85270752

В который раз замечаю, как силен в сознании общественности миф "Вот, была пресветлая античность с Сократом, Аристотелем, Александрийской библиотекой и паровой турбиной Герона, а потом бах! Набежали дикие варвары и захлестнули цивилизацию, а мракобесы-христиане спалили все книжки и ввергли мир во тьму невежества и костров для всех умных людей".

В сознании же моих сограждан из РФ это накладывается на безобразное поведение современной РПЦ, и на этом попытки действительно что-то понять кончаются, и начинается праведный гнев и социальный протест. Однако более подробное изучение истории раннего Средневековья делает картину менее однозначной.

Прежде всего, храмы были и в античности. Храмы были неприлично богаты, ибо жертвовали на храм не менее щедро, чем сейчас. Храмы были банками, а жрецы активно совались в политику. По Титу Ливию, жрецы-патриции из раннего Рима не раз и не два саботировали выборы консулов под предлогом того, что ауспиции, мол, были неясны, давайте переизбирайте. Разумеется, в рамках политической борьбы. Быки мычали по-человечьи, птицы отказывались взлетать, внутренности жертвенных животных и вовсе выглядели так, будто осуждали глупых римских граждан, отдавших голоса неугодному богам и сенаторам-патрициям кандидату. Ибо да, выборы, заседание Сената и назначение чиновника были освященными богами религиозным ритуалом. Цезарь был великим понтификом, а вся правящая элита города занимала и жреческие должности. А, есть забавная теория, что знаменитый храм Артемиды в Эфесе спалили... сами жрецы, чтобы скрыть крупный кассовый разрыв. А казна Рима хранилась в подвале храма Сатурна.

Далее идут положения из художественной книги Роберта Грейвса "Божественный Клавдий", но в эпоху финансового кризиса этот самый Клавдий обчистил храмы не только Юпитера, но и всех остальных богов под видом того, что Юпитер, царь богов, одолжил у них бабла. Таким образом был отчасти преодолен дефицит бюджета.

На основании этого факта, а также сбивчивых сведений о том, что Калигула объявил себя богом и построил себе храм я делаю предположение, что на самом деле Сапожок всего лишь хотел, говоря современным языком, создать государственный сектор в банковском деле Рима —дело важное и прогрессивное.

Более того, юридическое лицо как субьект права и общественной, в том числе и деловой жизни, было сугубо религиозным. Хочешь создать бизнес? Открывай коллегию и ступай к жрецам на регистрацию, то есть освящение. Не бесплатную, конечно. Хочешь вступить в должность? К жрецам. Жениться? К жрецам. А наряду с проблемами философии жизни и идеального общества лучшие умы античности пытались дать ответ на очень важный вопрос: раб — человек, или все же самодвижущийся предмет?

Античная экономика была сугубо аграрной, несмотря на все блоки, полиспасты и паровые турбины Герона. Даже такая простая вещь, как трехполье, известна не была. Некоторые исследователи считают, что именно оно и позволило совершить переход к феодализму, повысив прибавочный продукт. Чем держать сотни рабов и десятки надсмотрщиков стало выгоднее отпустить рабов на волю, чтобы они пахали на тебя за долю урожая, будучи, в отличие от рабов, заинтересованы в плодах своих трудов, работая лучше и не требуя охраны. Вместо кучи надсмотрщиков появлялась небольшая дружина, с которой ты объезжал округу и собирал бабло — а это уже феодализм.

И вообще, поливать Средние века помоями и боготворить Античность стало модно незадолго до Великой Французской Революции, когда буржуа и капиталюги давали последний и решительный бой королю, знати и церковникам. Это была политическая борьба за власть и деньги, никто не стеснялся в средствах и пропаганда (какая неожиданность!) была пропагандой, то есть полностью правдивой и без поливания грязью. Именно тогда и родилась большая часть черной легенды о грязи, невежестве и кострах для умных мужчин и красивых женщин. Или наоборот. Сейчас я не буду подробно останавливаться на вопросах инквизиции, охоты на ведьм и костров (любопытным советую посмотреть ролик "Лимба" об инквизиции, а также прочесть "Костры Монсегюра" Зои Ольденбург), остановлюсь лишь на грязи. Да, она была, но не из-за мракобесия, а по причине... дороговизны топлива. Уже к средним векам леса стали ресурсом, которым безраздельно владел правящий класс в лице феодалов и церкви. Самовольный сруб дерева в господском лесу, или Боже упаси, браконьерство, считалось бунтом, вызовом власти, и каралось так, как 282-й и не снилось. Пресловутый Робин Гуд — персонаж революционный, бунтарский, а не просто лесной разбойник, он олицетворял народные чаяния. Вследствие всего этого дрова стоили дорого и мылись осенью и зимой не так часто, как хотелось бы.

Если почитать "Повседневную жизнь рыцаря в средние века" Жана Флери, можно понять, что дикие варвары не завоевали Рим. Рим поделили на прото-королевства крещеные Римом романизированные германские вожди, которые давно породнились с римской знатью, свободно говорили на латыни и Римом же были назначены, если перевести на современный язык, генерал-губернаторами военных округов. Причем делили в рамках уже существующих округов и провинций. Правили эти вожди-губернаторы смешанным романо-германским населением.

Так что рыцарская культура — это эволюция слияния культур германской и римской аристократических культур.

А о том, как богато и образованно в условиях развитого рабовладелия жили 95% населения, можно почитать у Мэри Бирд в "S.P.Q.R." Если коротко, то жили они бедно, зачастую голодно, грамоты не разумели и чихать им было на Сократа и Платона, а также чудеса Александрийской библиотеки. От жителей городов осталось чуть больше, и волновали их выборы местных депутатов (в основном было интересно, кто больше пообещает и раздаст ништяков на предвыборных агитациях) , дешевая еда, бордели, бесплатные игры, скачки и бои гладиаторов, не сглазил ли их сосед, работает ли купленный в храме богини Сулис защитный оберег, а вовсе не идеальное государство Платона. Для создания которого он, кстати, просил выделить ему все мальчиков не старше 12 лет и отдать ему отдельный остров недалеко от Сицилии. Выслушав эту просьбу, тогдашний спонсор великого философа, правитель Сиракуз Дионисий... продал его в рабство на галеры. Ученики и друзья Платона три года собирали деньги на выкуп из рабства светоча мысли.

Спасибо за внимание всем, кому было интересно. Даже вам, мои уважаемые подписчики из числа приверженцев единственно верной красной концовки МЕ3)

Эмиттер Горна испустил конус излучения, видимого даже невооруженным взглядом с поверхности Земли. Ближние Жнецы, попавшие в зону поражения, просто испарились, от них не осталось даже космической пыли. Остальные или взорвались, или превратились в оплавленные куски шлака, безжизненно дрейфующие в пустоте. 
Палубы кораблей Флота и силы на поверхности Земли и Цитадели взорвались бурей ликования. Никто не ожидал, что Горн будет обладать такой мощью. Видя, как горят Жнецы, Балак ощутил, как боль от потери Кхар’Шана чуть смягчилась радостью от возмездия. Азари, турианцы, люди, все, чьи миры пылали по вине Жнецов, не могли сдержать своих чувств. 
Однако радость была недолгой. Почти сразу же Жнецы полным ходом устремились к Цитадели, безжалостно и методично расстреливая все суда, пытавшиеся преградить им дорогу. Отметки уцелевших фрегатов начали стремительно пропадать с тактических экранов флагманских судов. Поняв, что обман не удался, Жнецы взялись за дело всерьез. 

