человек. При этом в отношении 153502 человек приняты решения о прекращении дел, сокращении срока наказания, освобождении от ссылки, применен указ «Об амнистии». Реабилитировано лишь 14338 человек (4,2%). Осуждение 183681 человек было признано правильным.
Несмотря на гигантскую работу, проведенную комиссиями, ее результаты удручают: число реабилитированных оказалось каплей в море, и почти половина политических заключенных Главного управления исправительно-трудовых лагерей (Гулаг) была признана осужденной правильно. Дальнейшие шаги по реабилитации должны были развиваться по иным схемам. Решение проблемы прозвучало в докладе Н.С. Хрущева на ХХ съезде КПСС. Развенчав культ личности И.В. Сталина, советские руководители в какой-то мере признали особые, политические причины репрессий. После съезда пошла вторая волна массового пересмотра дел – реабилитации и освобождения заключенных из лагерей, давшая более ощутимый результат.Документы о деятельности Центральной и местных комиссий представлены в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) фрагментарно. В фонде Прокуратуры СССР (Ф. Р-8131. Оп. 32) отложились копии постановочных записок Прокуратуры СССР, МВД и КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о создании комиссий по пересмотру дел; копии отчетов в ЦК КПСС о работе Центральной комиссии, а также статистические справки Учетно-архивного отдела КГБ при Совете министров СССР о работе как Центральной, так и местных комиссий. Документов местных комиссий в фонде Прокуратуры СССР сохранилось немного. В основном это переписка с Прокуратурой СССР по организационным вопросам, сообщения прокуроров отдельных республик, краев и областей о работе комиссий, справки о неправильном разрешении дел в республиканских и областных комиссиях. Аналогичные материалы – справки, переписка, отчеты – хранятся в фонде Прокуратуры РСФСР (Ф. А-461. Оп. 8). Что касается материалов о работе комиссий союзных республик, то они, по всей видимости, хранятся в центральных архивах соответствующих государств. Заключения комиссий по конкретным делам встречаются в делах надзорного производства Прокуратуры СССР и Прокуратуры РСФСР (Ф. Р-8131. Оп. 31, 36; Ф. А-461. Оп. 1–4, 9).
