bo1ik

Оказывается, что в некоторых случаях эту проблему можно решить хирургически — провести декомпрессию нерва, то есть освободить его от сдавления. Операция часто дает отличные результаты: боль уходит или значительно уменьшается.

Так в чем проблема?

Исследователи проанализировали данные более 1000 пациентов, обратившихся за хирургическим лечением головной боли, и обнаружили печальную картину.

Главный вывод: люди ждут операции в среднем 19 лет с момента появления первых симптомов! Только вдумайтесь: почти два десятилетия мучений, хождений по врачам и безуспешного лечения таблетками, которые в данном случае не всегда помогают. Также они еще и посчитали, сколько денег тратит пациент на то, чтобы купировать все это время свою головную боль и сколько стоила операция. Цифры получились очень интересны: за 19 лет в среднем уходит порядка 546 тыс. долларов - только лишь на временное приглушение симптомов, а иногда и без эффекта, операция проведенная по ПОКАЗАНИЯМ (оговорка для наших любимых неврологов) стоит в среднем 29 тыс. долларов, и ее эффект достигается сразу после проведения вмешательства.

Почему так долго?

1. Неправильный диагноз. Многие врачи (неврологи, терапевты) не рассматривают вариант сдавления нерва как причину головной боли. Пациентам ставят диагноз «хроническая мигрень», «головная боль напряжения» и лечат стандартными схемами.

2. Недостаточная осведомленность. И врачи, и пациенты мало знают о существовании хирургического метода лечения. Многие считают, что операция на голове — это что-то крайне рискованное и применяется только в крайних случаях.

3. Долгий путь к специалисту. Хирургов, которые занимаются именно периферическими нервами головы, не так много. Путь от первого визита к неврологу до консультации у нужного хирурга может занять годы.

4. Страховые барьеры. В некоторых странах получение одобрения от страховой компании на такую операцию — это отдельный квест.

Что в итоге?

Пациенты годами живут с изнуряющей болью, тратят деньги на бесполезные обследования и лекарства, теряют работоспособность и качество жизни. А ведь решение может быть гораздо ближе, чем кажется.

Что делать, если вы узнали себя?

Если у вас хроническая головная боль, которая не поддается стандартному лечению, и вы можете нащупать у себя на затылке или в других местах головы болезненные точки, при нажатии на которые боль усиливается или «стреляет» в другие области, — это может быть поводом задуматься.

• Поговорите со своим неврологом о возможности сдавления периферических нервов.

• Ищите информацию о хирургах, специализирующихся на лечении мигрени и невралгий (хирургия мигрени).

• Диагностическая блокада нерва (укол анестетика в область предполагаемого сдавления) может помочь подтвердить диагноз. Если после укола боль временно проходит — скорее всего, вы на верном пути.

Надеюсь, эта информация будет для кого-то полезной и поможет сократить этот мучительный 19-летний марафон.

P.S. Я врач, занимаюсь этой темой. Если есть вопросы — задавайте в комментариях, постараюсь ответить.

Источник:

Hazewinkel M. H. J. et al. Treatment delay from onset of occipital neuralgia symptoms to treatment with nerve decompression surgery: a prospective cohort study //Pain Medicine. – 2024. – Т. 25. – №. 5. – С. 334-343. Текст статьи открыт и доступен к скачиванию.

P.P.S. Уважаемые коллеги, с удовольствием приглашаю вас к прочтению и последующей дискуссии, жду интересных аргументов и готов ответить на ваши вопросы. Прошу уважаемые читатели, зовите в комментарии неврологов или цефалгологов и других специалистов, рассказывайте своим знакомым, кто страдаем от головной боли, дабы расширять общее поле осведомленности. Всем добра! :)

Триггерные точки при мигрени. Часто пациенты слышат такой термин, но не понимают о чем идет речь. Это места откуда начинает расходиться головная боль. Именно в этих местах нерв переходит из одной анатомической структуры в другую, для ветвей тройничного нерва - это место выхода из костных каналов и вход в мягкие ткани, для затылочного нерва - это переход из глубоких слоев в поверхностные, где мышцы задней поверхности шеи могут сдавливать их. Чаще всего пациенты могут эту точку четко обозначить и указать на нее, что является довольно типичным для них и довольно показательным симптомом.

