Короч господа я вернулся. Надеюсь я туда больше не вернусь. А военком сгорит в аду.

Короче говоря. Вначале пытался строить из себя нормального человека, пытался общаться с другими челиками гамать в карты. Но потом хикканские чувства все же взяли верх к концу первой недели.

Распорядок дня был таков:

6:00 подъем, поподметать и помыть под шконкой

7:00 обход завхоза, рылась по вещам искала острые и режущие предметы(лучше с собой не брать или хорошенько прятать)

8:00 "обход врачей" заходили толпой и спрашивали жалобы, я, как тру хикка, язык проглотил и не мог ничего сказать

9:00 завтрак! Такое дерьмо как и вся еда в психушке. Манка + яйцо + кусок хлеба + пол стакана чая(по ощущениям его пили до меня), полная антисанитария на кухне, посудку никто не моет только споласкивают + работают без перчаток

12:00 обед! Варенная капуста в чемто красном(борщем это трудно назвать) + кусок хлеба + полстакана сока+ что-то похожее на макароны, но на вкус они были как бумага

16:00 ужин! кормовая гречка, которой кормят свиней(иногда овсянка)+кусок хлеба + какао с молоком/чай/сок, иногда на хлеб намазывали чайную ложку масла или творога это было оч мерзко и противно

после ужина можно было выйти в магаз на 1-2 часа, но не больше

22:00 отбой

Плюс ко всему было рабство, у нас было несколько палат которые адекватные, они должны были помогать медперсоналу носить и водить нариков, бомжей, алкашей, шизиков и т.д. + таскать хавку в столовку+уборка территории вокруг отделения+мелкие поручения. На второй неделе, я уже нибуя не делал, ибо не насрать.

Всему этому вкуса придавали психи ходящие по коридору с одного конца в другой. Я не знаю, что с этими людьми, но когда я вышел на улицу, мне теперь кажуться какими-то ненормальными.

К концу второй недели мне уже ничего не хотелось, думал о самовыпиле, не для кого в палате это не было секретом, я вслух говорил, что хочу перекрасить наш пол в красный цвет и т.д.. Единственное о чем я мечтал лежа на шконке, это прийти быстрее домой и принять душ и отведать домашней еды, когда я о ней вспоминал аж слюнки текли.

На второй неделе вообще перестал хавать и один "хороший человек" с моей палаты сразу рассказал медсестрам и те за мной бегали до последнего дня.

Короче говоря туалет без замков, перегородок, дверь с большим окном и т.д. мне как тру хикке было реально сложно сходить в него, ходил в основном ночью.

Общественный душ - это самое мерзкое место на планете. Чо я должен смотреть на других парней и они на меня пока я моюсь? Я просто хочу побыть один(не только в душе возникало такое желание, а постоянно, куда бы ты не пошел везде люди, в такие моменты единственная мысль, которая спасала от паунса в окно, что я знал дату когда меня отсюда выпишут).

В душ я офк не ходил, помыл несколько раз бошку под краном и все.

Ещё были какието тесты у психиатра. Странные, прям оч странные. Когда я хотел у нее спросить у нее вопрос, который я не понял, она брала и перебивала, раз за разом.

И вот сегодня в последний день. Пришел на комиссию, на меня наорали, сказали, что я кошу и заведующая кричала, что я годен. Я там стоял дрожал и не слова выговорить не смог, чуть не заплакал. Когда вышел до меня дошло, что меня так тестить могли. Выпустили со словами "годен".

Боюсь терь идти в военкомат за диагнозом, хз чо там может быть.

Спасибо всем кто смог осилить мою стену текста.

Короче говоря мерзкое место это психушка, скинул 4-5 кило пока там был.

Были ещё интересные личности:

1)ленин - ходил по палатам и рассказывал смешные истории, когда его просили заткнуться и покинуть палату он продолжал рассказывать иногда хватал ребят за яйца, за что часто отгребал

2)челик с боязнью микробов - ходил с туалетной бумагой, открывал дверь только ею, на что было довольно забавно смотреть

3)уголовник - челик мог тебя побить, ему просто не понравилось твоя улыбка

4)молчун - челик, который еле разговаривал, было трудно понять, что он говорит, по этому он сидел хикковал как и я

5)мамкин косильщик - нажаловался военкомате, пришел в психушку и ах.. был в шоке короче, сразу "жалоб нет", "выпустите меня отсюда", я долго орал с этого челика

6) ХАЧУСЛУЖИТЬ - порезал вены, попал к нам, говорит хочет служить, а вены резал по фану

Там ещё куча кадров было, но особенно выделялись чайки - после каждого приема пищи они обрыскивали мусорки в поисках еды, за что часто получали по лицу от медсестер.

