Технология⁠⁠

— В общем, я решил внедрять ИИ. Каждый из вас должен пройти курс и рассказать мне, как внедрит ИИ в свою работу. Я, кстати, уже спросил у своей нейросети. — Семён Александрович вывел на экран слайд. — Вот презентация.

На экране появился слайд с крупной надписью: «Это позволит нам экономить около 2 часов на одно КП сейчас и около 15 минут с ассистентом, 21 рабочий день в месяц, стоимость часа менеджера 893 ₽ на 168 рабочих часов. По сути, это эквивалентно сокращению…» Дальше никто прочитать не успел. Семён Александрович быстро закрыл презентацию, потому что коммерческий директор Ольга легонько пнула его под столом.

— Извините, не та презентация, это для акционеров, — сказал он, покраснев. И получил ещё один тычок под столом.

— Семён Александрович, если вы не возражаете, я расскажу, — быстро нашлась Ольга. Оправдываться она не стала. Она открыла нужную презентацию и огласила повестку: «Автоматизация процессов в компании с целью максимизации прибыли».

— Итого, к концу недели мы хотим получить от каждого из вас предложение, как автоматизировать часть вашей работы, — закончила Ольга, пытаясь завершить собрание на оптимистичной ноте. — И помните: речь не о том, чтобы в итоге кого-то сократить. Мы просто хотим повысить эффективность в это непростое время, чтобы выиграть в конкурентной борьбе. Если что, Сергей вам поможет. Сергей?

В углу конференц-зала что-то пошевелилось. Там уже успел задремать человек. Небритость на его лице говорила о его серьёзной загруженности. Телосложение говорило о том же. Человек так занят, что не успевает ни стирать, ни готовить, и питается исключительно доставкой из ближайшего фастфуда. Это был айтишник Сергей.

— Что? Да. Конечно, — ответил Сергей, услышав кто именно произнес его имя. На этом собрание закончилось.

Через час о сокращении в компании знали все. Слух разлетелся по офису со скоростью света. Знал даже охранник Палыч, сидевший у входа. Он следил по камерам, кто зашёл в офис, и пропускал машины на парковку по списку. Обычно мелочи офисной жизни его не волновали. Переживал он из-за недобранных за ночь часов сна: он очень любил компьютерную игру в танки. Поэтому он радовался, когда руководство уезжало из офиса. Тогда часы можно было немного добрать.

Управляющий складом Леонид собрал всех в курилке, потому что это было единственное место на складе, куда ещё не дотянулась длань прогресса. Там не было камер.

— Из офиса слух дошёл, что скоро роботов на склад завезут. Они на больничный не уходят, не курят, пораньше не отпрашиваются по семейным обстоятельствам.

— Да они же паллету не поднимут, — сказал грузчик Вася, видевший в жизни только робота-пылесоса у соседа. — Зато почище здесь станет, — добавил он, глядя на валявшиеся вокруг окурки.

— Да они, говорят, большие…

Главный бухгалтер Изольда Леонидовна отнеслась к заданию очень ответственно. В бухгалтерии экстренно появился торт, и все собрались вокруг стола, каждая с чашкой чая.

— Нейросеть же не знает, как мы Петрова провели в девятнадцатом. Кто разбирается, как с этим ИИ работать?

В команде оказалась молодая девчонка, недавно пришедшая стажёром. Она и объяснила, что нейросеть сильно честная и с ней так не получится.

— Придётся научить, — вынесла вердикт Изольда Леонидовна, когда на столе остались одни крошки.

Отдел продаж гудел сильнее всех. Внешне там делали вид, что ИИ — это что-то далёкое, вроде марсохода: слышали, но лично не видели. Менеджеры шептались над клавиатурами с видом людей, которых вот-вот застукают на месте преступления.

Костя сидел тише всех. Полгода назад он обнаружил, что нейросеть делает коммерческое предложение за пятнадцать минут, и с тех пор был самым занятым человеком в отделе. Занятым в основном тем, что в окне браузера у него шёл бой на карте «Прохоровка». Слайд Семёна Александровича с цифрой «15 минут» Костя узнал сразу и сполз в кресле на несколько сантиметров ниже.

— Мне нужно будет рассказать, как я внедрю ИИ, — прошептал он Лене, соседке по столу. — А как я его внедрю, если он уже внедрён? Скажут: «Костя, а чем ты занимался полгода?»

К обеду айтишника Сергея осадили, как последний работающий банкомат. Очередь тянулась от его угла до самого кулера: бухгалтеры с тетрадками, менеджеры с видом заговорщиков, кладовщик Михалыч, который зашёл «просто спросить», где у ИИ кнопка включения.

Сергей выслушивал каждого с видом человека, который давно всё понял про жизнь, просил описание работы на почту и вставлял его в нейросеть с одной и той же командой: «Придумай, как автоматизировать». Бухгалтерии достались «автоматизация сверки», складу — «автоматизация учёта», продажам — «автоматизация КП». Разница была только в слове после слова «автоматизация».

К пятнице Ольга получила двадцать три одинаковых предложения, отличавшихся только опечатками. Папку она назвала «Самостоятельная инициатива сотрудников».

Виктор Андреевич, главный акционер, приехал в понедельник на новой машине. Умный шлагбаум, который Сергей поставил на прошлой неделе, посмотрел на неё и ровным голосом сказал: «Доступ запрещён. Обратитесь к администратору». Администратора не было: Сергей спал в конференц-зале. Шлагбаум повторил это ещё четыре раза, и с каждым разом вежливость в голосе звучала всё обиднее. Акционер смотрел на красную полосу шлагбаума, как человек, которого не пустили в собственную жизнь, и уже минут десять опаздывал на собственное же совещание.

Палыч оторвался от Прохоровки, вышел из будки, глянул в окно водителя:

— Да это же Виктор Андреевич. Он каждый год на новой.

Он поднял шлагбаум рукой и добавил:

— Ваш ИИ вас не узнал, а я вас с четырнадцатого года знаю.

В зале уже сидели все, бледные, как перед экзаменом. Семён Александрович вывел на экран слайд, на этот раз правильный. Ольга приготовилась пинать его под столом по любому поводу. Виктор Андреевич вошёл хмурый и задумчивый, сел и сказал:

— Прежде чем начнем. Изольда Леонидовна, у вас на прошлый Новый год был салат с красной рыбой. Жена до сих пор спрашивает рецепт.

Повисла тишина. Изольда Леонидовна медленно встала и произнесла:

— Это не рецепт, это технология.

Следующие сорок минут совет директоров обсуждал, какой майонез лучше. Магазинный или домашний. Слайд про два часа и пятнадцать минут так и остался на экране, пока кто-то не выключил проектор.

В протоколе записали: «Автоматизацию отложить до весны. Охрану не трогать. Рецепт запросить».

(с) Александр Васильев