klapaucjusz

klapaucjusz

пикабушник
пол: мужской
поставил 1586 плюсов и 57 минусов
отредактировал 1 пост
проголосовал за 2 редактирования
сообщества:
45К рейтинг 3089 подписчиков 2797 комментариев 78 постов 78 в "горячем"
3 награды
номинант «Продуктивность года – 2018»За серию постов по этимологии, лингвистике и за популяризацию науки.более 1000 подписчиков
874

Почему Киев мать городов русских, а не отец

Действительно, звучит это выражение несколько абсурдно. Неужели предки не знали, что Киев – он, а не она?


В фонд русской культуры эта фраза попала из Повести временных лет, которая рассказывает нам, как в 882 году Олег, убив Аскольда и Дира, вокняжился в Киеве:

И сел Олег, княжа, в Киеве, и сказал Олег: "Да будет это мать городам русским".

Разумеется, летопись не доносит до нас точной цитаты. Но важно, что Олег объявляет Киев столицей, то есть, для летописца мать городов (мати градомъ) = столица.


И мы знаем ещё одну столицу, которую называют матерью городов:

Почему Киев мать городов русских, а не отец Занудная лингвистика, Русский язык, Греческий язык, Метро, Длиннопост

На чешской монете в 50 крон выбито: Praga mater urbium, то есть, «Прага – мать городов», что является одним из нескольких прозвищ чешской столицы.


Откуда же это выражение попало на Русь и в Чехию? Как и многое в нашей культуре, из Греции. У древних греков было слово μητρόπολις /метрóполис/, которое является сложением слов μήτηρ «мать» и πόλις «город». Оба они унаследованы греческим из праиндоевропейского. Первое известно также в славянских (собственно, мать), германских языках (mother, Mutter), латыни (mater) и многих других древних и современных индоевропейских языках. Второе слово славяне не сохранили, зато оно есть у балтов – литовское pilis и латышское pils «замок» (ср. Вентспилс, Даугавпилс и другие названия латышских городов).


Таким образом, μητρόπολις – это матерегород, если дословно. Этим словом греки называли город по отношению к основанным им колониям, а также просто родину или столицу. То есть, когда летописец вкладывал в уста Олега слова мать городов русских, он просто калькировал греческое слово, и мелочи вроде рода его не здорово смущали, так же, как финнов сейчас не смущает, что Балтийское море, которое они называют Восточным, на самом деле находится к западу от Финляндии (см. пост о том, что такое калька).


Когда европейские страны стали обзаводиться колониями, слово μητρόπολις заимствовали во французский в виде métropole /метрополь/, откуда в значении близком к исходному греческому, «государство по отношению к своим колониям», оно распространилось в другие европейские языки, включая русский (метрополия).


От слова métropole французы образовали прилагательное métropolitain /метрополитэн/ «столичный». Соответственно, chemin de fer métropolitain – это «столичная железная дорога». Французы также обрезали слишком длинное métropolitain до просто métro. Обе эти формы быстро становятся нарицательными и начинают обозначать метро вообще, не обязательно столичное.


В начале двадцатого века слова метрополитен/метрополитэн и метро попадают в русский язык. Приведу несколько интересных цитат из Национального корпуса русского языка, раскрывающих предысторию московского метро:


Москва. Московский метрополитэн
Совершенная бездоходность московской окружной дороги и отсутствие движения по ней продолжают заботить министерство п.с. [неизвестный. Москва. Московский метрополитэн (1909.12.13) // «Столичная молва», 1909]

Поэтому министерство решило пойти на уступки капиталистам, которые будут строить метрополитэн, в вопросах, соглашаясь даже на устройство товарной подземной станции на Красной площади. [неизвестный. Вести (1910.09.22) // «Столичная молва», 1910]

На днях в Москву приезжала группа американцев, которые пробыли здесь несколько дней и вели переговоры о постройке метрополитэна. [неизвестный. Московский метрополитэн (1911.02.13) // «Руль», 1911]

Дальнейшее исследование вопроса о возможности в Москве метрополитена показало, что только через двадцать лет прирост населения увеличится настолько, что окупит метрополитен, а до этого времени потребность городского передвижения может вполне удовлетвориться параллельными линиями трамвая. [неизвестный. Телеграммы 6 января (1913.01.20) // «Новое время», 1913]

И немного из другой оперы:

Застенчивого человека везде затолкают ― и в метро, и в Царствии Небесном. [Дон Аминадо. Афоризмы (1920-1935)]

Примерно ко II веку нашей эры греческий η, произносившийся как долгое э, переходит в долгое и (собственно, наша буква и – это и есть η). Соответственно, слово μητρόπολις с этого времени греки начинают произносить как /митрóполис/, а образованное от него μητροπολίτης как /митрополитис/. Этим словом греки называли столичного епископа. После крещения Руси так стали называть главу РПЦ, который первоначально сидел в Киеве.


Вот так переплетаются судьбы матери городов русских, метрополитена и митрополита.

Показать полностью
307

Князь: этимологический комментарий

Продолжаю серию постов об этимологии титулов (предыдущий пост был о короле). Сегодня мы поговорим о князе.


Это слово унаследовано русским из праславянского языка, для которого оно реконструируется в виде *kъnęʒь (ъ и ь – особые праславянские гласные типа у и и; ęносовое е; ʒдз). Если «отмотать» ещё несколько фонетических изменений, то получим более древнюю праформу *kuningos.


Эта праформа подозрительно напоминает финское и эстонское слово kuningas «король», а также прагерманскую форму *kuningaz ~ *kunungaz, давшую древнескандинавское konungr «конунг», английское king и немецкое König «король».


Сходство двух слов в разных языках может иметь три возможные причины:

1) случайное совпадение;

2) общее наследие;

3) заимствование.


Совпадение тут кажется довольно маловероятным. Общее наследие тоже отпадает – нет регулярных фонетических соответствий между праславянской и прагерманской формами, а финский с эстонским – вообще неиндоевропейские языки. Значит, остаётся сценарий заимствования.


Здесь нужно учитывать следующий методологический момент: если для праславянского и прагерманского языков реконструируется некое слово, которое в одном из них является заимствованием, направление заимствования может быть только одним: из прагерманского в праславянский. Связано это с тем, что прагерманский язык распался значительно раньше праславянского. Когда восточные германцы (готы и прочие вандалы) вступили в контакт со славянами, праславянский представлял собой ещё единое целое, а вот прагерманский уже нет. Соответственно, когда славяне заимствовали слово у готов, оно становилось частью праславянского языка (например, ulbandus > *velьblǫdъ «верблюд»), а вот когда готы брали слово у славян, дальше готского оно не уходило (например, plinsjan «плясать» из праславянского *plęsati).


Представлю это в виде схемы:

Князь: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Этимология, Русский язык, Длиннопост

Фаза I: два праязыка.

Фаза II: один распадается на отдельные языки, второй сохраняет единство. Происходит обмен заимствованиями (выделено цветом).

