Часть четвертая.
"Городская тоска. "

Как там у Анны Герман в песне?
"Надо только выучиться ждать.
Надо быть спокойным и упрямым.
Чтоб порой от жизни по-лу-чать
Радости скупые теле-гра-а-ммы... "
Выйдя в город из больничной оргады, Стасик взглянул в выписной эпикриз. Времени выписки в нем указанно не было, а это значило, что явиться в расположение он может, ну, максимум, после 18.00 часов. Санчасть работала до 20.00, не считая дежурной смены. Стасик прикинул, что и в больнице выписывают,ну, часов до четырех дня точно. Два часа на дорогу до института, вот тебе и шесть вечера.
А время было только полдесятого. Пусть хоть и так, но пожертвовать частью кишечника ради чуть больше чем восьми часов свободы, оно того стоило.
Июльский областной центр разлегся перед Стасиком шумными, заполненными людьми и машинами улицами и переулками. Теплый воздух лениво шевелил сочную, зеленую листву городских тополей, предвещая  прохожим скорый, полуденный зной.
Стасику хотелось есть, но переспективу прийти в училище к обеду, встать в строй и колонной, по одному справа зайти в курсанскую столовую... Нее. Наш герой был не настолько голоден.
Он зашагал к остановке общественного транспорта.
В этом городе у него никого не было, идти ему было не к кому. В увольнениях он частенько садился в автобус или троллейбус и бесцельно катался по городу, изучая его и его жителей. Благо, в то время, Общество и Государство еще окончательно не разлюбили и не уничтожили милицию, поэтому проезд в муниципальном транспорте для сотрудников и курсантов был бесплатный, по удостоверению. Вот и теперь мчал Стасика по улицам троллейбус, щелкая своим реле в кабине водителя.
Он смотрел на людей в салоне, те отвечали ему опасливым взглядом. Что можно ожидать от человека в форменной рубашке с коротким рукавом, с погонами рядового и в пилотке. А ну как знает он, что кто-то из присутствующих курицу из гастронома стащил и везет ее, вот и следит.
Боялись граждане в полне добродушного Стасика.
Он вышел на остановке, где поодаль стояла телевышка. Обыкновенное, советское наследие, из металла и без фантазий. Ему нравилось смотреть в ее высь, задрав до отказа голову. Там, на кончике ее шпиля, его встречало теплое ясное небо, а иногда облака, цеплялись за шпиль, и он наблюдал как отрываются они и плывут по своим делам дальше. Недалеко от телецентра располагался раздолбанный сквер, а через дорогу напротив, автовокзал. Он сидел на скамье и смотрел как с территории автовокзала расползаются пузатые автобусы, увозя в своих чревах горожан и иногородних. Ему тоже хотелось быть в их числе. Всего пять часов тряски и "заунывной песни"автобусной коробки передач и он окажется на улицах своего родного города. А там и его дом, там его мама и отец. С такими мыслями Стасик сглотнул подсупивший к горлу ком и машинально стал ощупывать нагрудные карманы форменной рубашки в поисках "ксивы". За два года он научился делать это, как говорят " на автомате", потому что потеря служебного удостоверения, грозила всяческими карами от старшего офицерского состава и не исключено, что кара могла быть и анальной, но Стасик это мог только предполагать, ибо еще удостоверений не терял. Так и тут,"ксива" спокойно лежала в правом нагрудном кармане и даже отопыривала его, он даже чувствовал ее своим соском, но все равно, на всякий случай прощупал. Погладив по карману левому, достал оттуда сложенный тетрадный лист. Развернул. Там размашистым почерком было написано: "24-45-6... Светлана". Стас встал со скамьи и пошел искать таксофон.

Был у нас в институте майор К, дежурный по институту, пришёл работать с "земли", до этого 15 лет отработал дежурным в РОВД. В институте ставка считалась выше и он получил майорское звание и тихую в отличии от действующего РОВД должность. Его все курсанты уважали за адекватный характер, уважительное отношение и спокойствие. У него даже можно было стрельнуть сигарету, что для голодного и нищего курсанта сродни небесному архангелу! В его смену службу несли добросовестно и старались не косячить. Сам он был ростом около 180 см и абсолютно круглым, с какой стороны на него не посмотри.
Будучи "личинкой" мента, прослужив всего три месяца, находясь в наряде по институту я в вечернее время двигался по необъятному коридору, в руке швабра и ведро с водой. Институт четырех этажный и в обязанности дневального входило мыть пол во всех коридорах после окончания занятий. Из за поворота неспешной походкой выходит наш дежурный по институту, майор К. Я переложил швабру в другую руку и приготовился к воинскому приветствию, когда подойду на подходящую дистанцию. За пять метров до нашего сближения майор поднял руку и решительно сказал- Стой!
Я остановился как вкопанный и смотрю на него, пытаюсь понять в чем дело. Майор поднял правую руку, указательный и средний палец смотрели на меня, затем он отодвинул большой палец назад, как взводят курок на револьвере фирмы Кольт!затем тщательно прицелился и громко пернул!
Ведро и швабра выпали у меня из рук, я держась двумя руками за сердце сполз по стене на пол и затих.
Дежурный покрутил на пальце воображаемый пистолет, сдул воображаемый дым с дула револьвера и пошёл по своим делам уже весело насвистывая. Когда он прошёл коридор я встал, отряхнулся и пошёл по своим делам, но уже в значительно лучшем настроении.

