Пьющий батя, горе в семье
Сколько себя помню, отец всегда был злой и много выпивал. И если уж пил, то запойно и беспробудно. Даже сейчас могу вспомнить этот сладковатый запах пота и кислый рвотный амбре.
Вечерами мать смотрела в окно, глазами завидит его силуэт и по походке оценивает степень опьянения. Если сильно бухой аж валится - вечер пройдет спокойно; если средне - 50/50 будут проблемы и пздц какие, либо будет очень добрый и щедрый; если трезвый - авось пронесет, будет просто огрызаться.
Мать часто бил. Зима, солнце яркое и мать в очках, синяк прикрывает.
Пока бил, мать просила меня не кричать, чтобы соседи не услышали, мы же «приличная» семья! А я как звереныш на него накидывалась, ручонками колотила, а руки ватные такие, будто во сне нахожусь. За волосы трепала, если дотягивалась.
Самое страшное, что услышала как-то:
- мам, а почему ты в ванной не прячешься, там же щеколда есть изнутри?
- Ты, что, если он меня там достанет и колотить начнет, точно убьет об ванну или раковину. Опасно!
Как начинал скандал, мать звонила деду, защиты просить, а батя об пол хрясь телефон и всё, вот и дозвонилась! Часто телефоны меняли.
Пока я маленькая была, часто прятались по соседям. Я сама уже не помню, мать рассказывает иногда, как месяцами жили у подруг мамы или у бабушки с дедом.
Всегда называл её либо муля (сокращенно от мамуля, надеюсь), либо чучело. По имени не слышала ни разу.
Мог завестись на ровном месте. Пытаешься разубедить, что все хорошо, а он как одержимый свое твердит и бесится, орет, драться лезет.
Ночами спать не давал, шляется по квартире, что-то болтает, веселится, свет включает без конца, этакий дурачок. Не злой и то хорошо.
Меня никогда не трогал, пока не стала взрослой. Однажды в ухо ударил, осела на пол, как в тумане. Мать мечется:
- скорую вызывай!
- Ничего, оклемается!
Никто никогда ментов не вызывал, родные тоже не помогали. А чем помочь-то? Сама влезла мать, самой и выбираться. Так и живут до сих пор. Бить перестал, сил мало.
А я домой больше не езжу, очень хочется, скучаю по родным стенам, но так противно и страшно до сих пор.