У местной стражи Солмир разузнал о прибытии каравана и отправился его встречать. Ворота форта открылись и 4 повозки заехали внутрь. Караванщики были похожи на наемников с оружием, они явно сопровождали что-то ценное. Тучный мужчина в сюртуке, с длинной бородой вышел из первой повозки, раздал несколько указаний своим бравым бойцам и направился в сторону бастиона. На солнце лысая голова мужчины блестела также как и его дорогая одежда с множеством блестяшек на ней.

Солмир нагнал тучного мужчину, потому что хотел разузнать о караване. Глава каравана, увидев Солмира, немного испугался его необычной внешности, но Тамас вовремя подоспел к ним и объяснил всю ситуацию и куда мы собирались. Нам повезло, потому что караван направлялся в Проскур - небольшой городок севернее форта Восточный, который находился как раз на главном тракте по пути в Сюзейл. После чего караван следовал в горы, в форт Хельм. Караванщика впечатлила история, которую наплел ему Тамас, и готов был нанять нас до Проскура (8-9 дней) за 65 зм.

Вернувшись в таверну, Солмир и Тамас порадовали нас, рассказав, что завтра утром нас ждет караван и можно было собирать вещи.

Ранним утром мы выдвинулись в путь. Главный тракт располагался между бескрайними степями и высокими горами. Первый день прошел практически незаметно за исключением одного момента.

На одной из развилок мы повстречали старичка эльфа на повозке, от которого в сторону степей направились две женщины (одна из которых была дворфийка, но Тамас ее не заметил). Я спешился с повозки и отошёл от каравана в сторону старичка.

Эльф направлялся на рынок форта Восточный, чтобы продать там зелья которые сам и приготовил. Я попросил понюхать зелья, чтобы удостовериться в их качестве. Старичок охотно согласился и, открыв небольшой деревянный ящичек с тонкими колбочками, дал мне понюхать зелья. Терпкий и насыщенный запах трав оживил все рецепторы моего кошачьего носа и придал бодрости. Когда я услышал, что одна склянка зелья лечения стоила 50 зм, то был слегка возмущен, ведь не так давно мы покупали точно такие же зелья у Глэра Черника за 15 зм.

Как только старик услышал это имя, он разразился нелестными отзывами о нем и обозвал его шарлатаном и бездарем. Старик эльф знал его, потому что они учились у одного мастера. В это время к нам подошли Орум и Тамас и тут началось… они так окучили старика, что тот согласился скинуть несколько золотых на каждое зелье. После чего у него было куплено несколько зелий на концентрацию и лечение, от болезней в том числе. После чего мы попрощались со стариком и разъехались в разные стороны.

Последующая ночь прошла спокойно и на утро мы продолжили путь. Холодало и иногда задувал северный ветер. К вечеру караван вновь съехал с тракта, чтобы разбить лагерь и все начали заниматься кто чем.

Солмир вот, например, пошел погулять по округе и набрел на странное место. Вернувшись в лагерь, он позвал меня с собой. Спустя несколько минут ходьбы от лагеря располагалось небольшое болотце с поваленным деревом, на которое были увешаны амулеты на веревочках. Из дерева исходило туманное облако, что очень было похоже на то, что несколько дней назад мы видели в лесу с культистами. Подойдя чуть ближе к дереву, перед нами упала мертвая ворона, как будто бы она умерла прямо на лету. Я двигался предельно скрытно, но вдруг откуда не возьмись, у меня за спиной приземлился Орум и громко спросил куда мы направлялись. Ребята заметили что мы с Солмиром ушли куда-то в сторону небольшого леса.

Когда Солмир взял в руки трупик вороны, тот развалился от малейшего нажатия, как будто она была чучелом. Несколько птиц, что сидели на дереве начали каркать.

Мой клинок начал немного пульсировать и из болота, что было рядом с нами вылезло необычное четырехногое существо с отростками на спине. С виду достаточно милое существо открыла в четыре стороны пасть полную острых зубов и побежало на меня. С других сторон в нашу сторону полезло еще несколько таких тварей. По внешнему виду сложно было понять живые существа это были или растения, но они явно были агрессивно настроены. Одно из таких сорняков кинулся на меня и запищал так сильно, что у меня зазвенело в голове и я на мгновение потерялся в пространстве.

