Про "баранов"⁠⁠2

Вот, решилась всё-таки рассказать эту историю. Навеяло сегодняшней прогулкой по пойме, когда снега нет, травы тоже нет, и стало заметно, что везде до сих пор валяются кости этих несчастных баранов замученных.

Не очень хороший факт моей биографии, ну чтож.. Из песни слово не выбросить, и из жизни случай не сотрешь. Довелось нам поработать на владимирских дагестанцев.

Причины я объяснять не буду, слишком долго всё и муторно, и так текста будет достаточно.

Наш сосед Максим(имя изменено на русский манер, потому что и он так представлялся, и вообще я не знаю, как пишутся все эти их имена) прикупил 450 голов овец. И привёз двух пастухов русских, алкашей, работать за еду, пасти этих овец.

Пастухи сразу же запили и разбежались кто куда. И он нам предложил поработать. Мы согласились, но при условии оплаты каждую неделю, а не раз в месяц (потому что всё же этих товарищей я знаю, как они могут завтраками кормить, сталкивалась).

Я пошла смотреть состав стада. Он с гордостью мне показывал,ведь половина стада были очень породистые. Племенного барана он купил за 200000р, с его слов. Порода называется: дорпер. Они белые, с черной или коричневой головой, безрогие, и шерсти на них почти нет. Очень крупные. Красивые. Гордые.

Вторая половина стада состояла из романовских овец и ещё каких-то белых, пушистых, круторогих, я их не знаю.

Я знала, что для этого пастбища и климата подходят только романовские овцы, о чем и сообщила владельцу. На что мне было указано, что это не моего ума дело.

Мы сперва пасли с мужем вдвоём. Честно говоря, так себе затея. Пастбище частично заболочено, частично заросшее, овцы проваливаются в болото, выбиваются из сил, и сидят молча, завязнув по самые уши. Приходилось лазить по кустам, искать их, и доставать из грязи. Возрастной и половой состав стада был разнообразен. И взрослые животные, и совсем малыши, и суягные овцы. Мы намучались. То одна родит где-нибудь в кустах и остаётся с малышами, в лучшем случае, а в худшем - бросает их и уходит со стадом. То затопчет стадо какого-то маленького ягненка, переломают ему ножку. Их приходилось всех искать и на руках нести на ферму. Лечить там, отдельно кормить.

Я еле добилась от Максима разрешения не гонять только что обьягнившихся овечек с малышами вместе со всем стадом, а пусть бы стояли на ферме, и немножко мы их пасли отдельно, недалеко от фермы.

Потом я притащила пастушью собаку. Правда, сначала её пришлось украсть у хренового хозяина, но это другая история. (Он даже полицию вызывал, но его соседи мне помогли: показания нормальные дали, как свидетели).

Наш труд был облегчен. Теперь собака помогала нам. Она сама выгоняла овец на пастбище, сама загоняла обратно на ферму. Собирала стадо в кучу, когда надо, искала увязших в грязи овец, и недавно родивших мамаша, находила, садилась около них и лаяла - звала нас.

Барановладелец к нам отправлял "подставу" (я потом узнала, что они всегда так делают). Приехали неруси какие-то на битой девятке прям на пастбище, и стали нам деньги совать, чтобы мы им поймали барашка. Мы отказались, тогда они говорят, мол, мы сами сейчас поймаем. А я тогда натравила на них собаку, и она их загнала в машину. А я стала звонить Максиму. И выяснилось, что это его люди. Он их отправил посмотреть, что мы делать будем в такой ситуации. (А седых волос поприбавилось у меня, я ж не знала, что это спектакль, боялась, вдруг у них оружие, собаку убьют, нас, кто их знает, рожи-то бандитские)

Мы так работали около месяца. Потом Максим посмотрел в камеру видеонаблюдения, и запретил нам собакой пользоваться(моей собакой запретил мне пользоваться, нормально, да?) Типа, нам слишком легко, собака всё за нас делает. (Логики не вижу). Я вообще не понимаю, почему. Ведь мы же не просили его доплачивать нам за собаку(а надо было бы). Мы естественно послали его куда подальше. Но культурно.

И он перестал платить нормально. Начал задерживать оплату. В назначенное время не привёз и не перечислил. День прошёл, другой, я ему звоню:

- Максим, у нас договор с тобой. Если не будет зарплаты, я пасти не буду.

- Хорошо, завтра.

На следующий день тоже не заплатил. Муж мой отказался пасти. А я пошла. Ведь мне было овец очень жалко. А никакой другой еды для них на ферме не было. Я прихожу, они ждут, кричат. Я выпускала, пасла одна, с собакой. Муж на меня ругался, что бесплатно работаю.

Он неделю не платил, потом приехал, опять деньги не привёз. Я ему взяла и отдала прям ключи от фермы, чтобы он знал, что на моей сердечности играть не стоит больше. Теперь даже если мне будет очень их жалко, я не смогу зайти на территорию.