Сначала приехали пожарные. Тушили однокомнатную квартиру, во флигеле, старого дома. После тушения, они обнаружили труп мужчины, полностью обнаженного, со следами насильственной смерти. Я, как всегда дежурил от убойного отдела. Выехал на место преступления. Мужчина был немного подкопчен. Но смерть наступила от 37 ножевых ранений, нанесённый в верхнюю часть туловища. Поразило одно ранение, удар был нанесён сверху вниз, в область ключицы. Я, смотрел в рану и видел лёгкое, оно оказывается розового цвета. Приехали наши, как всегда прозвучало сакраментальное:это пиздец и мы начали работать. Путём обхода дома, обыска квартиры, установили, что мужчина работал на дому. Сейчас это называется фрилансер. Писал программы, был бухгалтером. В какой то момент, объём работы возрос и он взял себе помощника. Путем всяких технических штук, установили номера телефонов, работающих в точке квартиры. По симке вышли на помощника. Он оказался курсантов военного училища. Будучи допрошенным, пояснил: нашёл мужика по объявлению, что нужен помощник. Встретились, обговорили цену, график работы. Курсант приходил к нему по субботам и воскресеньям. Работал на компьютере. Всё было нормально. Они более менее подружились. В тот день, когда обгорела квартира, это было воскресенье, курсант пришёл и увидел, что мужчина на веселе , от него пахло алкоголем. Он предложил курсанту выпить, выпили по паре рюмок, за успех и дружбу. Потом, мужчина ушёл на кухню, а когда вернулся, был полностью голый. После чего сказал, чтобы курсант тоже раздевался и у них будет ночь любви. Курсант послал его на йух и попытался уйти. Мужик, схватил нож и набросился на курсанта. В драке, курсант отобрал нож и у него, как принято говорить, сорвало крышу. Он стал бить мужика ножом, куда придётся. Потом, уходя, курсант поджёг квартиру. Т.к.это был военнослужащий, то весь материал был передан в военную прокуратуру. Как я слышал, с учётом обстоятельств, курсанту дали, около 6 лет! Вспоминается "бумер" - это не мы такие, это жизнь такая!

Была ранняя весна 2005 года, еще не растаял снег и даже не собирался. Холодным утром нас всех пригнали на север Москвы, построили на плацу Учебного центра ГУВД и БСПшник полка УВД на Метрополитене лейтенант Люкманов ходил по плацу из стороны в сторону, с акцентом зазывая своих: "мЭЭтро, мЭЭЭтро..." Согнали все округа Москвы и там была сущая путаница.

За неделю до этого нам всем сняли стажировку и присвоили специальные звания, выдав форму на Перерве. тогда еще ее выдавали.

Я ехал туда с надеждой. Что получу новые знания, смогу их применить на практике и это поможет состояться мне, как грамотному профессионалу. Боже, каким наивным я был в те времена..

Обучения как такового не было. Вместо него нас гоняли на хозработы и в наряды по охране здания, КПП, дневальными по этажам. Проставлялось большинство предметов за бабло или бутылки.

Тогда еще у меня не было четко очерченных взглядов, но я понимал, что происходит что-то не то. Что-то не так. Я пришел сюда учиться. А не быть поломойщиком, столяром, плотником или ЧОПовцем.

В один прекрасный день мы заступили в суточный патруль по территории Учебного центра. Задача была проще некуда: 2 часа ходишь с напарником в бронежилете с резиновой палкой, 2 часа отдыхаешь. Был дневной маршрут, более длинный... и ночной, более короткий. Был уже вечер.. и мы перепутали. Пошли не там. Справа был тир, а внутри него сауна... мы идем, размахиваем резиновыми палками от скуки... и краем глаза, боковым зрением я вижу, как один из руководителей сидит голый в сауне с бл@дьми и херачит пиво из баклашки. Мы ретировались.

Для меня это были первые звоночки, что милиция, а именно ее руководящее звено (не все конечно, но большинство) , представляет из себя голимую мусарню. Самые обычные низменные пороки прикрываются красивыми словами о патриотизме, Родине, долге и так далее. На самом деле же двойные стандарты и сплошное лицемерие. Как и когда эти маргиналы туда проникли? Я не знаю. Наверно, это было бы хорошей темой для диссертационного исследования. Но не сегодня.

Но обучение все же было. Например, первая медицинская помощь. Я хорошо помню этого преподавателя. Старший лейтенант милиции Роже Светлана Ильинична.