Джокер вытер пот, обильно льющийся по лицу. Интенсивная стрельба главным калибром, пуски торпед, работа системы ПОИСК и маневры на уровне высшего пилотажа вносили свою немалую лепту в среднюю температуру по “Нормандии”, внешние радиаторы уже не справлялись с отводом тепла. 
- Мы больше не можем оставаться здесь, Джефф. Еще немного, и экипаж во мне испечется заживо. Почти все другие фрегаты или погибли, или отступают под прикрытие крейсеров, - с тревогой произнесла СУЗИ. 
- Еще только один выстрел…, - сквозь зубы пробормотал пилот. 
Выстрел “Таникса” пришелся в уже поврежденное сочленение Жнеца и начисто оторвал тому конечность. После чего “Нормандия” заложила вираж, почти доконавший компенсаторы перегрузок, и взяла курс к крейсерам. 

В небесах между Цитаделью и Землей кипела жаркая битва. Обе стороны стремились перебросить на Цитадель как можно больше подкреплений, одновременно сбив максимум транспортников врага. Звенья “Трезубцев” ввязались в жесткую “собачью свалку” с беспилотными машинами Жнецов. Подкрепления союзников, прибывающие на Цитадель, едва успевали возмещать огромные потери. Казалось, потокам чудовищ, порожденных извращенным разумом Жнецов, не будет никакого конца. И везде, где бой был самым тяжелым, где надежда, казалось, была потеряна, дрались Шепард и его команда. Не знающие промаха пули Вакариана разили врага словно стрелы мстящего бога, инферно-гранаты Эшли и Заида отправляли нечисть в пекло, где им было самое место, Джеймс и Явик, прикрывая спины друг друга, соревновались в количестве убитых, биотическая мощь Джек, Лиары и Самары обрушивала барьеры, крошила броню и разрывала на части даже самых крупных тварей. Юстикар шла по полю боя, величественная, словно богиня, глаза ее пылали праведным гневом. Кодекс однозначно определял меру наказания Жнецам - смерть. Тали прикрывала своего командира и любимого метким огнем дробовика, ее дрон парил в вышине, бичуя нечисть ракетами как Зевс - мятежных титанов. Сам Шепард дрался там, где было горячее всего, чередуя очереди из автомата разрядами инструментрона и всплесками биотики. 
Но бои не стихали. Шепард поблагодарил небеса за то, что генераторы располагались в основаниях лепестков, недалеко от кольца доков. Это позволяло Кортезу не гонять “Кодьяк” по всей станции. Периодически стрелял Горн, озаряя все вокруг нестерпимо ярким, пробивающим даже затемнение визора, светом. Но вот в наушниках коммандера прозвучал тревожный голос Хакета: 
- Шепард, необходимо увеличить скорость перезарядки Горна! Мы несем огромные потери! Повторяю: несем огромные потери, любой ценой заставьте “Горн” стрелять быстрее! 
- Вас понял, сэр, - прошептал Шепард пересохшими губами, привалившись к переборке челнока. 
- Генераторы станции работают на полную мощность, но есть один способ, - раздался голос Тали, изучающей данные с планшета. Даже под непрозрачным стеклом шлема Шепард видел, как неприятно кварианке излагать пришедшую ей в голову мысль. 
- Можно высвободить дополнительную мощность, отключив системы обеспечения дальних жилых секторов. Последние доклады о сопротивлении в тех районах поступали уже давно, боюсь, кроме Жнецов, в живых там нет никого. 
- Там могут быть гражданские… Но ты права, Тали. Выбора нет. Если Горн не будет стрелять чаще, погибнут все, - помертвевшим голосом ответил Шепард. 
“История повторяется. Три года назад я уже распоряжался жизнью и смертью тысяч людей. Я пожертвовал своими соотечественниками ради мира и стабильности в Галактике, я спас Совет Цитадели ценой жизни тысяч моряков 5-го флота. А сейчас я должен принести в жертву десятки, возможно, сотни тысяч жизней во имя надежды на выживание триллионов”. Коммандер собрался с силами: 
- Центр управления Цитаделью, говорит коммандер Шепард. Приказываю отключить системы жизнеобеспечения жилых секторов. Всю энергию - к Горну. 

Адмирал Хан’Геррел в очередной раз порадовался, что костюмы кварианцев оснащены системами удаления пота. Однако это переставало помогать, ведь после нескольких часов непрерывной стрельбы температура на борту его корабля неуклонно ползла вверх. Адмирал смотрел на тактический дисплей, и не верил своим глазам. Тем, где Жнецы являли собой воплощение одержимости выжить, геты жертвовали своими кораблями и платформами снова и снова, прикрывая Горн, подставляясь под выстрелы, чтобы тот успел выстрелить еще разок. И еще разок. И еще один. Но даже их силы не были бесконечны. Адмирал взглянул на расчетные траектории движения судов на тактическом экране, и явственно увидел опасность. Жнецы вот-вот выйдут на позицию чистого выстрела по Горну. 
- Адмирал Геррел - всем судам Союзного Флота. Уничтожьте Жнецов с метками каппа-7, мю-20 и омикрон-8. Они могут поразить Горн! 
- Главный калибр перегрет! Мы не можем стрелять! 
- Мы не успеем выйти на курс перехвата!... 
Адмирал поджал губы. Затем, поразмыслив, отдал приказ: 
- Всю энергию в двигатели. Самый полный вперед. 
Вахта на мостике оглянулась на командира. За их масками Хан отчетливо представлял страх. 
- Вы хотите, чтобы наши дети жили на Раннохе, свободно вдыхая воздух, наполненный ароматом пустынных цветов? Тогда полный вперед, бош’тет! 
Маршевые двигатели “Гнева Ранноха” вспыхнули с яростью сверхновой, и тяжелый крейсер с неожиданной прытью ринулся наперерез Жнецам. Его канониры даже успели дать залп по врагу, прежде чем струи перегретых металлов превратили крейсер в кучу обломков, отправив души его экипажа к предкам. 
Жнецы не успели насладиться этим убийством. Выстрел Горна обратил их в прах вместе с группой товарищей. 