Фаза III: второй праязык распадается на отдельные языки, каждый из которых наследует слово, заимствованное в предыдущий период.


Поскольку слово *kuningaz ~ *kunungaz восстанавливается для прагерманского, в праславянском *kъnęʒь должно быть заимствованием. В пользу этого говорит и то, что на германской почве это слово хорошо этимологизируется (в отличие от славянской).


Корень этого слова тот же, что и у *kunją «племя, род», сохранившегося в готском как kuni, а в английском как kin «род, родня». Если копать глубже, то *kunją родственно латинским словам gens «род, народ», genus «происхождение» и generatio «поколение», а также греческим γένος «происхождение, род, семья» и γένεσις «возникновение».


Суффикс -ing- имел значение «принадлежащий к, относящийся к; происходящий из; похожий» (Klein E. A Comprehensive Etymological Dictionary of the English Language, страница 794). Его же можно найти в древнеанглийском слове æþeling /этелинг/ «принц», образованном от æþele «благородный» (Klein, 121). Он же появляется в названиях династий – Меровинги, Каролинги и др. Параллельный ему -ung- можно встретить в названиях родов – Нибелунги, Вёльсунги. В какой-то степени он схож с нашим -ич. Не случайно структура слова *kuningaz имеет прекрасную аналогию в словенском: plemič «дворянин».


В самом факте заимствования этого слова славянами нет ничего удивительного. Повторю то, что я уже писал: титулы заимствуются чрезвычайно легко: президент, император, граф, маркиз, барон, да и царь с королём – это всё заимствования. Даже слова вождь и владыка заимствованы в русский из старославянского. По-русски было вожь и володыка.


Определённый интерес представляет время заимствования и его точный источник. Первая волна германизмов попала к славянам из восточногерманских языков, в первую очередь готского. Однако в готском потомка *kuningaz не зафиксировано. Это, а также тот факт, что в готском был более популярен суффикс -ung-, а не -ing- (хотя были оба, существовали готские племена тервингов и гревтунгов) привёл некоторых учёных к выводу, что слово князь пришло к нам в рамках второй волны заимствований – после того, как славяне, расселившись на огромных территориях, стали граничить с немцами.

Князь: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Этимология, Русский язык, Длиннопост

Хотя к этим аргументам стоит прислушаться, нельзя не отметить, что теоретически *kuningaz у готов в своё время мог быть, но затем они утратили это слово. Кроме того, готы были не единственным восточногерманским племенем, с которым контактировали славяне. При этом о языках вандалов и гепидов мы знаем чрезвычайно мало. Так что однозначно определить, у каких именно германцев мы это слово позаимствовали, нельзя.


Как и в случае с королём, была попытка этимологизировать *kъnęʒь на славянской почве. Её предпринял словацкий учёный Шимон Ондруш. В польском зафиксировано слово kień «пень, колода», а в словинском kno «рукоять весла», на основании чего можно реконструировать праславянский корень *kьn-. Ондруш полагал, что *kъnęʒь мог быть образован от этого корня и его этимологическим значением было «торчащий, выдающийся». Эта этимология не получила поддержки среди учёных, во-первых, в силу описанных выше отношений между праславянским и прагерманским, во-вторых, из-за «деревянной» семантики корня *kьn-, которая с князем соотносится слабо.


Любопытный сдвиг значения у потомков *kъnęʒь в западнославянских языках. У лужичан оно (knjez в верхнелужицком, kněz в нижне-) стало означать «господин» вообще. В чешском (kněz /кнез/), словацком (kňaz /княз/) и польском (ksiądz /кщёндз/) оно стало обозначать «священник», а в значении «князь» используются производные от того же корня (kníže /книже/, knieža /кньежа/, książę /кщонже/).


Нечто подобное можно обнаружить и в балтийских языках. Литовцы и латыши заимствовали средневерхненемецкое слово kunig как kunigas и kungs соответственно. Литовское, вероятно, под польским влиянием стало означать «священник». Латышское значит «господин».


Нельзя не упомянуть также о том, что в польском слово Księżyc /кщенжыц/, которое по форме аналогично нашему «княжич» стало обозначать Луну. Это было обыграно в пародии на националистский лозунг «Polska dla Polaków»: Polska dla Polaków, Ziemia dla ziemniaków, Księżyc dla księży «Польша для поляков, Земля для картошки, Луна для священников».


Источники:

Этимологический словарь славянских языков, том 13, страницы 200–201.

Kroonen G. Etymological Dictionary of Proto-Germanic, страница 311.

Pronk-Tiethoff S. The Germanic Loanwords in Proto-Slavic, страницы 134–135.

Показать полностью 1
871

Окаянный, неприкаянный и цена

Обратил как-то раз @Polyglot моё внимание на следующий комментарий:

Окаянный, неприкаянный и цена Русский язык, Занудная лингвистика, Этимология, Длиннопост

Я подумал, что многие могут не знать настоящей этимологии, но запилить отдельный пост руки дошли только сейчас.


Сначала следует обратить внимание на очевидный факт – слово звучит как окаянный, а не окаинный, причём одно из другого фонетически не выведешь. Тут явно что-то не сходится: то ли Каина звали по-другому, то ли окаянный с ним никак не связано.


Как не сложно заметить, окаянный вписывается в ряд причастий (или причастий, перешедших в разряд прилагательных):

обделить обделённый;

овеять овеянный;

огорчитьогорчённый;

одаритьодарённый.


Если взять пропорцию вида


обдумать : обдуманный

x  : окаянный


, то x = окаять. Такого глагола в современном русском нет. Но что, если посмотреть в памятниках? Словарь древнерусского языка XI-XIV веков (том 6, страница 106) сообщает, что глагол окаяти действительно был и значил он «осудить». Там же можно найти и слово окаянный (окаяньныи), причём как в современном значении «гнусный, проклятый», так и исчезнувшем «несчастный, злополучный, грешный»:

ѹвы ѡкаанномѹ ми «увы мне грешному» (1397 год)

В свою очередь, окаяти – это приставочное производное от каяти «порицать, осуждать» (Словарь древнерусского языка XI-XIV веков, том 4, страницы 206–207), которое встречается в том числе в Слове о полку Игореве:

Ту нѣмци и венедици, ту греци и морава поютъ славу Святъславлю, кають князя Игоря

Непосредственно каять в современном русском не сохранилось, однако всем знакома его возвратная форма – каяться.


От того же корня образовано слово неприкаянный, которое сейчас имеет значение «не находящий себе места, беспокойный; не имеющий постоянного места, положения в жизни, неустроенный». Более старую семантику можно обнаружить в говорах: «покаявшийся, но не получивший прощения или разрешения в грехе, неуспокоенный, неуравновешенный» (Псковский областной словарь, том 21, страница 206).


