Раньше было лучше?⁠⁠

Наступил тридцать седьмой год. 3 марта. Три часа ночи. Вдруг в ночи – стук. А папы в это время дома не было – он пошел в тайгу пушнину добывать вместе с шестью охотниками. Там, в тайге, и ночевал...

Стук все сильнее. Мать встревожилась:

– Кто там?

– Теть Кать. Это я, Николай Мазинский. Староста.

Она открывает дверь – а сзади старосты комендант маячит. Кравченко. Высоченного роста, вот такие руки, вот такие плечи! Заходит молча и все кругом осматривает. Мы проснулись, а он как рявкнет громким голосом:

– А где хозяин? Где ваш отец?!

– Он в тайге, – говорит мама.

– Что значит – в тайге? Сбежал, что ли?! – еще громче крикнул комендант.

– Да нет. Он в тайгу на охоту ходит, и сейчас пошел за пушниной с охотниками.

А на стенке у нас пушнина висит. Николай Мазинский показывает на нее коменданту:

– Вот посмотрите, пушнины сколько!

– О-о-о, действительно, охотник! Молодец! Молодец! Ну ладно, счастливый он, пусть ловит лисиц. Пушнина государству нужна. Счастливый. Закрывайся, хозяйка...

Мы на кровати лежим – ни живы, ни мертвы.

– А там кто?

– Там дети. Подошел. Поднял одеяло:

– Да, в самом деле – дети.

– Закрывайся, хозяйка! Счастливый твой мужик – скажи ему!

Три раза повторил, что отец у нас счастливый, и ушел. Мама только закрыла дверь на крючок, слышит – на улице рёв. Да так много голосов плачут! Дети кричат, женщины голосят. Даже сквозь зимние рамы слышно. Мать шубенку на голову накинула – на улицу выбежала. Возвращается сама не своя:

– Ох! У нас соседей забрали!

А утром узнали, что на нашей Барнаульской улице одиннадцать мужиков арестовали. Папка двенадцатым должен был быть. Чудом он избежал в ту ночь ареста. Потому что в тайгу ушёл за зверем – план сдачи пушнины выполнять. Потому и повторил трижды комендант: «Счастливый твой хозяин!» Вот такое «счастье» было. Этого не опишешь словами. А мужиков соседских сослали – никто и не знает куда... Страшно это – люди работали не покладая рук. У всех, как и у моего отца, руки были огрубевшие от работы – топор, лопату из рук не выпускали. А дали разнарядку на арест – и трудяг-мужиков превратили во «врагов народа». Тем, кто этого не испытал, даже представить трудно, как в нашей России происходило это ужасное.

Источник.