Когда я пришел в себя передо мной было два сорняка, с которыми сражался Фьюз, а возле Орума из болота вылез здоровенный краб, покрытый травой, илом и грязью. Размером он был чуть выше пояса обычного человека, а его острые клешни делали его еще смертоноснее.
Тамас, как в тире расстреливал четырехногие растения. От пищащих звуком у меня кружилась голова и я, шатаясь, убежал поближе к дереву. Фьюзу помог, грозный Солмир и разрубил болотных монстров, как сочные кочаны капусты.

Остался лишь здоровенный краб, которого в последствии до смерти забили удары Орума, Солмира и мои палящие плоть лучи, которые раз за разом отсекали по конечности грозному панцирному чудовищу. Краб упал в воду и окатил водой рядом стоящих. Бой был завершен.
Из-за тумана и символов зверя на нем, мы решили спалить его. Перед поджогом я заметил, что в дупле дерева что-то лежало. При помощи эльфийского меча я аккуратно вытащил этот небольшой предмет. Эта вещь была похожа на красное сердце, сделанное из какого-то минерала и обмотанное в лианы.

Солмиру сразу же приглянулся этот камень и он взял его в руки. Судя по всему камень был теплым и переливался на фоне воды и уже горящего дерева. Внешность Солмира преобразилась - зрачки стали вытянутыми, как у кошки, кожа стала зеленее, клыки выдвинулись чуть вперёд, а на фоне огня тело казалось даже немного больше обычного. Орум тоже заметил эти изменения и ненавязчиво спросил здоровяка не хотелось ли ему попробовать сырого мяса. Солмир сказал, что изучит этот камень, развернулся и устремился в сторону лагеря.

(Солмиру было жаль тех существ, который мы только что убили. Добравшись до лагеря он уселся возле костра и из первой попавшейся деревяшки начал вырезать фигурку того большого краба.)

Нам казалось, что луна начала пагубно действовать на смуглого копейщика. Как никак сегодня было полнолуние и поэтому мы решили приглядеть за ним этой ночью. Тамас подошел к костру и дал Солмиру дружеский совет, что лучше бы начать уже лечение от всей этой зеленой заразы, что изменило его внешность до неузнаваемости и достал зеркало из рюкзака, чтобы показать ему изменения. Солмир, не отрываясь от резьбы по дереву, сказал, что хорошо себя чувствовал и, взглянув в зеркало, дал понять, что его не волновал его внешний вид.

Когда все уже спали, но не я с Орумом, Солмир встал и пошел к лошадям. Он встал перед одной и начал ее поглаживать и вычесывать ее шерстку, попутно пытаясь с ней разговаривать. Лошадь была взволнована, она явно боялась и из-за Солмира хотела убежать подальше. Здоровяк не понимал, почему на него отреагировала так лошадь, вернулся к костру и лег спать. Долгий день уморил меня и я заснул.

Я проснулся от ржания лошадей и суматохи в лагере. Возле пустого спальное места Солмира на земле были следы от когтей. Я вскочил с места и увидел, как возле стойбища с лошадьми большое существо с глефой в руках, похожее на оборотня, разрубило на куски двух дозорных.
Со всех ног я помчался к оборотню и попытался удержать его разум, но что-то не дало мне этого сделать. Тамас замешкался и начал одеваться, а Орум и Фьюз налетели на изменившегося Солмира и сбили его с ног. Маленькая ящерка оседлала оборотня и начала бить его по голове.

В нашу сторону уже бежали вооруженные караванщики. Я встал между ними и Солмиром и, размахивая руками, остановил их, сказав, что это не монстр, это наш друг и у него пошло обострение его болезни. Недоумевающая толпа на мгновение замешкалась, но крики о том, что кого-то там убили разлетелись по лагерю. Солмир смахнул с себя Фьюза и, швырнув в Орума фигуркой Хорта, побежал в сторону сгоревшего дерева. Ребята увязались за ним. Сдержав толпу, я тоже побежал за оборотнем.

Оборотень с каменным сердцем в руке медленно ходил по пепелищу. Я не подходил к нему достаточно близко, потому что понимал, что один его удар мог потратить одну мою жизнь. Орум медленно подошел к нему и завел разговор на тему монстров и то, как правильно и неправильно. Солмир все понимал и мог даже с такими клыками членораздельно говорить. Он сказал, что сердце звало его обратно, вглубь того самого леса, где мы встретили незнакомцев с невидимыми плотоядными лошадьми и людоящеров культистов. Орум пообещал, что не бросит его и пойдет с ним, но для начала хотел найти лекаря и помочь ему избавиться от этой болезни.
Со стороны лагеря раздавались недовольные возгласы людей, топот копыт и скрип повозок. Караванщики впопыхах уехали от нас подальше.

