КНИГА КОЛДУНА - 3⁠⁠

КНИГА КОЛДУНА -2

Глава 3.

Мысленно покручивая у виска, всё еще цепляясь за остатки разваливающегося привычного рационального мира, я, тем не менее, уверенно (насколько позволяло состояние) произнес заклинание.

Клетка для сущности задвигалась, веточки и остальные компоненты складывались в фигурку - в фут ростом - некого существа похожего на фею. Расправились и загудели едва слышимо крылышки с перышками, вибрируя с невидимой глазу частотой.

Лекарка висела в воздухе, слегка покачиваясь, и смотрела на меня маленькими умными глазками. Я, открыв рот от изумления, смотрел на неё. И ничего больше не происходило. Пока до меня не дошло.

- Вылечи похмелье, родная! Водка, погань этакая, доконала. Глаза б её больше не видели! Разовый контракт.

Фея подлетела ближе, провела над головой рукой-веточкой. И рассыпалась. В тот же миг я понял, что чувствую себя превосходно – будто и не было запоя. Получилось! Надо же!

Меня переполнял энтузиазм. Никакого больше похмелья и болезней! А если смогу и других лечить, то разбогатею как арабский шейх. На такой волне пришла мысль, что не дурно бы и выпить.

Но стоило мне только достать бутылку водки, как меня затошнило. Я выбежал на улицу продышаться. Вот оно как всё повернулось. Что ж, оставалось еще пиво.

Пиво хлынуло в пищевод жгучей и пряно-горькой волной. Так, как доктор прописал. И, уже закурив, понял, в чём дело: в постановке вопроса. Мало мне было сказать про лечение, надо бы высказаться на эмоциях! Очевидно, что пить сорокаградусную мне больше не грозило. Не сказать, чтобы я расстроился.

Расстраиваться стоило о другом. Я начал собирать аптечку обратно, и заметил, что она практически пуста. Вот дак да! Этак разоришься на лечении! А если нужно что-то серьезное будет лечить, то что, надо будет грузовик лекарств? Да уж, за всё своя цена.

Но не это меня тревожило. Фрик – вот кто мутит воду. Впервые мне стало страшно. До того от ужасов бытия меня надежно хранила стена этанола.

Тимофей Иванович, муркнув, ткнулся головой мне в ногу. Я понял, что оставаться здесь больше нельзя. Савелий Игнатич уверен, что весь день я пролежу, страдая от похмелья. Что ж, я создам такую видимость. А сам, не смотря даже на то, если снова зарядит дождь, смотаюсь отсюда подобру- поздорову.

- Ну что, - обратился я к коту, - надо отсюда двигать. Что скажешь?

Я не удивился, когда животное, взглянув на меня, утвердительно мяукнуло.

Поддержав силы лапшой и допив пиво, я наскоро собрал рюкзак, упаковав туда кое-какие вещи с фотографиями, положил сверху Книгу и улегся спать. Выходить решил за полночь, чтобы точно к утру быть в Больших Синяках.

И, когда на моё счастье взошла луна, я был готов к дороге. Единственное, что я не понимал, как мне тащить кота весом под десять килограмм.

- Посидишь в корзинке, разбойник? Домовой не будет против? 

Оставив водку на столе, я надел рюкзак – он заметно полегчал без спиртного и консервов – и вынес корзину с котом на улицу. Хотел сначала запереть дверь на ключ. Но что-то мне подсказывало, что сюда я уже вряд ли вернусь. Дом ощутимо посерел, поблек и как-то просел, заставив думать, что я уношу его сердце. Жизнь уходила из жилища.

Батя, Царствие ему небесное, пока не умер от инфаркта, любил говорить: назвался груздем – полезай в короб. Глупо идти ночью по незнакомой тропе, да еще и с таким грузом. И, хоть я и менял постоянно руки, корзина с каждой сотней метров становилась всё тяжелее. Почему я тогда не додумался попросить кота идти рядом, раз он такой разумный, я не знаю. Возможно от того, что мысли крутились вокруг Книги. Я жалел, что еще в доме не посмотрел насчет призыва какой-нибудь сущности типа грузчика – интересно, есть там такое?

Останавливался часто, делал перекуры. Допивал последнюю бутыль пива. Спешил, как мог. И, как и планировал, примерно к семи утра вышел в село, где полностью выжатый улегся на рюкзак возле магазина ожидать его открытия. Мы с котом точно проголодались.

