От Версаля до Мюнхена. Нарастание противоречий в Европе ... Установление нацистского режима в Германии и его разновидностей в ряде стран Европы и Азии вызвало в мире широкое протестное движение демократических сил. Конкретным его проявлением явилось возникновение Народных фронтов, а впоследствии правительств Народного фронта, которые пришли к власти под лозунгом борьбы против фашизма и войны. Весьма значителен был резонанс решений VII конгресса Коминтерна, проходившего в Москве 25 июля — 30 августа 1935 г. Участвовавшие в работе конгресса делегации 65 коммунистических партий, не отказываясь от лозунга мировой революции, ближайшей задачей объявили необходимость налаживания сотрудничества с социал-демократами, реформистскими профсоюзами и другими силами в целях создания единого рабочего фронта и на его базе широкого антифашистского фронта. Любопытно в этой связи интервью И. В. Сталина в марте 1936 г. американскому журналисту Р. Говарду. На его вопрос, оставил ли Советский Союз в какой-либо мере «свои планы и намерения произвести мировую революцию», был дан ответ: «Таких планов и намерений у нас никогда не было… Экспорт революции — это чепуха. Каждая страна, ежели она этого захочет, сама произведет свою революцию, а если не захочет, то революции не будет…». ... В ночь на 3 октября 1935 г. Италия совершила нападение на Эфиопию. 5 мая 1936 г. пала эфиопская столица Аддис-Абеба. 9 мая 1936 г., когда итальянские войска оккупировали лишь треть территории Эфиопии, Муссолини объявил о ее завоевании, а Большой фашистский совет в Риме издал декрет о превращении Италии в империю. ... 19 ноября 1937 г. председатель тайного совета в британском кабинете министров Э. Галифакс в беседе с Гитлером назвал Германию «бастионом Запада против большевизма», согласившись предоставить ей свободу действий для изменения «европейского порядка» за счет Данцига и Чехословакии при условии, что это изменение осуществится «путем мирной эволюции».
Многие объясняют приход Гитлера к власти его ораторским талантом и харизматичностью. Кроме того указывают тяжелую экономическую ситуацию в Германии и поражение в Первой мировой войне. Безусловно, все это нельзя отрицать. Но в нынешних условиях все прекрасно понимают, что без серьезной финансовой поддержки никакие политические амбиции не могут быть реализованы. Кто финансировал Гитлера и его нацистскую партию? Какие серьезные финансисты стояли за его спиной? Этот вопрос волнует очень многих.
По утверждению источников, в конце 30-х годов Германия превращается в основного партнёра Англии. Банк Шрёдера превращается в главного агента Германии в Великобритании, а в 1936 году его отделение в Нью-Йорке объединяется с домом Рокфеллеров для создания инвестиционного банка «Шрёдер, Рокфеллер и К». Как признавался сам Гитлер, свой четырёхлетний план он задумал на финансовом основании зарубежного кредита.
резервная система. Им оказывали поддержку также финансово-промышленные организации. Они преследовали цель – установить абсолютный контроль за финансовой системой Германии, чтобы управлять политическими процессами в Центральной Европе.
В середине 30-х годов, американская корпорация «Стандарт Ойл» приобрела в Германии 730 тысяч акров земли и построила крупные нефтеперерабатывающие заводы. Нефтяная компания и финансировавший её Chase National Bank принадлежали Рокфеллерам. Это они исправно снабжали нацистов нефтью. Кроме того, в Германию из США было доставлено тайно самое современное оборудование для авиационных заводов. Здесь производились немецкие самолеты. Также по американским технологиям строился «Юнкерс-87». Когда в СССР вовсю бушевала Отечественная война, американские инвестиции в экономику Германии составили 475 миллион долларов. «Стандарт Ойл» вложила в неё 120 миллион, «Дженерал моторс» – 35, ИТТ– 30, а «Форд» – 17,5 миллион.
Говорят, что все тайное рано или поздно становится явным. После Второй мировой войны достоянием общественности стали документы, касающиеся вопроса о том, кто спонсировал Гитлера в начале его карьеры и в последующие года. Более двух десятилетий посвятил этому расследованию итальянский журналист Гвидо Препарато. Он сумел документально доказать связь деловых кругов Лондона и Вашингтона с лидерами НСДАП. Более того, назвал много конкретных имен тех, кто привел «коричневых» к власти. Подводя итог своим исследованиям, Гвидо Препарато писал, что не Америка с Англией породили гитлеризм, но именно ими были созданы те условия, при которых он смог перерасти в угрозу всему человечеству.
Всем известно, что американский автомагнат Генри Форд был награжден высшим орденом Третьего рейха – большой крест Немецкого орла. Но не все знают, что Форд спонсировал Гитлера на войну. Он стоял во главе выпуска в Германии “народного автомобиля” Фольксваген. Естественно, он владел 100% акциями концерна Volkswagen. Снабжал он фашистов и своей основной продукцией – автомобилями. Хотя в США был принят закон, запрещающий сотрудничество с нацистами, он кроме того занимался производством двигателей для самолетов Люфтваффе. Есть данные о том, что в 1940 году Форд предоставил Гитлеру 65 тысяч грузовиков безвозмездно. В то время в Европе полыхала война, развязанная нацистами. Вот еще один факт. Сохранилась любопытная информация конца Второй мировой войны. Американская авиация провела массированную бомбардировку Кельна и ряда других немецких городов. Все они были превращены в руины. Остались целыми только здания заводов Форда. И еще интересней тот факт, что автомобильный магнат умудрился получить от американского правительства компенсацию за ущерб его имущества, находившемуся на вражеской территории.
Генри Форд был награжден высшим орденом Третьего рейх
Есть много версий по этому поводу. Безусловно, на первое место выходит бизнес – все капиталисты хотели заработать на войне. Но кроме этого такое тесное сотрудничество основывалось на личных отношениях Форда с Гитлером. Автомагнат был ярым антисемитом. Здесь, думается, не последнюю роль сыграл и рынок Германии.
Среди американских предпринимателей, кто спонсировал фюрера на войну с СССР можно назвать и руководство General Motors. Немецкий автомобильный концерн Opel был под их полным контролем. Здесь выпускались грузовики Blitz – «Молния». Позднее на их базе создавались печально известные газовые камеры на колесах.