***** 

После этого исход боя был предрешен. Жнецы, потеряв большинство своих судов, стали отступать. Адмирал Хакет припомнил слова Шепарда перед прыжком в систему Сол. “Что, если за рассуждениями о высшей цели, недоступной для понимания примитивных органиков, прячется банальное желание выжить?”. Поведение врагов подтверждало проницательность коммандера. Утратив уверенность в победе с приемлемым уровнем потерь, Жнецы бежали, поджав щупальца. Однако были и те, кто решил драться до конца. Среди них был и Предвестник. Жутко обожженный, лишившийся половины конечностей, он продолжал неистово полосовать суда Союзного Флота уцелевшей пушкой, пока сконцентрированный залп линкоров не разворотил его на части. 
Как только последний Жнец погиб или сбежал из системы Сол на сверхсвете, их наземные силы утратили всякую волю к жизни, рухнув на землю безжизненными марионетками, которым обрезали нити. Их беспилотные транспортники продолжили двигаться по инерции, разбиваясь об обшивку Цитадели. 
- Шепард! Мы победили! Остатки Жнецов бегут прочь из системы, - раздался голос адмирала Хакета в наушниках коммандера. Тяжело опираясь на Гарруса, подволакивая раненую ногу, тот нашел в себе силы хмыкнуть что-то в стиле “Очень вовремя”. Биотики его команды лежали без чувств, полностью истощив все силы. Все были ранены, легко или тяжело, термоклипсы и аккумуляторы щитов были почти на нуле, как вдруг брут, уже приготовившийся раздавить Джеймса, вдруг взял и рухнул ничком, более не подавая признаков жизни. 
- Адмирал, как “Нормандия”? - задал Шепард вопрос, волнующий его больше всего. 
- Жива и относительно цела. Джокер хвастается, что они с СУЗИ сбили целых трех Жнецов. 
- Значит, точно в порядке, - через силу улыбнулся Шепард, морщась от боли в сломанных ребрах. 
- Им бы в жизни это не удалось, не откалибруй я главный калибр “Нормандии”! - Гаррус, даже получив ранение в плечо, оставался собой. 
- Ну, хоть не зря мы слышали от тебя слово “калибровка” куда чаще, чем это пристало турианцу, - прокомментировала Тали, затем подошла к Шепарду, сняла маску, наплевав на риск, и прильнула к его губам долгим поцелуем. 
- Вот теперь мы можем обсудить, куда будет смотреть веранда нашего дома, - ответил коммандер, когда кварианка, наконец, оторвалась от его губ. 

Эпилог 

Война шла еще несколько лет. Но, имея Горн, Союзный Флот быстро освобождал систему за системой от тех Жнецов, что не сбежали во тьму между галактиками. И во многих из этих сражений еще не раз отличилась “Нормандия” и ее храбрый экипаж. 
Жертвы этой войны были чудовищны. Почти половина кораблей и солдат Союзного Флота были потеряны безвозвратно. Погиб адмирал Хан’Геррел, отважно принесший себя, свой корабль и экипаж в жертву во имя спасения Горна. Пали смертью храбрых коммандер Бейли, до последнего сдерживавший прорыв Жнецов в базовый лагерь у Башни Цитадели, и адмирал Андерсон, возглавивший самоубийственную атаку на взлетающие транспортники, несущие вражеские подкрепления к Цитадели. Миллиарды разумных существ погибли, в десятки раз больше потеряли свои дома. Инфраструктура многих прежде богатых и густонаселенных миров лежала в руинах. Но новорожденное галактическое единство справилось с этим испытанием.

Адмирал Андерсон выглянул из укрытия, рассматривая зенитную установку Жнецов в прицел автомата. Долгие месяцы координации разрозненных сил, оставшихся на Земле, сна вполглаза, самообеспечения и прочих прелестей партизанской войны подходили к концу. Касательное ранение, полученное в ходе последнего рейда на концентрационный лагерь, еще давало о себе знать, но сейчас не было времени отвлекаться. Необходимо было зачистить плацдарм от установок ПВО противника, тем самым позволив высадиться подкреплениям. Андерсон не раз благодарил судьбу за подготовку N7, без которой он уже давно бы погиб.
Адмирал оглянулся на бойцов своего отряда. Вот Гаспарян, снайпер отряда, оперативник категории N5, заставший атаку Жнецов, ожидая нового назначения. Неунывающий горец, жизнелюб и неиссякаемый источник анекдотов, некоторые из которых смешнее прочих. Вот Кнудсон, здоровенный, как тролль, швед, с легкостью несет драгоценную установку “Каин”, которой сегодня суждено уничтожить установку ПВО класса “Аид”. Мартинес, Бьюкенен и остальные, набранные с бору по сосенке. Десантники, полицейские, даже один пожарник. Но спустя долгие месяцы войны они стали боевыми братьями, и Андерсон гордился службой с каждым из них.
Но вот поступил сигнал к началу операции, и бравые ополченцы атаковали Жнецов, защищавших “Аид”. Вскоре все было конечно. В передовой штаб сил Сопротивления стали поступать доклады об успешном уничтожении зенитных установок. Обобщив доклады, офицеры штаба запросили у Андерсона подтверждение, и, получив его, отправили сигнал Союзному Флоту. Вскоре небеса наполнились “Кодьяками” и более тяжелыми транспортниками, несущими долгожданные подкрепления - солдат и офицеров со всей галактики, боеприпасы, оружие, в частности, ПЗРК, БМП “Мако” и “Гризли”, но самое главное - победный дух.
Адмирал Андерсон приветствовал командиров новоприбывших войск, про себя дивясь исключительному, невиданному доселе разнообразию. Казалось, на Земле собрались представители всех народов галактики. Поджарые и сосредоточенные саларианцы, массивные и грозные кроганы, гордые и подтянутые турианцы, изящные даже в грязи войны азари. Прибывали как регулярные войска, так и наемники “Светил”, “Затмения” и “Кровавой Стаи”. Боевые платформы гетов держались несколько особняком от собравшегося интернационала, синтетики хоть и успели зарекомендовать себя как надежные союзники в последние месяцы войны, но до ухода былого недоверия и опаски еще предстояло дожить. “Но на это нет времени” - подумал Андерсон. “Или мы все вместе пройдем через этот огонь, или сгорим в нем. Время для взаимных обид и недоверия давным-давно закончилось”. Турианцы оглядывались, видя вокруг себя руины некогда богатого и людного города, весь их вид выражал уважение и сочувствие, ведь Земля разделила участь Палавена. Саларианцы же воочию увидели, что ждет их цветущий, полный жизни Сур’Кеш, и какие бы то ни было сомнения в необходимости их вклада в общее дело отпадали даже у самых эгоистичных. “Далатрессу Линрон бы сюда”, - подумал командир саларианцев. Грянувшая война со Жнецами словно ножом хирурга вскрыла давно назревавший гнойник внутрисаларианских противоречий между ГОР и различными фракциями, но ни у саларианцев, ни у галактики не было времени на их постепенное решение. Обстоятельства выдернули Сур’Кеш из уютного штабного кабинета, где войны выигрывались еще до их начала, и бросили в грязь окопов.

