ЭТО РИМСКИЙ ЛЕГИОНЕР! ОН НАСИЛЬНИК... ФАЛАНГ... ГРЕЧЕСКИХ И НЕ ТОЛЬКО.
НУ А КАК ВЫ ХОТЕЛИ, 20 ЛЕТ НЕПРЕРЫВНОЙ СЛУЖБЫ

Часто можно услышать такое соображение: мол, "пока в римской армии служили римляне, она побеждала. Как только стали набирать не римлян, она стала проигрывать, а когда стали набирать варваров, рухнула и сама империя". Здесь несколько тезисов требуют пояснения. Начну с первого.

Изначально римляне - это только жители города Рим, обладающие гражданскими правами. Жители Италии - нет. Но ещё во времена ранней республики римляне привлекали к ведению войн союзников, так называемую Латинскую федерацию. Впоследствии круг союзников стал шире и в их число вошли разные италийские народы. Сабины, этруски, самниты, умбры и так далее. Они - не римляне! Но не в малой степени им Римское государство обязано своими победами.

Вот один пример. Шел 168 год до н.э. Третья Македонская война в разгаре. Македонский царь Персей преградил путь римскому войску там, где склоны Олимпа спускаются к видам Эгейского моря. У городка Пидна 22 июня началось сражение. И поначалу римляне были в шоке от того, что такое македонская фаланга. Они столкнулись с лесом копий, с которыми невозможно было бороться. Плутарх рассказывает:

"Они никакими усилиями не могли взломать сомкнутый строй македонян, и тогда Салий, предводитель пелигнов, схватил значок своей когорты и бросил его в гущу врагов. Пелигны дружно устремились к тому месту, где он упал, ведь покинуть знамя у италийцев считается делом преступным и нечестивым. И тут обе стороны выказали крайнее ожесточение и, обе же, понесли жестокий урон".

Смелая атака пелегинов не принесла победы. После нее римское войско попятились, а македонцы перешли в медленное наступление. На пересечённой местности они разорвали строй. Римляне воодушевились, ворвались в разрывы и перерезали македонян. Блестящая победа, после которой Македония сошла с исторической арены. Но главное: не хуже римлян бились и пелегины. Это сабинское племя, которое жило в Средней Италии. После нескольких войн они вместе с марсами, маруцинами и френтанами заключили союз с Римом. И вот, в 168 году они составляли какую-то (данных по численному составу нет) часть армии, которую Консул Луций Эмилий Павел привел в Македонию. Но не одни они. Читаем дальше:


"Одни пытались мечами отбиться от сарисс, или пригнуть их к земле щитами, или оттолкнуть в сторону, схватив голыми руками, а другие, еще крепче стиснув свои копья, насквозь пронзали нападающих, — ни щиты, ни панцири не могли защитить от удара сариссы, — и бросали высоко вверх, выше головы, тела пелигнов и марруцинов, которые, потеряв рассудок и озверев от ярости, рвались навстречу вражеским ударам и верной смерти"


Это стоит учитывать каждый раз, когда речь заходит о войнах Рима. Его мобилизационный потенциал был не настолько велик, чтобы воевать на всех фронтах только своими силами. Поэтому римляне ВСЕГДА привлекали союзня́иков. Резюмируем: великие победы римской армии были возможны именно потому, что она привлекала не римлян и поэтому всегда имела большой мобилизационный потенциал.


Телеграм канал "Свиток Клио".

Консул Луций Эмилий Павел, никогда раньше не видавший фаланги, впервые видел ее теперь у Персея и впоследствии неоднократно признавался в беседах с римлянами, что не знает строя грознее и ужаснее македонской фаланги, а он больше всякого другого не только наблюдал сражения, но и участвовал в них.

О "беспомощной" фаланге.

В среде любителей истории прочно утвердился стереотип о слабости фаланги перед лицом римского легиона, использование которой эллинами представляется следствием негибкого и архаичного мышления греческих полководцев. При этом детальный анализ самых крупных сражений говорит об обратном - фаланга безусловно не была неуязвимым боевым порядком, но поражения эллинистических государств в этих битвах куда чаще были связаны с другими факторами.

Рассмотрим 5 наиболее значимых битв легиона с фалангой: Аускул, Беневент, Киноскефалы, Магнезия, Пидна.

I.Битва при Аускуле (279 год до н. э.)