Доподлинно известно, что американские концерны, ставшие спонсорами Гитлера во Второй мировой войне, инвестировали в промышленность Германии более 800 миллион долларов. По тем временам это было рекордной суммой. Сам Генри Форд вложил около 18 миллиона долларов.
Финансовую помощь нацистам оказывал германский промышленник и финансовый магнат Густав Крупп и крупный предприниматель Фриц Тиссен – родной брат известного магната Августа Тиссена.
Фриц Тиссен
Несомненно, причины, которые побудили финансовых олигархов Германии помогать Гитлеру и его партии, были самыми разными. Одни хотели создать ударную силу против внутренней «коммунистической угрозы» и рабочего движения. Конечно, боялись и внешней опасности – большевиков. Некоторые перестраховывались на случай прихода Гитлера к власти. Третьи работали в одной группе с мировым финансовым интернационалом. Но всех объединяло одно – всем была выгодна война. Война намного увеличивала заказы, чем в мирное время.
Интересной сложилась история Фрица. Еще в начале 20-х годов он оказывал поддержку зарождавшемуся нацистскому движению. Затем был одним из главных кредиторов. Как настоящий бизнесмен он надеялся в будущем получить солидные дивиденды. Когда фюрер пришел к власти Фриц стал руководителем “Института сословий”. Эта организация занялась разработкой документа, подводящего якобы научную базу под идеологию сословного неравенства граждан. Тиссен был ярым антикоммунистом и сторонником войны с Советским Союзом. Но был против конфронтации с западными странами. Благодаря своим вложениям, это сходило ему с рук. Но, выступив против преследования евреев, совершил роковую ошибку. Такое Гитлер никогда не прощал. Тиссен чудом успел бежать вместе с женой в нейтральную Швейцарию. Затем, однажды, он перед началом Второй мировой войны переехал во Францию, которую оккупировала Германия. Там он был арестован и водворен в концлагерь. Так, известный немецкий магнат, который вложил огромные средства для войны, сам оказался в концлагере. Позже, когда выйдет из концлагеря, он напишет книгу “Я финансировал Гитлера”. Он подробно расскажет о том, как создавалась материальная база нацистов Германии. Фриц Тиссен умер в Буэнос-Айресе в 1951 году.
Все хорошо помнят сериал “Семнадцать мгновений весны”. Там есть отрывок о сепаратных переговорах между западными державами и командованием Вермахта. С американской стороны в них принимает участие глава ЦРУ Аллен Даллес. Исследователи полагают, что участие Даллеса в сепаратных переговорах 1945 года, хотя и косвенно, доказывает связь американской разведки с высшим командованием Германии. Кроме того, именно Аллен Даллес контролировал денежные потоки из-за океана, не иссякавших в период военных действий. Таким образом, становится очевидным, что Западные спонсоры Гитлера, дали ему возможность нанести максимальный урон Советскому Союзу. Чтобы заставить его быть более сговорчивым при распределении послевоенных сфер влияния в Европе. Понятное дело, сейчас западные политики этот факт отрицают. Но тем не менее. Российские историки и их зарубежные коллеги это доказали. Американские финансовые воротилы заодно с немецкими промышленными и финансовыми кругами, преследовали общую цель. Она заключалась в объединении Европы против Советского Союза, который набирал военную и экономическую мощь.
Самое интересное – Гитлера и его партию финансировали и подготовили почву для захвата нацистами власти в Германии те же силы, что готовили революции 1905, 1917 годов в России. Это они спонсировали партию большевиков, эсеров, меньшевиков, вели плотную работу со всеми российскими революционными силами. Это так называемый «финансовый интернационал», хозяева банков США, Британии, Франции и других западных стран, американской Федеральной Резервной Системы...
Если не лазить в историю Тёмного Средневековья, город прославился, когда в 1923-м молодой ефрейтор Адольф Гитлер устроил там свой «Пивной путч» — попытку государственного переворота. Преждевременную, как оказалось. Суть такая: в мюнхенских пивных образовалась НСДАП (Национал-социалистическая немецкая рабочая партия) под руководством Гитлера — несколько сотен человек.
Надувшись баварского пива (Мюнхен таки — Бавария, ежли чо), боевики Гитлера принялись чинить захват власти. Не получилось: полиция настучала им по башке, Гитлера обвинили в государственной измене и посадили на 5 лет в тюрьму. Там он написал первую часть знаменитой книги «Майн кампф» и сделал себе оглушительный пиар.
Он написал бы ещё и вторую часть, но не успел: баварские власти через 9 месяцев выпустили его условно-досрочно. Гуманная была власть к «изменникам Родины». Воров-карманников тогда сажали на большие сроки…
Мюнхен — два
Второй раз всемирно прославился Мюнхен, когда там состоялся знаменитый «Мюнхенский сговор». В 1938 году, когда выпущенный по УДО Гитлер стал канцлером, а затем фюрером Германии, он начал милитаризацию страны и реализовывать идеи «Майн кампф», где декларировалась «необходимость расширения жизненного пространства». Он заявил: «Я хочу Чехословакию!»
На встречу собрались лидеры «цивилизованного мира»: сам фюрер, премьер-министр Великобритании Чемберлен, премьер-министр Франции Даладье и Дуче Муссолини. Посидели-потёрли по-дружески и решили: пусть Гитлер заберёт себе Чехословакию — «умиротворение агрессора».
Рекламная польская пауза
Польша отказалась пропустить войска через свою территорию, и Гитлер при захвате Чехословакии «отвалил» полякам Тешинскую Силезию. Немцы и поляки — братья навек. Но уже через год, в 1939-м, фюрер захватил всю Польшу вместе с Силезией за пять недель — фантастически быстро.
Мюнхен — три
С тех пор прошло много лет. На 43-й Мюнхенской конференции по безопасности 10 февраля 2007 года молодой тогда президент России Путин сказал:
«Мы видим растущее пренебрежение основополагающими принципами международного права…»
«Однополярный мир означает один центр силы, один центр принятия решений. Это неприемлемо для мира…»
«Расширение НАТО — серьёзная провокация, снижающая уровень доверия…»
Лидеры «цивилизованных стран» над этим откровенно посмеялись.
