Как звучала латынь-2: h⁠⁠

Предыдущий пост: ci, ce, ti

Сегодня мы поговорим о латинском h и о том, почему он передаётся на русский как г. Этот латинский звук произносился как английское или немецкое h и восходит он к праиндоевропейским *gʰ /гˣ/ и *ĝʰ /гьˣ/.

Русский х (заднеязычный) и латинский h (глоттальный):

Как видно из таблицы, русский и латинский звуки отличаются местом артикуляции, поэтому, конечно, читать homo как /хомо/ не вполне исторически точно.

Место артикуляции русского х (8) и латинского h (11):

Откуда мы знаем, что этот звук произносился именно там? В частности, из-за того, что он регулярно передавал греческое так называемое "густое придыхание" (фонетически как раз спирант h), и никто из античных грамматиков не отмечал между ними никаких различий.

Откуда мы знаем, что этот звук был именно глухим, а не звонким? Об этом говорит судьба других праиндоевропейских придыхательных согласных в латыни, давших глухой f.

Однако уже очень рано этот h начал исчезать. В латинской поэзии слово, начинающееся на h-, трактуется точно так же, как если бы начиналось на гласный. Между двумя гласными -h- может выпадать с дальнейшим слиянием гласных: *nehemo (ne «не» + hemo (более старая форма homo) «человек») > nemo «никто». Кроме того, h не мешал такому процессу как ротацизм (переход s в r между двумя гласными): dis- + habeo «имею» > diribeo «раздаю».

Но считалось, что образованный человек должен произносить этот звук и писать эту букву там, где нужно. Что иногда приводило к казусам. Так, вместо umerus «плечо» стали писать humerus, что этимологически не обосновано (это называется гиперкоррекция). И наоборот вместо правильного hanser «гусь» закрепилась форма anser.

В одной из своих эпиграмм Катулл (I век до н.э.) высмеивает гиперкорректное произношение некоего Аррия, который так старался говорить литературно, что вставлял это h куда не надо:

«Хоммода» стал говорить вместо общего «коммода» Аррий,
Вместо «инсидиас» — «хинсидиас» говорит.
Воображает, что он образчик тончайшего вкуса,
Если, хотя бы с трудом, «хинсидиас» произнёс.
Мать, вероятно, его и вольноотпущенник дядя
Так говорят, а до них — матери мать и отец.
В Сирию послан он был, — и тогда отдохнули все уши,
Стали всё те же слова чисто звучать и легко.
Мы перестали дрожать, что привьются такие словечки, —
Но неожиданно весть страшная к нам донеслась:
Только лишь Аррий успел переплыть Ионийское море, —
Как Хионийским уже стали его называть.

В романских языках, разумеется этот h не сохранился, поэтому в локальных романских традициях чтения латыни h не произносится. Исключением является румынская традиция. Другое дело, что за румынской буквой h скрываются как раз-таки славянский звук х (как в русском), который проник в румынскую фонетику вместе со славянскими заимствованиями – duh, hrean.

В современном русском университетском произношении латинское h читается как /х/: habeo /хабэо/, homo /хомо/, honor /хонор/ «честь», hic /хик/ «этот» (правда, как я уже рассказывал, моя университетская преподавательница тщательно выговаривала форму родительного падежа huius «этого» как /гˣуййус/ с южнорусским ɣ, чтобы не сорвать занятия).

Но как так получилось, что слова herbarium и honorarium мы заимствовали как гербарий и гонорар, а не хербарий и хонорар?

Это связано с тем, что когда в XVII веке в России принялись активно изучать латынь (напомню, что в то время латынь всё ещё была языком науки, культуры и дипломатии в Европе), учителя, в основном, были белорусами и украинцами. Самый влиятельных из этих книжников, Симеон Полоцкий, как не сложно догадаться, был из Полоцка.

Вернёмся к нашей схеме согласных:

Комментарий: ɣ - как в белорусском или южнорусском гусь; ʕ - как в украинском гуска; ɦ - как в чешском husa (если, прослушав аудио, вы не услышали разницы между этими тремя звуками, не расстраивайтесь, это нормально, сито родного языка мало кому позволяет сделать это без тренировки).

Речь идёт о звуках, высмеиваемых в анекдоте:

- Девушка, вы москвичка?
- Пусть это будет моей загхадкой!

Как несложно заметить, чешское ɦ образуется там же, где и англо-немецко-латинское h, но отличается от него звонкостью (то есть, разница между ними примерно такая же, как в парах з – с, в – ф). И хотя звук /х/ у чехов тоже есть (записывается как ch), они сочли, что ɦ больше похож на h, и в заимствованиях из латыни, немецкого и английского передавали и передают h своим ɦ. Таким образом, Шерлок Холмс у них - /Шерлок ɦолмс/, доктор Хаус - /ɦаус/, хоккей - /ɦокэй/, хит - /ɦит/, а хоббит - /ɦобит/.

Похожим образом поступили украинцы и белорусы, заменяя в произношении латинское h на свои ʕ и ɣ. И именно в таком виде латынь попала в Россию. Собственно говоря, до середины XX века учебники рекомендовали читать латинское h как /ɣ/ (хотя точный момент перелома я назвать затрудняюсь).

Если бы авторы байки о том, что слово херня происходит от латинского hernia «грыжа», это знали, наверное, они бы такой херни не сочиняли.

Однако /ɣ/ не является отдельной фонемой в севернорусских говорах, а в литературном языке норма несколько искусственно диктует произносить его в словах Господь, Бог (в косвенных падежах) и бухгалтер, что, впрочем, мало кто соблюдает. Поэтому, конечно, вместо ɣербарий и ɣонорар у нас и получились гербарий и гонорар. Так латинское h прошло через двойную субституцию (замену): h > ʕ / ɣ > g и стало совершенно парадоксально передаваться русским г, которой ему не близко ни по месту, ни по способу образования.

А вот поляки и южные славяне передают h звуком /х/:

Но вернёмся к русскому. Замена h на /г/ коснулась не только латыни, также поступали с аналогичным звуком в заимствованиях из древнегреческого (Гомер), немецкого (Гамбург), а поначалу и английского (Гамлет).

Знаменитую карикатуру Кукрыниксов невозможно перевести на большинство других языков не только из-за отсутствия там буквы Г, но и потому, что г ведь у этих товарищей разные: Гиммлер – Himmler /hимла/, Геринг – Göring /гёринг/, Гитлер – Hitler /hитла/, Геббельс – Goebbels /гёблс/.

В XX веке, как я уже упоминал, тенденция переломилась и h стали передавать как /х/, что ближе фонетически, но иногда приводит к некоторому разнобою. Так, Гейдельберг уже нередко пишут как Хайдельберг, но человек остаётся гейдельбергским. Ну и как тут не вспомнить Гейзенберга/Хайзенберга. В паре хомо сапиенс/гомо сапиенс, кажется, начинает побеждать хомо. А вот хоббиты бывают только с х, гоббит в русском уже немыслим (в отличие от украинского гобіт).