3 поста-ответа
Отправка по утрам картинок и открыток-для пенсионеров не просто ритуал,а своего рода перекличка,где каждый сообщает родственникам и друзьям,что жив и проверяет,живы ли они.Так что,от такого бота будет больше вреда,чем пользы
раскрыть ветку (47)
Слышал рассказ, на котором мужик уехал на дальний остров и там узнал, что неизлечимо болен, и умирая подкупил местного почтальона, чтобы он отправлял его матери письма раз в несколько месяцев, о том, что у него все хорошо, а на Родине мама тоже умирала и сделала тоже самое, и в итоге получилось, что переписывались два почтальона от имени умерших матери и сына.
раскрыть ветку (31)
Вышла бы вполне трагичная история, достойная экранизации, если бы только кто-то один из них рипнулся, а вот такую котолампу экранизировать, чтобы срубить бабла будет сложно, если только не будет вконце твиста, что сын - это и есть мать, что никакого почтальона не существовало, и что был он не в ебенях, а всё время находился у себя дома/в психушке.
раскрыть ветку (14)
Да нет, просто нужно сместить фокус повествования на почтальонов, их личные драмы, как эта ситуация влияет на их жизни, и как события в их жизни отражаются на письмах, которые они пишут.
раскрыть ветку (11)
Зависит еще и от страны, которая фильм бы снимала. Если Индия, то почтальоны должны оказаться родственниками, в конце встретиться, обнаружить одинаковые родинки в форме конверта и станцевать.
раскрыть ветку (8)
раскрыть ветку (5)
раскрыть ветку (4)
И едут в Чехию, чтобы в форме почтальонов раздавать местным девушкам на улице конверты с деньгами.
Френсису несколько лет за двадцать,
он симпатичен и вечно пьян.
Любит с иголочки одеваться,
жаждет уехать за океан.
Френсис не знает ни в чем границы:
девочки, покер и алкоголь...
Френсис оказывается в больнице:
недомоганье, одышка, боль.
Доктор оценивает цвет кожи,
меряет пульс на запястье руки,
слушает легкие, сердце тоже,
смотрит на ногти и на белки.
Доктор вздыхает: «Какая жалость!».
Френсису ясно, он не дурак,
в общем, недолго ему осталось —
там то ли сифилис, то ли рак.
Месяца три, может, пять — не боле.
Если на море — возможно, шесть.
Скоро придется ему от боли
что-нибудь вкалывать или есть.
Френсис кивает, берет бумажку
с мелко расписанною бедой.
Доктор за дверью вздыхает тяжко —
жаль пациента, такой молодой!
Вот и начало житейской драме.
Лишь заплатив за визит врачу,
Френсис с улыбкой приходит к маме:
«Мама, я мир увидать хочу.
Лоск городской надоел мне слишком,
мне бы в Камбоджу, Вьетнам, Непал…
Мам, ты же помнишь, еще мальчишкой
о путешествиях я мечтал».
Мама седая, вздохнув украдкой,
смотрит на Френсиса сквозь лорнет:
«Милый, конечно же, все в порядке,
ну, поезжай, почему бы нет!
Я ежедневно молиться буду,
Френсис, сынок ненаглядный мой,
не забывай мне писать оттуда,
и возвращайся скорей домой».
Дав обещание старой маме
письма писать много-много лет,
Френсис берет саквояж с вещами
и на корабль берет билет.
Матушка пусть не узнает горя,
думает Френсис, на борт взойдя.
Время уходит. Корабль в море,
над головой пелена дождя.
За океаном — навеки лето.
Чтоб избежать суеты мирской,
Френсис себе дом снимает где-то,
где шум прибоя и бриз морской.
Вот, вытирая виски от влаги,
сев на веранде за стол-бюро,
он достает чистый лист бумаги,
также чернильницу и перо.
Приступы боли скрутили снова.
Ночью, видать, не заснет совсем.
«Матушка, здравствуй. Жива? Здорова?
Я как обычно — доволен всем».
Ночью от боли и впрямь не спится.
Френсис, накинув халат,
встает, снова пьет воду —
и пишет письма, пишет
на множество лет вперед.
Про путешествия, горы, страны,
встречи, разлуки и города,
вкус молока, аромат шафрана...
Просто и весело. Как всегда.
Матушка, письма читая, плачет,
слезы по белым текут листам:
«Френсис, родной, мой любимый мальчик,
как хорошо, что ты счастлив там».
Он от инъекций давно зависим,
адская боль — покидать постель.
Но ежедневно — по десять писем,
десять историй на пять недель.
Почерк неровный — от боли жуткой:
«Мама, прости, нас трясет в пути!».
Письма заканчивать нужно шуткой;
«я здесь женился опять почти»!
На берегу океана волны ловят
секущий с небес муссон.
Френсису больше не будет больно,
Френсис глядит свой последний сон,
в саван укутан, обряжен в робу…
Пахнет сандал за его спиной.
Местный священник читает гробу
тихо напутствие в мир иной.
Смуглый слуга-азиат по средам,
также по пятницам в два часа
носит на почту конверты с бредом,
сотни рассказов от мертвеца.
А через год — никуда не деться,
старость не радость, как говорят,
мать умерла — прихватило сердце.
Годы идут. Много лет подряд
письма плывут из-за океана,
словно надежда еще жива.
В сумке несет почтальон исправно
от никого никому слова.
Саша Кладбисче
раскрыть ветку (4)
Надеялась, что кто-то выложит это стихотворение, потому что сама помнила только эмоции, которые остались после прочтения. Ни имени, ни каких-то ключевых слов не вспомнила бы.
Спасибо Вам.
В современных реалиях: каждый настроил бы бота с нейросетью, чтобы от его имени не только писал, но и отправлял голосовые и видео сообщения.
Это даже не кот с лампой, и даже не тигр с прожектором. Это ебанный пещерный лев на ебанном Александрийском маяке! 😂
Мм, не совсем то, но мб прочтите "Загадочные вариации" Э. Э. Шмидта. По нему отличный спектакль в БДТ шел. С Толубеевым.
Мир погряз в апокалипсисе, единицы людей остались в живых, и только бот отправлял бездушные открытки на лежащий в грязи телефон
раскрыть ветку (3)
Во-во, так и у меня родсвенник говорит, не напишу утром, приезжайте, квартиру вскрывайте.
раскрыть ветку (1)
так бот для молодых, вряд ли они помрут в скором времени, ну а в худшем случае родственники узнают об этом чуть позже, я особого вреда не вижу.
раскрыть ветку (1)
Согласен. Вопрос не в аморальности, а в том что я стариков это реально важно, поэтому и сам отправляю картинки но только по праздникам пожилым, и отвечать стараюсь.