Мюнхен — четыре
Три недели назад случилась настоящая клоунада, «стендап»:
Бывший премьер Голландии, генсек НАТО Марк Рютте: «Россия пытается казаться мощным медведем, но на самом деле садовая улитка…»
Бывшая президентка Эстонии Кая Каллас: «Россия — не сверхдержава. Её экономика сломана…»
Эммануэль Макрон: «Россия ослаблена, Европа должна сплотиться…»
Канцлер Германии Мерц: «Россия должна прекратить воевать и капитулировать…»
Президент Украины Владимир Зеленский: «Путин лжёт. Он слаб. Мы должны использовать это…»
Основы квантовой механики
Россия — страна Кота Шрёдингера: одновременно развалена и угроза всему блоку НАТО.
Объясню: кот Шрёдингера — это мысленный эксперимент, где кот одновременно жив и мёртв, пока вы не приоткроете ящик. Так же устроена квантовая физика России и Беларуси — всегда живые, несмотря на прогнозы европейцев.
Пили бы баварское
Эта тема — экзистенциальная. В 90-х среди «перестроечников» обсуждали: не побеждать немцев, а сдаться. В 2013–2014 году юг активно развивал эту идею.
Кружевных трусиков и баварского пива в вашу квантовую механику.
Однажды у Европы уже был «Мюнхен»: 87 лет назад в этом городе политики заключили сделку в попытке избежать большой войны. Тогда за «мир во всем мире» великие державы решили заплатить частью Чехословакии. Агрессор с удовольствием принял эту «плату», стал благодаря этому сильнее — и вскоре развязал новую мировую войну, оказавшуюся намного ужаснее предыдущей. Рассказываем о соглашении, которое окрестили Мюнхенским сговором.
«Международный поцелуй», или Как мировое сообщество попыталось отказаться от войн
Период мировой и европейской истории между 1918 и 1939 годами часто называют межвоенным (иногда по-латински — «Интербеллум»). Но это более позднее обозначение. Для людей той эпохи их время было «послевоенным», ведь, пройдя через ад всемирной войны, человечество совсем не ожидало ее повторения.
Немецкая штурмовая группа в траншее изготовилась к атаке. Фландрия, между 1916 и 1918 годами. Фото: Bundesarchiv, CC-BY-SA 3.0, CC BY-SA 3.0 de, commons.wikimedia.org
Политики и общественные деятели разных стран работали над созданием рецепта, который смог бы защитить мир от новой бойни. На это ушло около десяти лет. В апреле 1927 года министр иностранных дел Франции Аристид Бриан предложил США заключить договор «о вечной дружбе, запрещающий обращение к войне как к средству национальной политики». Идею такого договора Бриану подсказал американский историк Джеймс Шотвелл, главный редактор 150-томной «Экономической и социальной истории Первой мировой войны». Ученый, детально изучивший первый глобальный конфликт, пришел к выводу, что в современности война между двумя промышленно развитыми странами почти всегда будет перерастать в многосторонний конфликт. А раз так, единственным способом избежать мировой войны в промышленно развитом мире мог быть только полный отказ от развязывания вообще любых войн.
В США раздумывали над французским предложением более полугода. Наконец, в декабре 1927 госсекретарь Фрэнк Келлог ответил Бриану, что правительство его страны с удовлетворением принимает французское предложение, но с одной существенной поправкой: участниками такого договора об отказе от войны должны были стать и другие страны — в первую очередь все главные державы мира.
Договор об отказе от войны в качестве орудия внешней политики 27 августа 1928 года подписали в Париже представители Бельгии, Германии, Италии, Польши (напомним, что частью этой страны в то время была Западная Беларусь), США, Франции, Чехословакии, Японии — а также Великобритании и ее доминионов (Австралии, Индии, Ирландии, Канады, Новой Зеландии и Южно-Африканского Союза). В этот же день госдеп США отправил приглашения присоединиться к соглашению еще 48 государствам, в том числе Советскому Союзу. Договор стал известен как пакт Бриана — Келлога, или Парижский пакт.
Представитель Германии Густав Штреземан подписывает пакт Бриана — Келлога. Париж, 27 августа 1928 года. Фото: GaHetNa (Nationaal Archief NL), commons.wikimedia.org
О том, насколько большие надежды люди того времени возлагали на этот договор, можно судить по тому, что Фрэнк Келлог за его подгототовку получил Нобелевскую премию мира в 1929-м. Оно и неудивительно: благодаря пакту агрессивная война впервые в истории человечества стала незаконной с точки зрения международного права.
Отметим, что в руководстве СССР (в состав которого тогда входила восточная половина Беларуси) по вопросу о пакте Бриана — Келлога имелись разногласия. Нарком иностранных дел Георгий Чичерин выступал против участия в нем, утверждая, что «присоединение к уже готовому пакту, созданному другими, для нас неприемлемо». При этом главный советский дипломат предлагал все же отправить советскую делегацию на церемонию подписания договора об отказе от войн: «В этом случае наша роль заключалась бы в том, чтобы явиться, поспорить, пошуметь, выдвинуть всякие протесты и, наконец, уйти со скандалом».
Напротив, присоединение к пакту активно поддерживали член Политбюро Николай Бухарин и заместитель наркома иностранных дел (и уроженец Белостока) Максим Литвинов. По их мнению, СССР был заинтересован в «продолжении передышки» и не должен был пренебрегать даже «самой ничтожной гарантией против войны». Позиция Бухарина и Литвинова победила, и 31 августа 1928 года СССР уведомил Францию о согласии присоединиться к пакту.
На тот момент Москва действительно выступала как сторонник отказа от войны в международных отношениях. В ноте французскому посольству советское правительство заявило, что хотело бы запрета войн не только в формально-юридическом толковании этого слова (то есть предполагающего процедуру «объявления войны»), но и других видов военных действий вроде интервенции, блокады, оккупации чужой территории. Напомним, похожим образом, без формального объявления войны, происходит сейчас полномасштабное российское вторжение в Украину. Правда, предложение Советов так и не было отражено в тексте пакта.
