Серия «Словарь»

Однажды мы получили письмо от читательницы, назовём её Соня… Нет, на самом деле её зовут не так. Просто когда люди рассказывают о своих проблемах, принято менять имена, чтобы никакому умнику не пришло в голову их дразнить. В статье мы будем обращаться к ней. Итак...

«…У меня синдром отличницы. Родители мне говорят, что я могу получать любые оценки, ведь я живой человек, имею на это полное право, а я всё равно страдаю от очень редких четвёрок. Психологи говорят, что нужно научиться с этим жить, а мне хочется избавиться от этого… Может быть, ты сможешь мне помочь?»

Есть такая болезнь, называется «перфекционизм».

Это от латинского слова perfectus – «абсолютное совершенство». Перфекционисты стремятся всё доводить до совершенства. Если делают уборку – то гоняются за каждой пылинкой. Если уроки – то так, чтобы от зубов отскакивало. И даже если просто идут по улице, стараются, например, не наступать на швы между тротуарными плитами или на трещинки в асфальте. Почему? А просто! Для совершенства ходьбы по улице!

Обрати внимание, никто не считает, что наступать на трещинки – плохо. Это человек сам себе такое дополнительное условие выдумал. Точно таким же выдуманным условием является задача получать только пятёрки. Ну вот смотри: «дойти до магазина» и «дойти до магазина, ни разу не наступив на трещинку» – это ведь разные задачи? Совершенно разные. Дойти до магазина надо – для жизни. Чтобы еды купить, чтобы семья вечером голодной не осталась. А дойти, не наступив на трещинку, – это уже игра. Что важнее – игра или жизнь?

То же самое с учёбой. «Хорошо учиться» и «получать пятёрки» – это две разных задачи. Первая – для жизни. Для всех. Вторая – для себя. Для игры.

Получается, что перфекционизм – это эгоизм. Когда мы стремимся к совершенству в мелочах, мы удовлетворяем своё самолюбие, а реальной пользы ни себе, ни людям не приносим.

Но как от этого избавиться? Вот вопрос! Лучик, Марь Иванна, Дорогая Редакция! На помощь!

Лучик:

Мне кажется, Соня, тебе нужно прочитать книжку Ирины Пивоваровой «Тройка с минусом, или Происшествие в 5 “А”». Ты узнаешь, что не одна такая на свете, что и у других бывает «комплекс отличницы». И узнаешь, как они тоже страдают от этого.

А ещё – вспомни рассказ Виктора Драгунского «Третье место в стиле баттерфляй». За кого ты в этом рассказе? За папу, который «снова уткнулся в газету», или за Дениску, у которого почему-то испортилось настроение?

Марь Иванна:

Дорогая Соня! Очень хорошо, что у тебя любящие и понимающие родители. Полностью с ними согласна – никто не может (и не должен) получать исключительно пятёрки. Человеку свойственно ошибаться! Больше того скажу: человек ошибаться – должен. Научись ценить и уважать свои ошибки, а к оценкам относиться легко. Почему? Потому что на ошибках учатся, а на оценках – нет.

Дорогая Редакция:

Жить интересно, когда делаешь много разных дел, а не какое-то одно. Но делать все дела одинаково хорошо невозможно. Вот, например, я секретарь редакции, это моя работа. А ещё я, – но учти, это мой секрет, – играю на флейте. Да, мои музыкальные способности не позволяют мне выступать перед публикой! Зато флейта приносит мне радость. Я делаю это не для оценки, а для души.

