Друзья, хочу пригласить вас в наш ТГ канал, просвещенный постапокалипсису, играм и фильмам в этом жанре, конкурсы с призами и конечно творчество:) присоединяйся к нашему убежищу 404 ссылка в профиле, будем рады встрече.
1. Истоки жанра: от мифа к научной катастрофе
Постапокалипсис — не феномен XX века. Его корни — в древнейших мифах: христианский Апокалипсис, скандинавский Рагнарёк, индуистская Пралая. Эти истории о гибели прежнего мира и рождении нового создали архетипическую матрицу. Люди всегда верили: чтобы родилось новое — старое должно умереть с достоинством.
Однако как самостоятельный светский жанр, связанный не с божественной волей, а с человеческими ошибками или природными катаклизмами, он сформировался в XX веке.
И если в мифах разрушение приходит по воле богов, то в литературе мы стали богами сами — и уничтожили мир собственными руками. Первым шагом стал роман Мэри Шелли «Последний человек» (1826) — мрачная, почти пророческая эпидемия, оставляющая одинокого человека среди руин. Позже Герберт Уэллс в «Освобождённом мире» (1913) описал глобальную атомную бомбардировку — не как фантастику, а как предостережение (уточнение: Уэллс писал об атомном оружии в гипотетическом, донуклеарном смысле — как о символе тотального разрушения).
Ключевой триггер: Холодная война и ядерная угроза. После бомбардировок Хиросимы и Нагасаки страх перед тотальным уничтожением стал доминирующим. Роман Невила Шюта «На берегу» (1957), где герои ждут смертельной радиоактивной волны, стал каноническим образцом психологического «предапокалипсиса».
Расцвет жанра: 1960–1980-е годы стали золотым веком. Творчество таких авторов, как Джон Уиндем («День триффидов», 1951), Уолтер Миллер-младший («Страсти по Лейбовицу», 1960) и Роберт Мерль («Мальвиль», 1972), сформировало классические тропы: пустые города, борьба за ресурсы, мутанты и вопросы о ценности человечности в бесчеловечных условиях.
2. Особенности: мир после конца
Постапокалипсис — это не катастрофа сама по себе, а её последствия. Фокус смещён с момента гибели (апокалипсиса) на адаптацию к новому миру.
Ключевая особенность — исследование «новой нормальности»: главный вопрос жанра — «Как нам жить теперь?» Он изучает, какие социальные структуры, моральные нормы и человеческие качества остаются актуальными, а какие исчезают.
Центральный конфликт: чаще всего это «Человек vs Условия среды» и «Человек vs Другой человек» (борьба за ресурсы, идеологии). Монстры или мутанты — лишь опасная часть пейзажа.
Апокалиптика: изображает сам процесс глобальной катастрофы. Финал ещё не определён. Фокус — на хаосе и борьбе во время крушения («Война миров» Герьерта Уэллса).
Дизельпанк/Киберпанк: характерны для альтернативного или антиутопического будущего, где цивилизация не пала, а изменилась. Постапокалипсис же — это мир после цивилизации.
Выживание: может быть частью постапокалипсиса, но не исчерпывает его. Жанр выживания локальнее и не требует глобальной катастрофы (например, после кораблекрушения).
3. Поджанры: ландшафты после конца
Ядерный апокалипсис: классика жанра. Пустыни, руины, радиация, мутанты. Фокус на последствиях человеческой гордыни («Дорога» Кормака Маккарти).
Постэпидемия: мир после смертельного вируса. Исследует хрупкость социума и природу изоляции («Противостояние» Стивена Кинга).
Социальный: цивилизация пала в результате медленного коллапса. Фокус на новых формах общества («Безумный Макс: Дорога ярости»).
Посттехнологический: коллапс из-за восстания машин или технологической сингулярности. Руины высоких технологий («Матрица», «Терминатор»).
Космический: гибель космической цивилизации или корабля-ковчега («Семиевие» Нила Стивенсона).
Экологический/Климатический: катастрофа вызвана изменением климата, затоплением, обледенением. Фокус на столкновении с изменившейся природой («Заводная» Паоло Бачигалупи). Как вариант — вмешательство неизвестных технологий, разрушающих экологический баланс на планете. В романе Джона Уиндема «Кракен пробуждается» вода становится главным инструментом уничтожения мира. Выжившим остаётся только перемещаться между отдельными уцелевшими островками некогда могучей цивилизации.