А мой муж пошёл уже после меня, спрашивать, когда будет расчёт за последние две недели. Я не знаю, о чем они там говорили, но, короче, они подрались. И жена Максима их разнимала. (Вот жесть, да?)

Мы, естественно, больше не работали на него. Он опять привёз своих алкашей, и овцы начали умирать. То в болоте утонут, то обьягнится в кустах какая, а её ночью бродячие собаки разорвут вместе с ягнятами. То они два дня пьют, овцы стоят в загоне орут голодные, а они потом выгонят - слабые обожрутся, сдохнут прям в пойме. За месяц их пасьбы пойма вся в трупах овечьих. Идешь на рыбалку, только и видишь, как вороны кружат, то тут, то там.

Максим приволок своим пастухам собаку. Он думал, любую можно, ну да. Его собака в тот же день загрызла четыре овцы прям у них на глазах. Убили свою собаку.

Пришёл один из пастухов ко мне, говорит, дай свою. Я не дала. Говорю, она с тобой всё равно не пойдёт. Он ночью залез ко мне - убил собаку. Не эту, её не было в тот момент на хозяйстве(она со мной на рыбалке была). Щенка её взрослого. Безобидного. Рыжего. Взял, убил... Уму непостижимо.

От этих пастухов у нас пошли одни беды, и не только у нас, а и у всех соседей. Максим ведь им не платил толком, только жрачку возил, просрочку(ещё кафе у него), а им пить-то надо на что-то. Они и овец продавали(это ладно, нам пофиг, мы эти скелеты не покупали). Потом они начали по огородам, по дачам и сараям лазить, вскрывать. Наш сарай хотели взломать. Почти удалось. Потом полицию на них натравили, и Максим увёз их, проблем больше не хотел.

Сам пас. С женой. Не понравилось им самим пасти. Без собаки плохо. Невозможно. Все ноги изобьешь по кочкам.

Привёз одного, тихого алкаша, тот два дня поработал и свалил домой молча, даже ему не позвонил. Овцы стоят несколько дней в загоне, орут, некоторые уже умерли с голоду. Я звоню Максиму говорю, счас забор сломаю, и выпущу твоих овец на свободу, пусть их лучше волки сожрут, чем они с голоду помирают. Слушать невозможно их крики. Он меня уговорил несколько дней их попасти, пока он с Дагестана от родни приедет. Только ему пришлось сразу мне долг перечислить, что мы тогда работали, и он не заплатил. И вперёд заранее оплатить работу.

Привёз своего племянника из Дагестана. У него умственная отсталость. Его мама в рабство продала, чтобы "младших учить". (Саша, я его назову. По их Асед. Или Асет. Не знаю. Саша, короче, пусть будет.)

Саша не носил носков, трусов, штаны вечно расстегнуты, всё болтается, весь грязнющий, слюни текут. Зато всегда улыбается, приветливый. Я зашла к нему на ферму как-то за горячей водой, а он на одной постели спит с бараном. То есть прям баран у него лежит на диване, где он спит. Ну там грязища конечно, а не постель. Диван, подушка чёрная без наволочки, и одеяло ватное драное.

Мы жалели его, хлеб ему покупали. Максим с женой не то что денег, а ему и еду не каждый день возили. Привезут раз в неделю, а он скормит всё овцам, дурачок. И ходит голодный. Но хоть не ворует. Боится. Баранам сено привезли, снег уже идёт, а он всё пасет. Дождь проливной, овцы не стриженные - мокнут, мерзнут - он пасет в плащ палатке. Это ладно.

А было ещё и такое. Я в огороде ковыряюсь, весна, половодье вовсю, воды в пойме минимум метр. Слышу: что-то сильно так плещется. Вгляделась - как будто бы дельфины, прям выскакивают из воды прыжками и по дуге - обратно. А это Саша овец в пойму выгнал. И пасет. В воде! В воде, блин!!!

Ягнята начали дохнуть на ферме. Максим попросил по соседски посмотреть что с ними. Я пришла, посмотрела: у овец сена нет, вода замёрзла, молока нет. Ягнята с голоду дохнут. Я трупик подняла, а в нём весу нет, как пушинка.

Вот их осталось меньше ста голов за год. От 450 голов. Остальные все в пойме валяются: кто утонул, кто был убит, кто от болезней умер. Они не убирали трупы. Собаки, лисицы да вороны растаскивали. Остальное разлагалось. Когда я рассказывала это знакомому из Австрии, он сказал, что если б в Австрии такое сделал бы этот Максим, то его бы посадили. А ветеринары городские, которых вызвали местные, только оштрафовали его на 30000р. И предписание, чтобы трупы убрал. Которое он никак не выполнил. И никто ничего не проверил, как выполняется предписание.

Потом Максим продал, наконец, и овец, и ферму, и решил с сельским хозяйством завязать. Уже прошло несколько лет, но следы остались до сих пор. Вот, сегодня по пойме насобирала, трава легла, снега нет, заметно стало, вспомнилось.