На этом миротворческие инициативы Москвы не закончились. СССР не только первым ратифицировал соглашение (акт об этом французскому послу в Москве вручили 6 сентября 1928 года), но и придумал, как ускорить его вступление в силу. Дело в том, что, согласно договору, пакт Бриана — Келлога начинал действовать с момента ратификации всеми участниками. Этот процесс затягивался. Поэтому СССР предложил своим соседям — Латвии, Польше, Румынии и Эстонии — считать Парижский пакт действующим досрочно, то есть сразу после ратификации этими странами. Такое дополнительное соглашение (известное как «протокол Литвинова») было подписано в феврале 1929 года. Тогда как ратификация всеми участниками растянулась до июля.
Главным недостатком пакта Бриана — Келлога было отсутствие в тексте каких-либо санкций или других негативных последствий для его нарушителей. Парижский договор (к слову, никем не денонсированный — то есть действующий до сих пор) фактически стал декларацией, в которой страны осудили использование войн для разрешения международных споров и пообещали, что будут решать такие споры и конфликты только мирными средствами. Никакого механизма принуждения агрессора к миру документ не предусматривал. Из-за своего мягкого, декларативного характера он получил название «международный поцелуй».
Высмеивание пакта Бриана — Келлога во время Парижского карнавала 1929 года. Фото: Carte-postale ancienne, Public Domain, commons.wikimedia.org
Тем не менее обещаний об отказе от войны, которыми государства обменялись в Парижском договоре, хватило, чтобы удержать Европу от межгосударственных войн почти на десять лет. Увы, здесь не перестали стрелять вообще — например, в Испании в 1936 году началась страшная гражданская война, в которой опосредованно участвовали и другие страны. Но нападений одного государства на другое в нашей части света в это десятилетие не было.
Мюнхенский ящик Пандоры
За следующие пять лет к пакту Бриана — Келлога присоединилось почти полсотни государств мира. Но к тому времени одному из первоначальных подписантов стали мешать ограничения Парижского договора. В 1933 году в проигравшей Первую мировую войну Германии, обедневшей, уставшей и разочарованной, власть взяла крайне правая Национал-социалистическая немецкая рабочая партия (НСДАП).
Договор об отказе от войны от имени Германии подписало предыдущее демократическое правительство (так называемая Веймарская республика). А вот НСДАП пришла к власти, используя реваншистские лозунги. Лидер нацистов Адольф Гитлер в своем политическом манифесте «Моя борьба» еще в 1920-е годы обещал согражданам пересмотреть «несправедливые» итоги Первой мировой войны, завоевать для Германии «жизненное пространство» в Центральной и Восточной Европе и объединить всех немцев в одном государстве.
Адольф Гитлер (на переднем пассажирском сиденье) во время пропагандистского турне в 1923 году. Фото: Bundesarchiv, Bild 102−00204 / CC-BY-SA 3.0, CC BY-SA 3.0 de, commons.wikimedia.org
Укрепив собственную власть и разобравшись с внутренними врагами, Гитлер взялся за выполнение обещаний. На первых порах он мастерски пользовался страхом европейцев перед большой войной, которую политики его поколения пережили на собственном опыте. В 1936 году Берлин нарушил подписанный после Первой мировой Версальский договор и ввел войска в Рейнскую демилитаризованную зону — западную часть Германии, в которой ей было запрещено держать армию и строить укрепления. Франция и Великобритания, победившие Германию менее 20 лет назад, решили избежать нового конфликта и проигнорировали эту первую военную операцию Гитлера.
Окрыленный успехом, в марте 1938 года он ввел войска уже в соседнее государство — Австрию. При этом формально Германия не нарушила положений пакта Бриана — Келлога, ведь войну Австрии она не объявляла. А ее присоединение к «третьему Рейху» месяц спустя произошло с помощью контролируемого нацистами «референдума».На исчезновение с карты целого суверенного государства остальные европейские державы ответили в лучшем случае выражением беспокойства. Агрессивные действия лидера немецких нацистов снова решили «не замечать», рассчитывая, что на этом он остановится.
Территория Австрии (красным) и Германский рейх (розовым). 12 марта 1938 года. Изображение: wikipedia.org
Расчет не сработал. С точки зрения Гитлера все складывалось очень удачно. Почувствовав слабину со стороны других великих держав, он решил ковать железо, пока горячо. Сразу после успешного аншлюса Австрии взгляд немецкого диктатора обратился на Чехословакию. Здесь в граничащей с Германией Судетской области жило около трех миллионов людей немецкого происхождения. Впрочем, подрывную политическую деятельность в Чехословакии нацисты вели еще с октября 1933 года, когда там был основан прогерманский «Судетско-немецкий трудовой фронт».
В апреле 1938 года Гитлер обсудил со своими военными возможность прямого военного захвата Судетской области. Вариант внезапного вторжения был отвергнут, поскольку это могло вызвать международный кризис. Но информация о том, что в Берлине разрабатывается план оккупации Чехословакии, просочилась за пределы Германии.
К началу 1938 года Чехословакия отнюдь не была удобным мальчиком для битья. Страна обладала высокоразвитой военной промышленностью и имела одну из лучше всего вооруженных армий в мире. Она могла мобилизовать 47 дивизий, тогда как Гитлер смог наскрести для «Плана Грин» по вторжению в эту страну лишь 39. Вдобавок чехи сильно укрепили гористую границу с Германией, что превратило ее в труднопреодолимое препятствие для стремительного танкового блицкрига.
Чехословакия была готова сражаться, но в Праге понимали, что в одиночку победить Германию они не смогут. Поэтому еще в 1924 году эта страна заключила договор о союзе с Францией. Вместе армии этих двух стран были по всем параметрам сильнее немецкой, и начинать войну против них сразу на два фронта для Германии было бы чистым безумием.
Тем не менее поймавший удачу за хвост Гитлер продолжал требовать «воссоединения» чехословацких немцев с Германией. Хотя его агрессивная риторика создавала впечатление, что война неизбежна, какое-то время прямого результата это не давало. Но 8 апреля 1938 года во Франции сменилось правительство. Новый кабинет Эдуарда Даладье был создан без участия социалистов — принципиальных противников нацистского режима в Германии. И уже через четыре дня газета Le Temps опубликовала статью профессора юридического факультета Парижского университета Жозефа Бартельми, в которой тот «доказал», что франко-чехословацкий договор о союзе 1924 года не обязывает Францию вступать в войну, чтобы спасать Чехословакию.