Чо произошло за 2-3 недели моего отсутствия? И кого ещё как выписывали? Просто напуган, чуть ли до смерти, думаю самовыпилиться если поставили "годен", а "не служил не мужик" идите лесом. Как вообще у вас происходила выписка? Рассказывайте, не стесняйтесь, попытайтесь меня успокоить.

Итак, все началось с того, что мне исполнилось 20 лет и паспортистки отказались менять паспорт без приписного свидетельства из военкомата или военного билета. Пришлось идти в военкомат, чего я в своей жизни еще ни разу не делал. Там на меня сразу же завели дело и отправили на медкомиссию. Я прошел всех врачей, кроме психиатра.Психиатр внимательно выслушал мои жалобы на перепады настроения, депрессию, осмотрел порезы на руках и вручил конверт с направлением в ПБ №1 им. Н.А. Алексеева, более известную как Кащенко.

Собрав необходимый инвентарь, я направился в книжный магазин, полагая, что все цифровые устройства у меня отберут и закупился книгами на неделю вперед. Доехав до места, я с воодушевлением перешел порог проходной, получил нужные документы и остался ждать подписи главного врача. Он дважды был на совещании, поэтому времени пошляться по территории больницы было достаточно.Итак, врач наконец–то пришел и мое путешествие продолжилось. Необходимый пакет документов с подписью был предоставлен и я остался ждать своей очереди — передо мной был другой парень. «Больше ты отсюда не выйдешь» — сказала ему бочкообразная санитарка, чем настроила меня на позитивный лад. Пришла моя очередь, я подписал бумажку о согласии на госпитализацию, меня обыскали (во всех местах) и посадили в УАЗ вместе с тем парнем. Парень оказался молодым, но очень перспективным алкоголиком, и был тут далеко не в первый раз, что развеяло мои опасения.Во время всех этих бюрократических процедур, мы немного поговорили с принимавшим меня врачом. Это оказалась довольно жизнерадостная женщина, которая приободрила меня и убедила в том, что «не нужно делать то, что ты собираешься делать». Вобще–то, я не собирался ничего такого делать, но никто не верит человеку с порезами на руках.Отдали мои вещи и показали кровать, на которой мне предстоит спать всю следующую неделю. Вещи отдали не все — было зачем–то необходимо везти отдельно зубную щетку, пасту и кружку. Кошелек и бумаги остались у врача, а все остальные вещи мне оставили еще при осмотре — включая наушники и зарядное устройство для телефона, чему я был несказанно рад.Заведующая отделением тоже решила, что я себя порежу, и погрозилась накачать меня разнообразными лекарствами в случае чего. Вобще–то, я люблю эксперименты, но в этот раз решил вести себя тихо, даже не смотря на заманчивое предложение. В конце концов, все дела были закончены и мне предстояла первая ночь в психиатрической больнице.В первый день ощущения были довольно необычные. Это уже потом понимаешь, что ничего особенного не было, и весь основной контингент — хронические алкоголики с кучей вытекающих отсюда последствий. Кто–то избил жену и она его отправила лечиться, кто–то просто не совсем здоров. Настоящих психов было немного — я насчитал трех. Судьба решила, что для усиления эффекта я буду спать рядом с самым умалишеным из них — Алешенькой. Впрочем, Алешеньку не нужно опасаться, ведь все что он делает целыми днями — лежит на кровати, перебирает пальцами окружающее пространство, мычит, похрюкивает и пронзительно смотрит в глаза. Остальные двое — Кеша с менингитом, который получил его вместе с красным дипломом МГУ — и отправился на 18 лет в психушку. Он постоянно причесывается перед зеркалом, может ударить человека или кинуть в тебя табуретом. При мне такого не было, но рассказов достаточно. Второй — человек с длинными черными волосами и неестественным, кривым выражением лица. Он мне запомнился лишь потому, что первые два дня мне казалось, что это какой–то металист. Встретившись с ним лицом к лицу и понаблюдав за его походкой я пришел к однозначному выводу — он упоротый наглухо.Вером пили чай,читали книги(интеренет без картинок)

Чай нужно брать с собой, потому что даже горячая вода в дефиците, что уж говорить о пакетиках. Шестьдесят человек моментально выпивают воду в любом количестве.