Крит Критыч:

Дорогая Соня, представь себе, что твой перфекционизм – это горячая картофелина. Она причиняет тебе боль, жжётся! Что в таком случае делают люди? Перебрасывают картофелину из руки в руку, чтобы ни одна рука не успевала обжечься. Вот и ты «перебрасывай» свой перфекционизм «из руки в руку». Направляй его на решение то одной, то другой задачи. Вчера он помог тебе хорошо учиться (ты ведь правда хорошо учишься, если для тебя четвёрка – трагедия?) – ну, значит, всё, эта задача решена. Направь теперь его на другую задачу: «Я не должна быть слабой и расстраиваться из-за четвёрок, как маленькая, я должна стать сильной!». А потом жизнь подкинет новую задачу – и тогда ты всю силу своего перфекционизма, всю свою требовательность к себе направляй на неё. Вот так и будешь благодаря перфекционизму «расти в разные стороны», а не только в какую-то одну, вкривь. Наши «недостатки» превращаются в наши преимущества, если правильно их использовать.

Подведём итог!

Мы выслушали всех, и нам кажется, что самый верный способ избавиться от «комплекса отличницы» – это увлечься каким-нибудь другим делом, помимо учёбы. И вот почему. Когда для тебя на каком-то одном деле «свет клином сошёлся», тебе каждая мелочь в этом деле кажется важной, и ты из-за каждой мелкой неудачи очень переживаешь. Но как только у тебя появляется другое дело, другое увлечение, все те мелочи «уходят на второй план», забываются.

Был такой исторический анекдот. Римский император Диоклетиан после 20 лет правления вдруг добровольно покинул Рим и уехал в своё поместье («на дачу», как сказали бы мы сегодня). Когда к нему явилась делегация сенаторов – уговаривать вернуться к исполнению своих императорских обязанностей, он махнул рукой:

– Да что там Рим? Видели бы вы, какую я вырастил капусту!..

Это была статья из журнала «Лучик».

Наш Telegram канал здесь.

У всех на свете есть свой язык – в том числе и у любителей видеоигр. Человеку несведущему часто попросту невозможно понять, что означают словечки типа «кастануть», «фраг», «опэ», «хил», «имба», «раш», «вайп», «эмбэ» или «обвес», которые употребляют не только дети, но и вполне себе взрослые дяденьки и тётеньки.

Одним из самых распространённых среди игроков слов является слово «мана».

Не «манна небесная» и не крупа «манка», которую приготавливают из пшеницы, а именно «мана». Это слово можно встретить не только в видеоиграх: гоняют во дворе мальчишки в футбол, один из них собирается пробить пенальти, но медлит. «Ну что же ты?» – торопят его товарищи. «Мне нужна мана!» – отвечает он загадочным голосом, и все валятся со смеху на траву.

Слово «мана» пришло в наш язык из Полинезии – местности крайне необычной. Представьте себе 300 000 квадратных километров суши (размером с Томскую область), раскиданных крохотными островками по невообразимо громадной (не менее 50 миллионов квадратных километров, или 10% всей поверхности земного шара, в три раза больше России!) территории Тихого океана. И все эти острова (из которых более-менее крупными можно считать только Новую Зеландию) населены народами, весьма близкими друг к другу по языку, культуре и традициям.

Слово «мана» хорошо известно и на Гавайских островах, и на Самоа, и на Таити, и на островах Кука... Когда европейцы впервые сошли на берег острова Рапануи (мы называем его островом Пасхи), они были поражены огромными каменными изваяниями – моаи.

Высота среднего моаи – 4 метра, а самые большие и тяжёлые достигают 10 метров в высоту и почти 100 тонн веса. «Откуда взялись эти статуи?» – спрашивали европейцы местных аборигенов. «Моаи сделали наши предки там, в каменоломнях на склонах горы Рано-Рараку», – отвечали аборигены. «Но как же они оказались на берегу?» «Их двигала мана», – отвечали местные.

Что же такое «мана»? На языке полинезийцев «мана» означает «сила», «власть», «способность» и даже «ветер» и «грозовая буря». Короче говоря, это некая очень мощная природная сила, невидимая глазу энергия, которая может храниться в людях, предметах, деревьях, камнях или особенных священных местах – мараэ. Ману можно использовать для исцеления, политики, ведения войн, сочинения сказок и песен или предсказания погоды; ману можно как набирать, так и терять.

В верованиях древних гавайцев ману можно получать как через добрые, так и через злые дела: в первом случае ману «даёт» бог любви и плодородия Лоо, во втором – бог войны Куу.

