Глаза в тумане⁠⁠

У тени дерева, раскинувшего ветви рядом с рекой, сидел Аротан. Он неторопливо нанизывал червяка на крючок удочки. Это было его привычное занятие на закате: освободившись от дневных забот на поле, он отправлялся на рыбалку, чтобы приготовить ужин — свежую рыбу с жареной картошкой, купленной на городском рынке.

Закинув удочку, он погрузился в ожидание и размышления. Урожай ещё не созрел, а запасы с прошлой осени почти иссякли. Сын, недавно женившийся и оставшийся жить с ними, требовал больше еды. Он работал плотником, восстанавливая старые дома и возводя новые для переселенцев. Его жена помогала матери по хозяйству: готовила, ухаживала за домом, обрабатывала кожу для ремесленных нужд. Аротан гордился сыном, но понимал, что их благополучие во многом зависело от грядущего урожая.

Вздохнув, он уже собирался поднять удочку, как почувствовал лёгкую вибрацию. Поплавок резко задергался, словно крупная рыба схватила наживку. Но внезапно движение прекратилось. Аротан огляделся и понял, что вокруг воцарилась странная, гнетущая тишина. Лягушки умолкли, вода больше не плескалась у берега, воздух застыл, словно время остановилось.

Из камышей донёсся шорох. Любопытство взяло верх над осторожностью. Сложив удочку, он медленно направился к источнику звука. Однако прежде чем он успел приблизиться, шум раздался уже позади. Резко обернувшись, Аротан осознал, что шелест окружает его со всех сторон, словно невидимые глаза следят за каждым его движением.

Сжавшись от напряжения, он осторожно раздвинул камыши. В сгущающейся тени мелькнула неясная фигура, скрывшаяся в зарослях. Аротан вздрогнул, отступился и едва не упал, но тут же взял себя в руки.

"Показалось", — попытался он убедить себя.

Однако второй взгляд за завесу камышей оказался куда страшнее. Перед ним стояло нечто. Оно было худым, почти скелетообразным, невысоким и совершенно лысым. Из темноты на него смотрели два светящихся жёлтых глаза. Ни рта, ни носа, ни ушей — только эти пугающие огоньки.

Словно поражённый ударом, Аротан бросился бежать. Туман окутал его, и мир вокруг начал терять привычные очертания. Он оглядывался, пытаясь найти хоть какой-то ориентир, но видел лишь мрак и тускло мерцающие вдали огни. Ноги тяжелели, дыхание с каждым шагом становилось всё труднее, а сердце бешено колотилось в груди. Единственная мысль пульсировала в сознании: беги, не останавливайся!

Он ускорился, почти летя вперёд, но огоньки, которые казались далекими, вдруг оказались совсем рядом. Существо стояло прямо перед ним. Его длинная, костлявая рука вытянулась вперёд, и с низким рыком оно двинулось к нему.

Аротан рванул в сторону, но не мог вырваться из этого кошмара. Пространство сжималось вокруг него, мерцающие глаза множились, окружая его со всех сторон. Воздух стал вязким, движения — медленными, разум наполнялся гулким, удушающим страхом.

Он споткнулся о камень, рухнул лицом в грязь. Существо приблизилось. Свет его глаз поглощал всё вокруг. Аротан попытался сопротивляться, но тело его больше не слушалось. Последнее, что он услышал, был хриплый, едва различимый шёпот. А затем мир растворился в пустоте.

Когда жители деревни прибежали на его крик, они нашли Аротана. Но это был уже не он. Его лицо застыло в гримасе ужаса, глаза стали мутно-белыми, а кожа — холодной и жёсткой, словно иссушенной временем. Его руки судорожно сжимали самого себя, будто он пытался защититься от невидимого врага.

— Это не он, — прошептал кто-то. — Он… изменился.

Староста Ларен нахмурился, осторожно подошёл и коснулся его лба. В этот момент деревенские услышали звук, от которого по спине пробежал холод. Из камышей снова донёсся шелест.