Тамас вклинился в разговор и предложил Солмиру выпить. Тот согласился и кудрявый протянул ничего не подозревающему оборотню бутылку со снотворным. Сделав несколько глотков, Солмир уснул, заваливаясь при этом на Тамаса. Орум выхватил меч и одним ударом раскрошил в пыль каменное сердце, которое вывалилось из руки спящего оборотня. Тело Солмира мы успешно связали и оттащили к лагерю, где уже никого не было и возле догорающего костра лежали наши вещи.

С первыми лучами солнца, когда было мое дежурство, я обратил внимание на Солмира - метаморфозы с его телом прекратились, оно уменьшилось и вернулось в прежнее, до инцидента, состояние. Я подтянул веревки, чтобы он сам не смог из них выпутаться, а когда ребята проснулись и позавтракали - Солмир очнулся. Я сидел возле него и внимательно на него смотрел.

Солмир попросил его развязать, потому что сильно хотел отлучиться по нужде, но меня такая причина не убедила и я предложил ему еще полежать и подумать над своим поведением. У Солмира болело лицо и кряхтел он как с похмелья. Обрывками он помнил как Орум его бил, как Фьюз его бил. Мы решили напомнить что с ним вчера произошло, а именно то как он расправился с двумя дозорными, указав ему еще на свежие следы крови на земле. Солмир загрустил. Я ослабил веревки и он с затекшими руками и ногами Солмир поковылял в ближайшие кусты из-за которых вскоре послышались специфические звуки и довольные вздохи Солмира.

Когда он вернулся, Орум отдал ему статуэтку Хорта, мы собрали вещи и направились дальше по главному тракту. Солмир, конечно, предложил вернуться в лес, но мы его не слушали. Погода постепенно портилась и по небу бежали тучи.

За весь день пути мы абсолютно никого не встретили и уже ближе к вечеру добрались до одинокого постоялого двора с интересным названием “Чудовище под мостом”. Более менее ухоженный трехэтажный дом с несколькими скатными крышами стоял возле небольшой реки.

Внутри дома было достаточно просторно, в холле стояло несколько старых и потертых, но добротных кресел, когда-то давно они стояли наверное очень больших денег, и стойка, за которой стояли двое управляющих. Взрослого и крепкого мужчину с повязкой на глазах звали Норман, а его друга - лысого, но с густой рыжей бородой дварфа Вольфганг. Они встретили нас как долгожданных гостей, накормили жареной курочкой с гарниром и предложили нам остановиться здесь на ночь. В ходе беседы Вольфганг рассказал, что их таверна называлась не просто так, а из-за того, что под мостом, что находился неподалеку, был древний сундук с сокровищами (он появился здесь задолго до постройки этого дома), а тот, кто хотел его открыть - мгновенно был убит и утащен под воду неизвестным чудовищем.

Услышав историю про чудовище и сокровища в сундуке, Орум и Тамас с горящими глазами направились к мосту. Судя по рассказам зверюга там обитала опасная и поэтому мы все отправились туда, чтобы два любителя блестяшек не исчезли под водой.

Десятиметровый каменный мост позволял без проблем пересечь глубокое русло реки. Отойдя в бок по крутому берегу, под мостом можно было разглядеть тот самый сундук, который едва подсвечивал воду. В реке никого не было видно и мы начали думать как достать его оттуда. Я перебежал по мосту, расположился на уступе на северном берегу реки и приготовился.

Солмир и Фьюз расположились на мосту, Тамас на южном берегу, а Орум чуть спланировал к воде и выстрелил в сундук из лука. Вода тотчас забурлила и из ее глубин показался странный белый горбатый кокон, опутанный цепями, на одной из которых висел необычный светильник.
Тамас на всякий случай зарядил свои дварфийские убойные болты и начал стрелять в кокон. Орум подлетел поближе и стал сражаться в ближнем бою с чудовищем. На маленький светильник никто не обращал внимания до тех пор пока он не приблизился ко мне и не стал светиться много ярче, чем прежде, из-за чего мне пришлось скрыться от него за ближайшим кустом.