Представлю это в виде схемы:

Окаянный, неприкаянный и цена Русский язык, Занудная лингвистика, Этимология, Длиннопост

Что любопытно, у каять(ся), возможно, есть неочевидный с точки зрения носителя современного русского языка родственник – цена. Однако для компаративистики всё прозрачно:

1) в праславянском языке дифтонги *ai /ай/ и *oi /ой/ в положении перед согласным переходили в *ě (ять) (монофтонгизация дифтонгов);

2) перед ятем, получившимся в результате этой монофтонгизации, *k переходил в *c /ц/ (вторая палатализация).


То есть, более ранняя форма слова *cěna «цена» звучала как *koinā. Это довольно старое слово, сохранившееся в литовском kaina «цена», греческом ποινή «выкуп; пеня за убийство; возмездие, наказание, кара» и авестийском kaēna «возмездие; наказание». *-n- – это довольно распространённый суффикс, соответственно, корень здесь – *koi-, который по аблауту соответствует *kōi- из каять(ся). Первоначальное значение слова *cěna в таком случае – «месть; плата за содеянное» (Этимологический словарь славянских языков, том 3, страница 182; Słownik prasłowiański, том 2, страница 76).


Греческое ποινή интересно ещё тем, что оно было заимствовано в латынь в виде poena «наказание, кара; страдание, мучение, мука». Латинское слово попало в русский, и мы знаем его в форме пеня. Кроме того, оно было унаследовано французским как peine /пэн/ «наказание, кара; огорчение, горе, страдание». Из французского его заимствовали англичане – pain «боль».


Таким образом, Каин с окаянным никак не связан, как бы похоже на первый взгляд они не звучали. Зато каяться и цена – родственники, несмотря на всю разницу с точки зрения современного русского языка.

Показать полностью 1
460

Любительская лингвистика академика Рыбакова: Мокошь

0. Как-то раз в комментариях к посту об очередном заблуждении я получил от @Sigillite вполне справедливый упрёк:

Любительская лингвистика академика Рыбакова: Мокошь Занудная лингвистика, Славянская мифология, Этимология, Длиннопост

Действительно, творчество Рыбакова заслуживает подробного разбора, и на одном из созданных им мифов мы сегодня остановимся.


1. Если кто не знает, Борис Александрович Рыбаков – это археолог, начинавший с изучения быта и материальной культуры Древней Руси, и добившийся на этом поприще немалых успехов. В определённый момент жизни ему стало тесно в археологии, и он обратил свой взор на культуру нематериальную, написав две монографии: «Язычество древних славян» и «Язычество Древней Руси». Эти труды стали настольными книгами неоязычников, подхвативших и развивших многие идеи Рыбакова.

Любительская лингвистика академика Рыбакова: Мокошь Занудная лингвистика, Славянская мифология, Этимология, Длиннопост

Я не стану оценивать содержание данных работ в плане мифологии и истории, пусть этим займутся соответствующие специалисты. Однако Рыбаков выдвигал и некоторые соображения в области лингвистики. И идеи эти, к сожалению, не выдерживают никакой критики.


Об одной истории (комах и комедии) я уже писал. Сегодня мы займёмся другим случаем: этимологией имени богини Мокоши.


О её существовании нам сообщает Повесть временных лет. Отрывок из записи за 6488 (то есть, 980) год в переводе на современный русский:

И стал Владимир княжить в Киеве один, и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, и Хорса, Дажьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь.

Появляется это имя и ещё в нескольких памятниках. Как многие знают, христианство не вытеснило язычества моментально, долгие века на Руси существовало так называемое двоеверие, осуждаемое священниками. Так в «Слове некоего христолюбца»  пишется:

І Мокошь чтут и Кылѹ і Малакию иже есть рѹчьный блѹдъ велми почитают рекуще Буякини

Забавно, что в одном из списков «Сказания о Мамаевом побоище», памятника XV века, пропитанного православным пафосом, Мамай взывает к Перуну и Мокоши.


Ещё в XIX веке этнографы записывали важную информацию о Мокоши. Для двоеверия характерно, что старый образ принимает новое, христианское, имя, сохраняя некоторые старые качества. Так, у Перуна эстафету принимает Илья-пророк, а у Мокоши – Параскева Пятница. У славян днём Перуна был четверг, а днём Мокоши – пятница, что хорошо соответствует распространившейся в Европе эллинистической традиции: четверг – день Юпитера (ит. giovedì, фр. jeudi) и Тора (англ. Thursday, нем. Donnerstag), пятница – день Венеры (venerdì, vendredi) и Фригг (Friday, Freitag). В пятницу нельзя было прясть и стирать.


Облик Мокоши/Параскевы Пятницы весьма специфичен – у неё большая голова, длинные руки, в других описаниях также длинные распущенные волосы и большие груди, которые она закидывает за спину. Мокошь связана с прядением и другими женскими работами, темнотой, а также сыростью, влажностью. Жертву ей приносили, бросая пряжу или кудель в колодец.


Хотя большинство наших сведений о Мокоши получено от восточных славян, можно утверждать, что это божество было праславянским, поскольку у западных и южных славян её имя сохранилось в виде топонимов (Mokošín в Чехии, Mokoszyn в Польше, Mokoš в Словении, Mokošica в Хорватии) или имён собственных.


Отмечу, что русские источники дают два варианта написания – Мокошь и Макошь, однако если мы хотим определить, какая форма старше, данные акающих говоров здесь, конечно, иррелевантны. В тоже время данные другие языков, где аканья нет, указывают на первичность -о-. Поэтому лингвисты предпочитают реконструкцию вида *mokošь.


2. Это была предыстория. Теперь перейдём к тому, что об этом имени писал Рыбаков. Борис Александрович в «Язычестве древних славян» заявил, что знает о преобладании форм с -о-, но без объяснения отдал предпочтение написанию Макошь. Причина на самом деле ясна: форму Мокошь не удалось бы этимологизировать так, как хотелось Рыбакову. Он обратил внимание на древнерусские слова кошь «корзина» и къшь «жребий» (совершенно не родственные друг другу!), спутал их друг с другом и усмотрел их в имени богини. Впрочем, дам слово ему самому:

Однако нас должна заинтеpесовать несомненная близость слов, обозначающих жpебий и имя богини. Учитывая глyбокyю индоевpопейскyю дpевность слова Ма (мать), можно пpедставить себе "Ма-кошь" как наименование "Матеpи счастливого жpебия", богини yдачи, сyдьбы.
Макошь (если верно именно такое правописание) вполне может быть осмыслена как Ма-кошь -- "мать хорошего урожая", "мать счастья".

Разберём по-пунктам.

а) Как уже отмечалось выше, данные указывают на первичность формы Мокошь, которую с матерью связать трудно. Кроме того, кошь и къшь – это не одно и то же и с формальной точки зрения усматривать в *mokošь слово *kъšь проблематично. Уже одного этого полностью достаточно, чтобы признать этимологию Рыбакова недостоверной.


б) Действительно, в современном разговорном русском ма может использоваться в значении «мама», однако, по-видимому, это инновация, неизвестная даже другим славянским языкам. На праславянский уровень это ма отнести не получиться (то, что слово *mati в конечном итоге таки, наверное, восходит к ma из детской речи, в данном случае иррелевантно).