Похожие настроения царили и по ту сторону Ла-Манша. Еще до публикации Бартельми в лондонской The Times вышла передовица, написанная главным редактором Джеффри Доусоном. Из нее британцы узнали, что Великобритании не стоит ввязываться в войну за сохранение чехословацкого суверенитета над Судетами, не узнав перед этим мнения самих судетских немцев.
В конце апреля 1938 года премьер-министры Франции и Великобритании Эдуард Даладье и Невилл Чемберлен встретились в Лондоне, чтобы обсудить чехословацкий вопрос без участия самой этой страны. И пришли к выводу, что европейский мир можно спасти только путем передачи Германии спорных территорий с немецким населением.
12 сентября 1938 года вооруженные формирования судетских немцев, поддерживаемые Берлином, начали мятеж, атакуя чехословацкие подразделения в разных регионах страны. Позднее в Чехословакии эти действия расценили как начало необъявленной войны со стороны Германии.
Гитлер приветствует премьер-министра Великобритании Невилла Чемберлена на ступенях Бергхофа. Сентябрь 1938 года. Фото: Bundesarchiv, Bild 183-H12478 / CC-BY-SA 3.0, CC BY-SA 3.0 de, commons.wikimedia.org
В середине сентября 1938 года Чемберлен встретился с Гитлером в его резиденции. Здесь британский премьер-министр, как ему казалось, «умиротворил» германского диктатора обещанием убедить свое и французское правительство признать результаты будущего плебисцита в Судетской области. В ответ Гитлер пообещал не начинать военных действий до дальнейшего обсуждения. Затем французы и англичане подготовили совместное предложение, предусматривающее передачу Германии всех территорий Чехословакии, на которых доля немецкого населения превышала 50%. При этом с самой Чехословакией детали этой сделки за ее счет никто даже не обсуждал — ее просто поставили перед фактом.
Под угрозой остаться без военной помощи со стороны Франции и Великобритании страна 21 сентября согласилась отдать Судетскую область Гитлеру. Но ему этого уже было мало: лидер нацистов теперь хотел полностью ликвидировать чехословацкое государство, разделив его с Венгрией и Польшей.
На этом этапе Европа и мир, возможно, еще могли избежать последующих кровавых событий. На новые наглые требования Гитлера Чехословакия 23 сентября ответила проведением всеобщей мобилизации своей армии. На следующий день частичную мобилизацию объявила и Франция. Под давлением таких «аргументов» Гитлер отказался от своих требований о ликвидации чехословацкой государственности и согласился на проведение дипломатической конференции с участием Италии в качестве посредника.
Но на этом решительность европейских политиков закончилась. 27 сентября Чемберлен выступил по радио с заявлением, в котором так объяснил свою позицию:
«Как ужасно, фантастично, невероятно, что мы должны рыть окопы и примерять противогазы здесь из-за ссоры в далекой стране между людьми, о которых мы ничего не знаем. Как бы мы ни сочувствовали маленькой стране, столкнувшейся с большим и могущественным соседом, мы не можем ни при каких обстоятельствах вовлечь всю Британскую империю в войну только из-за нее. Если нам придется сражаться, то это должно быть по более важным вопросам, чем этот».
29 сентября Гитлер, Чемберлен, Даладье и итальянский диктатор Бенито Муссолини встретились в Мюнхене. Гитлер на этой встрече открыто злился из-за того, что накануне не смог войти в Судетскую область как «освободитель» в назначенный им самим день и был вынужден согласиться на арбитраж трех других держав. Боясь спровоцировать еще больший его гнев, остальные участники встречи не решились настоять на том, чтобы на конференцию допустили прибывших в Мюнхен чехословацких дипломатов.
Слева направо: Невилл Чемберлен, Эдуард Даладье, Адольф Гитлер, Бенито Муссолини и глава МИД Италии Галеаццо Чиано накануне подписания соглашения о передаче Судетской области от Чехословакии к Германии. Фото: Bundesarchiv, commons.wikimedia.org
Оставив представителей атакуемой страны за дверью, Великобритания и Франция «умиротворили» Гитлера ее территориями. По условиям Мюнхенского сговора Судетская область перешла Германии. Париж и Лондон проинформировали Прагу, что она может либо принять эти условия, либо противостоять Германии в одиночку. Чехословацкое правительство решило подчиниться.
Последствия «миротворчества» Чемберлена
Вернувшись в Лондон из Мюнхена, Невилл Чемберлен искренне считал, что добился мира для своей страны и Европы в целом. Сходя с трапа самолета, он с гордостью размахивал текстом совместного заявления:
«Мы, немецкий фюрер и канцлер, и британский премьер-министр, провели сегодня еще одну встречу и согласились признать, что вопрос англо-германских отношений имеет первостепенное значение для наших двух стран и для Европы. Мы рассматриваем соглашение, подписанное вчера вечером, и англо-германское морское соглашение как символ желания наших двух народов никогда больше не воевать друг с другом. Мы полны решимости, что метод консультаций будет методом, принятым для решения любых других вопросов, которые могут касаться наших двух стран, и мы полны решимости продолжать наши усилия по устранению возможных источников разногласий и, таким образом, способствовать обеспечению мира в Европе».
Текст заявления Чемберлен зачитал у своей резиденции на Даунинг-стрит, после чего добавил:
— Мои добрые друзья, во второй раз в нашей истории британский премьер-министр вернулся из Германии, с честью принеся мир. Я считаю, что это мир для всего нашего времени. Идите по домам и спите спокойно.
Оптимистичный настрой Чемберлена разделяли далеко не все, и речь здесь не только о чехах. Прекрасно понимал, к чему ведет политика умиротворения диктаторов, будущий премьер-министр Великобритании, а на тот момент член парламента Уинстон Черчилль. Еще во время аншлюса Австрии он предупреждал Палату общин, что это лишь начало нацистской агрессии:
— Серьезность (аннексии Австрии. — Прим. ред.) невозможно преувеличить. Европа сталкивается с программой агрессии, хорошо спланированной и рассчитанной по времени, разворачивающейся поэтапно. И у нас есть выбор — либо подчиниться, как Австрия, либо принять эффективные меры против. Сопротивление будет тяжелым. <…> Но если мы будем медлить, скольких друзей мы потеряем, падение скольких потенциальных союзников мы увидим?
