Лягушка в кипятке. Мы все понимали не так!
И этой лягушеньке плохо от того, что её недооценивают...
Лягушка в кипятке. Стоит едва упомянуть это словосочетание, и в голове человека тут же запускается определенный мыслительный процесс. Вот вы сейчас наверняка вспомнили связанный с ним вывод: если все меняется к плохому постепенно, то мы просто не заметим фатального финала. Тут на сайте тоже есть несколько статей на этой темой. Ведь это даже наукой подтверждено — проводили эксперимент, да, да. Никаких вам отмазок. Поэтому давайте сюда скорее штамп: «True Story!» и перейдем к другим, более важным и интересным вещам. Стоп, пока рано это делать! Действительно, эксперимент такой проводился, но у него было одна важная и в чем-то даже метафорическая деталь, о которой все забыли в процессе распространения этой исключительно приятной для общества теории.
Знакомимся, человек с которого все началось. Леопольд Гольтц.
Вообще, что вы знаете о подобном «научном» эксперименте? Когда проводился, где именно, зачем? А может, это вообще было простым бытовым наблюдением французских поваров, которых хлебом не корми, дай приготовит живую, непотрошеную лягушку? Не знаете, ну давайте я вам немного расскажу о нём. Эксперимент по постепенному нагреванию лягушки действительно проводился. И заинтересованным в нём учёным был… нет, не Альберт Эйнштейн. Любопытствющего звали Леопольд Гольтц. Дело было в Германии примерно в середине XIX века. Ученого интересовала сенсорная реакция. Где, откуда, как, зачем? И варил он не одну лягушку, а целых двух. Зачем? Первая была, так сказать, контрольной группой, а вторая — целью эксперимента. А отличались две эти земноводные важной особенностью, которую люди когда-то, в процессе умножения знаний, забыли. Контрольная лягушка — это была обычная амфибия, в полной комплектации и со всеми важными для жизни вещами. А вот вторая… ей не хватало нескольких частей. В частности, мозга. Да, да, да. Такое важное дополнение к интересной поговорке.
Собственно, головной мозг лягушки. Не очень выглядит, да?
Короче говоря — из воды при её нагревании не выпрыгивала именно безмозглая лягушка. «Контрольный» экземпляр с полной комплектацией, сваливал из котелка с нагреваемой водой при любой удобной возможности. Как только ему казалось, что вокруг становится как-то не очень, какой-то дискомфорт возникал, лягушка решала, что научная карьера того не стоит, и выбиралась. И это событие стабильно происходило в районе температуре воды в 25 градусов Цельсия. Если возможности не было (а коварный учёный Леопольд предусмотрел и такой вариант), лягушка начинала проявлять беспокойство, пыталась выбраться из сосуда и при 42 градусах умирала. А вот вторая лягушка… вы думаете, что она не пыталась выбраться, как гласит «народная мудрость»? Ну, с одной стороны — да. Она не проявляла беспокойства, не показывала признаков боли и никак не пыталась избежать нагрева выше 25 градусов. Но при этом, отсутствие мозга в голове совершенно не сказывалось на общих лягушачьих привычках. Некомплектная лягушка продолжала плавать, нырять и даже пыталась «идти на свет», обходя препятствия по дороге к освещённой зоне. Если её гладить, она квакала. Да она даже активно пыталась свалить, при резком опускании в горячую воду. Но при этом полностью игнорировала постепенное изменение окружающей обстановки.
Оригинальная иллюстрация к исследованию Гольтца (затейник, он, согласитесь). Безмозглая лягушка выбиралась даже из такой западни.
Свои исследования Леопольд изложил в монографии, вышедшей в 1869 году. Естественно, сделал он это на немецком языке (все-таки германский ученый!). И так бы этот эксперимент и осталась бы незамеченным для широкой публики. Но знамя варителя лягушек подхватил Джордж Генри Льюис — актёр, философ, друг Диккенса, дарвинист, религиозный скептик и вдобавок — литературный критик. Богатый на столь звучные титулы человек, решил проверить описанное на собственной практике. Чтобы было не скучно, он затеял расширенные варианты эксперимента. Удалял несчастным амфибиям разные части мозга, пытался полностью удалить спинной мозг, перерезал нервы и тому подобные изыски живодёра. Спустя 4 года и множество сваренных лягушек, статья Льюиса увидела свет в популярном журнале «Nature» и вот как раз после публикации о кипячёной лягушке заговорило большинство. Правда, как это бывает с научными исследованиями, вскоре та часть, где говорится, что «только безмозглая лягушка» и дальше по тексту, куда-то потерялась. И в народную молву несчастная амфибия вошла как вполне себе обычная животинка, без каких-то физических недостатков.
То есть, все по канону...
В конце XIX века парочка других учёных пытались повторить эти интересные конкурсы и пришли к выводам, что... ну не всё так однозначно. Они утверждают, что если уменьшить скорость нагревания воды, то «мозговитая» лягушка всё-таки не будет выпрыгивать. По их уверениям если повышать температуру со скоростью 0,2°C в минуту, то лягушка, как и её безмозглый коллега не заметит изменений. С другой стороны, более современные учёные, вооружённые всем массивом знаний о лягушках, считают эту метафору ложной. Если амфибия в нормальном состоянии увидит, что возможность сбежать от дискомфорта всё-таки есть, она это сделает непременно. И что температурные режимы у всех лягушек разные, и что надо учитывать множество показателей. В общем, всё сложно.
Не вари! Подумой!
В общем, да, часть правды в этом есть. Если что-то изменяется постепенно, то можно не заметить, как вы внезапно оказываетесь в полной заднице. Но нужно делать ремарку — это происходит, если только у вас нет мозгов.
Ну и для тех, кто хочет покопаться поглубже:
1. Ссылка на оригинальную монографию Гольтца (немецкий язык)
2. Статья Джорджа Генри Льюиса
3. Исследование 1888 о скорости нагревания лягушки (люди делом заняты, так-то)
4. Мнение современного зоолога на этот счет