Сильно поредевшая после множества битв и невзгод армия Пирра, в составе которой к тому времени львиную долю составляли легковооружённые местные, столкнулась с примерно равными по численности римскими легионами. Качественное преимущество в этой битве было однозначно на стороне римлян так как они, в отличие от эпиротов, в своём войске составляли большинство. Предусмотрительные римляне активно использовали все свои преимущества - занимали высоты, прятались в лесистой местности, усиленно давили на менее стойких союзников Пирра, но всё это им не помогло - даже столкновение с фалангой на пересечённой местности не позволило римлянам одержать победу над ней. Ничья первого дня сражения сменилась победой Пирра во второй день, когда вышедшая на более удобную местность фаланга смела легионеров, а слаженно действовавшие псилы и кавалерия смогли нейтрализовать конницу и "противослоновые" устройства римлян. Ни в первый ни во второй день римлянам не удалось одолеть эллинистическую фалангу.

II.Битва при Беневенте (275 год до н. э.)

Тут армия Пирра предстала ещё более потрёпанной, чем прежде. Информации об этой битве крайне мало и, судя по всему, собственно фаланга в правильном смысле слова в этом бою не присутствовала - остатки эпиротов действовали в более подвижном, комбинированном с другими типами отрядов, строю. Вероятнее всего по этой причине эпиротам пришлось использовать куда более слабый в плане давления строй копейщиков и тем удивительнее их успех на решающем участке битвы. Сам царь видимо догадывался, что с такой армией шанс на победу в правильном сражении у него был достаточно небольшим и потом разделил армию на несколько частей (по сути это была не одна битва, а несколько). И самой лучшей части его войска (где и находились эпироты-ветераны) удалось сломить римлян и погнать их до ворот лагеря, но слоны, обращённые в бегство огненными стрелами римлян, смяли собственный строй, а нехватка офицеров сделала невозможным перегруппировку и удержание тяжёлой пехотой позиций у римского лагеря. Пирр был вынужден отступить, но итогом этого столкновения стала ничья. До самой смерти Пирра в Аргосе римляне в Тарент так и не вошли. В этой битве эллинам также сопутствовал успех пока все рода войск действовали слаженно.

III.Битва при Киноскефалах (197 год до н. э.)

Сражение при Киноскефалах является хрестоматийным примером столкновения римского легиона и эллинистической фаланги. Чаще всего именно её и приводят в качестве аргумента "против" фаланги в то время как главной причиной поражения была слишком оторвавшаяся от войска кавалерия царя Филиппа. Увлечённый атакой, царь просто не мог следить за правильностью построения фаланги, а необходимость вступать в сражение "с марша" усугубили её положение. Помимо этого плохое взаимодействие с лёгкой и средней пехотой сделало невозможным прикрытие образовавшихся брешей между частями фаланги, а облегчённое снаряжение сариссофоров в задних рядах делало бессмысленными все попытки сопротивления наседающим легионерам в ближнем бою. Фаланга той эпохи уже не могла быстро разворачиваться, но мощь её натиска мало кто мог отрицать - там где римляне попадали под этот "каток", шансов на сопротивление у них уже не было. Но одной фалангой невозможно было выиграть столь крупное сражение. Эта битва наглядно показала, что пренебрежение другими родами войск, снижение качества и количества кавалерии, средней пехоты (гипаспистов, туреофоров, торакитов и т. п.), лёгкой (псилов, пельтастов, токсотов) заставляло фалангу целиком и полностью вывозить сражение на своих плечах, а облегчение снаряжения сариссофоров при этом лишало их тактической гибкости. Если во времена Александра все угрозы фаланге, состоявшей из куда более тяжёлых фалангитов, успешно отражались другими родами войск, то теперь ставка в фаланге делалась в основном на длину копий.

IV.Битва при Магнезии (190 год до н. э.)

В этой битве за эллинистическую команду играл Антиох, который вывел на поле боя вероятно все возможные виды войск, но так и не позаботился о налаживании между ними взаимодействия. Сразу же он повторил ошибку Филиппа — убежал во главе ударного отряда из конницы и пехоты далеко вперёд, смёл мощнейшей атакой один легион, после чего сирийский авангард принялся грабить римский лагерь. Стремительный натиск колесниц, катафрактов и слонов римлянам удалось остановить не сразу, но постепенно римские офицеры угрозами и истреблением отступавших прекратили панику, а затем на других участках поочерёдно разбили оставшуюся у фаланги часть подвижной пехоты и конницы. Пропустив через себя отступающих, фаланга сомкнула ряды и стойко отражала все попытки атаковать её «в лоб», но оставшись без поддержки она быстро попала под удар с флангов и тыла. Вернувшийся во главе катафрактариев царь уже не мог изменить ход проигранной битвы, но до самого конца сражения фаланга продолжала сражаться даже будучи полностью окружённой римлянами после бегства всех остальных отрядов. Похожая ситуация с фалангой сложилась у Ганнибала при Заме, а позднее подобную ошибку с колесничной атакой повторит Митридат, что подтолкнёт его(как и Селевкидов с Птолемеями) к дальнейшей романизации своей армии. Фаланга в таких ситуациях раз за разом отвечала за неорганизованность отступления экзотических и малодисциплинированных подразделений, использование которых в целом редко кому приносило победу. После того как ряды фаланги были нарушены собственными отступающими соратниками даже упорное сопротивление часто не могло исправить положение, но дело тут не в фаланге как таковой — тот же Помпей при Фарсале аналогично пострадал от действий своей кавалерии.