в) Словосложения в славянских языках ведут себя несколько не так. Если мы хотим преобразовать словосочетание с подчинительной связью (то есть, такое, где есть главное слово и слово зависимое) в словосложение, это будет работать по следующей формуле (обратите внимание на перестановку компонентов):

Любительская лингвистика академика Рыбакова: Мокошь Занудная лингвистика, Славянская мифология, Этимология, Длиннопост

Например:

мать бога > Богоматерь;

убийца матери > матереубийца.


В соответствии с это схемой, из мать коша мы бы получили *кошемать, но не Мокошь.


Конечно, есть и другой, значительно более редкий, вид словосложений с неравноправными членами, без соединительного гласного: царь-пушка (= царская пушка), чудо-богатырь (чудесный богатырь), жар-птица (жаркая птица). Однако и в нём главный компонент стоит на втором месте. По этой схеме *Мать-кошь означало бы что-то вроде «материнская корзина».


Наконец у нас бывают словосложения из словосочетаний с сочинительной связью (с равноправными членами): лётчик-испытатель, диван-кровать, плащ-палатка. Однако согласитесь, что Мокошь к этому типу отнести сложно: даже мать-жребий звучит странно, не говоря уже о мать-корзина.


г) Семантика тоже особо не бьётся. Конечно, до нас дошло не так много сведений о Мокоши, но судя по тому, что мы знаем, она покровительствовала женским ремёслам, а не урожаю. Вдобавок, корзина и урожай – это совсем не одно и то же. Жребий ещё как-то можно попытаться привязать: мол, Мокошь подобно мойрам и норнам прядёт нить судьбы.


Тем не менее, Рыбаков предпочёл не замечать таких «мелочей» и написал следующее:

Мы можем теперь убрать вопросительные знаки в таблице языческих празднеств и вписать в нее имя Макоши - богини плодородия, воды, покровительницы женских работ и девичьей судьбы <...>

Вот так довольно абсурдная этимология позволила ему записать Мокошь в богини плодородия и судьбы.


3. А что же по этому поводу думают лингвисты? Они исходят из праформы *mokošь и членят её так: *mok-oš-ь. Суффикс *-oš- можно найти в таких словах, как *kokošь «курица» или русском пустошь. По поводу корня существуют две версии.


Традиционная предлагает видеть в *mok- тот же корень, что и в словах мокнуть, мочить и мокрый. Это достаточно логично, если вспомнить о задокументированной связи Мокоши с сыростью и влагой. Возможное повторение этой модели можно видеть в новгородском и вологодском слове мокруха «сверхъестественное существо, которое оставляет мокрое место там, где посидит, и очень любит прясть» (Словарь русский народных говоров, том 18, страница 212).


Есть и альтернативная версия, которая опирается на связь Мокоши с прядением и пытается привлечь сюда литовский глагол megzti «ткать, вязать» (mezgu «я тку, вяжу»). Однако эта гипотеза натыкается сразу на две проблемы. Во-первых, корень mezg-/megz- нельзя сопоставлять со славянским *mok- по чисто фонетическим причинам. Во-вторых, этот самый mezg- для праславянского языка вообще не реконструируется, а что касается литовского, то для него предполагается семантический дрейф «топить» > «ткать, вязать».


4. Краткое резюме:

- читать Рыбакова следует с большой осторожностью, фактический материал в его книгах смешан с чрезмерно смелыми идеями;

- богиня Мокошь у праславян действительно была, хотя сведений о ней до нас дошло не так много, как хотелось бы;

- имя её, скорее всего, родственно словам мокнуть, мочить, мокрый.

Любительская лингвистика академика Рыбакова: Мокошь Занудная лингвистика, Славянская мифология, Этимология, Длиннопост

Что почитать по теме:

Этимологический словарь славянских языков, том 19, страницы 131–134.

Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам, том 2, страница 164.

Славянские древности: этнолингвистический словарь, том 1, страница 209; том 3, страница 632.

Иванов Вяч. Вс., Топоров В. Н. К реконструкции Мокоши как женского персонажа в славянской версии основного мифа // Балто-славянские исследования-1982, страницы 175–197.

Клейн Л. С. Воскрешение Перуна. К реконструкции восточнославянского язычества.

Левкиевская Е.Е. Мифы русского народа.


P.S. С мокшей Мокошь тоже никак не связана.

Показать полностью 2
180

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии)

Предыдущие части:

1: ci, ce, ti

2: h


Классическая латынь относится к языкам, различающие долгие и краткие гласные. В русском долгота нефонологична, это значит, что у нас нет такой пары слов, которые отличались бы друг от друга только длительностью одного из гласных, у нас долгота всегда привязана к ударению. Но во многих языках такое различие имеется. Приведу несколько примеров минимальных пар.


Английский (транскрипция дана в МФА, ʃ = ш, ʧ = ч, ː = долгота гласного):


bitch [bɪʧ] «сука» – beech [biːʧ] «бук» и beach [biːʧ] «пляж»;

hill [hɪl] «холм» – heel [hiːl] «пятка»;

it [ɪt] «оно» – eat [iːt] «есть»;

live [lɪv] «жить» – leave [liːv] «покидать»;

piss [pɪs] «мочиться» – peace [piːs] «мир»;

ship [ʃɪp] «корабль» – sheep [ʃiːp] «овца»;

shit [ʃɪt] «дерьмо» – sheet [ʃiːt] «простыня»;

still [stɪl] «всё ещё» – steal [stiːl] «красть» и steel [stiːl] «сталь»;

will [wɪl] «воля» – wheel [wiːl] «колесо».


Если вам смешно, когда иностранец ошибается и говорит «я напИсал письмо» вместо «я написАл письмо», не забывайте, что вы подвергаетесь похожей опасности, когда говорите по-английски, и rest in peace ни в коем случае нельзя путать с rest in piss.


Немецкий:


Bann [ban] «изгнание» – Bahn [baːn] «дорога»;

bitten [ˈbɪtn̩] «просить» – bieten [ˈbiːtn̩] «предлагать»;

in [ɪn] «в» – ihn [iːn] «его»;

Lamm [lam] «ягнёнок» – lahm [laːm] «хромой»;

satt [zat] «сытый» – Saat [zaːt] «посевы»;

Stadt ʃtat] «город» – Staat [ʃtaːt] «государство».


Чешский (долгота обозначается акутом над буквой):


byt [bɪt] «квартира» – být [biːt] «быть»;

Češka [ʧɛʃka] «чешка» – čéška [ʧɛːʃka] «коленная чашечка»;

dal «дал» – dál «дальше»;

hrabě «граф» [ɦrabjɛ] – hrábě [ɦraːbjɛ] «грабли»;

hračka [ɦraʧka] «игрушка» – hráčka [ɦraːʧka] «игрок (женщина)»;

kolik «сколько» – kolík «прищепка»;

lak «лак» – lák «рассол»;

plakat «плакать» – plakát «плакат»;

rada «совет» – ráda «рада».