Еще до направления нас ну учебу, у нее случилось какое-то горе в семье. Умер муж и она овдовела. Я с уважением отношусь к ее семейной утрате, но я не понимаю, почему она вымещала свою злость на нас.

Она буквально не считала нас за людей. Четко разделяя рядовых и сержантов от офицерского состава. Она могла поднять нас во время пары, резко заорав: "ВСТАТЬ!" и начать рассказывать, что мы все нищеброды без образования, а она офицер. Мы ее не любили и называли "черная вдова". Почему я, дослужившись до майора, не напялил на себя корону?

Была и профессиональная психология. Вела ее Шагиморданова Фатима Хабибовна. Она нас уверяла, что по почерку человека можно понять что он из себя представляет. Она сказала, чтоб мы что-нибудь написали.. и по каждому была готова дать расклад. У меня абсолютно ублюдский почерк. И если все в этом плане ругают врачей, то я врач с переломанными пальцами рукожоп и китаец. КОгда дошла очередь до меня... Шагиморданова скривилась и с явным раздражением сказала, что с моим почерком что-то не так. Возможно, она что-то увидела? Через 13 лет после этого я стану одной из наиболее одиозных личностей для руководства МВД.

Так вот. Я понимал, что все это не мой путь.. после нескольких дней обучения, мне пришла справка из ВУЗа... о том что предстоит сессия, я написал рапорт и на 3 недели выбыл из учебки.

По возвращении... вошел командир взвода и сказал: "кто разбирается в компах?"

В то время получал юридическую вышку заочно, но у меня был диплом о средне специальном образовании, как раз связанному с компами.... я сказал: "я".

И меня повели к замполиту. На самом деле ему требовался помощник. Это был матерый кадровик... полковник... и самый настоящий прожжёный конъюнктурщик. Это был любитель пообщаться с женским полом, но при этом он умел просчитывать шаги наперед. Как профессионал он пользовался у меня уважением. Нестайко Юрий Иванович.

Он переживал, что если возьмет к себе в помощницы девушку, то пойдут ненужные слухи. Поэтому взял меня… и когда кто-то к нему приходил на собеседование я слышал неизменное «Володя, погуляй 15 минут»… Которые превращались в полтора часа.

Но я не жаловался. Фактически я был его помощником, не выполнял никакой грязной работы, мог свободно передвигаться по территории учебки, для всех остальных было требование — строем, мог выходить в любое время за территорию и входить с опозданием… прикрываясь отдельными поручениями САМОГО (!). Я не ходил на занятия, в наряды, на хозработы… все оценки мне поставили автоматом.

Таких в учебке было несколько человек… начальник тыла пригрел себе любовницу и еще четыре слушателя купили себе должности помощник дежурного. Их перевели на график сутки-трое. Нам всем поставили оценки автоматом.

В те времена был угарный препод — майор Чибирякин. Его выгнали из прокуратуры и он устроился в милицию. это уже было знаком. В служебное время, он отправил слушателя за билетами в театр для своей жены.. и на этом погорел. После чего в кадрах, где я фактически работал, готовился приказ о его наказании.

По итогу обучения мне дали грамоту начальника Учебки и направили письмо в комплектующий орган — УВД на Метрополитене, с просьбой меня поощрить. Генерал-майор Иванов издал приказ, которым объявил мне благодарность.

Командир полка собрал всех командиров рот и батальонов на совещание.. и в начале зачитал по залетчикам, а потом один-единственный приказ о позитиве… с награждением меня.

После этого первые пол года взводник на инструктажах каждый раз поднимал меня и просил ответить на вводную задачу, приговаривая при этом: «х@ле ты? самый умный же. давай отвечай».

В целом это было хорошее время, полезный жизненный опыт.. из которого я извлек выводы.

Милиция уже в то время была мусарней. просто с каждым годом она все сильнее деградировала. Любые твои нормальные начинания, навроде той же грамоты, будут обосраны. Мне наплевать на этого тупового взводника и дело тут вовсе не во мне… просто любой, кто хочет ЧЕГО-ТО НОРМАЛЬНОГО, будет тут же подвергнут критике и каким-либо мерам воздействия. Потому что система заточена на то, чтобы все нормальное отторгать. Как инородный предмет. Выполнение несвойственных функций… подмена понятий и ценностей. Все это было еще в те времена.. Награждение непричастных и наказание невиновных.

Просто мне очень долго везло. Все эти 13 лет удавалось проскакивать между е@аных. Но я понимал главное: это не то, как должно быть. Не то, что я хочу… и должно быть иначе.

Вот так, практически не проучившись ни одного дня, я закончил учебку с отличием, умудрившись получить аж целых два поощрения.

Продолжение следует…

Автор Воронцов В.А.

Взято в группе ВК Омбудсмен полиции.

https://vk.com/@ombudsmenttttttttttt-kak-imenno-vo-mne-zaroz...

ссылка на профсоюз.

https://vk.com/policetradeunion