Горбатое чудовище рогами боднуло птичку и начало высасывать его жизненные силы. Пернатый потерял сознание и рухнул в воду. Такого никто не ожидал, потому что до этого момента нашего летающего монаха только оглушали, но никак не вырубали окончательно. На очереди был Солмир. Из кокона появился тонкий как жгут, склизский черный язык схватил его за шею.
Фьюз воспользовался исцеляющей силой музыки и привел Орума в чувства. Я хотел убежать подальше от назойливого фонаря, но свет его ослепил меня и как будто начал высасывать из меня жизненные силы. В этот момент Орум и Солмир пришли ко мне на помощь, отбили фонарю цепь, по которой он получал силу, и фонарь. Кокон также ослаб, но напоследок схватил языком беднягу Солмира и скинулся вместе с ним в воду. Чудовище погибло, а смуглого начинающего оборотня поднял Фьюз.

Тамас, как одержимый, схватил светильник в руки и побежал к сундуку, который, на удивление, открылся без каких либо усилий. Внутри сундука лежало небольшое тело, обернутое в белую ткань, такую как у кокона. На шее висел небольшой золотой колокольчик. Помимо колокольчика была еще небольшая шкатулка со старыми потускневшими 50 золотыми монетами и резная деревянная трость, повертев в лапах которую Орум заметил, что она преобразовалась в длинный клинок.

Аккуратно разрезав плащаницу мы обнаружили хорошо сохранившееся тело хрупкой девушки, в голове у которой была существенная вмятина, как будто кто-то перед мумификацией пробил ей голову камнем.

Прихватив с собой всё вышеперечисленное из сундука мы пошли в сторону постоялого двора и по пути, на небольшой полянке сожгли тело от греха подальше и вернулись в таверну. Из-за того, что мы убили опасное чудовище, конская цена за комнату снизилась с 10 зм за ночь до нескольких копеек. Погода испортилась окончательно, за окном пошел дождь и начали сверкать молнии. Перед отходом ко сну мы привязали Солмира к кровати и разошлись по комнатам.

(Солмир ворочался и долго не мог заснуть. Всё ближе луна и всё сильнее ее зов, навязчивые мысли о сердце мучили его, после чего он наконец-то заснул. Я сидел у себя в комнате и читал дневник. Орум медитировал, Тамас пил, а Фьюз в холле, в надежде немного заработать, развлекал, таких же как и он, гостей. Когда Норман погасил все свечи в доме и стало по настоящему темно и тихо, лишь дождь барабанил по крышам и периодически поблескивали в окне молнии, что сверкали где-то в стороне гор.

Из-за холма выехала на коне одинокая фигура в черном и направилась в сторону трактира.)

Гроза продолжалась и я долго не мог уснуть из-за ярких вспышек за окном и шорохов из соседней комнаты, где расположился Солмир.

Сквозь мутный сон я услышал кричащую о пожаре девушку. Я вскочил с кровати и выбежал на улицу. Темная теплая ночь была озарена пламенем от горящего недалеко леса. Никого из моих друзей не было рядом и таверна выглядела иначе, я обратил на это внимание только, когда увидел вывеску: “День до Бердаска”.

Когда я добежал до леса, чтобы вызволить Тамаса из огненной ловушки, часть леса уже была охвачена огнем и сквозь едкий дым ничего не было видно, поэтому я рванул к пещере, где я впервые встретил Хорта, но на месте ее входа был сплошной камень.

На следующий день, когда пламя погасло, я добрался до Бердаска. Моросил мелкий дождь, какие-то мужики тащили пшено на мельницу, стражник совершал очередной обход по улице, а я направился в уже знакомую таверну - “Зловещая ива”, в ожидании встретиться там с друзьями, но кроме, играющих в карты, эльфа Виктариса, человека в шляпе Френсиса и старухи Вальвы туда так никто и не заходил.

(продолжение, вероятно, не последует)

Кузнец бросился к сидящей на кровати полуорчихе и начал расспрашивать ее о том что с ней произошло, но кроме хрипа он ничего не услышал. Мы вслух начали обсуждать возможные причины такого явления и, услышав об игре феи, кузнец начал судорожно у нас спрашивать, что мы об этом знали и как это можно было вылечить его подмастерье.