Ну вот и все, первый день медленно подходит к концу и оттуда у меня остались только две аудиозаписи, где санитарка на пару с пациентом поет песню «Ей сегодня идти одной, вдоль по улице ледяной». Качество ужасное, ничего необычного, поэтому лучше вам включить воображение и представить атмосферу, чем тратить 3 минуты на прослушивание хуеты. Уснуть я не мог достаточно долго, потому что в кабинете рядом санитарки громко разговаривали, кто–то громко храпел, а я сожалел об отсутствии беруш.Конечно же, был ужин. Но меня на нем не было. Остальным пациентам угрожали написать в личном деле «отказ от приема пищи», что, видимо, означало что–то очень плохое, но меня эта участь миновала — я сказал, что совсем недавно обедал. Пообедать я, правда, так и не успел — слишком долго ждал врача, но решил, что к первому приему пищи мне нужно быть охуенно голодным, чтобы съесть говно, коим, предположительно, всех тут кормят. Это неизбежно.Прием пищи был неизбежен так же, как визит в туалет. Самое страшное, о чем я читал — это туалеты в психушках. В моей голове даже была мысль о том, чтобы ничего не есть, чтобы не срать, но, думаю, она была слишком безумной. Там было три унитаза, разделенные небольшими стенками. Без дверей. Туалет очень маленький, из 60 человек 55 — курящие, поэтому сортир забит круглые сутки, за редким исключением. И, представьте, каково это — срать, когда на тебя внимательно смотрят шесть человек? Кто–то даже разговаривает о жизни и всяком таком во время дефекации, покуривая сигаретку — получает кайф от процесса, но, видимо, для этого нужно иметь достаточно опыта. К сожалению, или к счастью — я этого опыта так и не получил.В 7 утра меня разбудили воплями «СДАЕМ МОЧУ И НА ТЕЛЕБАЧЕНЬЕ». Телебаченье, как не трудно догадаться — просмотр телевизионных передач. После двух часов телебаченья — завтрак. В числе тех, кому не хватило места в столовой, по счастливой случайности оказался я. Счастливая она потому, что мне не досталась каша. Я не очень–то люблю каши, особенно если по внешнему виду не могу догадаться, что это вообще за каша. Пришлось выпить чай и съесть два бутерброда — один с докторской колбасой, а другой с маслом.Примерно до двух часов я наслаждался бездельем. Вернее, наслаждался я первые 2 часа, а потом это серьезно надоедает. В повседневной жизни, даже если ты все выходные торчишь дома и ни черта не делаешь — у тебя не возникает чувства потерянности. Всегда есть какая–то мелкая работа, будь то выгул собаки или приготовление пищи — в психушке же нет вообще ничего. Читаешь, просматриваешь скучный интернет без картинок, слушаешь музыку, а тело начинает ныть от четырехчасового бездействия. Наконец, ты превращаешься в одного из этих шестидесяти зомби, которые меряют отделение шагами, прогуливаясь из одного угла в другой, с совершенно отсутствующим, неживым, бессмысленным выражением лица.Пугают совсем не пациенты, пугает осознание того, что ты — часть всего этого. Ты один из них. В них нет ничего особенного, вы их ежедневно видите на улицах. Когда они одиноко блуждают по винному отделу супермаркета или пьют водку на лавочке небольшими группами. Значительная часть из них — самые обычные люди. Я наблюдаю, как они пялятся в телевизор и о чем разговаривают, и мне становится не по себе. Они — олицетворение всего того, что я стараюсь избегать. Деградация, однообразие, ничтожность и бесполезность. Вряд ли образ жизни в психушке чем–то отличается от обычного их образа жизни — там есть даже домино, и можно кадрить санитарок, которые ночами обсуждают, где лучше закодировать члена семьи и сколько стоит зачарование у одного известного колдуна.Ко мне подходят два парня и мы знакомимся. Это — РВК'шники, такие же как и я, прибывшие на обследование от военкомата. Оказывается, я нахожусь на дневном стационаре, и ночевал здесь по стечению некоторых обстоятельств. Джей и Боб ни разу не ночевали в отделении, но я не единственный. Я буду называть их Джей и Боб, потому что эти двое примерно такие же тупые и весьма похожи внешне, а настоящих имен я не помню. Боб совсем не молчаливый и меня это действительно расстраивало в те редкие моменты, когда мне приходилось находиться с ними.Убедившись в моей адекватности, меня, вместе с ними, отправили таскать мебель. Я был этому действительно рад, как был бы рад вообще любой физической работе.Конечно, можно было бы заняться медитацией. Сделать зарядку. Что угодно.