Упомяну в этом контексте свой роман «Тёмные воды. Зимний апокалипсис». В нём вода — метафора коллективного бессознательного, которое является живой силой, которая после космической катастрофы возрождает в мире, где всё рухнуло, таинственный порядок.
4. Первые авторы: архитекторы руин
Мэри Шелли (1797–1851): «Последний человек» (1826) — один из первых романов о мире после глобальной эпидемии.
Ричард Джефферис (1848–1887): «После Лондона, или Дикая Англия» (1885) — возможно, первый чистый постапокалипсис: природа отвоёвывает руины города, общество скатилось в феодализм.
Джон Уиндем (1903–1969): его «космические катастрофы» («Кукушата Мидвича», «Кракен пробуждается») стали эталоном британского постапокалипсиса, где катастрофа происходит «тихо» и исследуется обывателями.
Уолтер Миллер-младший (1923–1996): автор канонической «Страстей по Лейбовицу», поднявшей жанр до уровня философской притчи о цикличности истории, науке и вере.
5. Десять знаковых книг в жанре
Уолтер Миллер-младший — «Страсти по Лейбовицу» (1960). Эпическая сага о сохранении знания и циклической природе катастроф.
Роберт Мерль — «Мальвиль» (1972). Бескомпромиссный и жестокий французский взгляд на ядерный апокалипсис.
Стивен Кинг — «Противостояние» (1978). Грандиозная эпическая битва добра и зла в мире после супергриппа.
Кормак Маккарти — «Дорога» (2006). Лаконичная и беспросветная поэма о любви отца и сына и моральном выборе на краю гибели.
Паоло Бачигалупи — «Заводная» (2009). Блестящий экологический апокалипсис, где мир мучительно деградирует.
Дмитрий Глуховский — «Метро 2033» (2005). Культовый роман, определивший лицо российского постапокалипсиса.
Невил Шют — «На берегу» (1957). Пронзительная драма о достойной встрече неизбежного конца.
Джордж Стюарт — «Земля пребывает» (1949). Новаторский роман о единственном выжившем и его попытках восстановить знание.
Октавия Батлер — «Притча о сеятеле» (1993). Социально-политический апокалипсис, исследующий расизм, веру и сообщество.
Джон Уиндем — «Кракен пробуждается» (1953). Водный апокалипсис, где океан становится безмолвным, но смертоносным врагом цивилизации.
6. Постапокалипсис сегодня: зеркало наших страхов
Современный постапокалипсис — это не столько прогноз, сколько диагноз обществу и политики. Он отражает актуальные коллективные страхи своей эпохи:
1960-1980-е → страх ядерной войны.
1990–2000-е → боязнь пандемии и экологических кризисов.
2020-е → ожидание социального коллапса, климатической катастрофы, глобального военного конфликта.
Главный философский вопрос жанра сегодня — вопрос идентичности: что делает нас людьми, когда исчезают все внешние атрибуты цивилизации? Остаётся ли в нас что-то непреходящее?
Постапокалипсис стал лабораторией для проверки человеческой природы на прочность. Он позволяет безопасно пережить худший сценарий и, возможно, найти в нём не только ужас, но и надежду: семена новой жизни, ростки солидарности и хрупкую, но несгибаемую волю к существованию.
Напоминаю, что администрация портала официально запретила мне выкладывать списки книг, а тем более сами книги. Поэтому ни того, ни другого вы здесь больше не увидите. Всё, чем я обычно заканчиваю свои обзоры, отныне будет только в моих Telegram-каналах.
За доступом обращайтесь в Telegram по адресу из профиля.
С уважением,
Алексей Черкасов, писатель
И вот скоро во дворе стукнет 2026 год. И я написал уже половину книги, и скорее всего я его закончу к концу зимы.
Точной даты выхода книги нет.
🎮 METRO 2033 — одна из самых мощных и атмосферных игровых вселенных.
В своё время я настолько погрузился в этот мир, что решил воплотить его в шахматах. ♟
Фигуры были разработаны одним специалистом за не маленькую сумму, затем напечатаны на 3D-принтере специально под заказ — уникальная работа, аналогов почти нет.
Доска шахматная же сделала из эпоксидной смолы. Теперь пройдемся по персонажам:
Артем
Спартанец с миниганом
Спартанец с дробовиком
Гуль
Гарпия
Медведь - цар зверей
Аня (Анютка, подруга Артема)
Полковник, отец Ани
Но так вышло, что поиграть их в шахматы много не получилось, из-за финансовых трудностей продал кому-то на день рождения, образовав кого то. Но остались фотографии, которые радуют глаз от проделанной работе!