Мана – это необязательно магия; скажем, с точки зрения полинезийца можно сказать: «Иван Иванович – отличный директор школы, потому что у него есть мана». Маной обладают известные актёры, политики, певцы. Почему известный когда-то артист пропал с экрана и перестал сниматься? – Он растратил свою ману. Или, скажем, интересная книга или журнал. Почему этот журнал интересный? Потому что «в нём есть мана». Вот так!

Разработчики ролевых игр, связанных с магией и приключениями, придумали набор самых разных заклинаний и умений, для использования которых нужна некая перезаряжаемая магическая энергия (первоначально она так и называлась, «magic points», то есть «очки магии»). С лёгкой руки программистов компании Blizzard (разработчиков невероятно популярной ролевой игры Diablo) эта энергия и стала называться полинезийским словом «мана».

Эта была статья из журнала «Лучик».

Что означают привычные нам слова, если их перевести на русский?

Мы будем предлагать фразы, в которых вместо иностранных слов будут стоять их русские «переводы». А вы постарайтесь понять, что имеется в виду!

«Аня с родителями была в стране телят»

Этому слову больше двух с половиной тысяч лет. Давным-давно в современной Калабрии, на юге Апеннинского полуострова, жило племя, которое поклонялось богу в образе телёнка – по-латыни «витулис», а на древнем окскоумбрском языке «итлу». Соседи-греки стали называть это племя «италой», а местность, в которой они живут – «италией», то есть буквально «страной телят».

«Вчера на подарке мы ели солёное из золотых яблочек»

«Золотыми яблочками» («pomi d’oro») итальянские садовники называли привезённую из далёкой Мексики диковинку – томаты (ацтекское слово «томатль»). А из итальянского языка это слово попало в Россию, где превратилось в привычные нам «помидоры». «Солёное» на латыни звучит как «салата» («salata»). Две тысячи лет назад так называли закуску из пересыпанных солью трав; ну а у нас слово стало обозначать просто закуску – салат! Значит, ели салат из помидоров. А «подарок»? В древнерусском языке синонимом слова «подарок» было слово... «дача» (от глагола «дать»). «Дача» – это изначально «дар, земельное владение в подарок от князя или царя».

«Наташе купили дорогую янтарную громкотиху»

А вот это уже орешек покрепче, не так ли? Слова «дорогой» и «янтарный» вроде бы как наводят на мысли о каком-то украшении. Но что это за «громкотиха» такая? Начнём с янтаря. Этот красивый полудрагоценный камень древние греки называли словом «электрон». Если потереть янтарь мягкой тканью, он начинает притягивать пылинки, мелкие бумажки, нитки – «электризуется». А в XVII веке появился термин «электричество». То есть буквально «электронный» означает «янтарный»! Теперь вторая половина загадки: по-итальянски «громко» будет «форте», а «тихо» – «пиано». Музыкальный инструмент, изобретённый 300 лет назад итальянцем Кристофори, сперва называли «пианофорте», то есть «тихогромко», а потом – «фортепиано», то есть «громкотихо». Так что Наташе купили электронное пианино...

«Летом я люблю холодную призрачную кислоту»

Вообще-то кислоты – химические соединения ядовитые и агрессивные. Серная кислота, азотная кислота. Но по-польски «кислота» будет... «квас» («kwas»). «Квас щярковы» («kwas siarkovy») – это по-польски «серная кислота», «квас азотовы» («kwas azotovy») – «азотная кислота». Ну а наш обыкновенный квас по-польски будет «квас хлебовы», то есть буквально «хлебная кислота». А почему «призрачный»? В 1648 году голландский химик Ян Баптист ван Гельмонт, «скрестив» греческое слово «хаос» (то есть «беспорядок») и голландское «гейст» («geest»), то есть «дух, призрак», изобрёл новое слово – «газ» («gas»). Так что «газированный» означает «пропитанный духом» или «призрачный».