*****

- Осевая скорость выравнена.., скорость сближения - в пределах 1 м/с, контакт через 3…
2…
1…
Есть контакт! - огромные “лапы” Горна соприкоснулись с кольцом доков раскрывшейся станции. Древние создатели чертежей исполинского оружия знали, что делали. Доки Цитадели были оснащены приемниками электрического заряда, способными выдержать токи, сопоставимые с теми, что протекают в канале разряда молнии, ведь при столь высокой транспортной загрузке Цитадель, будучи центром галактической цивилизации любого Цикла, не могла позволить себе томить сбрасывающие заряд ядра суда неделями. В этот раз приемникам Цитадели суждено выступить в роли источников зарядного напряжения для циклопических импульсных конденсаторов Горна, войдя в контакт с его электроприемниками.
Почти сразу же доклад буксировщиков Горна был подтвержден с пункта управления Цитадели:
- Говорит Цитадель. Горн пристыкован успешно. Ожидаем указаний.
Это донесение было встречено хором аплодисментов на мостиках судов Союзного Флота, словно доклад центра управления полетов об успешном взлете старинной химической ракеты во времена, когда человек еще только делал робкие шаги за пределы своей колыбели.

- Добро пожаловать на Цитадель. Наш челнок прибывает на остановку “Башня Президиума”. Просьба не забывать ручную кладь. С вами был Стив Кортез, надеюсь, вы воспользуетесь услугами наших космолиний в будущем, - раздался голос пилота по внутренней связи.
- Спасибо, Стив, ты, как всегда, на высоте, - ответил Шепард под смех Гарруса и Джеймса. Даже суровый Заид улыбнулся краем рта.
С шумом репульсоров “Кодьяк” совершил посадку на площадке у подножья Башни Президиума. Там уже разворачивался укрепленный пункт. Саперы устанавливали быстросборные укрытия, пехотинцы ставили пулеметные точки, связисты разворачивали антенны полевого узла связи, словом, работа кипела. Шепард, покинув челнок, крепко пожал руку подошедшему Бейли.
- Я слышал, у СБЦ проблемы с хулиганами? Так обнаглели, что даже по Президиуму спокойно не прогуляться? При мне такого не было! - Гаррус, как всегда, блистал остроумием.
- И не говори, Архангел, мне даже пришлось вмешаться - вступила в беседу Ария, ее глаза, как всегда, прятали снисходительную насмешку.
- На Цитадели есть лишь одно правило? - усмехнулся Шепард.
- Шутки шутками, коммандер, но нам нужно выставить охрану на пульте управления, на вершине Башни, на случай, если Харвестеры, пропущенные нашей ПВО и истребителями, смогут высадить свою пехоту, минуя нас.
- Разумеется. Мы также привезли с собой команду техников, которые будут разворачивать станцию и управлять створками согласно указаниям корректировщиков огня. Теперь Цитадель - самая большая пушка в Галактике, - усмехнулся Шепард.
- Жаль, что у меня не будет времени как следует откалибровать ее, - на лице Вакариана была написана поистине вселенская печаль.
- Шепард! Готов к драке? - проревел Грант, дружеским ударом по плечу едва не сбив командира с ног. Его бойцы, возрожденная после побоища с рахни рота “Аралакх”, казалось, готовы были взорваться от нетерпения.
- После того, как мы дадим первый залп, Жнецы обрушат на нас все, что у них есть. Так что без драки твои ребята точно не останутся. Прошу вашего внимания, - обратился Шепард к собравшимся. Один из техников активировал голопроектор, отобразивший тактическую карту.
- Генераторы станции расположены здесь, по одному на каждую створку Цитадели. Нет нужды объяснять, что для максимальной скорости перезарядки все они должны подавать напряжение на конденсаторы Горна. Когда Жнецы поймут, что их обман раскрыт, их наземные силы попытаются вывести генераторы из строя, или хотя бы оборвать их связь с Горном. Поэтому у каждого генератора, а также контакта Горна с приемниками Цитадели, будет развернута оборона. К каждому из генераторов будет направлена команда наших инженеров и техников, дабы осуществлять настройку и ремонт в случае нужды. Мы постараемся обеспечить приток подкреплений посредством челноков, а также подвоз амуниции и медикаментов. В каждую группу войдут подразделения твоих парней, Грант, ваших оперативников, майор Киррахе, и ваших боевых платформ, для обеспечения максимальной готовности каждой группы к любой ситуации, - здесь Шепард повернулся к командиру гетов, платформе класса “Прайм”. Я же со своей наземной группой выступлю в роли группы быстрого реагирования. Где будет горячее всего, там будем и мы. Стив, придется тебе еще почелночить, - улыбнулся Шепард своему пилоту.

*****

- Говорит Цитадель. Мы готовы осуществлять наводку, - прозвучал долгожданный доклад.
На тактических голопроекторах “Киллиманджаро”, “Пути Предназначения”, и прочих флагманов Жнецы, оправившись после первоначального удара, держали строй и уверенно отражали набеги фрегатов и палубных судов. Однако они не двигались с места, не атаковали Цитадель и Союзный Флот. “Это значит лишь одно - Жнецы не подозревают, что их диверсия раскрыта. Они дают, как им кажется, нам возможность убить себя самим” - подумал адмирал Хакет.
- Коннел, конференц-связь по флагманам, - отдал он приказ офицеру связи.
Дождавшись подтверждения коллег-адмиралов, Хакет начал излагать.
- Соратники, Жнецы не знают, что их план раскрыт, у нас есть один чистый выстрел. Но после него на нас и Цитадель обрушатся все силы ада. Горн способен стрелять конусом излучения различной ширины, однако чем больше зона поражения, тем меньше плотность энергии и, соответственно, урон. Но чем уже будет конус, тем лучше мы сможем прикрыть Горн створками Цитадели от неминуемой атаки. Каковы ваши предложения?
- Я выступаю за наиболее широкий охват. Даже если Жнецы не будут полностью уничтожены, они станут легкой добычей для Флота, - ответил турианский адмирал.
- Горн - наша единственная надежда, следует защитить его как можно лучше, - возразила адмирал-азари с “Пути Предназначения”.
Представитель Консенсуса какое-то время молчал, затем выдал:
- Основываясь на наиболее вероятной модели развития событий, мы считаем телесный угол раствора в 34 градуса наиболее оптимальным для первого залпа. Это позволит максимизировать урон Старым Машинам, вместе с тем не жертвуя безопасностью Горна больше разумного.
- Коллеги, едва ли мы можем предложить что-то лучше, чем разум размером с рукав Галактики, - чуть язвительно отметил Хан’Геррел с борта своего тяжелого крейсера.
- Есть возражения? - спросил Хакет?
- Пусть будет так, - откликнулись остальные адмиралы.
- Хорошо, - подытожил адмирал. Столь быстрая выработка консенсуса, тем более, доверие к гетам, было удивительно, но, видимо, даже кварианец понимал, что на недоверие уже нет времени.
- Передайте данные Цитадели. Горну - готовность к залпу по моей команде.
Циклопическая станция медленно и величаво начала разворачиваться к Жнецам, ее створки расходились на нужный угол.
- Цитадель вызывает все наземные силы. Станция на позиции, Горн готов к стрельбе, - прозвучало в наушниках Шепарда.
- Спустя несколько мгновений мы узнаем, чем увенчались усилия лучших умов Галактики. И если нам повезет, вскоре на нас обрушится ад. Как бы все ни обернулось, для меня было честью служить со всеми вами. Мы стали не просто братьями по оружию, но и настоящими друзьями, - обратился коммандер к своей команде.
- Только друзьями, коммандер Шепард? - лукаво осведомилась Тали.
Вместо ответа он, под одобрительные крики команды, подхватил ойкнувшую кварианку на руки и прижался лбом к визору ее маски в жесте, который был красноречивей любых слов.

