Снова про 90-е⁠⁠

Наткнулась на вот этот пост: https://pikabu.ru/story/1997_god_vyidacha_zarplatyi_vodkoy_u... и сразу же вспомнила такие родные 90-е.

Это был 1998 год, мой папа служил в армии и денег не видел в принципе, моя мама работала учителем. Папу перевели в малюсенький городок в центральной России, мы переехали вместе с ним. Я пошла в первый класс, моя мама работала в той же школе учителем английского. Денег не видели в то время от слова совсем.

А квартира, в которую нас поселили, находилась рядом с кондитерской фабрикой. Не знаю уже, что конкретно они там выпускали, но ароматы на весь квартал стояли просто убийственные. Помню, как-то раз, доведенная до отчаянья этими ароматами, семилетняя я попыталась устроить бунт, заставляя маму купить мне мороженое. Мама долго уговаривала меня, что денег нет, потом в кнце концов отдала кошелек со словами «делай, что хочешь!». В кошельке лежало ровно 10 рублей одной бумажкой. Мороженого мне тогда резко расхотелось и я предложила маме сходить купить хлеба :)

Помню, мы по выходным с родителями вдоль трассы собирали дикие яблоки (ранетки, кажется?) – их там росло, как крапивы в огороде, и из этих яблок мама делала шарлотку, которая часто была и первым, и вторым, и третьим.

До сих пор не могу смотреть на яблочные пироги без внутреннего содрогания.

Собственно, зарплату моей маме выдавали водкой. Что делать с этой водкой и как на нее кормить семью из трех человек и кота, нам как-то совсем не объяснили. К счастью, люди, окружавшие нас, были действительно людьми, не замкнувшимися на своих проблемах и пытавшимися хоть как-то помочь семье молодого офицера.

У моей классной руководительницы был свой небольшой огородик. Помню, она приходила к нам в гости и обязательно приносила с собой какую-нибудь банку с засолкой. У самой наверняка была та же ситуация в виде водки вместо зарплаты – а она все равно пыталась помочь. Еще помню, один из таких ящиков водки родители моей одноклассницы у нас купили – не знаю уж, откуда у них деньги были, но нас это тогда очень выручило.

Я была очень активной первоклашкой, участвовала во всевозможных конкурсах. То песни пела, то стихи рассказывала, то на конкурсы вышивки гладью ходила (где позорно засыпала). Одним из таких конкурсов стал конкурс чтецов, приуроченный к двухсотлетию со дня рождения Пушкина. Я прошла сначала школьный, а потом и городской этап, заняла третье место и даже до сих пор храню газетную вырезку со своей фотографией. В качестве награды мне вручили раскраску, цветные карандаши и малюсенькую шоколадку от фабрики Красный октябрь, которая «Мишки в лесу». Я пришла со школы домой, и мы с родителями ели эту малюсенькую шоколадку. Мама с папой у меня такие же сладкоежки, как и я, а шоколадка – размером с ладонь. Не помню уже, позволили ли они себе хоть по кусочку взять, но у меня на всю жизнь осталась ассоциация, что это был самый вкусный шоколад на свете.

Очень четко помню: пришла как-то домой, дверь своим ключом тихонько открыла, а мама с папой стоят на кухне около окна и тихо разговаривают. У мамы в руках кошелек и сторублевка, а папа мой на нее смотрит и произносит фразу: это все, что у нас есть? Да на что ж мы жить-то будем?

В самый пик кризиса нас спасла моя бабушка. Она у меня до последнего была невероятно сильной и боевой женщиной. Они с дедушкой жили на юге, в деревне, со своим хозяйством – птица, яйца, свой огород. Узнав о том, что у нас все совсем плохо, мои дедушка с бабушкой устроили пернатым варфоломеевскую ночь, после чего забили полную машину, старенькие жигули, банками с соленьями, тушенкой, лотками с яйцами и мешком с картошкой, и проехали полторы тысячи километров, чтобы нам все это отвезти. Не представляю, как они это выдержали – не молодые уже, с проблемами со здоровьем, а все-таки приехали, привезли, поддержали. С ними приехал мой родной дядя, который взял меня тогда за руку и отвел в магазинчик при той самой кондитерской фабрике, велев выбирать все, чего мне только захочется. До сих пор вспоминает, что я тогда попросила мне купить один единственный чупа-чупс: у меня тогда от такого изобилия глаза разбежались, а осознание того, что у нас нет денег , так прочно въелось в мозг, что мне ничего и не хотелось.

Не помню уже, как и тогда закончился для нас тот период, но его отголоски ловлю на себе до сих пор. Сейчас живу в Германии, недавно увидела ту самую шоколадку на полке и ощутила себя снова семилеткой. И родители давно в разводе, и той маленькой кухоньки на съемной квартире, может быть, и нет уже, а все чувства, которые я тогда испытывала, вернулись, как будто это было вчера. Схватила эту шоколадку, несусь к кассе, пытаюсь объяснить парню, что именно вызвает у меня такие эмоции и почему, и понимаю, что человеку, не прошедшему девяностых в России, этого просто не понять.

Шоколадка, кстати, все такая же - самая вкусная в мире.