Но такие застенчивые парни как я, ничем таким не занимаются в компании шестидесяти психов.На этом, видимо, все. Возможно, что–то вспомню по ходу дела… Как, например, сейчас я вспомнил историю прохождения электроэнцефалограммы. Я, Джей и Боб, санитарка, и два психа. Пройдя процедуру, я уселся рядом и стал ждать, когда ее пройдут психи.«Если убегать начнут — ты их по ногам бей» — услышал я от Разговорчивого Боба и переспросил. Да–да, мне действительно нужно было бить их по ногам — собственно, за тем же самым пришли и Джей с Бобом, ведь они уже прошли все процедуры. Психи частенько пытаются сбежать, а я был одним из конвоиров. К сожалению, все прошло без происшествий и веселой погони не было.Вам, наверное, интересно — косил ли я или вправду ебанутый. Но я сам не знаю — тут очень тонкая граница. Всем врачам я говорил только правду — наиболее оптимизированную для 15–минутного разговора, поэтому никаких интриг и интеллектуальных игрищ не было. Я думаю, у каждого найдется заболевание, представив которое в хорошем свете — освобождает вас от службы.В конце концов, даже если вы обычный дебил, как Джей и Боб, то вам все равно выдадут справку. Кащенко — беспроигрышный вариант. Единственное, что сбивало с толку — это чересчур серьезное отношение психиатров к разговорам с тобой, будто они действительно тебя обследуют. У меня есть некоторые соображения на этот счет, но никакого конкретного вывода. Могу сказать однозначно — даже не пытайтесь кого–то наебать. Не нужно считать их за идиотов, это довольно оскорбительно.Поле «диагноз» на моей справке заполнено не было. Завтра поеду в военкомат и расскажу чего–нибудь еще.

3 октября 2017 года я обжаловал в суде постановление по делу об административном правонарушении, которое выписал мне военный комиссар г. Усолье-Сибирское и Усольского района Савченко В.М. Его постановление является незаконным, и в суде я это докажу.

4 октября (на следующий день) на заседании призывной комиссии военным комиссаром Савченко В.М. мне было выдано направление на обследование в психоневрологический диспансер со словами «Психиатра не забудь пройти, понял да?». И тут я такой про себя «Вот енто паварот! Совпадение? Ну не!».

Также, комиссия незаконно изъяла у меня приписное свидетельство и отказала в выдаче копии решения заседания призывной комиссии. Это было сделано для того, чтобы я не смог предъявить в суде необходимые документы, если решу предпринять какие-то процессуальные шаги по защите своих прав. Это также усложнит мне обжалование незаконного постановления, так как в скором времени суд затребует у меня документы, необходимые для расследования.

Кроме того, сотрудник полиции, который также там заседал, на моё уведомление о том, что я напишу ещё одно заявление ухмыляясь ответил «Могу показать дорогу к прокуратуре», очевидно намекая на то, что там я ничего не добьюсь. Почему? Решайте сами. А вот я всё прекрасно понял.

В настоящий момент я готовлю обращение в администрацию президента, иск в суд, а также письма в местные и региональные СМИ с приложением аудиозаписи заседания, где все эти коронные фразочки (и не только) иронично звучат из уст участников призывной комиссии.

p.s

это фиаско, комиссар

По просьбе некоторых пикабушников пилю данный пост (@autofellator , @grimmjawJ и других ). Тут будет только лишь мое мнение (с матами) и то, что со мной произошло. Коменты в стиле "не служил - не мужик" оставьте при себе.