Глупый Тамас вновь у меня хотел узнать чувствовал ли я здесь магию или нет (уже не знаю как ему сказать, что я не знаком с магией как таковой. Я не учился этому, она сама бац и появилась. Я просто колдую и всё.) Я смог лишь предположить, что это могло произойти из-за драки с Солмиром во сне. Непонятно было восстановится ли она, когда эта игра кончится.

Кузнец подумал, что раз это была чья-то магическая шутка, то можно было обратиться к гному-старьевщику, что в форте держал лавку. Он был сведущ в магии и мог что-то знать о подобных “проклятиях”. На прощание кузнец сказал своей подруге, что всё будет хорошо и мы все вместе отправились к гному.

По пути мы заглянули в храм трех богов (богини Земли Чаунтии, бога света Латандера и бога милосердия Грумбара) и переговорили с настоятелем, чтобы тот на время принял всех пострадавших от рук бессердечной феи. Настоятель доброжелательно отнесся к такой просьбе и сказал, что передаст местной страже нашу просьбу обойти форт и привести всех “проигравших” в храм. Кузнец сказал, что приведет гнома сюда, чтобы он обследовал всех подверженных этим заклятием.

Тамас предложил Фьюзу остаться  в храме и молиться всю ночь, чтобы его не настигла та же участь, как и тех бедолаг. Орум сказал, что пролетит над фортом и поищет плутовку фею и, взмахнув крыльями, скрылся в облаках.

Пока мы ожидали гнома-изобретателя у входа в храм я стоял и крутил в руках черный камень Маракса и свой счастливый кубик от игральных костей, думая как помочь Фьюзу не попасть под чары этой ночью. Орум вернулся и сказал, что его зоркий глаз не нашел Лютию, как и не видел того парнишку, которого ночью зарезал Фьюз. Я отправился в храм, чтобы там подумать. Солмир и Тамас ушли за элем в ближайшую лавку, Фьюз тренькал на гитаре, а Орум рисовал шпили форта.

Я бродил по храму и пытался сконцентрироваться на том, чтобы связаться с Мараксом, так я забрел в небольшой зал, где горели свечи. Через мгновение, услышав знакомый голос позади от себя, я обернулся и увидел как, отбрасываемые колоннами и другой утварью, тени образовали силуэт Грима.

Переговорив с ним, я понял, что покровитель был еще недостаточно силен, чтобы выцепить Лютию в наш мир, но мог попытаться разрушить или ослабить ее чары. Я рассказал Мараксу про Фьюза и попросил помочь ему. После чего тени вернулись на свои места.

Вернувшись к ребятам, я умилился тому, как Орум и Фьюз сидели и развлекали прохожих. Я поговорил с ящеркой о его самочувствии и о том, что этой ночью стоило бы быть осторожнее, а после отдал ему на ближайшую ночь свою игральную кость и пообещал, что с ним всё будет хорошо и ничего плохого не случится.

В это время к храму, потягивая эль, вернулись Тамас с Солмиром. Страшненький притащил с собой сеть. Прождав еще какое-то время к пришел гном-изобретатель с дорожной сумкой, в которой что-то бренчало.

Зайдя в храм, он увидел собранных там орчиху-подмастерье и несколько молодых людей, у одного отнялась рука, второй ослеп, третий не мог ходить - его принесли сюда его друзья.

Достав из сумки необычный инструмент в виде пирамидки с несколькими синими камушками, вокруг которой летали синие частицы, гном внимательно осмотрел каждого. Он поднес этот причудливый прибор к голове и начал ждать, когда синие частицы перелетят из одного камня в другой. Частицы, перемещаясь, раз за разом изменяли свой цвет на темно фиолетовый. Он посмотрел на нас и сказал, что физически тела их были здоровы, но на них были наложены чары. Он не мог точно сказать, что следовало делать, чтобы как-то им помочь. Гном предположил, что их можно было отправить в Ириэбор к Лидии (она помогла Тамасу избавиться от пелены на глазах).

Гном пригляделся к нам повнимательнее, особенно к Фьюзу с его раной и обезображенному Солмиру. Он решил проверить и нас. Над Фьюзом прибор показывал розовый цвет вперемешку с фиолетовым - что означало почти норму. На мне и на остальных свет был слегка розовым. Изобретатель обратил на это внимание, быстренько собрал вещички и удалился из храма.