После возвращения Чемберлена из Мюнхена Черчилль оценил его старания по умиротворению Гитлера пророческой фразой:
— У вас был выбор между войной и бесчестьем. Вы выбрали бесчестье — и получите войну.
А 5 октября 1938 года в выступлении перед Палатой общин Черчилль назвалМюнхенское соглашение «полным и безоговорочным поражением» Великобритании и остальной Европы.
Ждать подтверждения правоты Черчилля оставалось недолго. Вместе с Судетской областью Германии отошли все те пограничные горные хребты, на которых базировалась чехословацкая система обороны. Уже в марте 1939 года Германия окончательно ликвидировал Чехословакию и оккупировала этнические чешские земли, включая Прагу. Захват Австрии и Чехии заметно усилил Германию и ее армию, и диктатор выбрал новую жертву — Польшу. Которая, к слову, поучаствовала в разделе Чехословакии, соблазнившись включением в свой состав чешской части Тешинской Силезии.
Раздел Чехословакии в 1938—1939 годах. Изображение: wikipedia.org
Оккупация Праги подействовала отрезвляюще на Францию и Великобританию. Вскоре после нее обе страны гарантировали Польше свою поддержку в случае германского нападения. Но было уже слишком поздно. Адольф Гитлер вошел во вкус, его армия усилилась (в том числе и благодаря огромным арсеналам захваченного чехословацкого оружия — надежного и качественного). В августе 1939 года Германия повторила трюк с соблазнением соперника территориями соседней страны и заручилась поддержкой Советского Союза, договорившись разделить с ним Польшу (так же, как ранее добилась благоприятной позиции Польши в чехословацком вопросе, отдав ей Тешинскую область).
Напомним, что до этого гитлеровского «искушения» СССР проводил достаточно миролюбивую внешнюю политику, активно продвигал пакт Бриана — Келлога. Но в Москве внимательно следили за успехами «умиротворяемого» агрессора в лице гитлеровской Германии и сделали соответствующие выводы. Впрочем, не только там: еще в апреле 1939 года Италия начала вторжение в Албанию и оккупировала ее, что стало первой межгосударственной войной в Европе после заключения Парижского договора.
Власти выпустили методичку к придуманному ими Дню народного единства. Выбрали самую возмутительную ложь из этого документа
Усилившегося и поверившего в благосклонность фортуны Гитлера уже совсем не пугали и не сдерживали гарантии безопасности, которые дали Польше Лондон и Париж. 1 сентября 1939 года Германия напала на эту страну, развязав Вторую мировую. Через два дня Великобритания вступила в войну. Чемберлен в своем выступлении по радио признал (пусть и с оговорками) ошибочность своей политики:
«Можете себе представить, каким горьким ударом для меня стало то, что вся моя долгая борьба за мир потерпела неудачу. И вся же я не могу поверить, что мог бы сделать что-то большее или что-то иное, что было бы более успешным. До последнего момента было возможно добиться мирного и честного урегулирования между Германией и Польшей. Но Гитлер этого не хотел. Он, очевидно, решил напасть на Польшу, что бы ни случилось. Его действия убедительно показывают, что нет никаких шансов ожидать, что этот человек когда-либо откажется от своей практики применения силы для достижения своих целей. Остановить его можно только силой».
Впрочем, останавливать Гитлера Чемберлену уже не пришлось. В апреле 1940 года после неудач начального этапа войны он уступил пост премьер-министра Уинстону Черчиллю — и скончался через несколько месяцев.
Пожалуй, самое ценное, что оставил после себя Чемберлен миру, — это горький урок, показавший бессмысленность и страшную цену политики умиротворения агрессора путем уступок ему. Выбрав из бесчестья и войны первое, британский премьер получил в итоге и его — и войну.
Осознав порочность своих решений и их печальные последствия, Чемберлен уже ничего не мог изменить. В отличие от нынешних политиков, которым ничто не мешает изучить его опыт — и воспользоваться им, чтобы избежать новых катастрофических ошибок.
Верховный главнокомандующий некоей суверенной европейской страны отдаёт приказ своим Вооружённым силам не оказывать сопротивления немецким оккупантам, а покорно сдать оружие по акту приёма-передачи и разойтись по домам.
Вооружённые силы государства на тот момент составляли 34 дивизии численностью 1 миллион 250 тысяч штыков, из которых решила дать пизды отпор немцам только одна рота численностью 95 человек, из которых 3 офицера, 2 унтер-офицера и 90 солдат.
Напомню гражданским лицам, что невыполнение приказа Верховного главнокомандующего влечёт за собой уголовную ответственность, поэтому из миллиона с четвертью военных решилось на совершение преступления лишь жалкие 95. Они, безусловно, понимали, что их могут посадить в тюрьму и даже расстрелять, поэтому знали, на что шли. В немцев шмалять - это вам не чужих жён ебать по пьяни, здесь ведь и убить могут запросто.
Не зря ведь при первых же выстрелах дисциплинированный чешский полковник побежал стучать звонить наверх, докладывать о возмутительном самоуправстве капитана. За свою полканскую шкуру, небось боялся. Особисты ведь могли и его подтянуть за бездействие.
Казарма сама по себе не является оборонительным сооружением, но неудачный опыт штурма Брестской крепости в 1941 году теми же немцами и казарм Монкада фиделистами в 1953 году показали обратное.
Местные выигрывали по очкам 24:6 + подбитый немецкий броневик, но одна-единственная рота без подвоза боеприпасов долго не продержится, поэтому пришлось таки сдаться.
К тому же чехи дико завидовали немцам, которые то и дело забегали хлебнуть свежего пивка в ближайший кабак, сделав его хозяину дневную выручку в рейхсмарках (не оккупационных). Неудивительно, что немцы в тот день стреляли так плохо!
Охуевшие от дерзости капитана и его команды культурные германцы даже никого не расстреляли, а мирно распустили всех по домам. Поразительно, не правда ли? Прям, научная фантастика какая-то, но это факт. И даже никого не арестовали, не послали валить лес на урановые рудники в арийском ГУЛАГе. Охуеть, не встать.
