Ушла эпоха. Неужели кто- то и правда заряжал воду?
Сточки зрения физики и химии, вода в банке осталась просто водой, а крем — обычным увлажняющим средством? Никакой «зарядки» материи не происходило? Но то, что происходило с людьми, было абсолютно реальным.
Феномен Кашпировского — это идеальный шторм из нескольких факторов?:
Эффект плацебо. Если миллионы людей искренне верят, что вода станет целебной, их мозг запускает реальные биохимические процессы. Вырабатываются эндорфины и естественные обезболивающие, снимаются мышечные спазмы, уходит психосоматическая боль.
Массовый гипноз и индукция. Кашпировский был профессиональным врачом, много лет отработавшим в психиатрической больнице. Он использовал классические техники внушения, но применял их к гигантской аудитории. Состояние транса передавалось от соседа к соседу: если весь заводской цех или вся семья замерли у экрана, отдельному человеку было почти невозможно сопротивляться общему настрою.
Эффект Барнума и селективная память. Люди забывали о сотнях случаев, когда «исцеления» не произошло, но десятилетиями хранили в памяти одну историю, когда у бабушки перестала болеть спина именно во время сеанса.
Социальный контекст. Конец 1980-х — время тотального дефицита, тревоги и крушения привычного мира. Сеансы давали людям чувство контроля над собственной жизнью и надежду, которой остро не хватало.
Что касается банок с водой, ученые и скептики неоднократно проверяли (?) эту воду после сеансов. Никаких изменений в ее химическом составе, структуре или электропроводности приборы не фиксировали. Однако те, кто верил, действительно чувствовали облегчение. Это была чистая психосоматика, помноженная на невероятную, почти религиозную силу коллективного ожидания. Сам Кашпировский позже настаивал, что он не заряжает воду, а лишь дает установку на самоисцеление организма, но для народной молвы именно «заряженная» вода стала главным символом эпохи.
Его главный оппонент, инженер-энергетик Алан Чумак, действовал иначе — он молча «заряжал» воду пассами рук, — но суть была той же: стране нужно было волшебство, и оно было ей предоставлено в прайм-тайм.
Сегодня, когда не стало самого Анатолия Михайловича, можно с уверенностью сказать: ту эпоху уже не вернуть. Современный человек слишком рационален, чтобы массово ставить банки перед плазменной панелью. Но память о том времени, когда телевизор на несколько часов становился храмом, а седой человек в телевизоре — пророком, навсегда осталась в коллективном бессознательном тех, кто застал развал Советского Союза. Кашпировский был гениальным психотерапевтом, который нашел идеальную болевую точку своего времени и нажал на нее.
Правда? А кто- то это помнит?