«Чтобы увидеть волосатую, нужен дальновзор»

По-гречески «теле» означает «далеко», а «скопос» – «наблюдатель», «смотрящий». Придумал это слово в 1611 году итальянский учёный Галилео Галилей. (А в 1625 году Джованни Фабер, друг Галилея, по аналогии с «телескопом» предложил слово «микроскоп» – где слово «микро» значит «маленькое».) А «волосатая»? По-гречески «астер кометес» означает «волосатая звезда», то есть – уже сами догадались? – комета, именно!

«Васе на день рождения подарили быстроног»

Это слово составлено из двух латинских слов: «велокс» («velox»), то есть «быстрота, скорость», и «пес» («pes»), то есть «ступня, нога». Заимствовали мы это слово из Франции в середине XIX века, а вот в самом французском языке оно не прижилось, французы (и англичане) предпочитают слово «бисиклет», он же «байсикл» и просто «байк», то есть буквально «двухколёс».

«Коле нужен мелкозвук для пустого оркестра»

По-гречески «звук, голос» будет «фонэ»; «мелкозвук» – это самый обыкновенный микрофон! А что за пустой оркестр? Ответ мы найдём в японском языке. «Пустым оркестром» («кара оокесутора») японцы ещё в середине XX века называли то, что мы сейчас называем «минусовкой», «фонограммой», «фанерой» – то есть когда вместо настоящих музыкантов для какой-то песни используется готовая запись аккомпанемента «без голоса». Ну а затем неуклюжее слово «караоокесутора» сократилось до привычного всем нам «караоке».

«После места для приятных бесед нужно делать налоги»

Когда-то давно в русском языке вместо слова «налог» употреблялось слово «оброк» или «урок» – от слова «речь». То есть «то, о чём был уговор». Как у Павла Бажова в сказке про Хозяйку Медной горы: «А уроку с тебя будет чистым малахитом столько-то»... Ну а «место для приятных бесед» две тысячи с лишним лет назад по-гречески называлось словом... «схолэ»! От которого произошли и немецкое «шуле», и французское «эколь», и английское «скул», и наша с вами «школа».

А теперь попробуйте сами!

Вот две фразы, догадайтесь, что они означают на «понятном русском»!

1. Света с мамой играют в «Король умер».

2. Папа Лёши любит смотреть ящик по дальногляду.

Приобрести журнал «Лучик» можно на Wildberries и в Озоне.

Наш Telegram канал здесь.

Значение слов в языке постоянно меняется. Например, тридцать лет назад при словах «скинь задание мне на мыло» на вас посмотрели бы, как на сумасшедшего...

В общем, вот мы взяли десять самых обыкновенных слов. А сможете ли вы догадаться, что эти слова означали давным-давно?

1. В наше время платье – это одежда для девочек и женщин. Но ещё 200 лет назад можно было запросто наткнуться на вывеску «Магазин мужского платья». Слово «платье» - изначально означало всё, изготовленное из ткани, потому что слово «плат» означало «кусок ткани». Так что платье в те времена – это любая одежда вообще. Помните, в старинной сказке А. Погорельского «Чёрная курица» мальчик Алёша жалуется Чернушке: «Как мне можно одеться в темноте? Я платья своего теперь не сыщу, я и тебя насилу вижу!»

2. Сейчас поршень – важнейшая деталь автомобильного двигателя или велосипедного насоса. А что слово «поршень» означало раньше? Когда-то давно основной обувью на Руси были поршни. Отдельной подошвы у поршней не было – нога просто заворачивалась в кусок кожи, после чего кожа сшивалась или даже просто обматывалась верёвками. А само слово «поршень» родственно слову «поросёнок», по-древнерусски «порося», «порсь». Потому что в основном кожа на обувь бралась свиная.