И даже более того, упрямого капитана упрятали в концлагерь только через несколько лет, потому что он вконец охуел, внаглую партизанил и заебал всех своей бравадой: "Я - участник СВО войны и мне нихуя ни за что не будет!".
Ну а после войны всё перегирали, и, как водится в любом армейском бардаке, наградили непричастных и наказали невиновных.
Он мог изменить будущее всего мира и сделал всё, что от него зависело, но те, кто обещал поддержку – банально струсили и всё случилось в мире и Чехословакии так, как случилось.
Когда Чехословакию начали готовить в качестве жертвы (Мюнхенский сговор и прочее, а сменивший Бенеша президент Гаха взял курс на максимальные уступки Германии и практически распустил армию по домам, которая на тот момент состояла из миллиона двухсот пятидесяти тысяч солдат и офицеров), группа боевых офицеров, среди которых был и наш герой, решила организовать вооруженное сопротивление оккупантам и своим примером побудить армию Чехословакии «проснуться» и дать отпор немецким войскам.
Несмотря на то, что к описываемым событиям Чехословакия была уже без Судетов и серьезных укреплений на границе с Германией, без солдат-словаков (Словакия готовилась объявить о своей независимости), её армия представляла собой серьёзную угрозу ещё не готовому вести полномасштабную войну Третьему рейху.
Столицу Чехии и вермахт разделяло 30 километров. Пропаганда вовсю готовила население к добровольной оккупации, обозначая это, как благо. Всем было понятно, что эта страна теряет свою независимость, просто было не ясно, когда именно это произойдет.
Бизнес, ничего личного. Англия и Франция, как оплот «демократии» в Европе подарили Гитлеру Чехословакию, а миру Вторую мировую войну
14 марта 1939 года президент Чехословакии Эмиль Гаха получает ультиматум: Чехия и Моравия переходят под протекторат Третьего Рейха.
В рамках предварительных договорённостей Гаха подписывает необходимые документы, включая приказ чехословацкой армии – не оказывать сопротивления оккупантам и сдаться на милость победителя
Армия Чехословакии в 1938 году:
34 пехотных дивизии (у них на вооружении было сорок тысяч пулемётов, миллион винтовок, сто тысяч пистолетов, миллиард патронов к ним),
4 моторизованных дивизии (четыреста семьдесят танков),
138 батальонов различного подчинения и направленности, которые имели около шести тысяч артиллерийских орудий и миномётов и три миллиона снарядов к ним,
55 авиационных штурмовых и истребительных эскадрилий в которых числилось тысяча шестьсот самолетов.
17 бронепоездов.
Итого 1 миллион 250 тысяч бойцов, а ещё множество уникальных военных заводов, без которых Гитлер даже бы не подумал нападать на Россию.
Всё это вооружение потом забрала себе Германия
В тот же день гитлеровцы вторглись в Чехословакию. На пути 8-й пехотной дивизии вермахта был город Мистек – это восточная часть Чехии, близко (к уже немецкой) Судетской области и оккупированной поляками Тешинской Силезии. Там они должны были разоружить местный военный гарнизон, который располагался в Чаянковых казармах, подождать прибытие элитного полка «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» и двинуть дальше вглубь Чехии.
По договорённости политиков чешская армия не должна была оказывать никакого сопротивления оккупантам. Словацкие военные к тому времени все отбыли на родину, потому немцы были веселы, бодры и счастливы.
Чешский гарнизон состоял из:
9, 10 и 11-я пехотных рот,
12-й пулеметной (командир капитан Карел Павлик), а также «броневая полурота», за которой числился взвод танкеток и взвод бронеавтомобилей.
Один из офицеров, а именно, капитанПавлик, находясь в центре противостояния действующей политической власти, задумал следующее: вместе с офицерами–единомышленниками из других дивизий – не выполнять преступный приказ генерального штаба и президента.
Капитан Павлик
В случае оккупации – вверенные ему солдаты из пулемётной роты (95 солдат) под его командованием оказывают вооружённое сопротивление передовым частям вермахта – завязывают бой используя мощные стены казарм, как крепость (эти здания некогда были текстильной фабрикой Йоханна Чаянека, отсюда и название казарм). К нему присоединяются офицеры и солдаты из пехотных подразделений и броневой роты.
Командир полка полковник Элиаш обещал поддержать восстание и отдать соответствующие приказы по полку (кузен командира полка – генерал Алоиз Элиаш, вскоре будет назначен первым главой нового правительства оккупированного «Протектората Богемия и Моравия»).
Это послужит сигналом остальным войскам (напомню армия Чехословакии на тот момент была одной из мощных в Европе – 1.25 млн. бойцов), которые поднимаются «в ружьё» и начинают громить немцев по всем направлениям.
Мюнхенское соглашение от 30.09.1938 года сделало Чехословакию невидимой на карты Европы, и уже в 1939 была поделена между Германией (подконтрольным ей Протекторатом Богемии и Моравии), типа независимой Словацкой республикой, гордой Польшей и вездесущей Венгрией.
Капитан Павлик. Из характеристики: с командирами непозволительно дерзок, с равными – дружелюбен и общителен, с подчиненными – справедлив и требователен, пользуется у них авторитетом
неоднократно имел дисциплинарные взыскания за «неподобающие офицеру связи с замужними особами женского пола»
Про таких офицеров чехи говорят так: «В голове война», то есть в мирное время скучают, а во время войны занимаются любимым делом – грамотно и бесстрашно воюют
Около 18.00 в город зашли войска вермахта – около 1 200 солдат и офицеров. Они направились прямиком к Чаянковым казармам. Увидев немцев, капитан Павлик отдал приказ вести огонь на поражение по любому, кто пересечёт границу гарнизона. Казармы были окружены забором, потому это было дополнительным препятствием для немцев.
Пулемёты заранее были расположены на втором этаже.
Немецкие офицеры у Чаянковых казарм. 1940 год (фото с сайта fmpatriot.cz)
Бой начался
Из всех офицеров, находящихся в гарнизоне, только поручики Мартинек и Калиха поддержали капитана Павлика и отдали приказ своим солдатам стрелять в оккупантов.
Старшие унтер-офицеры Штефек и Гола взяли на себя командование флангами.