Оставшийся день мы провели достаточно разрозненно. Так как мы не знали чем для нас могла обернуться грядущая ночь и колдовство феи. Тамас время от времени бегал в лавку за выпивкой, я медитировал и был предельно спокоен, Орум залетел на стену форта и с нее рисовал башню на закате, Фьюз, чтобы отвлечься, играл на инструментах возле храма, а Солмир просто бродил по улицам. Ближе к ночи мы все вместе собрались в храме и приготовились ко сну. Спать не хотелось, но как только я прилег на лежанку, то сразу же вырубился.

(Когда солнце скрылось за горизонтом и лунный свет забил через маленькие витражные окна храма, из моего спящего тела на выдохе высвободился сгусток темной субстанции и направилась в сторону Фьюза, что лежал через одну койку от меня. Он медленно приблизился к ящерке, распластался на его груди, как будто сканируя его, и на очередном из его вздохов всосался внутрь ящерки. Фьюз начал дергаться и елозить, схватившись когтями за матрац. Его глаза широко распахнулись и осветили всю комнату ярким фиолетовым светом. Густая темная эссенция поглотила колдовство феи и поглотив этот свет и тело Фьюза постепенно расслабилось и он очнулся.)

Я проснулся, поднялся с кровати и увидел ребят, что тоже уже начали подниматься. В воздухе витали еле светящиеся частицы, которые освещали крипту. Подойдя поближе к Фьюзу, я обратил внимание на его черные глаза и понял, что Маракс смог блокировать чары. Чтобы удостовериться в том, что Фьюз с нами я протянул лапу, выставил два пальца вверх и спросил сколько пальцев он видел. Ящерка сказала, что видела 3 пальца… такого ответа мне было достаточно, чтобы понять, что он с нами.

Итак, по правилась игры нам нужно было найти шкатулку. Из главного зала храма, где располагались пострадавшие, стали раздаваться странные звуки и мы побежали туда. Еще теплые спальники были пусты, а двери храма были распахнуты. На улице были слышны звуки удаляющихся шагов. Тамас и Орум на скорости вывалились из дверей и привлекли к себе внимание.

По двору возле храма брело 4 сгорбленных существа, руки которых превратились в длинные отростки с когтями, при помощи которых они перемещались, а головы их практически вросли в туловища, из которых были видны лишь их лица - это были те самые бедолаги пострадавшие из храма. Ночные монстры отреагировали на шум и побежали в нашу сторону.

Орум, Тамас и Солмир взяли на себя всех монстров, поэтому у меня и Фьюза были развязаны руки. Орум перелетел в центр двора и отвлек на себя двоих, которых попеременно оглушал своими хлесткими ударами. Двое других горбатых монстров дрались с Солмиром и Тамасом. Смуглый караванщик изловчился и сбил чудище на землю и отрубил ему голову. Второго монстра с лицом полуорчихи сначала Тамас поразил из арбалета, а после мои жгучие огненные лучи спалили его до угольков. После чего мы дружно расправились с теми, кого держал на себе храбрый ааракокра.

Времени на передышку не было, потому что с соседней улицы доносились пронзительные звуки и крики, которые резко прекратились. Орум расправил крылья, взмахнул ими пару раз, взлетев над домами, и приземлился обратно. Этих нескольких секунд хватило, чтобы увидеть, как на соседней улице огромная собака, высотой с двухэтажное здание, разрывала туловище одного из участников игры. Голова собаки была покрыта металлической пластиной, напоминающей шлем, а на металлическом ошейнике на цепях свисали трупы неизвестных нам людей. Этот ночной кошмар с фиолетовыми глазами двигался к нам.

Предполагая, что заветная шкатулка могла находиться у собаки, нами было решено устроить здесь засаду. Солмир забежал в дом, оставив дверь слегка приоткрытой, Тамас спрятался в кустах, видимо для того, чтобы не пришлось далеко бежать, если бы собака была очень страшной. Я забрался на крышу дома, где спрятался наш страшненький, Фьюз залез в бочку, что стояла возле одной из стен храма, а Орум взмыл в небо и прикинулся птичкой.

Практически все замерли и небольшой дворик наполнялся глухими шагами этой здоровенной псины. Дождавшись подходящего момента Тамас приподнялся, прицелился и выстрелил ей в глаз.

Маленький Фьюз вылез из бочки, побежал к чудовищу и, рухнув на землю, начал умолять монстра пощадить его. Таким образом он отвлек на себя псину и дал нам преимущество в бою.

