Матриархат гоблинов 4⁠⁠

- Почему ты не любишь меня? - спросила Шайна, в тот же день, вечером. Она пришла в мою хижину без спроса и без стука, пробралась тихо, как кошка, если бы я не заметил тень от её движения через окно, то она могла бы застать меня врасплох, а учитывая, что на боку Шайна носит заострённый клык саблезуба, возможно эта заминка стала бы последней в моей шестнадцатилетней жизни.

Гоблины редко доживают до сорока - у нас это глубокая старость, а мне вот уже шестнадцать, и пол жизни вот-вот будет за плечами, а жить всё равно хочется, и чем больше хочется, тем меньше у меня доверия вот к таким личностям как Шайна.

Она пришла в наше поселение с полгоду назад. Держалась обособленно, но работала с другими, очень хорошо охотилась на мелкую дичь, мастерила очень умело капканы и шкурки у неё получались на загляденье. Она могла срезать их с кроличьих или крысиных тушек так умело, что едва-едва можно было разглядеть место среза.

И вот меня она может так же выпотрошить и не заметить. Гоблинша, гоблинша, хитрая гоблинша.

Я улыбнулся ей добродушно, как улыбается порой мой дед, которого она охомутала.

- С чего ты это взяла?

- Не ври мне, мальчик. Просто скажи почему и как я могу это исправить?

- А зачем тебе это исправлять?

Я всё так же сидел на лавочке у окна. И краем глаза смотрел на поселение.

Очень давно, ещё года четыре назад, я устал жить в доме своего отца и слушать без конца охи и вздохи за тонкими бревенчатыми стенами. Мне захотелось какого-то уюта и тишины, и да, отчасти я завидовал отцу, ведь ни друзьями ни любимой обременён не был.

И тогда в голову мне пришла идея построить свой дом.

Естественно я не стал это делать внизу, ведь твёрдая почва на болоте редкость. И земля очень мягкая и влажная, по ней то и дело ползают змеи, которые обожают холодные, сокрытые в тени места.

У обычных гоблинов то и дело ужи и гадюки забираются в халупы и пещерки, а дом отца стоит на сваях и каменных столбах. Вот и я решил последовать примеру предков и возвёл свою хижину на буке. На ветвистой кроне, состоящей из массивных толстых ветвей, в которых тоже водились змеи, но в меньшем количестве на земле.

Удавы свисали здесь толстыми жирными канатами, но редко они забирались ко мне в дом, а как забирались, то я разделывал эти туши ножом и на ужин у меня была змеиная отбивная.

- Почему ты молчишь, мальчик?

- Думаю, Шайна.

- О чём?

Она оглядела моё скромное крошечное жилище.

Крошечный очаг, выложенный камнями, потрёпанную оленью шкуру в углу, и лавку, на которой я сидел. Ей явно хотелось где-нибудь расположиться, ведь пришла она для серьёзного разговора, да только садиться здесь негде, а вшивой оленьей шкурой она брезговала.

- О том, что ты здесь явно лишняя.

Она замерла. Посмотрела на меня с оскалом, но очень голодными глазами, как гадюка, что может заползти в дом тихой ночью.

- Я лишняя в вашем поселении? - и голос её был змеиный, такой ядовитый.

- Ты лишняя в моём доме.

Она нахмурилась. А я напротив улыбнулся. Потому что дом - понятие гибкое, и поселение тоже относится к нему. Ведь я здесь вырос, здесь моя семья, и я не намерен терпеть здесь чужую гоблиншу. Но не скажу об этом вслух, не потому что боюсь её, а скорее потому что не хочу. Пусть змея злится втихую и ищет повод перерезать мне глотку, чем уже имея его пожалуется деду.

- Я могу заплатить тебе...

Она вытянула откуда-то из недр своей тёмной потрёпанной тоги золотую монету. Реликт, которым мы - гоблины пользуемся крайне редко. Это не наше. Мы торгуем шкурами, изредка кусками руды, которую находим в глубине болота. Но никак не золотом... этот металл для нас бесполезен, однако по тому как блестят глаза Шайны, по тому, как изогнулись её губы в усмешке, она явно думает, что я впечатлён, что позарился, и моё удивление обусловлено жадностью.

Она не здешняя. Бедная Шайна.

- Нет, мне не нужны твои деньги... просто уйди из моего дома.

Она спрятала монету так же быстро как достала. Посмотрела на меня искоса. Повернулась уже чтобы уходить, но... замешкалась.

Подошла вдруг к лавке, я контролировал её движения, покров был в любой момент готов ускорить меня, и я бы уклонился от острого клыка, да я только никак не ожидал, что вместо удара... она поцелует меня в лоб.

И уйдёт. Так же стремительно как и пришла.

Продолжение следует.