И не делайте как я, со мной сложилось так, с другим сложится по-другому

Вступление (тут я расскажу откуда пошла моя нелюбовь к армии, можно пропустить)

было мне лет 16, плюс минус, в школе есть такая хрень как военные сборы, это когда школоту определенного возраста везут в военную часть на 3-7 дней и учат там страдать хуйней стрелять с калаша, отжиматься итд. Короче типа демо версия армии. Там мы бегали, отжимались и впринципе все, 1 час в сутках был личного времени, это были 4 самых хуевых дня в моей жизни. Отношение служащих в той части было разным, кто-то подбадривал типа молодцы, а кто то обзывал. Вечерами доебывались пьяные "деды", но однажды случилось то, что вызвало у меня отвращение ко всей службе, армии, военным, военным песням и всему, что хоть как то касалось армии. Вечером пришел какой то офицер, звания уже не помню, пьяный в хламину, сам по себе тип был жирный и неприятный, построил нас в линию в одних труселях и после задрачивания нас отжиманиями дал команду - снять трусы) Не ну вы представьте, взрослый мужик хочет увидеть толпу пацанов 16 лет голыми... Команду конечно никто не выполнил, ему на ухо кто-то что-то нашептал и он съебнул. Но тогда я охуел, очень сильно, это ж какая хуйня в голове у человека. С тех пор для меня военные пидорасы, долбоебы и мудаки (есть конечно исключения, но их крайне мало). Военные наверно уже забыли что такое "честь" и прочие понятия, таких наверно уже и нет.

на этом вступление заканчивается

Почему я не хочу служить? Для меня государство ничего не сделало, всем похуй на простых людей, только налоги поднимают и усложняют жизнь, я ни у кого ничего не занимал - никому ничего не должен (из всех моих знакомых только 1 человек сказал что армия збс и надо служить, но он был отбитым быдланом и ему там в кайф было)

По психиатрии есть разные диагнозы, есть однозначно хуевые (это которые касаются алкоголя и наркотиков), с ними ,СКОРЕЕ ВСЕГО, вообще никуда не возьмут (я не знаю, но это реально серьезная хрень), а есть типа как у меня - "парциальное расстройство личности"

процесс получения данного диагноза и категории В (не годен в мирное время):

Во время медкомиссии заходите к психиатру, он может сам предложить вам такой вариант (он вам и рекомендации даст), можете и прикинуться (типа боитесь толпы, сложно общаться с новыми людьми итд), вам дают направление в местную пнд (необходима прописка и анализы, зачем? хуй знает) на дневной стационар, вам не надо будет неделями жить в пнд и жрать таблетки)), вас просто отправят на 1 тест, типа тех, что в военкомате пишут, потом общаетесь с психологом и все. По сути в пнд вы пару раз зайдете всего лишь. Поставили диагноз? значит уже вас никуда не заберут, НО могут доебаться на контрольной комиссии (а могут и не доебаться), в худшем случае еще раз сгоняете в пнд, вам напишут то же самое. На учет у своего психиатра можно не становиться (я бы даже сказал лучше не становиться), потом ждете утверждения вашего дела и все, ждете военник (в моем статья не указана, просто указано "в", хотя вроде как статью должны указывать)

наверняка интересует вопрос - сколько стоит? нисколько) на анализы только потратиться, но оно и справедливо, ведь вы не сможете стать ментом, служить по контракту и еще есть всякие ограничения, но я в такое не стал бы лезть. Купить военник можно, у кого - не знаю, цены - 200к стоит по нормальной болезни (типа плоскостопии например), красный военник от 500к (напишут что вы где-то служили)

Насчет водительских прав - их дают, возможно придется помазать мед комиссиию, я не проверял, но права получить реально, у нас транспорт ходит нормально и смысла в машине почти нет.

Работу нашел без проблем, всем коммерческим фирмам просто похуй, зп конечно не 100к, но выше средней по городу, уже неплохо (вышки у меня нет и мне не стыдно, это уже другая история)

еще раз повторяю - так не делайте и это всего лишь мое мнение и моя история