Финский (долгота обозначается удвоением буквы):


kivi «камень» – kiivi «киви»;

kusi «моча» – kuusi «шесть»;

maksa «печень» – maksaa «платить»;

takka «очаг» – taakka «ноша»;

tuli «огонь» – tuuli «ветер».


Продолжать можно бесконечно, таких языков сотни, и в каждом можно найти массу примеров, но давайте вернёмся к латыни (долготу принято обозначать макроном над буквой, как это сейчас делается в латышском):


асег «клён» – āсег «острый»;

dicō «посвящаю» – dīcō «говорю»;

levis «лёгкий» – lēvis «гладкий»;

lustrum «логово» – lūstrum «очищение»;

lutum «ил» – lūtum «желтоцвет»;

malum «зло» – mālum «яблоко»;

os «кость» – ōs «рот»;

pila «мяч» – pīla «ступка»;

populus «народ» – pōpulus «тополь».


Кстати, сходство malum «зло» и mālum «яблоко» оказало некоторое влияние на европейскую культуру. Так, когда в Библии Господь запрещает Адаму и Еве вкушать плод древа познания, не уточняется, что это за плод:

И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла, не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь (Бытие 2: 16–17).

В используемом в Средневековье переводе, Вульгате, «дерево познания добра и зла» звучит как lignum scientiae boni et mali, что можно прочитать и как «дерево познания добра и яблока». Художники стали обыгрывать это созвучие, изображая запретный плод как яблоко:

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

Различение долгих и кратких гласных имеет тот недостаток, что если говорящий по какой-либо причине протянет краткий гласный чуть дольше, чем нужно, он рискует быть неправильно понятым. Поэтому во многих языках различие по долготе дублируется ещё и качественной разницей (что можно заметить в транскрипции английских, немецких и чешских слов выше). То же было и в латыни: долгие и краткие гласные различались по подъёму (исключением, видимо, был a) – долгие были выше кратких.


Латинские долгие гласные обведены красным, краткие – синим.

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

Мы знаем это по данным романских языков, потомков латыни, где различие по долготе утратилось, однако континуанты долгих и кратких гласных по-прежнему продолжают отличаться. Так, в итальянском долгие i и u сохранили своё качество, а вот краткие i и u сдвинулись вниз, совпав с e и o.

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

Откуда нам вообще известно, какие гласные в латыни были краткими, а какие долгими? Эти сведения мы черпаем из нескольких источников:


1. Иногда римляне сами обозначали долготы. Сначала они пробовали делать это удвоением буквы, как потом стали поступать финны. Например, jūs «закон» записывалось как ivvs. Потом предпочли ставить над долгим гласным акут (apex по-латыни), как потом стали делать чехи, словаки и венгры:

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

2. Качество гласных некоторых слов иногда напрямую обсуждается в источниках.

3. Существует множество латинских заимствований в германские и кельтские языки.

4. В некоторых случаях долгие и краткие гласные подвергались разным фонетическим изменениям: так, долгий ā в exāctus «точный» и intāctus «нетронутый» остаётся неизменным, а вот краткий a в *perfactus (facio «делаю») переходит в e: perfectus «превосходный».

5. Конечно, большую роль играют данные романских языков. Так, слова dictus «сказанный» и scriptus «написанный» отразились в итальянском как detto и scritto, из чего можно сделать вывод, что в dictus i был кратким, а в scrīptus – долгим.

6. Наконец богатый материал нам предоставляет поэзия.


Эти источники, дополняя друг друга, доносят до нас сведения о долготе в большинстве латинских слов. Лишь для малого количества слов качество гласного нам не известно.


Что касается поэзии то в отличие от нашей, построенной на рифме и чередовании ударных слогов с безударными, римская, заимствованная у греков, строилась на ритме, создаваемом долготами.


Все слоги делились на долгие и краткие. Долгим считался любой слог с долгим гласным (долгота по природе) или закрытый слог с кратким гласным (долгота по положению). Кратким – открытый слог с кратким гласным.


Нюанс состоит в том, что если за гласным идёт сочетание смычного с плавным (muta cum liquida: p, t, c, b, d, g + r, l), то оно обычно целиком отходит к следующему слогу: pa-tri-a.


В классическом гекзаметре строка складывалась из шести стоп, каждая стопа состояла из четырёх мор. Краткий слог – одна мора, долгий – две. Из всех возможных вариантов в гекзаметре допускались стопы лишь двух типов – спондей (долгий-долгий) и дактиль (долгий-краткий-краткий).


Давайте разберём, как это работало на примере начала Энеиды Вергилия:

Arma virumque canō, Trōiae quī prīmus ab ōrīs
Ītaliam, fātō profugus, Lāvīniaque vēnit
lītora, multum ille et terrīs iactātus et altō
vī superum saevae memorem Iūnōnis ob īram

Битвы и мужа пою, кто в Италию первым из Трои –
Роком ведомый беглец – к берегам приплыл Лавинийским.
Долго его по морям и далеким землям бросала
Воля богов, злопамятный гнев жестокой Юноны

А теперь обозначим долгие слоги красным, краткие синим, стопы отделены знаком |:

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

Чтобы было нагляднее, в виде нот (внимание, это не точное отображение звучания, а лишь попытка визуализации ритмического рисунка):

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

Разумеется, тут имеется множество нюансов. Например, в первой строке -us посчитано как краткий слог (поскольку в плавной речи слогоделение будет таким: pri-mu-sa-bo-ris), а во второй – как долгий (поскольку находится перед паузой). Последние слоги в multum и ille сливаются с первым гласным последующего слова. Второй i в Italiam произносится как гласный (и), а в Laviniaque как согласный (й), чтобы уложиться в размер. Похожим образом, в русской поэзии считается допустимым иногда менять ударение слова, чтобы не нарушать размер.


Важно понимать, что такая поэзия не была нацелена на чтение про себя, она обязана была звучать как декламация или пение (иногда под сопровождение музыкального инструмента).


Русский перевод всего этого передать не может, наш язык устроен принципиально иначе. Поэтому если вы пробовали читать античную поэзию и не поняли, что в ней вообще люди находят, имейте в виду, что в оригинале это всё звучало совершенно по-другому.


Вот здесь можно послушать, как Роберт Сонковски из Миннесотского университета декламирует начало Энеиды.


Теперь давайте поговорим об ударении. Правила его постановки в классической латыни достаточно просты. Куда оно падает в односложном слове, понятно. В двусложном слове ударение ставится на второй слог от конца (то есть, первый от начала). В трёхсложном (и более) слове оно падает на второй слог от конца, если он долгий, и на третий от конца, если второй – краткий.