Что скажете? Оцените идею и исполнение
Ситуация с чёрными вызывает много споров, хотя по самой своей сути они враждебны людям и мириться с их действиями было никак нельзя. Это дикие, лживые, злобные твари.
Именно такими чёрных описал Дмитрий Глуховский в книге "Метро 2033".
Меня удивляет сам факт споров по поводу финала книги. Сухие факты про чёрных:
- они массово убивали людей и зачистили целые станции. Обращаю внимание, убивали людей. Целенаправленно, жестоко, цинично;
- в самом начале книги чёрные появляются с группами мутантов не в первый раз, они несут смерть, используя мутантов как таран, хотя могли в любой момент мутантов остановить или уничтожить;
- они могли не использовать псисилы при контакте с людьми, но они не просто их использовали, а на всю катушку, потому что так они в полной безопасности убивали людей, и т.д.
Чёрных было слишком мало и они не были дураками, поэтому им нужен был "крот" среди людей и гражданская война, в которой люди перебьют друг друга. Таким "кротом" должен был стать главный герой и некоторые другие люди, которым внушалось, что "чёрные пришли с миром".
Проблемой внушения был ограниченный радиус псивоздействия и смерти людей, на которых оно оказывалось.
Прямое противостояние с людьми чёрные не вытянули бы ни с псисилами, ни с мутантами: людей было на порядки больше и люди были хорошо вооружены.
Чёрные уничтожили много станций, но на периферии и скрытно. Более крупные станции они уничтожали уже не лично, а истощая волнами мутантов. Даже в прямом противостоянии с одной крупной станцией им было не выжить и они это понимали, скрываясь в тенях.
О каком "миролюбии" речь, когда их деятельность описана на первых страницах книги? Там, где написано про то, как пропадали без выстрелов разведчики и пали несколько станций.
Первой задачей чёрных было проникнуть в метро, для этого им нужен был кто-то, кто откроет гермоворота изнутри. Таким человеком стал подвергнутый внушению ребёнок - главный герой Артём. Взрослые просто не переносили воздействие.
Ещё до вторжения чёрные оказывали негативное воздействие на людей, вызывая у них страх и боль, вынуждая бежать. Так расчищался плацдарм для вторжения.
Чёрные стремились захватить метро и поселиться в нём.
Сначала они изгнали людей, потом открыли ворота, потом уничтожили людей на нескольких станциях и начали шаг за шагом продвигаться по веткам.
Всё это описано в книге, какие могут быть "неоднозначности" на основе всего одного лживого псипослания, призванного спасти их шкуры от уничтожения, которое запоздало? Попытка изобразить их поведение чем-то другим, противоречит всем событиям, описанным в книге.
Чёрные хотели поселиться в метро, потому что поверхность слишком опасна и для них. В Москве обитало большое количество мутантов намного сильнее чёрных. По той же причине они не обошли метро с других сторон - это было самоубийством.
В метро безопасно, его легко защищать и там много ресурсов, необходимых для выживания, только люди мешали.
А довоенное оружие, которое люди "припасли на чёрный день", вызывало у чёрных ужас. Поэтому с экспансией они не спешили, действуя осторожно.
И ведь у них почти получилось.
Люди не консолидируются против невидимого врага, им нужен конкретный.
Без помощи пикабушников не протянуть: https://pay.cloudtips.ru/p/4c9b63bf
Я, конечно, не СМИ да и цитирую книгу, но так как отдельные обиженные на голову товарищи сразу возбуждаются, то вот: Дмитрий Глуховский признан иностранным агентом на территории Российской Федерации. Что это за хуйня, никто не знает, напоминает же эта хуйня 37 год прошлого века, о котором до сих пор справедливо напоминает опять же Большой дом на Литейном в Питере. Кстати, дополню: смотрю я на подгорающие ватные попки, что клоунов ставят и минусят, и, честное слово, мне это доставляет очень большое удовольствие. Им совершенно посрать и на книги, и на игры, ибо не читают они и не играют, но как же у них подгорает даже от имени автора. Глупость беспросветная.
Так как книга будет писаться скорее всего около полугода, мы решил создать песню по сюжету книге.
Именна персонажей использоваться там не будет.