V.Битва при Пидне (168 год до н. э.)

Римляне никакими усилиями не могли взломать сомкнутый строй македонян, и тогда Салий, предводитель пелигнов, схватил значок своей когорты и бросил его в гущу врагов. Пелигны дружно устремились к тому месту, где он упал (покинуть знамя у италийцев считается делом преступным и нечестивым), и тут обе стороны выказали крайнее ожесточение и, обе же, понесли жестокий урон. Одни пытались мечами отбиться от сарисс, или пригнуть их к земле щитами, или оттолкнуть в сторону, схватив голыми руками, а другие, еще крепче стиснув свои копья, насквозь пронзали нападающих, — ни щиты, ни панцири не могли защитить от удара сариссы, — и бросали высоко вверх, выше головы, тела пелигнов и марруцинов, которые, потеряв рассудок и озверев от ярости, рвались навстречу вражеским ударам и верной смерти.

На этот раз македонский царь Персей решил действовать от противного и откровенно перегнул с этим палку. Он бросил в бой фалангу практически в полном одиночестве и она действительно начала теснить римлян, на отдельных участках фронта натиск остались удерживать лишь триарии. Затем римляне, увидев возникающие при движении фаланги бреши, попытались повторить успех при Киноскефалах — легионеры начали пробиваться сквозь разрывы в строю фаланги, но на этот раз победы это не принесло, хотя и осложнило ситуацию для македонян. Фаланга, в число которой входили элитные подразделения стойко продолжала напирать. Но этого нельзя было сказать про другие отряды Персея — пельтасты, до того действовавшие в согласии с тяжёлыми педзетайрами, увлеклись преследованием разбитых италиков и оказались отсечены от центра, а фракийские наёмники были заняты стычками с римскими слонами или просто до сих пор не вступили в бой, ожидая приказа. В этот момент сражения нужно было подобно Александру направить на ослабленный и увязший строй римлян свежую конницу (которая также ещё не вступала в сражение), но царь после недолгих манёвров предпочёл…бежать(по другой версии — отступил, неверно оценив исход сражения). Вслед за ним побежала вся конница, наёмники и лёгкая пехота, оставив фалангу в окружении в очередной раз. Тем не менее царская агема предпочла сражаться до конца и в этом сражении они понесли чудовищные потери, оставив лежать на земле тысячи своих воинов, в итоге царская гвардия была уничтожена полностью в течении продолжавшегося боя с римлянами. Особенную стойкость фаланги в таком безнадёжном положении можно объяснить лучшим вооружением, отличной подготовкой и более глубоким построением, у древних авторов названным «двойной фалангой». Именно этого, возможно, и не хватило более решительному Филиппу при Киноскефалах.

Во всех вышеперечисленных случаях, как и во многих других, фаланга, при правильном её использовании, показывала крайне высокую боеспособность . К сожалению, заветы Александра Великого были быстро забыты и разве что Пирр применял против римлян его тактику в более-менее правильном виде. Вероятнее всего причиной тому является небольшой промежуток времени, который разделял эпирского царя и величайшего полководца древности. В течение 3 века до н. э. фаланга всё более начинает опираться на длину сарисс, в то время как уменьшение манёвренности никак не компенсируется за счёт других типов отрядов. И если у Пирра войск банально не хватало — потеря армии при переправе в Италию, война на чужой земле и постоянные сражения против множества противников не давали ему скопить действительно серьёзные в качественном плане силы, то у более поздних представителей эллинистического мира даже при обороне страны не получалось выставить достойное и слаженное во всех отношениях войско. Тем не менее во всех сражениях именно фаланга до последнего показывала себя той силой, которая могла остановить римский легион и тем обиднее нынешняя ситуация, когда она представляется большинству крайне бесполезной и неэффективной формацией в то время как легион предстаёт в качестве некоего идеала несмотря на ряд серьёзных поражений.

Идеального и универсального решения на поле боя нет и, видимо, не будет, но трезвая оценка эффективности той или иной тактики требует тщательного разбора её использования в сражениях, а не огульного клеймения и поверхностных рассуждений.