Адмирал Хэккет обвел взглядом собравшихся. Адриан Виктус, примарх Турианской Иерархии, как всегда, собранный и невозмутимый. Способный посоревноваться с ним в невозмутимости Урднот Рекс, де-факто лидер всех кроганов. Представители азари и саларианцев, и наиболее невероятные гости — адмирал Тяжелого Флота кварианцев Хан’Геррел, страстный и воинственный, стоящий бок о бок с одним из своих недавних заклятых врагов — одним из гетов, посланцем Консенсуса на военный совет. Присутствие Балака, старшего из уцелевших офицеров Батарианской Гегемонии, вообще было почти невозможно осознать, но дипломатические таланты Шепарда, видно, не знали границ. Откашлявшись, адмирал Хэккет начал речь:
— Соратники, все вы и так прекрасно знаете ваши роли и места в общем строю. Равно как и нашу задачу — доставить Горн к Цитадели и защищать его любой ценой, пока тот не уничтожит Жнецов или хотя бы не нанесет им достаточный ущерб. Благодаря неустанному труду и неусыпной бдительности наших ученых и инженеров мы смогли обнаружить ловушку наших врагов, оставленную в чертежах Горна. Более того, удалось скрыть нейтрализацию этой ловушки, и есть основания полагать, что Жнецы не заподозрят раскрытия своего гамбита, и позволят нам подвести Горн к Цитадели и активировать его. Однако в любом случае после первого выстрела наши враги будут знать, что их обман раскрыт, и атакуют Горн всеми силами. Поэтому задача Союзного Флота — любой ценой защитить Горн. У наземных же сил будет две задачи.
Первая — после раскрытия Цитадели высадиться там и взять под контроль пункт управления станцией и, по возможности, ее энергоузлы. От бесперебойного энергоснабжения Горна зависит его работа и, как следствие, само наше выживание.
Вторая — поддержка сил сопротивления, возглавляемых адмиралом Андерсоном. Когда Жнецы начнут атаку на Горн, они неминуемо будут перебрасывать на станцию подкрепления с поверхности планеты. Задача наземной группы, таким образом, заключается в соединении с силами сопротивления, развертывании установок ПВО и активном противодействии переброске подкреплений с поверхности путем атаки на плацдармы противника и уничтожение его транспортных челноков.

По ходу речи адмирала голографический проектор в центре зала послушно отрисовывал схематичную картину воплощения замысла. Вот Цитадель раскрыла свои «руки», будто готовая принять Горн в свои объятья. Вот их тандем величественно разворачивается в сторону армады Жнецов. Корабли Союзного Флота образуют охранение, выстраиваясь в несколько эшелонов. Вот, прикрываемые звеньями истребителей, «Кодьяки» летят частично к поверхности, частично — к Цитадели. Тем временем Хэккет продолжал:
— По счастью, у нас есть надежная связь с СБЦ посредством квантового коммуникатора. Коммандер Бейли в свойственных ему выражениях уверил меня, что его парни возьмут пункт управления станцией и раскроют ее по нашему сигналу. Вопросы есть?
Вопросов не последовало. Предложенный замысел был выработан и обсужден собравшимися военачальниками со всех сторон, все слабые места, подлежащие устранению, были устранены, неожиданности по возможности предусмотрены, соломка постелена. Однако все понимали, что если СБЦ и ополчению не удастся открыть Цитадель, ничто из этого не будет иметь смысла. Однако здесь оставалось лишь надеяться, и молиться. Богам, духам, предкам — без разницы.

*****

— Пригнись! — крикнул сержант СБЦ Харон, ныряя в укрытие.
Прямо над его головой загрохотали разрывы пушек «Разорителей», накрывая незадачливых ополченцев, не успевших спрятаться.
Коммандер Бейли, дав короткую очередь из «Мстителя» по противнику, выругался. Союзный Флот вот-вот выйдет к Земле, а он и его люди столь же далеки от занятие пункта управления Цитаделью, как элкор — от насыщенной эмоциями речи. Едва коммандер подумал об элкорах, как один из их «живых танков» получил прямое попадание прямо в орудийную установку на спине. Взрывом боекомплекта несчастного великана полностью разворотило. Раздался протяжный тоскливый вопль будто из самой преисподней. Тощая, устрашающая тварь, надежно прикрытая биотическим барьером, стремительными рывками сокращала дистанцию до него и его людей. Бейли уже было приготовился продать свою жизнь подороже, подорвав все имеющиеся в наличии гранаты, как на баньши обрушился телекинетический удар такой силы, что огромная тварь отшатнулась в сторону. Коммандер обернулся. С фланга по силам Жнецов, преграждающим СБЦ путь к башне Президиума, ударил отряд вооруженных до зубов наемников. Среди них шагала азари в короткой белой кожаной курточке, губы плотно сжаты, руки сведены в сложном жесте. Барьер вокруг баньши вдруг пропал в остатках биотических эманаций, а затем меткий выстрел из снайперской винтовки разворотил твари голову. Ободренный неожиданной поддержкой, Бейли скомандовал атаку, и совместными усилиями заслон Жнецов был отброшен.
— Расскажи мне кто-нибудь, что однажды я спасу офицера СБЦ от ардат-якши, превращенной в чудовище огромными кальмарами, я бы расхохоталась шутнику в лицо. Однако вот она я, — с иронией молвила Ария Т’Лоак.
— Вот уж не думал, что буду рад вашему обществу, мисс Т’Лоак, — гримаса Бейли лишь отдаленно напоминала улыбку. — Но бой еще не кончен. Нам необходимо пробиться к пульту управления, иначе можно просто всем хором прыгнуть в шлюз под клубный микс «Загробной жизни».
Более не тратя дыхание на слова, союзники продолжили свой путь к башне.

— Удивительно, что нам вообще удалось сюда пробиться, — сказала Ария, перезаряжая дробовик и оглядывая атриум Башни Президиума. Жнецы вполне могли стянуть сюда достаточно сил, чтобы просто похоронить нас всех под своими телами.
— Будто бы они хотели, чтобы мы пробились сюда, не так ли, мисс Т’Лоак? — хитро улыбнулся коммандер Бейли.
— Ты что-то знаешь, старый следак?
— Не могу сказать всего сейчас. Знай только, что настоящий бой начнется чуть погодя. Но к этому времени, я надеюсь, мы здесь будем не одни. Харон, дайте связь с Поповым.
— Говорит Попов, коммандер. Квантовый коммуникатор исправен, мы готовы к началу сеанса связи.
— Отлично, вызови Союзный Флот. Сообщи, что пульт управления станцией наш, мы готовы открыть ее по их команде.