3. В наши дни слово «ребёнок» означает просто ребёнка – то есть либо девочку, либо мальчика. В Древней Руси для обозначения детей употреблялись - слова «чадо» или «дитя». А вот назвать любого ребёнка «ребёнком» было категорически нельзя, ребёнок – это буквально «маленький раб», а «раб» (древнее «орбан») – это «безродный», «сирота», «человек, у которого нет отца или обоих родителей». Родственные слова – греческое - «орфан», латинское «orbus», английское «orphan», армянское «орб». Сироты в древнем обществе были самыми беззащитными, им поручали самую грязную и тяжёлую работу – отсюда и связь слов «сирота» и «раб».

4. Что такое яд? Это что-то очень опасное! Змеиный яд, пчелиный яд, а ещё в лесу растут ядовитые грибы. Но, как это ни смешно, слово «яд» – это древняя форма современного слова «еда». Такое встречается не только в русском языке – английское и французское слова «poison» («яд») происходят от латинского слова «potus» («чаша для питья» или просто «питьё»). Почему так? А чтобы не называть прямо что-то опасное, нехорошее. Поэтому вместо «медведь» говорили «косолапый», вместо «мор» (то есть эпидемия) – «поветрие», вместо «болезнь» – «недуг». Вот так же вместо «отрава» когда-то тоже стали говорить просто «еда», «яд».

5. Вор – это преступник, укравший чужое имущество. Но что это слово означало раньше, догадаетесь? Слово «вор» родственно таким словам, как «вертеться», «изворачиваться». Вор – это не преступник (для преступника было другое слово – «кат»), а просто плут, мошенник, обманщик. В «Капитанской дочке» Пушкина поручик Иван Игнатьич гордо говорит Пугачёву: «Ты нам не государь! Ты, дядюшка, вор и самозванец!» То есть он называет Пугачёва попросту обманщиком, а не имеет в виду, что тот что-то украл.

6. Значение слова «глаз» сейчас ни у кого вопросов не вызывает. А что оно значило раньше? В древнерусском языке глаза обозначались словом «очи», единственное число – «око». А вот слово «глаз» означало совершенно другое! В Ипатьевской летописи в статье от 1114 года находим вот такую запись: «Егда будеть туча велика и находять дети наши глазкы стеклянныи и малыи и великы еже выполаскиваеть вода». Что же находят дети? Конечно же, окатанные блестящие шарики, камушки для игр! В польском языке слово «głaz» и сегодня означает «камень».

7. В наше время «живот набить» – значит «хорошо наесться», «убрать живот» – заняться спортом, постройнеть. А раньше что означало слово «живот»? Трудно поверить, что слово «живот» родственно словам «биология» и «витамин»! 6000 лет назад в протоиндоевропейском языке существовал корень «gwei», который превратился в индийское «живах», древнеперсидское - «живак», литовское «гивата», греческое «биос» и латинское «вита». Все они означают «жизнь». И в древнерусском слово «живот», произошедшее от этого корня, означает «жизнь»! Отсюда же «животное» – то есть «живое существо». Сражаться «не щадя живота своего» – значит «не щадя своей жизни».

8. Сегодня курок – это часть механизма огнестрельного оружия. Наверняка вы слышали выражения «взвести курок» или «нажать на курок». А что это слово значило пятьсот лет назад? Очень просто: «бычок» – это «маленький бык», а «курок» – это «маленький кур», «петушок», «цыплёнок». Кстати, «петух» (то есть «певец», «певун») в древнерусском языке так и назывался – «кур». Слышали наверняка поговорку «попал, как кур в ощип»? А деталь ружья или пистолета стали называть «курком» за характерную изогнутую форму с «шейкой» и «клювиком».

9. Сегодня жертва – это тот, с кем приключилось несчастье или кого обидели. А что это слово означало давным-давно? Слово «жертва» жутко древнее, и когда-то давно оно означало подарок, причём не простой подарок, а почётный, знак почтения, внимания и уважения. Родственные слова – латинское «gratias», то есть «спасибо, благодарность», английское «congratulation», то есть «поздравление», литовское «гирти», то есть «хвалить». В древнерусском языке был глагол «жрети» со значением «благодарить, нести дары», прежде всего, само собой, дары богам. Этим занимались специальные люди – «жрецы» (вот откуда слово!), а когда принесённые дары сжигались в огне, считалось, что боги их «пожирают», «жрут», то есть благосклонно «принимают дар». Так что и грубое слово «жрать» тоже, оказывается, изначально вовсе не грубое и родственно слову «жертва»!