Почему таблетки от мигрени со временем перестают работать, а эффект после операции — сохраняется? Всё дело в причине боли. Большинство таблеток снимают симптом — убирают воспаление, блокируют болевой импульс. Но если источник боли — постоянное механическое сдавление нерва мышцей, сосудом или связкой, то лекарства лишь временно «приглушают» сигнал. И с каждым разом — всё хуже. А хирургия, в отличие от таблеток, работает не по поверхности, а на уровне причины. Я нахожу конкретный участок, где нерв зажат — и аккуратно его освобождаю. То есть устраняю тот самый фактор, который запускает боль снова и снова. Поэтому результат после операции сохраняется. Пациенты говорят: «Боль просто исчезла — как будто выключили». И в этом основное отличие: не подавить боль, а выключить сам её источник.

И вот красивые фотки со сражения.

— Временная или, крайне редко, стойкая онемение кожи в зоне работы с нервом. Это связано с тем, что нерв «выходит» из сдавления, и ему нужно время на восстановление.

Расскажу немного подробнее об этом вообще:
все наши ткани, которые находятся рядом с зоной вмешательства или непосредственно в ней - реагируют на хирургию. И это является нормальным! Эта реакция наиболее явно проявляется в виде отека, но также и те структуры, которые находятся в зоне образования - реагируют изменением своей функции. Для чувствительных нервов - это проявляется изменением чувствительности, как в сторону ее исчезновения (онемения), либо наоборот эпизоды гиперчувствительности (покалывания, мурашки, простреливания током и другие). Для глаз - это может проявиться усилением слезотечения или наоборот сухостью, в ближайшем послеоперационном периоде. Если мы говорим о больших вмешательствах в полости рта, то там реагируют слюнные железы увеличением или уменьшением слюноотделения на этапе лечения. По мере восстановления и прохождения времени - организм придет в норму и эти проявления уйдут.

Далее уже пойдут общие осложнения, которые сопряжены с любой хирургической раной:
— Гематомы и отёк в послеоперационном периоде. Обычно проходят в течение первых недель, но требуют наблюдения. Боремся с ними тщательным гемостазом и использованием дренажей, для эвакуации лишней жидкости из раны.
— Инфицирование раны — стандартный риск любой хирургии, минимизируется благодаря правильной технике и уходу.

— Изменение чувствительности: у части пациентов в первые недели может быть ощущение покалывания, онемения, иногда лёгкая болезненность при прикосновении. Как правило, это временно и связано с восстановлением работы нерва. Об этом уже поговорили, механизм стандартные и это даже сложно отнести к осложнению, так как является по сути частью процесса реабилитации.

Важно! Все эти риски тщательно обсуждаются до операции. Мы всегда объясняем пациенту, что хирургия мигрени — это не косметическая процедура, а серьёзное вмешательство, целью которого является устранение выраженного болевого синдрома.

ЧРЕЗВЫЧАЙНО ВАЖНО!

Есть невероятно большой страх у пациентов, что мы повредим какие-то структуры, так как работаем на нервах и близко с позвоночником или головным мозгом и пациента парализует или что-то еще может произойти. Все жизненно важные структуры находятся глубже. Мы же работаем только с поверхностными ветками чувствительных нервов и технически не работаем в тех областях, где могли бы привести к каким-то подобным осложнениям.

Снижение риска осложнений — это всегда результат:
• корректно поставленного диагноза,
• аккуратной хирургической техники,
• чёткой работы в команде,
• и, конечно, внимательного послеоперационного наблюдения.

Крайне важно, чтобы решение о хирургии принималось обдуманно, и пациент понимал не только перспективы избавления от боли, но и возможные этапы восстановления.

А вот хирургия мигрени работает по-другому. Здесь мы ищем ту самую точку, где нерв зажат мышцами, фасциями или сосудами, и освобождаем его. Всё — раздражающий фактор ушёл, боль уходит вместе с ним. Эффект, если всё сделано правильно, остается на всю жизнь. Тут не идёт речь о временном облегчении — мы действительно убираем сам источник страданий.

Но важный момент, о котором всегда говорю: вся эта история работает только при правильной диагностике. Просто так «на удачу» никого не оперируем. Только если тест с лидокаином даёт положительный эффект (то есть боль уходит после блокады), тогда операция будет иметь смысл. Без точной диагностики — никакой гарантии, что всё сработает.

У меня были пациенты, которые уже считали, что им никто не поможет. А после операции — приступы исчезли, кто-то впервые за много лет начал нормально жить и работать. Конечно, бывают и такие, у кого боль не уходит полностью, но даже в этих случаях качество жизни значительно улучшается.

Главное — правильный подход и нормальный врач, который не боится смотреть в суть проблемы, а не просто выписывает очередную таблетку.