****

Тем временем эскадры Союзного Флота завершали построение и полным ходом шли к Цитадели. Величавые линкоры, возглавляемые «Путем Предназначения» держались поодаль, намереваясь полностью реализовать потенциал хребтовых кинетических пушек главного калибра. Крейсеры занимали позиции прикрытия и выпускали эскадрильи палубных судов, а волчьи стаи фрегатов, оснащенных пушками «Таникс», дезинтеграционными торпедами и системами ПОИСК хищно устремились к противнику. Но честь нанести первый удар принадлежала все же не им. Укомплектованные исключительно добровольцами фрегаты, несущие пусковые установки ядерных ракет, по праву заняли места в первых рядах строя, готовые, если потребуется, сгореть в атомном пламени вместе со своими заклятыми врагами. Немалую их часть составили геты, ведь для них гибель платформы вовсе не означала окончательной смерти. Остальные в основном принадлежали к остаткам космофлота Гегемонии, исполненные жаждой возмездия за гибель своей родины. На палубе турианского флагмана, линкора, еще несущего отметины боя в небесах над Палавеном, турианский адмирал ждал, пока передовые суда противника не окажутся в пределах эффективной дальности огня главного калибра. Но вот на голо-экране высветилась зеленая отметка системы управления огнем.
«Духи, даруйте нам возмездие! За Землю, за Тессию…
За Палавен!»
Синхронный залп хребтовых орудий линкоров Союзного Флота ударил с силой молота богов. Даже циклопической мощи щиты Жнецов рухнули в ярких вспышках остаточного излучения. Восстановиться им было не суждено. Стаи фрегатов сумели подойти на нужное расстояние и запустили во врага свой смертоносный груз. Многим из них не было суждено пережить эту атаку, часть ракет и торпед прошла мимо, их системы наведения были обмануты средствами радиоэлектронной борьбы Жнецов. Но большая часть реликвий атомной эры, когда-то предназначенных для братоубийственной войны, все же достигла адресатов. Яркие вспышки в широком спектре излучения скрыли передовые суда Жнецов от радаров и ладаров Союзного Флота, но несколькими мгновениями позже стало ясно, что атака увенчалась успехом. Авангард Жнецов был смят, уцелевшие суда отступали к основным силам. Путь к Цитадели был расчищен.

Палубы кораблей Союзного Флота взорвались ликованием. Ничто так не бодрит военного моряка, как успех первого залпа, к какой бы расе он не принадлежал. Повсюду разносились крики радости и благодарности духам, Богине, предкам и так далее. Лишь на палубах судов гетов царила тишина, ведь им не нужны были средства вербальной коммуникации. На сервера Консенсуса загружались сознания гетов, чьи платформы погибли в ходе атаки, добавляя свои воспоминания в общность, просчитывая, анализируя.
От Союзного Флота отделились два потока десантных транспортов под прикрытием многочисленных истребительных звеньев и легких фрегатов. Один направился к Земле, второй — к станции.
Тем временем на мостике «Киллиманджаро» адмирал Хэккет выслушивал доклад офицера связи СБЦ:
— Пульт управления станцией под нашим контролем, адмирал.
— Принято, приказываю растворить станцию и готовиться к стыковке. Подкрепления уже в пути.
— Есть, сэр! — призрак, сотканный лазерами голопроектора, отсалютовал и растворился в воздухе.
«Пора экипажу „Нормандии” вступить в игру», — подумал Хакет, после чего вызвал Шепарда.
— Коммандер, время пришло. Ваша задача — удерживать пункт управления Цитаделью и обеспечить достаточное и бесперебойное энергоснабжение Горна. В вашем распоряжении, помимо вашей наземной группы, будет рота «Аралах», подразделение ГОР под началом майора Киррахе, а также контингент платформ гетов. Кроме того, мы постараемся обеспечить постоянный поток подкреплений. Нет нужды объяснять, что поставлено на карту. Вопросы есть?
— Никак нет, сэр.
— Удачи, Шепард.

Предисловие

В очередной раз пройдя трилогию Mass Effect и оставшись неудовлетворенным концовкой, где смерть протагониста неизбежна и никак не обоснована с точки зрения внутрисюжетной логики, я решил набросать небольшой рассказ о том, какой бы я сделал концовку игры.

Заранее должен отметить, что не являюсь сторонником теории индоктринации, а также “единственно верной” красной концовки, а многочисленные нестыковки завершающей части игры склонен относить к халтурной работе сценаристов и постановщиков, явно лихорадочно пытавшихся успеть завершить игру к дедлайну.

Не скрою, что при написании нижеследующего рассказа я вдохновлялся такими трудами, как безвременно оборвавшийся незадолго до кульминации веб-комикс “Marauder Shields”, Happy Ending Mod, и некоторое количество фанфиков, авторов которых я сейчас, к сожалению, уже не помню. Отдельную благодарность хочу выразить уважаемому Unclar’у с сайта masseffect2.in, прочтение трудов которого, а и “Сына Земли” и “Второго шанса” во многом сподвигло меня на пробу пера. Мой рассказ - первый литературный опыт, поэтому прошу проявить снисхождение.

Канон моего рассказа частично отличается от официального, основные расхождения приведены ниже:

DLC “Левиафан” полностью вырезано из сюжета, вместе с самим существованием Левиафанов и ИИ, создавшего Жнецов и инициировавшего Циклы

Катализатор - это Цитадель, без дальнейших усложнений

Горн - оружие, в дизайн которого Жнецы успели внести ряд изменений, чтобы направить его против тех, кто попробует его применить.

Призрак не бежал на Цитадель, а пытался индоктринировать Шепарда на станции “Кронос”, но тот устоял, а потом своим душеспасительным морализаторством довел его до суицида, как Сарена

Жнецы выбрали Лондон как главную перевалочную базу отправки переработанной эссенции людей на Цитадель с целью создания там Жнеца-человека в силу удачного расположения Англии с точки зрения логистики эссенции.

Никакого светящегося луча, телепортирующего с Земли на Цитадель нет, Жнецы используют более-менее традиционные аэрокосмические челноки для доставки эссенции. Развертывание наземных сил также происходит посредством транспортных челноков, и частично - Харвестеров.

Предупрежденные Призраком Жнецы стянули почти все силы к Цитадели, оставив на оккупированных планетах лишь минимально необходимые для сохранения контроля контингенты, в основном - из эсминцев, почти без судов класса “Суверен”.

При захвате Цитадели Жнецы высадили на ней весьма значительные силы, но полного контроля достичь пока не сумели. Очаги сопротивления сохранились по всей территории станции, ополчение, СБЦ, возглавляемые коммандером Бейли, наемники Арьи и просто вооруженный сброд с нижних уровней еще живы и не собираются сдаваться. Каким-то чудом в руках СБЦ оказался квантовый коммуникатор, чья пара находится на одном из кораблей Союзного Флота.

Многие члены команды “Нормандии”, кроме погибших, вернулись на борт и готовы помочь Шепарду в финальном рывке.


Опциональные детали канона:

Шепард - скиталец, военный герой, страж.

Любовный интерес - Тали, на протяжении всех трех частей, в изменах и колебаниях замечен не был

Кайден Аленко погиб на Вермайре

Рекс выжил на Вермайре и возглавляет кроганов вместе с Бакарой (Евой).

Генофаг был исцелен, Мордин героически погиб в ходе активации системы распыления лекарства.