В виде таблицы (красным ударные гласные, синим – безударные):

Как звучала латынь-3: долгие гласные и ударение (и немного о поэзии) Занудная лингвистика, Латынь, Фонетика, Мат, Длиннопост

Есть некоторые исключения, вызванные относительно поздними фонетическими процессами, но, пожалуй, на буду загружать ими читателя.

Показать полностью 7
708

Почему поляки ходят за хлебом в склеп

Давно хотел сделать цикл постов о ложных друзьях переводчика и сегодня, выполняя просьбу своей постоянной читательницы, расскажу вам о словах sklep и uroda.

Почему поляки ходят за хлебом в склеп Русский язык, Польский язык, Чешский язык, Словенский язык, Ложные друзья переводчика, Длиннопост

Дело в то, что за продуктами (и не только) поляки ходят в склеп, поскольку так по-польски называют магазин.

Почему поляки ходят за хлебом в склеп Русский язык, Польский язык, Чешский язык, Словенский язык, Ложные друзья переводчика, Длиннопост

Как же так вышло, что значения этого слова в русском и польском так сильно разошлись? Начнём с польского. В диалектах у sklep мы обнаруживаем более старое значение – «подвал» (Słownik gwar małopolskich, 2, 81). Именно «подвал, погреб», кстати, sklep означает в чешском. Дрейф «подвал» > «магазин» вполне понятен, поскольку магазины нередко находились в полуподвальных помещениях на первом этаже.


Однако «подвал» – не исходное значение. В древнепольских текстах мы находим более старое – «свод» (Słownik staropolski, 8, 233). Таким образом, для польского цепочка выглядит так: «свод» > «подвал» > «магазин».


Если брать русское «склеп», то следует помнить о том, что в определённый период истории русского языка е перед твёрдым согласным и под ударением переходил в о, поэтому в качестве соответствия польскому sklep мы бы ожидали форму склёп. И мы её действительно обнаруживаем в орловских говорах (Словарь русских народных говоров, 38, 25). Отсутствие -ё- в форме литературного языка навело учёных на мысль, что русское склеп заимствовано из польского, возможно, через украинское посредство. Кстати, немецкому Gewölbe и английскому vault присущи все три значения: «свод; подвал; склеп».


Происходит же слово *sъklepъ от *sъklepati или *sъklepiti (откуда наше склепать) в значении «соединить». Это хорошо прослеживает по словенскому значению sklep – «сустав, соединение».


Сведём эту замечательную четвёрку ложных друзей в таблицу:

Почему поляки ходят за хлебом в склеп Русский язык, Польский язык, Чешский язык, Словенский язык, Ложные друзья переводчика, Длиннопост

А теперь так:

Почему поляки ходят за хлебом в склеп Русский язык, Польский язык, Чешский язык, Словенский язык, Ложные друзья переводчика, Длиннопост

Кстати, по-польски piwnica – «подвал, погреб», а вот по-чешски и словенски это слово (pivnice и pivnica соответственно) значит «пивная».


В свою очередь, «магазин» – тоже ложный друг для изучающих польский, поскольку по-польски magazyn /магáзын/ – это «склад». Впрочем, это значение оно когда-то имело и в русском:


Я боюсь продолжать сравнение, чтобы не наскучить читателю повторением известного, ибо в наше роскошное время весьма истощился магазин пиитических уподоблений красоты, и не один писатель с досады кусает перо свое, ища и не находя новых. [Н. М. Карамзин. Наталья, боярская дочь (1792)]

Из значения «склад» развилось и другое – «журнал», которое присуще не только польскому magazyn или английскому magazine, но когда-то использовалось и в русском:


"Экономический магазин" особо на белой бумаге 8 руб., на простой 7 руб., а вместе "Ведомости" и "Магазин" на белой бумаге 16 руб., на простой 13 руб. [[Программы «Московских ведомостей»] (1781-1789)]

В европейских языках это слово популяризировал французский, где magasin (/магазэн/ с носовым э) означает как «склад», так и «магазин». Но во французском это слово тоже заимствованное, оно взято из арабского махāзин (مَخَازِن ; макрон над буквой обозначает долготу). В арабском – это множественное число от махзан «склад, магазин», образованного от глагола хазана «хранить, складировать». От того же корня в арабском слово хазӣна «сокровищница», которое тоже пришло к нам, но через тюркское посредство, как казна.


История с уродой несколько проще, и я даже о ней уже писал в посте об упыре. По-польски uroda значит «красота». Этимологизируется оно достаточно просто – от глагола urodzić «родить». От него же слово urodzaj «урожай». То есть, urodzaj и uroda – это то, что хорошо уродилось. Аналогичные слова мы находим в чешском (úroda «урожай») и сербохорватском (ýрод «урожай»). Да и в русских диалектах встречается урóд «урожай».


Как же так вышло, что у нас почти аналогичное слово имеет прямо противоположное значение? Кто читал пост о юсах, помнит, что русский у может восходить к двум праславянским звукам – собственно *u и *ǫ (носовое о).

Почему поляки ходят за хлебом в склеп Русский язык, Польский язык, Чешский язык, Словенский язык, Ложные друзья переводчика, Длиннопост

При этом в старославянском есть слово ѫродъ «сумасшедший, глупец» с ǫ, а не u. Нашего урода связывают именно с ним. Семантика, конечно, несколько разнится, но в обоих случаях речь о некоторой дефектности, умственной или физической. Кстати, того же происхождения слово юродивый, только в русском это – церковнославянизм, как видно по фонетике.


Выходит, сходство начал слов урод и uroda просто случайно, и возникло оно в результате фонетического изменения в русском. Точно так же слова лук (овощ) и лук (оружие) совпадают только в современном русском, в праславянском они звучали по-разному – *lukъ и *lǫkъ. В то же время, по всей вероятности, ǫ- в *ǫrodъ – приставка со значением отрицания, а корень тот же, что и в польской уроде (родить), так что нечто общее у них всё же есть.


Вот такие две непохожие истории. Количество ложных друзей переводчика в любой произвольно взятой паре славянских языков огромно, и, надеюсь, о некоторых интересных случаях я ещё расскажу в дальнейшем.

Показать полностью 3
723

Русские ли этруски?

Миф о том, что этруски – «это русские», а Расенна (как они сами себя называли) – это Россия, не высмеял только ленивый. Однако он поразительно живуч и всплывает регулярно:

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

Этрусский – это язык приблизительно девяти тысяч надписей, происходящих преимущественно с территории Апеннинского полуострова на временном интервале от примерно 700 года до н.э. до 50 года н.э. Собственно, одной этой информации достаточно, чтобы понять, что тезис «этруски – это русские» – это глупость, поскольку в районе 50 года н.э. славяне жили компактно на территории прародины и ещё только дожидались своего исторического шанса, а их деление на племена не соотносится с делением современных славян на народы (то есть, никаких русских и даже слова такого ещё просто не было).

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

Но вдруг фрики всё же правы, и этрусский – родственник праславянского? Давайте разбираться.