Огромной лапой псина захотела схватить маленькую ящерку, но Фьюз перепрыгнул ее и даже сумел увернуться он слюнявой пасти, после чего он испарился и очутился на карнизе соседнего здания.

Солмир выбежал из дома и глефой пытался отрубить сухожилия ее задних лап. Орум летал между облаков и стрелял из лука, я, стоя на крыше, в лапах сконцентрировал палящие лучи и направил их в зубастую пасть собаке.

Кошмарная тварь переключилась на Солмира и прибила его к земле лапой. Собака схватила его и собралась грызть, но я, разбежавшись по крыше, спрыгнул ей на спину и начал колоть ее рапирой. Каждый мой удар отдавался ей болью в голове и позвоночнике.

Псина ослабила хватку, чтобы этой же лапой расправиться с назойливым комаром у себя на спине. Она схватила меня и потащила в пасть, но что-то пошло не так и я ткнул клинком ей в нёбо и, отпрыгнув от головы, зацепился за ее плечо. Хлопок лапой по плечу сбил меня вниз и чтобы не разбиться о камни вокруг меня образовалось облако тумана и я переместился обратно на крышу.
Орум спикировал на собаку сквозь облака, расцарапал когтистыми лапами ее глаза, вонзил меч в шею и провернул. Истошный вой разлетелся эхом по округе и чудовище упало наземь. Орум с расправленными крыльями красовался на голове убитого монстра. 

Шкатулки у собаки не было, но последний вой псины, как будто бы оживил ближайшие дворы и в соседних домам загорелись фиолетовые огни. Мы побежали по улицам и проулкам, чтобы замести свои следы и спрятаться. Пробежав так с десяток домов, мы забежали в достаточно неприметный двухэтажный дом.

Наконец-то можно было передохнуть и осмотреть дом в надежде найти здесь шкатулку. Я присел за стол, чтобы перевести дух. Дом внутри казался значительно больше, чем снаружи. На первом этаже стояли пыльные шкафы, бочки и пара столов. На втором этаже располагалось две спальни.


Когда Солмир осматривал бочки под лестницей, то заметил, что одна из бочек была закрыта не плотно. Он аккуратно отодвинул крышку и обнаружил внутри трясущегося от страха мужика. Он с трудом мог говорить, но было понятно, что прямо на его глазах какая-то тварь съела его друга. Мужик был уверен, что эта чертова шкатулка и игра не стоили любой жизни, поэтому он просто спрятался здесь и предложил нам поступить также.

Как только он договорил, фиолетовый свет начал бить в окна и мужик быстро залез в бочку и закрылся. Нам тоже нужно было прятаться.

Я еще на подходе к дому заметил дымоход, поэтому я сразу же направился в спальню и забрался в камин. Фьюз спрятался в соседней комнате где-то в кровати или под ней. Солмир забрался на бочки и прикрылся деревянным ящиком. Орум взлетел под потолок и скрылся между перекладинами, а Тамас забрался в шкаф.

Как только мы попрятались в дом зашли два чудища. Они были похожи на кошмарный пауков, покрытые черной слизью, а при помощи голов в виде трех человеческих черепов они осматривали дом своим фиолетовым взором.
Пауки медленно осмотрели первый этаж и поднялись по лестнице на второй. Комната в которой был я залилась ярким светом. Место я выбрал неудачное, потому что требовалось держаться лапами, упершись о стенки дымохода. Второй паук ушел в комнату к кобольду. Время текло крайне медленно, мои лапы затекали и мне казалось, что я начал соскальзывать вниз.

В это время Орум перелетел в другую часть крыши и спрятался там за большой бочкой. Солмир нащупал дощечку и кинул ее в сторону. Дощечка ударилась о стол и отскочила прямо к двери. На шум пауки тотчас отреагировали и побежали на первый этаж, перебирая своими ножками. Один из них выбежал на улицу и убежал в неизвестном направлении. Второй же остался. Он медленно огляделся, прислушиваясь к каждому шороху и дыханию, но через несколько минут тишины паук выбрался через окно и ушел. Я расслабил лапы и плюхнулся в золу, что осталась в камине после огня.

Местный Диоген предпочел остаться здесь на всю ночь, а мы выдвинулись на поиски злосчастной шкатулки. Мы отправились в сторону бастиона, так как предположили, что шкатулка могла находиться именно там. Орум летел над нами и сообщал о ситуации впереди. Из соседних переулков сначала раздавались шорохи, а потом и стремительные звуки шагов по черепице на крыше вперемешку с щелканьем зубов. Через несколько секунд мы увидели, как по крышам от пауков  убегал парнишка, но он оступился и упал. Пауки его тут же нагнали и мгновенно вырвали его голову вместе с частью позвоночника. Жуткое зрелище. Никому бы не пожелал такой участи.