10. А что тысячу лет назад означало слово «стол»? Слово «стол» родственно таким словам, как «стлать», «постель», «подстилка». Изначально «стол» – это то, что стелют, ткань или шкура для еды, то есть, выражаясь современным языком, скатерть! Давным-давно наши предки ели не за столами – они просто сидели на земле. Для удобства сидения на земле, между прочим, иногда выкапывали специальные ямы под ноги! Но вот ставить еду просто на грунт не очень хорошо – поэтому подстилалась специальная ткань. Потом слово «стол» медленно перекочевало на изобретённый предмет, который этой тканью накрывают, ну а последним появился стул, который изначально назывался «столец», то есть «маленький стол».

Это была статья из журнала «Лучик».

Подписаться на журнал «Лучик» можно через Почту России.

Сегодня мы называем шедеврами выдающиеся произведения искусства, музыки литературы или архитектуры. Однако раньше это слово означало нечто совсем (ну почти совсем) другое...

Перенесёмся лет на 700–800 назад, в средневековый западноевропейский город. Например, в Лион во Франции, в Милан в Италии или в Любек в Германии.

Вся власть – и гражданская, и военная – в таких городах принадлежала особым организациям – торговым гильдиям и ремесленным цехам.

ЧТО ТАКОЕ ЦЕХ?

На современных фабриках и заводах «цех» – это помещение, в котором производится какая-то отдельная продукция. Например, на кондитерской фабрике бывает конфетный цех, бисквитный цех или карамельный цех. На машиностроительном заводе – кузнечный цех, литейный цех или сборочный цех. В кузнечном цехе делают кованые металлические детали, в литейном – литые, в сборочном – производят сборку готовых изделий, например, станков или автомобилей.

Однако в Средние века «цехом» называлось не помещение, а особого рода организация, объединявшая мастеров-ремесленников. Кто ты? Портной? Значит, должен входить в цех портных. Кузнец? Значит, должен быть мастером цеха кузнецов. Художник? Обязан состоять в цехе художников города. Иначе никто и никогда у тебя ничего не купит.

Чем-то средневековый цех был похож на орден джедаев из фильма «Звёздные войны» – в цехе были строгие правила, цех ни от кого не зависел (у цехов были собственные суды, собственные законы и даже собственные тюрьмы), и, вдобавок ко всему, тогдашний ремесленный цех был грозной военной силой.

Во главе каждого цеха стоял старейшина – самый старый и уважаемый мастер. Возможно, вы читали сказку Тамары Габбе «Город мастеров» или видели одноимённый фильм – там как раз описан такой средневековый город, в котором вся власть принадлежит старейшинам ремесленных цехов. У каждого цеха были собственные герб, флаг, форменная одежда и даже вооружённая стража – настоящее «государство в государстве»!

МАСТЕРА ИЛИ РЫЦАРИ?

«Как же так?» – спросите вы. Ведь на уроках истории нам рассказывали, что в Средние века главной военной силой были рыцари-феодалы? При чём здесь мастера? Какие могут быть военные из художников, ткачей или портных?

Ну что ж, так думали многие короли и рыцари, считавшие, что «подлые ткачи и пивовары» воевать не умеют. И жестоко ошибались – например, в 1302 году, в битве при Куртрэ, фламандские «жестянщики, ткачи и пивовары» наголову разгромили французское рыцарское войско. Погиб даже главный полководец, граф Роберт Артуа, родственник самого короля! С убитых рыцарей гордые фламандцы сняли больше 700 золотых шпор и повесили их в знак победы в городском соборе. «Битва золотых шпор» – так до сих пор называют битву при Куртрэ в Голландии и Бельгии.