Нам повезло в том отношении, что этруски пользовались вариантом западногреческого алфавита (собственно, римляне познакомились с письменностью, по-видимому, от этрусков). Это не значит, что мы идеально знаем, как звучал этрусский, но и особых сложностей прочтение не вызывает.

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

Этрусское изделие с алфавитом (в том числе ненужными для этрусков буквами B, D, O):

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

Не повезло нам в другом: хотя корпус этрусских надписей и включает в себя свыше девяти тысяч единиц, большинство из них – краткие эпитафии на могилах. Поэтому имеющиеся сведения довольно фрагментарны. Тем не менее, у нас есть и несколько относительно пространных текстов, так что кое-какое представление об этрусском языке составить можно.


Я уже как-то писал о том, что важнейшим толчком к созданию сравнительно-исторического языкознания как науки стало открытие европейцами санскрита. Даже при поверхностном знакомстве с этим языком в глаза бросается сходство массы его слов с латинскими, греческими, славянскими и так далее. Один из разрядов слов, где это видно особенно хорошо, – числительные. Давайте сравним числительные пяти индоевропейских языков с этрусскими:

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

Комментарий: в санскрите ḥ = х, c = ч, ṣ = ш, ś = щ; в литовском š = ш; в этрусском θ = тх, χ = кх, φ = пх, z = ц, c = к, ś = ш.


Как видите, сходства (за исключением семёрки) не прослеживается. Теперь возьмём названия родственников:

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

Конечно, индоевропейские языки друг с другом тоже не до конца сходятся, например, греки придумали новое слово для брата (а старое, φράτηρ, стало обозначать члена фратрии), римляне для сына и дочери, а литовцы для отца. Однако системно сходство проглядывает. Более того, эту табличку можно расширить в два, десять, сто раз, и количество схождений соответственно вырастет. А вот в случае с этрусским никакого сходства не наблюдается, в том числе во всей остальной лексике (за исключением нескольких заимствований из латыни в этрусский). Вывод из этого однозначный: этрусский – это вообще не индоевропейский язык. Иными словами, он не родственен не только русскому, но и праславянскому, отцу русского, и даже праиндоевропейскому, его деду.


Откуда мы тогда вообще знаем, что значат этрусские надписи? Продвинуться в этом нам помогли в первую очередь билингвальные (с текстом на двух языках) надписи. Известно свыше сорока таких латинско-этрусских надписей. Но, пожалуй, самыми полезными в этом деле оказались квазибилингвальные таблички из Пирги, обнаруженные в 1964 году. Текст на них выполнен на двух языках, финикийском и этрусском. Квазибилингвой его называют потому, что этрусский текст – не точный перевод финикийского, а скорее пересказ.

Русские ли этруски? Латынь, Лингвофрики, Длиннопост, Финикийский язык, Этрусский язык

По-финикийски написано следующее (гласные финикийцы не писали):


LRBT LʼŠTRT ʼŠR QDŠ / ʼZ ʼŠ PʼL WʼŠ YTN / TBRYʼ. WLNŠ MLK ʼL / KYŠRYʼ. BYRH. ZBH / ŠMŠ BMTNʼ BBT WBN / TW. KʼŠTRT. ʼRŠ. BDY / LMLKY ŠNT ŠLŠ III BY / RH KRR BYM QBR / ʼLM WŠNT LMʼŠ ʼLM / BBTY ŠNT KM HKKBM / ʼL


Финикийский – семитский язык, и надписи на нём нам несколько легче читать, потому что можно опираться на данные других семитских языков (в том числе иврита и арабского). Хотя у меня нет сомнений, что наши фрики и эту надпись смогли бы «прочитать» по-русски.


Перевод: для госпожи Астарты это святое место, которое Тиберий Велунас, царь города Каисра, построил и поместил в храме в месяц жертвоприношений Солнцу. И он построил раку, потому что Астарта попросила его об этом, на третий год его правления, в месяц KRR, в день погребения божества. И пусть столько лет приносят дары божеству в храме, сколько звёзд на небе.


Теперь возьмём этрусский текст, который рассказывает то же самое, хотя немного другими словами:


ita tmia icac heramaśva vatieχe unialastres θemiasa meχ θuta θefariei velianas sal cluvenias turuce munistas θuvas tameresca ilacve tulerase nac ci avil χurvar teśiameitale ilacve alśase nac atranes zilacal seleitala acnaśvers itanim heramve avil eniaca pulumχva


nac θefarie veliiunas θamuce cleva etunal masan tiur unias śelace vacal tmial avilχval amuce pulumχva snuiaφ.


Ну как, получается прочитать по-русски?


Во время усиления Рима Этрурия входит в состав Римской республики, и этруски постепенно ассимилируются, усваивая латинский язык и римскую культуру. На память о себе они оставили название региона – Тоскана (Tusci – этруски по-латыни), а также несколько заимствований в латыни. Вот некоторые из этих слов:

autumnus – осень. Из старофранцузского, потомка латыни, заимствовано в английский.

idus – иды, 15-й день марта, мая, июля и октября и 13-й день остальных месяцев. В историю вошли, конечно, мартовские иды.

persona – маска, личина, театральная роль, характер, личность, лицо.

satelles – телохранитель, спутник. Отсюда наш сателлит.

Saturnus – Сатурн.


Источники

Bonfante G., Bonfante L. The Etruscan Language. An Introduction, 2002.

Rix H. Etruscan // The Ancient Languages of Europe, 2008, страницы 141–164.

de Vaan M. Etymological dictionary of Latin and the other Italic languages, 2008.

Walde A., Hoffmann J. Lateinisches etymologisches Wörterbuch, 1938.

Показать полностью 6
418

Король: этимологический комментарий

Недавно @gorette попросила меня прокомментировать происхождение названий титулов король, царь и князь. Мне казалось, что это хорошо известные истории, однако, вероятно, многим интересно будет почитать поподробнее. Начну со слова король.


Чтобы восстановить его праславянскую форму, нужно помнить о таком фонетическом изменении, как метатеза плавных, ранее уже восемь раз фигурировавшем в моих постах (дорога и дорогой, коловрат, карачун, преданный, сорок, ладья, берёза, крамола). Один из его аспектов можно упрощённо сформулировать следующим образом: праславянская группа CorC (где C – любой согласный) отразилась в чешском как CraC, в польском как CroC, а в русском как CoroC. Соответствие králkról /круль/ – король в эту схему идеально вписывается, и мы можем реконструировать праславянскую форму *korľь (ľ – звук, отличающийся от русского ль, его можно найти в словенском kralj, сербохорватском kralj, словацком kráľ).

Король: этимологический комментарий Лингвистика, Занудная лингвистика, Русский язык, Длиннопост

Комментарий: праславянские ъ и ь – гласные звуки типа у и и; x = х, j = й.


Если мы хотим этимологизировать *korľь дальше, нужно разделить его на морфемы. Чисто теоретически тут возможны два варианта: *kor-ľ-ь (корень – суффикс – окончание; об этом варианте ниже) и *korľ-ь (корень – окончание). Если отталкиваться от второго членения, то нужно отметить, что корень такой структуры (r и ľ подряд) не мог быть в праславянском исконным. Что автоматически наводит на мысли о заимствовании.