Пройти до бастиона нам мешали эти твари на крыше, поэтому Орум поднялся чуть выше, выстрелил из лука в одного паука и полетел в сторону сторожевой башни, тем самым освобождая нам путь от вопящий и кровожадных пауков убийц.

Бастион был уже совсем рядом. На площади перед ним стояла еще одна статуя. На этот раз это была женщина в тунике, держащая в руках свиток. Перед замшелой статуей витало несколько сгустков с крыльями, напоминающий полуметровых голубей.

Я наколдовал иллюзию того самого Диогена, который привлёк внимание дюжины голубей и побежал в противоположную от нас сторону. Вход в бастион был свободен. Орум так и не вернулся. Мы забежали внутрь.

(Пауки гнались за пернатым несколько минут, но в итоге отстали. Он залетел в сторожевую башню и быстро осмотрел помещение. Вскрыл несколько ящиков, но ничего не нашел, как за его спиной с крыши свесилось раненое сгорбленное существо (таких мы видели прямо возле храма) с лицом одного из стражников и набросилось на Орума. Ловкий монах увернулся и перекинул жуткое существо через себя прямиком в окно. Вереща и дергая конечностями тварь разбилась о каменную брусчатку. Осмотрев эту и несколько других башен, Орум полетел в сторону бастиона.)

Коридоры и лестницы бастиона были пусты. Приглядевшись я заметил капли крови на полу, что уходили вверх по лестнице. Я предложил пойти туда. Двигались мы достаточно скрытно, но через некоторое время, проходя мимо одного из кабинетов, Фьюз хвостом зацепил дверь, которая со скрипом приоткрылась. Две тёмные фигуры с длинными ушами, напоминающие эльфов, вышли из этой комнаты и длинными руками ударили Фьюза. При ударе из рук выделялся ядовитый дым, из-за которого ящерка начала кашлять и упала на пол.

Я услышал удары и начал расстреливать непонятных существ в коридоре. Солмир и Тамас тоже быстро среагировали и эти твари скоропостижно превратились в пыль и растворились в ночном прохладном воздухе. Фьюз прокашлялся и поднялся на ноги.

В левом крыле второго этажа бастиона мы обнаружили кабинет коменданта форта, дверь в которую была не заперта. Открыв дверь, я увидел кромешную и абсолютную темноту, которая вырвалась наружу и уже было облепила меня с ног до головы, реакцией кошки я выставил магический барьер и тьма, ударившись о него, тут же рассеялась.

Тщательно осмотрев кабинет, в одном из шкафов мы с Солмиром заметили шкатулку. Мы практически одновременно с ним сказали: "Тамас, смотри, вон шкатулка" и тот сразу же подбежал и потянул к ней руки. В этот момент Орум залетел в кабинет со штандартом, который снял с одной из башен (зачем он ему был нужен - не ясно).

Тамас взял шкатулку в руки и открыл -  он заулыбался и комнату залило ярким, немного даже ослепляющим, оранжевым светом. В моих глазах потемнело.

На утро я очнулся в том же храме, меня окружали все те же сопартийцы и всё будто стало приходить в себя. Втечение дня к полуорчихе стал возвращаться ее голос и нога начала функционировать. От других пострадавших проклятие также стало отступать. Лютию нам так и не удалось найти, единственное что от нее осталось - это, выполненная из темного резного дерева, шкатулка.

Фьюз вернул мне мой талисман. Тамас пересчитал монеты три раза и разделил их на 5 равных частей. Мы сидели в таверне, обсуждали прошедшую беспощадную игру, поедая при этом вкусного фазана, и отдыхали. После еды Орум предложил Тамасу сыграть в костяшки на 10 золотых дракончиков и Тамас, конечно же, согласился. Он был не в себе, когда проиграл честно заработанные 30 монет и отправился пить, а довольный Орум продолжил рисовать шпили, что видел во сне.

Болезни Фьюза и Солмира за последующие три дня не прогрессировали, нового лекаря в форте так и не появилось, поэтому было решено отправляться из этого уездного городка.

(продолжение следует)