ШНАЙДЕРЫ ПРОТИВ ШМИДТОВ

Самым низким рангом в цехе был ранг ученика. В ученики обычно брали мальчиков в возрасте 10–13 лет, и ученичество продолжалось около 7–8 лет. Иногда за обучение ученика платили родители; однако намного чаще ученик работал в цехе просто за еду и крышу над головой. Само собой, никакой важной работы ученикам, особенно младшим, не доверяли – в основном они мыли полы и посуду, чистили конюшни и бегали по городу с мелкими поручениями. Старшим ученикам уже дозволялось помогать мастерам и подмастерьям в ремесленной работе, но никаких денег им не полагалось.

Кстати, нетрудно догадаться, что у многих цеховых мастеров были собственные дети – которые буквально «автоматом» попадали в ученики. Сын ювелира становился ювелиром, сын портного становился портным, сын кузнеца – кузнецом. Дочери мастеров ремесленного цеха выходили за сыновей мастеров того же самого цеха, и так происходило в течение многих и многих поколений. Современные учёные в Германии даже как-то провели любопытное исследование – сравнили физические данные людей с фамилией Шнайдер (то есть «портной») и людей с фамилией Шмидт (то есть «кузнец»). Так вот, даже в нашем XXI веке Шмидты, то есть потомки кузнецов, оказались в среднем более высокими и мускулистыми, чем потомки портных — Шнайдеры!

БОЕВОЙ ПОДМАСТЕРЬЕ

Следующим рангом в цехе был ранг подмастерья. В наше время подмастерьями часто иронически называют людей не особенно искусных, начинающих, дилетантов; однако в Средние века такого человека назвали бы учеником, но никак не подмастерьем.

Подмастерье – это уже квалифицированный искусный работник, который за свою работу получает очень даже неплохие деньги. Многие готовые вещи, которые цеха выставляли на продажу, делались именно подмастерьями, а не мастерами. Впрочем, подмастерья не только работали «по специальности» – именно они были основной военной силой цеха, а заодно и его охраной. Подмастерья также следили за дисциплиной среди учеников (иногда весьма строго), а также работали приказчиками (на современном языке «приказчик» – это одновременно и рекламный агент, и продавец) в лавках и на ярмарках.

Однако насколько далеко было ученику до подмастерья, настолько же подмастерью было далеко до мастера. Подмастерье не имел права на собственное клеймо, то есть даже если он делал то или иное изделие самостоятельно, это изделие всё равно подписывалось клеймом мастера. Подмастерья не имели права голоса в совете цеха. Подмастерье не мог набирать себе учеников. Подмастерье не имел права без разрешения мастера жениться, сменить место жительства, да даже просто бросить работу и сбежать – средневековые законы обходились с беглыми подмастерьями очень сурово!

Мечтой каждого подмастерья было стать настоящим мастером, получить свободу, право на собственную «марку», на собственный дом и уже самому набирать себе учеников и подмастерьев. И вот тут-то мы и встретимся со словом «шедевр»…

МАСТЕПИС, ОН ЖЕ МАЙСТЕРШТЮК

По-французски «шедевр» (chef-d’oeuvre) буквально означает «главное изделие». По-английски это будет называться «masterpiece», а по-немецки – «Meisterstück».

Чтобы стать мастером, подмастерье должен был выполнить ряд трудных условий. Например, он должен был отработать определённый срок (обычно не менее 10 лет). У него должно было быть достаточно денег, чтобы обзавестись собственным домом. Он должен был на свои деньги купить полный латный доспех для цехового арсенала (помните? цех был ещё и военной организацией!). Он должен был устроить на свои деньги пиршество для старейшины и всех мастеров. Но это всё было не главное.

Главное – это было создание шедевра, то есть «главного изделия», настолько выдающегося образца своего искусства, чтобы ни у кого не могло возникнуть даже и тени сомнения, что это делал подлинный мастер. Сейчас бы это назвали «экзаменом» или «практической работой», но в те далёкие времена это называлось словом «шедевр».

