Скамейка⁠⁠

Я переехала в этот район два года назад. Ничего особенного: панельные девятиэтажки, два магазина на квартал, стоматология и кафе, где по утрам пахнет горелыми сосисками.

Но была одна странность. Во дворе между домами стояла скамейка. Старая, деревянная, немного покосившаяся, рядом с клумбой. Казалось бы, таких в каждом дворе десятки — но именно эта скамейка всегда была свободна. Всегда. Даже летом, когда у остальных лавочек сидели бабушки и мужики с пивом.

И на ней всегда лежал один и тот же предмет — старая красная перчатка. Женская. Трикотажная. Уже выцветшая, но аккуратная, без дыр.

Я думала, может, кто-то забыл и никто не решается выкинуть. Или местная примета какая. Спросила у соседки с первого этажа. Та только фыркнула:

— Это вдова Шарова. Всё туда ходила. Говорит, муж при жизни её на этой лавке ждал с работы. Вот она и кладёт, чтоб «было видно, что занято».

— А где она сейчас?

— Умерла прошлой зимой. А перчатка всё равно появляется.

Я не поверила. Но любопытство осталось. Стала присматриваться. Иногда перчатки не было — но на следующий день она появлялась снова. Даже когда шёл дождь. Даже когда лавку перекрашивали.

И вот однажды я решилась. Взяла кофе, села на ту самую скамейку — с перчаткой рядом. Просто сидела, наблюдала. Прошло минут двадцать, и ко мне подошёл мужчина лет шестидесяти. Строгий, в очках, с тростью. Глянул на перчатку. Потом на меня. И сказал:

— Извините. Это место обычно занято.

Я рассмеялась:

— Да я просто кофе пью. А перчатка чья?

Он сел рядом. Молча. Потом добавил:

— Жены. Она тут раньше сидела. Смотрела, как я иду с работы. А теперь вот я… иногда жду, вдруг она тоже идёт.

Мы больше не разговаривали. Он посидел минут пять, поднялся и ушёл. Перчатку оставил.

С тех пор я туда не сажусь. Просто прохожу мимо. А перчатка лежит. Всегда.