Броневая полурота в бой не вступила и это оказалось переломным моментом в сражении.
Полковник Штепина тут же доложил в штаб о невыполнении приказа генштаба и президента – сдаться оккупантам.
Немцы провели два штурма и с потерями отошли. Не помог ни броневик Sd.Kfz 221 (в него кинули гранату, чем вывели его из строя, а позже застрелили и его командира), ни минометы и противотанковое орудие.
1/2
Бронеавтомобили Sd. Kfz. 221 и мотоциклисты полка «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» (Leibstandarte SS Adolf Hitler) на Вацлавской площади в Праге
Поступил доклад – заканчиваются боеприпасы. Тут же доложили, что звонят из штаба. Полковник Элиаш сообщил, что поддержки не будет – обстоятельства изменились и предложил выполнить приказ президента – сдаться немцам.
Капитан прервал разговор, сообщив, что ему некогда и он в данный момент защищает честь своей страны – ведёт бой против оккупантов.
Фото сделано за несколько месяцев до этого события. Капитан Павлик со своими солдатами
Полковник Элиаш позвонил опять с повторным приказом прекратить вооруженное сопротивление и сдаться, в противном случае капитана обещали отдать под трибунал.
Павлик продолжил бой, приказав экономить патроны и стрелять только на поражение. За день до событий большую часть боеприпасов израсходовали на учебных стрельбах...
Из любопытного
На этой улице располагалась пивная. Немцы в перерывах между штурмами заходили в неё утолять жажду.
Пиво им продавали уже за рейхсмарки.
Остальные жители улицы спрятались в подвалы.
Командир 84-го пехотного полка вермахта полковник Штойвер приказал готовиться к третьему штурму, доложив о происходящем генералу Кох-Эрпахе, одновременно разворачивая и возвращая войска ушедшие далеко вперёд.
Бой уже шёл около часа. Боеприпасы у обороняющихся практически закончились. Понимая, что его никто не поддержал, как в гарнизоне, так и во всей армии капитан Павлик приказал прекратить уже ставшей бессмысленной стрельбу и отправить к немцам парламентёров.
Всё, что он должен был сделать – он сделал.
Немцы потеряли (убитыми и раненными) 24 солдата и офицера.
У чехов было ранено шесть солдат.
После сдачи оружия чешских солдат оставили в казармах, а офицеров поместили под домашний арест.
Президент Гаха извинился за «прискорбный инцидент» и сообщил Гитлеру, что все военнослужащие будут наказаны, но в итоге, никто так и не был привлечен ни к чешскому, ни к немецкому военному трибуналу.
Протекторату разрешили из миллиона военных оставить только семь тысяч солдат.
Те, кто принял участие в сражении, после демобилизации влились в ряды чешского Сопротивления.
Капитан Карел Павлик так и остался в центре всех подпольных групп, которые пытались сопротивляться оккупантам.
Одним из ярких эпизодов была операция «Человекообразное» (была организована и проведена с помощью английских спецслужб) при которой чехословацкие диверсанты (сержанты Габчик и Кубиш) ликвидировали 4 июня 1942 года обергруппенфюрера СС Рейнхарда Гейдриха (заместителя имперского протектора Богемии и Моравии).
Гитлеровцы начали охоту за исполнителями. Предатель выдал местонахождение капитана Павлика оккупантам. Его окружили, но капитан оказал сопротивление и смог вырваться из ловушки. Его преследовали. Была перестрелка.
Капитану Павлику не повезло – в переломный момент боя, когда он мог уничтожить единственного гестаповца, который стоял под окном, спрыгнуть и исчезнуть, у него перекосило патрон в пистолете... Он пошёл в рукопашную, но враги были опытными и их было много.
На допросах Павлик никого не выдал.
Всех неисправимых отправляли в концентрационный лагерь смерти – Маутхаузен.
26 января 1943 года его расстреляли.
Вы сейчас прочитали историю одного из тех, кем сейчас гордятся Чехи, потому как капитан Павлик был единственным – кто попытался отстоять честь своей родины.
После войны ему присвоили звание полковника и наградили (посмертно) медалью «За храбрость».
Карел Мартинек – участник Сопротивления, пережил немецкий концлагерь и после войны служил в чешской армии, но вскоре был осуждён за призыв к военному перевороту. На фото он с президентом Бенешем в 1946 году
Сейчас Павлик, Кубиш и Габчик – национальные герои Чехии.
В 1947 году была отчеканена памятная медаль «За Чаянковы казармы» и вручена оставшимся в живых участникам того боя.
На улице 8-го пешего полка находится сквер и стоит памятный знак.
Казармы снесли.
Открытие памятной доски в доме, где жил капитан Павлик
Чехословацкие пьеса «Присяга» и фильм «Непобеждённые» посвящены капитану Павлику и тому единственному бою.
Президент Эмиль Гаха, тот самый продажный политик, поставил не на ту карту, потому в 1945 году был арестован за сотрудничество с Германией, но до суда он не дожил – умер в тюрьме.
Похоронен в безымянной могиле, как все преступники.
Судьба Чехии – это яркий пример того, как мужество и подвиги солдат, которые готовы биться за Родину до последней капли крови, оказываются абсолютно бессильны против действий продажных политиков.
Ближний на фото — Федор Антонович Легкошкур (1919-1996), первым на параде бросивший древко штандарта части о которой я писал немного выше «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер»
Вот так вот, каждому да воздастся, за дела его...
Отрывок из документального военно-исторического романа "Летят Лебеди" в трёх томах.
Если понравилось, вышлю всем желающим жителям этого ресурса
Пишите мне в личку с позывным "Сила Пикабу" (weretelnikow@bk.ru), давайте свою почту и я вам отправлю электронные книги в трёх самых популярных форматах. Пока два тома, третий на выходе, даст бог.
Мост через реку Одра (Одер), по которому немецкие войска входят в чешский город Остраву 15 марта 1939 г.
Ныне это улица Глучинска в Остраве.
15 марта 1939 г. президент Чехословакии Э. Гаха и министр иностранных дел Я. Хвалковский в Берлине подписали акт об установлении германского протектората над Богемией и Моравией. Чехословакия окончательно потеряла независимость.