ЧТО ТАКОЕ ШЕДЕВР

Правила создания шедевра были сложнее любого современного экзамена.

Во-первых, шедевр должен быть полностью придуман автором (копировать чужую работу не запрещалось, но шедевром это ни один мастер не признает).

Во-вторых, шедевр должен быть создан за свой счёт. Скажем, если подмастерье-ювелир хотел сделать драгоценный кубок в качестве шедевра, он должен был самостоятельно купить золото, серебро и самоцветные камни.

В-третьих, за шедевр нельзя было выдать заказное изделие. Если изделие было сделано на заказ или на продажу, то есть «за деньги», то шедевром оно не считалось.

В-четвёртых, автор должен был делать шедевр целиком и полностью сам, от первой операции и до последней. Обычно в цехе многое делали старшие ученики и подмастерья – скажем, в ювелирном цехе им поручали такие операции, как вытягивание проволоки или растирание красок для эмали. Однако к шедевру это правило не относилось – автор должен был делать все операции сам.

В-пятых, подмастерье должен был создавать свой шедевр только в свободное от основной работы время. То есть от исполнения своих основных обязанностей изготовление шедевра его не избавляло. Нельзя было сказать: «Ах, оставьте меня, я занят, я шедевр создаю».

ПРИЗНАНИЕ

Когда шедевр был готов, его представляли совету мастеров цеха на обсуждение. Каждый мастер должен был сказать, насколько изделие отвечает всем требованиям и традициям цеха, есть ли в нём какие-либо изъяны. Если вердикт мастеров был положительным, шедевр отправлялся в казну цехового дома, своеобразный «музей» – шедевры не продавали, они служили в качестве лучших образцов мастерства.

В особых случаях их дарили почётным гостям, королям, герцогам или отсылали конкурентам в другие города – дескать, смотрите, какие потрясающие вещи могут делать мастера нашего цеха! Выражаясь современным языком – «а вам слабо?». Успешно «сдав экзамены», счастливый подмастерье мог делать вступительный денежный взнос и на торжественном пиру провозглашался, скажем, «подлинным мастером цеха сереброкузнецов славного города Любека».

ЗАЧЕМ?

«Зачем было городить такие сложности?» – можете спросить вы. Почему создание шедевра было настолько трудным?

А вот почему. Каждый средневековый цех – это как бы современная «фирма». Есть просто автомобиль, а есть Rolls-Royce. Есть просто CD-проигрыватель, а есть CD-проигрыватель Marantz. Есть просто рояль, а есть рояль Steinway.

Вот и в Средние века было точно так же – есть просто доспехи, а есть доспехи работы миланских кузнецов. Есть просто шпаги, а есть шпаги работы оружейников из Толедо. Есть просто кружева, а есть фламандские кружева, с которыми никакие другие не сравнятся ни в тонкости нити, ни в красоте рисунка. Лионские шелка, вина из Бордо, богемское стекло, саксонский фарфор... И каждый новый мастер должен был доказать, что действительно является мастером, что ни в коем случае не посрамит славного имени цеха и города.

И какие же замечательные вещи умели делать средневековые мастера! Мы до сих пор любуемся ими – и не только в музеях. Например, ратушные часы города Праги были созданы в 1410 году – и они работают до сих пор! О такой надёжности и долговечности современные часы, даже самые дорогие, могут только мечтать, увы...

Средневековые ремесленные цеха постепенно уступили место мануфактурам, а затем фабрикам и заводам. Традиция создания «шедевра» – то есть одновременно замечательного произведения искусства и сурового экзамена на получение звания мастера – тоже была забыта.

Нам осталось только само слово «шедевр», которое сейчас обычно означает «выдающееся произведение искусства или ремесла». Однако уже нет ни строгих правил, ни строгих беспристрастных судей – и люди часто называют шедеврами просто то, что им нравится, или даже то, что им выгодно так называть... И часто попадают впросак...

Это была статья из «Лучика».

Наш Telegram канал здесь.