Королева рахни осталась в живых, ее рабочие присоединились к работе над “Горном”.

Кварианцы примирились с гетами, Легион, соответственно, пожертвовал собой.

Тейн Криос, пожертвовав собой, спас Советника Валерна, и саларианцы выслали один из своих флотов на помощь Союзному Флоту. Майор Киррахе и его люди также вошли в состав союзных сил.
Подытоживая вышесказанное, Шепард собрал все возможные силы, какие только мог.


Итак, поехали.


*****


- Вы абсолютно в этом уверены, профессор Оппенгеймер? - недоверчиво спросил адмирал Хэккет.
- Я и сам не сразу смог поверить, адмирал, но по зрелом размышлении, все встает на свои места. Чертежи Горна написаны на максимально упрощенном диалекте протеанского, мало-мальски сложные конструктивные узлы представлены подробнейшим образом, с детальными комментариями. Однако нет никаких указаний на то, как Горн должен работать в целом. И потом, сами подумайте, как вовремя доктор Т’Сони обнаружила эти чертежи в марсианских архивах. Именно тогда, когда мы поняли, что конвенционными методами Жнецов не одолеть. Если верить протеанскому ВИ, который Шепард смог изъять у “Цербера” на Кроносе, Горн был спроектирован бессчетное число циклов назад. Неужели так сложно допустить, что Жнецы со временем узнали о нем, и внесли свои правки? Какая ирония - единственная надежда на спасение оказывается орудием галактического самоубийства. Большое количество элементов словно бы добавлены впоследствии, их назначение неочевидно. Однако, благодаря рахни, чьи рабочие способны залезть в места, недоступные никому больше, а также совместной работе инженеров и ученых всех рас и народов нашей галактики, теперь мы знаем, где Жнецы оставили след своих щупалец, и можем принять меры.
- И как же будет функционировать Горн после нейтрализации вклада Жнецов? - спросил адмирал, несколько утомленный энергичным, но чересчур многословным изложением мысли главы проекта “Горн”.
- Рискну предположить, что в соответствии с замыслом предтеч - как излучатель огромной мощности, способный обратить в звездную пыль все в зоне своего действия. Я начинаю понимать, почему дизайн Горна был адаптирован под взаимодействие с Цитаделью - только ее генераторы способны выдать потребную мощность, - улыбнулся ученый. - Но и это еще не все. Практически случайно, в ходе тестирования систем связи и телеметрии мы обнаружили, что при наличии в конструкции Горна определенных узлов и цепей он настроен на то, чтобы посылать определенный сигнал, замаскированный белым шумом, выдаваемым устройством.

- И что же это за цепи? - спросил Хэккет, уже подозревая, каким будет ответ.
- Именно те, что предположительно были добавлены “Предвестником” и его друзьями. Мы смогли обмануть систему, заставив ее выдавать этот сигнал даже несмотря на то, что подарки Жнецов были нейтрализованы, - с оправданной гордостью ответил глава проекта.
- Вы хотите сказать, профессор, что Жнецы не заметят подвоха и будут полагать, что Горн сработает так, как надо им?
- Пока он не выстрелит, да. После этого, боюсь, они догадаются,  - усмехнулся профессор.
- Профессор, это крайне важно. Если Жнецы не заподозрят подвоха, они позволят нам подвести Горн к Цитадели, оказав лишь символическое сопротивление. Таким образом, мы сможем сохранить больше сил для дальнейшего боя. Вы можете гарантировать, что сигнал, о котором вы говорите, не содержит никаких секретных составляющих, которые вы не заметили, способных предупредить Жнецов о провале их аферы? - предельно серьезным тоном спросил Хэккет.
- Настолько, насколько мы можем быть уверены в нашем понимании древних артефактов ксенотеха, предположительно модифицированных огромными биомеханическими кальмарами, адмирал. То есть нет. Вопросы тактики и стратегии пустотной войны - ваша епархия, - ответствовал ученый.
- Я понял вас, профессор. Выражаю официальную благодарность за отличную работу, - кивнул Хэккет, после чего глава проекта “Горн” кивнул в ответ и удалился.
“Хорошо, если профессор все-таки прав. В этом случае у нас будет первый выстрел. Дальше Жнецы неминуемо поймут, что их гамбит потерпел неудачу, и всеми силами навалятся на Горн, стремясь уничтожить его. И нам придется защищать его любой ценой, до последнего корабля, если придется” - размышлял Хэккет. “Вместе с тем все это не будет иметь никакого смысла, если Цитадель останется закрытой. Но тут вся надежда на уцелевших на станции, СБЦ и силы самообороны. Если им удастся раскрыть створки станции, мы сможем направить к ним подкрепления и удерживать центр управления столько, сколько сможем”. Адмирал вздохнул. Предстояла еще одна бессонная ночь в штабе Союзного Флота.


*****


- Так Жнецы приложили свои щупальца и к Горну? - недоверчиво переспросил Вега.
- Очень на них похоже. Вспомни Тучанку, где Жнецы пытались распылить биологическое оружие посредством Завесы. Вспомни Раннох, - тут Шепард бросил теплый взгляд на Тали, стоящую рядом с ним,  - где они воспользовались страхом гетов перед уничтожением и предложили им сделку. Несмотря на свою божественную, как они стремятся предподнести нам, мощь, они не чураются применить хитрость там, где это возможно. И знаете, на какую мысль это наводит? - обратился коммандер к соратникам.
- Они не так сильны, как хотят нас убедить. Обладай они действительно подавляющим превосходством, божественной мощью, не стали бы хитрить, - ухмыльнулся Гаррус, характерно шевельнув мандибулами.
- Именно так, старый друг. Я, конечно, не специалист по истории вымерших цивилизаций, - на этом месте Шепард улыбнулся и галантно кивнул Лиаре, - но есть у меня подозрение, что каждая Жатва давалась Предвестнику и его друзьям чуть тяжелее предыдущей. Тот сбитый Жнец, с которого мы взяли систему “свой-чужой”, уверен, были и еще. Плюс “Суверен”. Сколько Жнецов появляется на свет в конце каждой Жатвы? Достаточно ли, чтобы возместить потери? Никто не знает точно. Но что если Жнецы, прикрываясь высшими целями, озабочены лишь собственным выживанием? - задал риторический вопрос Шепард, сделав несколько шагов по залу совещаний “Нормандии”.
Члены команды задумались. Мысль была интересная. Более того, она приносила надежду, равно как и некоторое облегчение. Одно дело - противостоять жатве, где косарь не воспринимает тебя как врага, другое - драться со зверем, хищником, озабоченным лишь собственным выживанием. Атмосфера в зале заметно поменялась, на лицах соратников Шепарда появились улыбки. В их душах затеплилась вера в победу, потеснив упорство обреченных. Джеймс тепло смотрел на Эшли, представляя пяток ребятишек, резвящихся в песке перед домом на берегу океана. От воплощения этих мыслей в реальность их отделял только этот pendejo Предвестник и его друзья, su madre por la pierna! Ну ничего, с таким командиром, как Локо, управа найдется и на них.
Заид лениво задумался о том, что отойти от дел все же придется. Разбиваться об Омегу на корабле, набитом взрывчаткой, по-прежнему не хотелось, но выходить на покой все же надо. Хорошо бы еще остепенить ту азари, Самару. Тогда, на вечеринке в апартаментах адмирала Андерсона перед полетом на “Кронос” старый наемник ощутил в юстикаре подлинно родственную душу. Но разговор об искусстве плохо давался Массани. “Я старый солдат, и не знаю слов любви”. Заид усмехнулся про себя. Если удастся пережить эту войну, то все остальное как-нибудь сложится.
Все остальные члены команды “Нормандии” также задумались о том, что эту войну и вправду можно выиграть, и после ее конца будет жизнь. Вакариан с легкой улыбкой вспомнил турианку из посольства. Первоначальная попытка завязать знакомство была неудачной, верные слова все никак не шли на язык, и лишь своевременное вмешательство Шепарда, как бесчисленное множество раз до этого, спасло положение. Гаррус с благодарностью подумал о своем лучшем друге и командире. О чем думал он сам, понять было несложно - взявшись за руки со своей ненаглядной кварианкой, он негромко обсуждал что-то. Периодически до него доносилась речь Тали, приправленная характерной очаровательной картавостью. Судя по всему, влюбленные обсуждали домик на Раннохе. “Ну, хоть где-то этот вечный скиталец остепенится. На древней родине других скитальцев, которую сумел им вернуть, вместе с женой из их числа. И потом, в этом есть мудрость. Подвиг подвигом, но политика никуда не денется. После всего того, что сделал Шепард, лучше всего ему будет осесть где-нибудь подальше от Земли, Цитадели и их политических игр. Мало ли найдется желающих использовать коммандера как икону и знамя в своей игре?” Бывший коп слишком хорошо представлял, что такое политика, чтобы питать какие-то иллюзии на эту тему. Его размышления прервал голос Шепарда:
- До прыжка в систему Сол 10 часов. Советую как следует отдохнуть и выспаться.

