Соло - лишь шорты, гамаши и поло. Крым мой, 10
ДРУГОЙ КРЫМ. ЧАСТЬ 4.3. ЯЛТА. СОВСЕМ ДРУГАЯ СКАЗКА
Апрель почти уж на исходе, душа хвалу творит природе.
Перезимовали в Ялте: пережили февральские шторма и мартовскую распутицу, полюбовались первоцветами — надо собираться в путь. Но на прощание я выбрал ещё один маршрут и предлагаю вам составить мне компанию — если вас не смущает мой неспешный ритм.
Водопад Учансу в это время года особенно полноводен и многолюден, поэтому вплотную к нему мы подъезжать не будем, а выберем для обзора площадку у зоопарка «Сказка». На расстоянии низвергающиеся с высоты потоки воды смотрятся ещё величественнее. Вода, вне зависимости от близости моря, становится лейтмотивом моего повествования: даже заснеженные вершины гор на горизонте — просто иная её ипостась. Она, как и ночь, следов не оставляет.
Сеть зоопарков, созданная Олегом Зубковым в Крыму, имеет свою отличительную особенность: человек в них ощущает себя инклюзивом, а не эксклюзивом. Для меня это особенно значимо — слишком часто был изгоем. Про Тайган речь пойдёт в одной из следующих историй, а сейчас давайте заглянем в сказку. Там звери — настоящие, на расстоянии вытянутой руки, со своими характерами, не умеющие играть роли, просто такие, как есть. Представьте себе альтер эго московского метрополитена — и вы поймёте, о чём я. Я буду ходить мимо них, просто заглядывая каждому в глаза и пытаясь понять, как оставаться ЧЕЛОВЕКОМ, — вы же можете выбрать любой другой способ осмотра, соблюдая те же меры безопасности, что и в общественном транспорте.
Далее наш путь лежит по Южнобережному шоссе к Массандровскому дворцу. Окружённый небольшим, но очень уютным парком, он — мой самый любимый в Крыму: без ложного пафоса, солнечный и радостный в любой день. Одним словом — снова сказка. Сегодня днём там проходит светский раут для «особенных» людей — взрослых, хлебнувших горькую чашу бытия полной мерой. Не могу назвать себя организатором — не тот ресурс, просто подал идею. Загляну в зал из-за портьеры на мгновение, кивну главному спонсору с искренней благодарностью, окину взором Ялту, павшую ниц перед теми, для кого слово «преодоление» не пустой звук, — и отправлюсь дальше.
Сегодня при упоминании Массандровского винзавода мне приходит на ум не князь Голицын, а Гофман: мышиный король выкупил за бесценок истинную жемчужину российского виноделия и торгует, прикрываясь знаменитой маркой, откровенным шмурдяком. Но на дегустации, проводимой старейшим сотрудником предприятия, ещё можно вкусить и благородный херес, и девственную мадеру; портвейны манят своим изяществом, а белый мускат всё так же переливается красным камнем. Вина, как и рукописи, не горят — но имеют привычку кончаться в самый неподходящий момент.
Однако эта грустная сказка меркнет перед леденящей душу историей санатория, который оказывается у нас на пути, когда мы спускаемся по улице Свердлова к морю. Далее — лишь сухие строки констатации фактов на сегодняшний день.
Бывший санаторий Ленинградского военного округа (ЛВО) в Мордвиновском парке полностью прекратил своё существование как единая здравница, а его многочисленные объекты оказались разделены и находятся в разном — преимущественно заброшенном — состоянии. Дворец графа Мордвинова — величественное трёхэтажное здание в стиле возрождения — долго переходил из рук в руки, выставлялся на продажу за десятки миллионов долларов и в итоге оказался в частной собственности. Санаторная функция давно утеряна. Внутрь попасть легально нельзя: двери и окна первого этажа наглухо закрыты, периодически выставляется охрана, хотя само здание и его роскошные интерьеры со старинными лестницами чудом сохранили относительную целостность. Знаменитая советская столовая-«шайба» на 900 мест превратилась в заброшенные руины: здание полностью опустошено, внутри всё разрушено и разрисовано граффити. В апреле 2025 года в ней произошёл крупный пожар, охвативший площадь более 200 квадратных метров, — что ещё сильнее усугубило плачевное состояние этой некогда футуристичной постройки. Дом архитектора Вегенера и особняк Шиллинга находятся в полуразрушенном, аварийном состоянии, утопая в зарослях парка. Усадьбы Барятинской и Сазонова оказались отрезаны заборами, частично перешли в статус частных вилл или жилых построек и фактически исключены из общедоступной парковой зоны. Фонтан «Юноша с мечом» (1983 год) стоит перед бывшей столовой, давно не работает и постепенно разрушается.
У Ялты есть свой Мордор.
По стечению обстоятельств, кажущихся странными лишь на первый взгляд, на этой же улице расположены особняки масонов XVII–XIX веков — дивные своей неповторимой красотой и изяществом — и уродливые монолиты современных ЖК масонов дня сегодняшнего. Разница владельцев лишь в том, что первые служили созиданию, а вторые — разрушению.
Наш конечный пункт — Массандровский пляж: помпезный китч, возведённый в статус культа. Копия Эйфелевой башни как символ импортозамещения говорит сама за себя. Вечереет. Пора в «Бристоль», зарядить пистоль: у сказки далеко не всегда счастливый финал.
С человеком, который идёт медленно, вода говорит иначе. Им не стыдно рассказать лишнее.
ДЦП — это книга твоей жизни. И как её написать — решать только тебе.
