Элен Фир. Химера⁠⁠

Аннотация: Для ЛуЭнн, молодой женщины с гетерохромией, не бывает серых оттенков - правым глазом она видит позитивную сторону мира, в то время как левый показывает ей все его уродливые черты. Оба открытых глаза слепы и видят лишь непроницаемую мглу. Не зная, какой из реальностей ей верить, Лу страдает, ведь все, что она может -  поочередно открывать глаза.

Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну.

Матфей 5:29

Он подходил все ближе, а я закрывала левый глаз. Тогда его искаженное злостью и ненавистью лицо казалось мне улыбающимся, счастливым, любящим. Я открывала и закрывала глаза по очереди: физиономия напротив менялась туда-сюда, как слайды на проигрывателе.

Когда в детстве меня спрашивали: "Лу, что ты видишь?", я не могла ответить точно. Потому что с одной стороны кошка, лежавшая на крыльце, щурилась и облизывала длинные, как стрелы, усы, развалив свое рыжее тело на ступеньке, а с другой она, покрытая колтунами и грязью, была мертва. В такие моменты я просто закрывала оба глаза - голубой и карий - и мотала головой, все быстрей и быстрей, чтобы вытрясти из нее наваждение. Но ничего не вытряхивалось. Оно было слишком внутри, слишком глубоко.

Лу, что ты видишь? Я вижу счастье. Я вижу ужас. Я ничего не вижу.

С одной стороны рыбки, весело резвящиеся в аквариуме, были сыты и здоровы, поблескивали мне частыми чешуйками, похожими на золотистые монетки, а с другой - давно всплыли. Их раздувшиеся тела мне предстояло слить в унитаз... но что если это все иллюзия? Мужчина, раздающий шарики детям с широкой улыбкой, на самом деле высматривал, кого бы затащить в свой синий фургон. Мне необходимо было позвонить в полицию... но что если это все обман зрения? Я не знаю, что из этого реально, поэтому меняю картинки как заблагорассудится: иной раз хочется, чтобы вокруг все было залито солнцем, а другой - дождем. Тогда я оставляю открытым соответствующий глаз, чтобы видеть желаемое.

Когда я впервые познакомилась с мужчиной, он был милым: все время улыбался мне, протягивал руку и обнимал по вечерам. Сначала было неясно, почему после того, как мы переспим, все внутри меня горит и кровоточит... и я тогда закрыла правый глаз, когда он вновь пришел в гости. Он был пьян, раздражен и зол, поэтому просто взял на сухую, зажимая мне рот, издевательски пыхтел в ухо. Справа он пропускал мои волосы сквозь пальцы, слева лупил по голове. Справа двигался тихо и заботливо, слева - так, будто был сломанной механической куклой. Я кричала и смеялась, открывая глаза поочередно. И в тот вечер все снова кровоточило.

Лу, что ты видишь, я тебя спрашиваю?..

Ничего я не вижу.

Он отлучился за пивом в супермаркет, а я, улучив момент, бросилась в кухню. Стойка с ножами поблескивала в лучах солнца - одинаковая в любом восприятии. Главное не выбрать слишком длинный... коротенькое лезвие для масла идеально лежало в руке. Замерев, я открыла правый глаз. Нож сиял, залитый сливочно-желтым светом, ловил искорки и отбрасывал длинных, худых "зайчиков". Я открыла левый глаз. Пасмурное небо тяжелым одеялом висело снаружи, хлестало моросью по окнам.

И я ударила слева.

Когда он пришел, то, я уверена, был в шоке, застав меня посреди кухни в крови. Я смеялась и плакала, прижимая дрожащие руки к лицу. Нож, печально звякнув, упал на пол. Опустевшая глазница казалась восковой печатью на бледном пергаменте лица. Поджав губы, я открыла правый глаз и увидела, как за окном усиливается дождь. Лицо мужчины исказилось от ненависти и отвращения - никаких иллюзий, никакой двойственности. Лишь голая, как кость, реальность.

- Что ты наделала, Лу? - фальшиво улыбаясь, спросил он. Сухой, как мертвый лист, рот дрогнул. Жилистая рука сжалась в тугой кулак.

Губы не слушались. Другой глаз больше не открывался; я знала, что в нем-то, в принципе, нужды и не было.

Что ты видишь, Лу? Спрашиваю в последний раз.

О, Дэвид. Теперь я вижу настоящий мир.

От автора

Перед вами короткая зарисовка, так и не выросшая во что-то полноценное и объемное, но застрявшая в моей голове настолько, что я все же решила ее изложить. Спасибо всем, кто прочел до конца.