А через час с небольшим, выпив пару банок пива и покушав бутербродов из сырно-колбасной нарезки, я угостил Тимофея Ивановича вискасом. Подозреваю, что кот впервые ел такое. Он долго принюхивался, но подмахнул корм мигом, и тут же запросил еще. Мне не жалко. Да и с таким-то весом ему необходимо было дополнительное довольствие. В обрезанную пивную банку налил молока. Местные, проходя в магазин, смотрели на меня как на дурака. Или мне так казалось. Не уверен.

Пока оставалось время до автобуса, я как следует проссался в кустах и почистил обувь с одеждой. А после решил зайти к дяде Саше. Ему рассказал про странного старика.

- Да, очень странно, - сказал представитель власти. – Никого там быть не должно. Да и не знаю я никого с таким именем тут. Мародёр, наверное, или копарь. Иногда приезжают, ищут монеты и всё такое. В принципе, вреда от них нет. Но этого товарища я подожду и спрошу, как следует, уж больно подозрительная личность.

Оставалось лишь только согласиться. Фрик кому угодно покажется странным. И это еще мягко говоря.

В автобусе я дремал после бессонной ночи – на пару с котом.  И только в поезде, затарившись предварительно пивом, вернулся к чтению Книги на главе Домовой. Я понял, что домовой охранял дом от любого вторжения, и что не зря Фрик предварительно просил разрешения войти. В противном случае он давно бы перевернул там всё вверх дном в поисках реликвии.

К сожалению, как следует углубиться в изучение правил я не успел, так как через пару-тройку станций на соседнее место пришел весьма колоритный товарищ. Огромный как бочка, с лысой головой и оплывшим лицом, он едва поместился на койке, одним своим видом смахнув сидевшую там старушку на верхнее место. Однако, не смотря на отталкивающую внешность, оказался весьма веселым и компанейским человеком. Заметив, что я активно потребляю пиво, он достал из примерно столитрового рюкзака упаковку полтарашек и пакет вяленой рыбы.

- Андрей, - представился он. – Выпьем?

- Алексей,  - ответил я. – Охотно.

Вскоре мы гоготали в голос, распугивая людей. Воняло пивной. Проводница пробовала сделать нам замечание, но Андрюха отвел её в сторону и что-то ей сказал такое, что нас оставили в покое.

- Куда едешь, Лёха? В Питер?

- Не, в Новгороде сойду.

- А я до Питера, а потом до Гатчины. Брат двоюродный позвал в гости. Типа бизнес делать. Дело хорошее: бабки не помешают. А то ем много! – Он посмеялся.

Меня слегка зацепило название населенного пункта: недавно я где-то слышал его. Но пивной кураж смывал все мысли. И лишь позднее я нашел в кармане визитку, что дал мне Фрик. Там значилось: «Покупка и продажа раритетов. Магазин Книжник. Чернов В.В.». Вспомнил, что упоминалась Гатчина.

- Рассказать еще анекдот? – продолжил хохмить мой собутыльник. – Ну, слушай: «Мужик часто приходил в бар и заказывал три кружки пива. Выпивал и уходил.

Однажды бармен не выдержал и спросил:

— Почему вы всегда заказываете именно три кружки пива?

Мужик ответил:

— Было время, когда я приходил в бар с двумя лучшими друзьями. Мы любили выпить по кружке пива. Но потом судьба разлучила нас. Два моих друга уехали в другие города. Но мы договорились, что каждый из нас, если захочет выпить, будет заказывать и на себя, и на друзей. И выпивать за них.  Это помогает нам не забывать о нашей крепкой дружбе.

Бармен уважительно кивнул.

Мужик продолжал приходить в бар, но наступил день, когда он заказал две кружки пива. В следующий раз опять две.

Бармен догадался, что с одним из друзей мужика что-то произошло. Он подошёл и сочувственно произнёс:

— Вы теперь заказываете по две кружки пива, я так понимаю, что с одним из ваших друзей случилось что-то нехорошее.

Мужик оторвался от пива и ответил:

— Нет-нет, не беспокойтесь, ничего не произошло, мои друзья живы-здоровы. Просто я бросил пить».

- Ха-ха-ха!

Когда в корзине проснулся кот и попросился в туалет – а я уже различал оттенки его мяуканья, Андрюха заулыбался.

- Вот это здоровяк! У меня такой же был.

Я отнес Тимофея Ивановича в тамбур. А после, допив пиво, со спокойной совестью засыпал под стук колес, обменявшись контактами с попутчиком.

