М-да, товарищи... Сегодня я опять редкостно отличилась... Но сначала длинная предыстория.

С недавних пор после многочисленных наркозов память моя стала как у бабушки моей в 80 лет - то есть помню детство, помню юность, а вот события новой жизни - фрагментарно, причём в памяти фрагментов гораздо меньше, чем вне её. Лучше всего помню один год своей жизни - когда мне было 6 лет.

Это было прекрасное время! Во дворе нашей хрущёвки собиралась разновозрастная ватага детей, мы играли в казаки-разбойники, в прятки, в штандер, вышибалы и ещё миллион игр, мы знали всех жильцов дома в четыре подъезда - хотя бы в лицо, а уж ближайших соседей вообще воспринимали как членов семьи.

Например, у бабы Юли из первой квартиры был потрясающе вкусный чай из тонких фарфоровых чашек и в углу комнаты стояли старинные напольные часы; в комнате бабы Зины и её дочери Нины  - она была горбуньей, что тоже жутко интриговало - смешно свербило в носу от запаха лекарств; с Лёшкой Музыкой мы были ровесниками и шалили то у него, то у меня дома, а Соломея Исааковна почиталась нами по трём причинам: музыкальное и неземное, как нам казалось, имя, редкостная доброта и причёска её зятя - ну чисто Анджела Дэвис.

Причёска этого зятя так нас завораживала, что стоило кому-то увидеть, как он появился во дворе, тут же раздавался закладывающий уши свист и крик: "Идё-от!!!" Все, кто слышал и кто был посвящён в тему, кто идёт, затаивались в кустах вдоль дороги, разинув рот, провожали глазами парня, а потом долго пихались локтями: "Видал? - Ну! - Свои? - А то! - А может, химия?! - Не-е-е, свои, точняк!"

Кстати, слово "зять" нами тогда воспринималось абстрактно, я вообще долго думала, что это вот такой красавец с пышной кудрявой гривой. Как взрослые назвали, так мы и повторяли, не задаваясь вопросами. Имени нам было не надо.

Собственно сегодняшняя история с элементами пикантности. Я оказалась очень далеко от дома и мне срочно понадобились удобства. Я вспомнила, что в сквере был общественный туалет. Прибежала - а двери заперты. Отошла на пару шагов, лихорадочно прикидываю, куда бежать ближе. И вдруг вижу - знакомая причёска, человека эта же дверь заинтересовала. Ну точно, он - зять! Я аж забыла о своих нуждах, кинулась к нему. Думаю, напугала:

- Ой, здравствуйте! Вы меня не помните, это было очень давно, но я часто вспоминаю Соломею Исааковну! Мы жили в соседней квартире, а вы захаживали к ней в гости! Она такая добрая, такая хлебосольная!

Дяденька, сперва оторопевший, заулыбался, кивает, говорит, да, приятно, обязательно передам жене, что её маму помнят, это так редко сейчас, Соломея Исааковна, к сожалению, давно ушла в лучший мир...

Разошлись оба довольные, улыбаясь. А я через 15 секунд сообразила, что совсем рядом живут друзья и к ним можно заскочить ввиду неотложной необходимости.

Я не смотрю телевизор. Совсем. Нету у меня его. Есть Интернет, и этого достаточно. И вот выхожу я, счастливая, из кабинета уединения, а у хозяев телевизор работает. Местные новости. Мы болтаем с подружкой, и вдруг я замираю: в телевизоре - он. Зять. Говорю, мол, ребята, кто это?! Они у виска покрутили, но рассказали. О-очень известный в городе человек. Очень. Если бы у меня была лучше память, если бы я 10 лет не жила в Москве и смотрела телевизор, я бы точно знала, кто он.

А так, думаю, дяденька получил нехилый разрыв шаблона, когда женщина средних лет кинулась к нему не как к человеку из телевизора, а как к зятю милейшей Соломеи Исааковны. И мне греет душу, что иногда доброта сильнее и важнее власти.