На волне ностальгии и очередного прохождения этой трилогии я в очередной раз задумался о ее концовках. Заранее хочу предупредить, что не являюсь сторонником теории индоктринации и "истинной" и "единственно верной" красной концовки, поскольку подавляющее большинство странностей концовки, наподобие Андерсона, телепортировавшегося на Цитадель впереди Шепарда, прямого пути от телепорта к пульту управления створками станции мимо куч тел и т.д. скорее всего объясняется халтурой и спешкой разработчиков. Мой скромный опыт подсказывает, что если какое-то явление может быть объяснено хитрым планом, или тем, что кто-то продолбался, в действительности скорее всего кто-то продолбался). Равно как и то, что Предвестник имел массу возможностей убить Шепарда и сбить "Нормандию", но любезно не делал этого.
Итак, к сюжету. Самопожертвование главного героя - известный литературный прием. И понятно, что не всегда у него есть выбор, жертвовать собой, или нет. Однако так же можно и понять желание игроков увидеть "долго и счастливо" любимого героя и его команды. При всех недостатках Bioware удалось не только создать несколько колоритных персонажей, но и создать у игроков ощущение команды, тесного, дружного коллектива, чем-то напоминающего команду "Светлячка". И у этой семьи любая концовка безапелляционно отнимает отца и командира. И да, я в курсе, что при высоком уровне боеготовности в красной концовке мы видим вдох груди в броне N7. Даже если это и значит, что Шепард выжил, подобная недосказанность - совсем не "долго и счастливо". Более того, необходимость смерти протагониста в концовках, не обрекающих на смерть синтетиков и людей с имплантами, объяснены на уровне аргументации "Это космическая магия, высокие технологии, и вообще не задавай лишних вопросов". Будь неизбежность смерти героя объяснена нормально, смерть не вызывала бы столь негативных эмоций.
В свете всего вышесказанного я хотел бы предложить следующий вариант концовки.
Призрак рассказывает Жнецам о Горне, те захватывают Цитадель и перемещают ее на орбиту Земли. Хотя момент с буксированием огромной станции на Землю через пол-галактики имеет смысл только если на Цитадели будет создаваться Жнец-человек. Наземные войска Жнецов наводнили Цитадель, но очаги сопротивления, например, в лице командора Бейли и его бравых парней, еще остались. Получив от объединенного флота сигнал о том, что створки станции нужно открыть любой ценой, сопротивленцы стремятся пробиться к пульту управления. Далее, в зависимости от количества очков боеготовности конкретно Citadel Defence Force, возможны варианты: Бейли и несколько других именных персонажей с Цитадели героически погибают, но умудряются открыть станцию. Ценой огромных, но опять же зависящих от принятых в ходе игры решений и уровня боеготовности именно флотов потерь, объединенный флот прорывается к Цитадели и успешно стыкует с ней Горн. Шепард сотоварищи (здесь, как в финальной миссии Mass Effect 2 и бою в архиве в DLC "Цитадель" можно выпустить всю команду, раздав им разные задания и разделив на группы) пробиваются к пункту управления Горном и занимают круговую оборону, пока Шепард, продираясь через второпях написанную на инфопланшете инструкцию по обращению с системой управления огнем Горна, не разберется, а как стрелять из этой штуки. Он выясняет, что Горн может бахать как узким лучом, так и по площади, причем ширину накрываемого сектора можно регулировать. Здесь Шепард-ренегат может вместе со Жнецами "случайно" накрыть те части союзного флота, которые ему не нравятся. Например, отбитого кварианского милитариста адмирала Хан'Геррела. После истребления большей части Жнецов таким макаром можно вставить драматический момент: злобный Предвестник летит прямо к Горну, и становится понятно, что надо стрелять в упор, но это накроет и Горн с Цитаделью. Здесь, в зависимости от очков боеготовности и отношений со спутниками, кто-то из них или неписей с Цитадели вроде Бейли может вызваться добровольцем, а Шепард может отвергнуть этот благородный порыв и пожертвовать собой. Или же кто-то технически умный, вроде Тали, успеет на коленке сварганить пульт дистанционного управления. Или, если в первой части трилогии был выполнен квест на сканирование Хранителей, герой программирует на это одного из них при помощи знаний и устройства, разработанного тем ученым-саларианцем, который вошел в команду строителей Горна.
Предвестник, получив выстрел в упор, погибает, и взрывается с достойными Rammstein спецэффектами в то время, как "Нормандия" улетает прочь, унося выживших. При исключительно высоких уровнях боеготовности Цитадель может даже уцелеть. Подавляющая часть Жнецов уничтожена, союзный флот добивает остатки. Масс-реле целы, и еще несколько лет союзные силы вычищают остатки Жнецов из Галактики, пользуясь тем, что почти всех крупных уничтожили при Цитадели. Длительность зачистки и потери, понесенные союзными силами в ходе нее, зависят от очков боеготовности. Живой и здоровый Шепард и команда живет долго и счастливо. Никаких светофоров и призрачных мальчиков. Конечно, события DLC "Левиафан" пришлось бы выбросить из канона, но лично я бы не слишком расстроился. А зачистке галактики от остатков Жнецов можно было бы посвятить еще пару DLC - ведь EA любит наши деньги).