…

Утром на вокзале меня ждала еще одна встреча. Это был Ник Панов (1), весьма интересный человек. Он одно время жил в Новгороде, мы познакомились в литклубе, где он читал свои рассказы. Я знал, что он увлекается эзотерикой, и что поэтому и уехал – всё искал учителей и места силы. С ним было двое: парень, также мне наглядно знакомый, и девушка. Тоненькая, хрупкая и нереальная словно фея, она сразу покорила моё сердце. Любовь, что называется, с первого взгляда. От неё ощутимо пахло лечебными травами. На плече висела объемистая расшитая сумка. А за спиной я безошибочно опознал чехол с блочным луком: сестра в своё время занималась спортом. Однако! Кажется, я нашел свой идеал.

Никита нас представил.

- Это мои ученики, - сказал он. - Это Псих.

Психа, патлатого высокого неформала, я вспомнил: пересекались пару раз на концертах.

- А это Инге (2).

Поставив корзинку на землю, я попытался быть галантным, надеясь произвести впечатление, и поцеловать руку. Но девушка не дала этого сделать. Только спокойно и слегка отстраненно на меня посмотрела.

- Это лишнее, Алексей, - сказала она поющим тихим голосочком.

- Ничего в нём странного не замечаете? – обратился Никита к ученикам.

- За спиной маячит какая-то сущность, - высказался Псих. – Сильная.

Панов кивнул.

- Кот необычный, - вставила Инге. – И в корзине еще кто-то. – Она присмотрелась и неожиданно расцвела улыбкой. – Ой, да это домовой! Настоящий домовой!

Что ж, рад, что её это так воодушевило. Жаль, я не при делах.

- Мы спешим на автобус, Лёха, извини! – Панов пожал мне руку. – Напиши мне сегодня в вк. Интересно, откуда у тебя такие подарки. Ну, и если вопросы будут, то помогу. Добро пожаловать в клуб!

Они ушли быстрым шагом в сторону автовокзала, а я долго смотрел в след, глупо надеясь, что девушка обернется. Тщетно. Что ж, увы. Пришлось идти на остановку.

Я не знал этого, но, только стоило мне отвлечься, как она обернулась.

Мамы дома не было. Так что я выпустил кота и поставил корзинку в центр комнаты. Следовало поступить по инструкции.

- Батюшка домовой, - начал я, - принимай хозяйство! Не бог весть что, но… Это теперь и твой дом. Заботься о нём, оберегай его. А с меня угощение.

Отпускных оставалось, увы, немного. Пришлось звонить коллеге, с просьбой одолжить пару тысяч до получки. Отзвонился маме, что приехал. Ближайший час я потратил на ходьбу по магазинам, попутно развлекаясь пивом. Купил лоток, наполнитель, пива для себя, корма для кота, маленькую водки и мёд для домового. И уже дома испёк блины. Поставил в кладовку тарелку с едой, туда же определил стопку водки. Традиции были соблюдены.

Какое-то время я потратил на еду, отвечал на сообщения в соцсети, на звонки. Договорился вечером забежать к друзьям, у одного из которых, к слову, думал разжиться парой старинных монет. И только после этого, наконец, включив Diary of Dreams, улегся на диван с пивом и Книгой Призыва. Кот ходил по квартире, изучая её, а после где-то нашел укромное место.

Если в самом начале знакомства с Книгой я подумал, что у меня в руках своего рода Клондайк, то теперь моё мнение изменилось. Правила были довольно путаными и сложными. Из них я внутренне согласился только с тем, что не следовало светить Книгой. Но всё равно: нужно быть последним дураком, чтобы её продать.

Так, не следовало вызывать более одной сущности в день. Нельзя было рассказывать и показывать Книгу. Нельзя было показывать сущности другим людям. Если, к примеру, владелец решал лечить кого-нибудь, то следовало это делать с закрытыми глазами клиента.

При подготовке Клети стоило учитывать многие нюансы в виде погоды, рельефа местности и т.д. От прабабушки шло уточнение: объяснять про движение транспорта.

В случае кражи или невольной утери необходимо обратиться к Охранителю. Владелец временно оставался без защиты. Пояснение: надлежало оставаться в доме под защитой домового. На случай случайного уничтожения рекомендовалось заранее обзавестись копией. Что я позднее и сделал, присоединив один оригинальный листок.

Если призванная сущность считала плату недостаточной, можно было просить о рассрочке, ни в коем случае не надеясь обмануть – последствия обещались ужасные. Если оная не справлялась с заданием, взималась половина платы. При уничтожении существа, возможность повторного вызова возможна лишь на следующий день. И так далее.

К вечеру голова кипела, но я разобрался в системе, и надеялся, что защитил себя от возможных ошибок. И с удовольствием поехал к друзьям пьянствовать. Тем более, что хозяин квартиры был заядлым нумизматом. И у него, как у всякого коллекционера, были лишние монеты на обмен и продажу. Именно у него я выпросил несколько царских серебряных копеек на время, обещая позднее сделать подарок.

Вечер прошел в пивном угаре, где я рассказал о поездке, посмеявшись лишь насчет странного соседа Фрика. Звонила мама, спрашивала, где я. Похвалила за порядок – ясное дело, что я палец о палец не ударил, и это явно заслуга домового. Видать прижился.

А вот дома, когда мама уже спала, я со всем тщанием изучил пунктик о Кладовике. И, высунув язык от пьяного усердия, принялся собирать Клеть. Для этого откопал в антресолях куклу старшей сестры – это был полуметровый здоровяк Карлсон. Понятное дело, что сестра им дорожила до сих пор и, думаю, планировала забрать позже для своих детей. Вот этой кукле я и приготовил монеты, сумку по росту, молоток, небольшое кайло и железную лопатку для растений. Собой я остался очень доволен.

Произнеся нужное заклинание, добавил:

- Разовый контракт. Берегись на каменных дорогах самодвижущихся телег. Найди любой клад, желательно из подобных монет, и набери столько, сколько сможешь унести за один раз. Инструмент верни. Треть, по договору, добычи твоя.

Оживший Карлсон завращал глазами, посжимал пальцы, попробовал ухватиться за лопатку – успешно. Внимательно рассмотрел монеты. Кивнул. И довольно шустро рванул к входной двери. Пришлось спускаться с ним и открывать еще и подъезд, оставив его нараспашку.

Еще несколько часов я цедил пиво и тупил в вк, смотря видосы, слушая музыку через наушники и переписываясь со всеми подряд, кому не спалось – в том числе и с Пановым, которому, увы, пришлось навешать откровенной лапши про бабкино наследство. Нашел и добавился в друзья к Инге.

Стук в дверь я не слышал, но отреагировал Тимофей Иванович, ткнув меня лапой. Пока не проснулась мама, бегом метнулся и впустил Кладовика, с заметным трудом втащившего в квартиру сумку с монетами и набор инструментов. Но вообще он быстро обернулся, не ожидал. Мы с котом с большим интересом смотрели, как существо, перепачканное в земле, пересчитывает деньги и засыпает. Контракт был соблюден.

Позднее я выцыганил у Виноградова, того самого нумизмата, и золотые монеты, еще раз поэксплуатировав куклу. Через Антоху, за процент, я и продал клад. У того был опыт и знакомства. Он лишь спросил:

- Всё же, бабуля оставила наследство? Состояние идеальное. Повезло.

Договорились о молчании. Тем более, что я намекнул, что это не предел.

Что ж, финансовые дела я поправил. Но это было едва ли не последнее, что меня порадовало. Дальше события приняли совсем иной оборот.

***

Деревня Малая Синячиха.

Утром Савелий Игнатьевич постучал в дверь дома Софьи Никитишны, уже понимая, что он пуст. Никто не ответил. Да и охранные чары были сняты.

Он зашел внутрь. Осмотрелся. Обратил внимание на разбитую банку отравленного кваса. На россыпь веточек и перьев. Подошел к столу. Взял бутылку водки и с видимым удовольствием выпил залпом примерно половину.

- Вот сучёнок! – сказал вслух. – Смотался. Ну, ничего!

Захватив недопитую бутылку, Фрик как собака поводил носом – и нашел-таки искомое: забытый Алексеем носовой платок. Зло ухмыльнулся.

И, если бы кто-нибудь мог его видеть в лесу на тропе, то очень бы удивился той скорости, с которой путешествовал этот дедушка. Помогая себе посохом, Савелий Игнатьевич как молодой спринтер легко перемахивал колдобины, перепрыгивал лужи, и оставлял за спиной километр за километром, даже не думая отдыхать.

В селе его встретил участковый, явно имея вопросы. Но отвести глаза обычному человеку было проще простого.

И вечером того же дня Фрик покидал эти места на рейсовом автобусе, предварительно отзвонившись начальству.

Его безошибочно вёл след.

А дальше только и стоило всё обстряпать так, что Лёха сам захочет отказаться от книги. Плёвое дело!

Зол был колдун на парня, что заставил суетиться. Ох, как зол!

***

1 – Персонаж рассказа Капли света. По странному стечению обстоятельств именно попутчик Алексея Андрей (он же Свиномордый) позднее убьёт Никиту, сняв заживо кожу.

2 – Персонаж планируемого спин-оффа  «История Ингерид, травницы и ведьмы».

Продолжение следует...