В принципе, ничего удивительного в этом нет, титулы заимствуются чрезвычайно легко: президент, император, граф, маркиз, барон, да и царь с князем – это всё заимствования. Даже слова вождь и владыка заимствованы в русский из старославянского. По-русски было вожь и володыка. Польский учёный Александр Брюкнер в своё время писал, что славяне не придумали собственного названия для короля/царя потому, что по натуре своей были анархистами. Это, конечно, не так, просто крупные государства у славян появились позже, чем в Западной Европе.


Есть ещё одно важное наблюдение: на Руси словом король называли только европейских правителей. Своих, а также восточных звали царями. То же относится и к болгарам. Из православных славян только сербы использовали оба слова (краљ и цар).


Логично предположить, что источник слова *korľь следует также искать в западноевропейских языках. И у нас есть очень хороший кандидат в германских языках. Это шведское и исландское karl «мужчина», немецкое Kerl «парень», английские устаревшие churl «крестьянин» и carl «простолюдин» (первый вариант – собственно английский, второй заимствован из древнескандинавского языка) и многие другие формы. Все эти карлы восходят к праформе *karlaz ~ *kerlaz «свободный человек», корень которой – тот же, что и в нашем слове зреть, а также греческом γέρων «старик» (откуда геронтология и геронтократия). Были предположения, что славянское *korľь заимствовано уже из этой прагерманской формы, но семантически это, конечно, маловероятно.


Германские народы активно использовали и используют это слово как имя. Чего стоят одни только шведские короли (сейчас правит Карл XVI; первых шестерых, правда, придумали). Самым знаменитым из Карлов является, пожалуй, Карл Великий, впервые после падения Рима построивший в Западной Европе великую империю. Карл воевал как с аварами (те самые, которые «погибоша аки обре»), так и со славянами, так что они знали о нём не понаслышке. Поэтому ничего удивительного в том, что они сделали его имя названием верховного западного (а потом и своего) правителя вообще. Фактически, такая же история ранее произошла с именем Цезаря (откуда немецкий кайзер и наш царь). Другой похожий пример – в своё время литовцы заимствовали имя Владимира Великого (Володимѣръ) как valdymieras в значении «правитель; хозяин» (сейчас слово сохранилось только в диалектах).

Король: этимологический комментарий Лингвистика, Занудная лингвистика, Русский язык, Длиннопост

Теперь давайте вернёмся к варианту членения *kor-ľ-ь. Такая версия имеется, её выдвинул ещё один польский учёный – Миколай Рудницкий.


Суффикс *-ľ- в праславянском языке действительно существовал и мог образовывать имена деятелей от глаголов, ср. ковать > коваль «кузнец» или польское śmierdzieć «вонять» > śmierdziel «вонючка; скунс».


Хуже с корнем. Рудницкий видел здесь глагол *koriti (от которого наши корить и укорять). Это проблематично с точки зрения как формы, так и семантики. Суффикс *-ľ- в праславянском присоединялся к основе инфинитива (и от *koriti мы бы ожидали *koriľь, а никак не *korľь). В плане значения Рудницкий отталкивается от польского upokarzać «унижать». То есть, якобы, король – это был тот, кто имел право унижать виновных. Но основные значения потомков глагола *koriti в славянских языках – «корить, стыдить, бранить». Король как «коритель» или даже «унижатель» звучит совершенно фантастично, ни одной параллели для этого в других языках мне не известно. Предупреждая возможные вопросы: покорить – от того же корня, но значение «завоевать» у него вторичное, вряд ли уже праславянское, а даже если бы таковым было, от *pokoriti мы бы ожидали форму *pokoriľь, а никак не *korľь.


Краткое резюме: русское слово король восходит к праславянскому *korľь, в основе которого, скорее всего, лежит имя Карла Великого, самого могущественного правителя в Европе VIII-IX веков, неоднократно воевавшего со славянами. Существует альтернативная версия, по которой *korľь образовано от глагола *koriti «корить», но она маловероятна.

Король: этимологический комментарий Лингвистика, Занудная лингвистика, Русский язык, Длиннопост

Вот такая история. Можете пилить мемы с Карлом.


Источники:

Этимологический словарь славянских языков, том 11, страницы 82–89.

Kroonen G. Etymological Dictionary of Proto-Germanic, страница 285.

Rudnicki M. Prasłowiańszczyzna – Lechia – Polska, том 2, страницы 111–112.

Sławski F. Słownik etymologiczny języka polskiego, том 3, страницы 153–157.


Занимательный факт: имя Карл в разных вариациях (Карлос, Шарль, Чарльз и т.д.) распространено у многих народов. В Польше это Кáроль (например, Кароль Войтыла). Соответственно, Карл Маркс и Фридрих Энгельс – Кароль Маркс и Фрыдэрык Энгельс.


Занимательный факт-2: русское слово кролик заимствовано из польского królik, которое образовано от król «король» (см. подробнее).

Показать полностью 2
716

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали

В связи с тем, что «Слово о полку Игореве» включено в школьную программу, – это, пожалуй, единственное древнерусское произведение, более-менее знакомое широкой публике. Оно прочно вошло в массовую культуру благодаря Бояну, плачу Ярославны и растеканию мысли по древу.


Однако далеко не все знают, насколько жаркие дискуссии по поводу подлинности этого произведения кипят в научных кругах вот уже двести лет. Подробную хронологию этой истории можно прочитать в обзорном материале Д. В. Сичинавы, а я лишь коротко обозначу основные точки этой истории и расскажу, почему у нас есть основания считать текст «Слова» аутентичным.


Алексей Иванович Мусин-Пушкин (1744-1817) был страстным любителем древних рукописей, и к 1791 году ему удалось собрать интересную коллекцию древнерусских манускриптов. О коллекции узнала Екатерина II, поддержавшая начинания коллекционера. 26 июля 1791 года его назначают обер-прокурором Святейшего Синода, а уже 11 августа выходит повеление, предписывавшее епархиям присылать летописи и другие старинные рукописи в Синод. Одним из манускриптов, которые Мусин-Пушкин раздобыл в Кирилло-Белозерском монастыре, был рукописный сборник, включавший в себя «Слово». Сам Мусин-Пушкин позднее утверждал, что он купил сборник у бывшего архимандрита Спасо-Ярославского монастыря Иоиля Быковского. Однако, по всей вероятности, он просто «позаимствовал» его.


Большой заслугой Мусина-Пушкина было то, что он быстро распознал истинную ценность «Слова». Вскоре специально для Екатерины была снята копия, которую снабдили переводом и комментариями. А уже в 1800-м году вышло печатное издание памятника.

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

Уже в 1812-м году возник спор между М. Т. Каченовским и П. Ф. Калайдовичем. Первый усомнился в подлинности «Слова», а второй отстаивал подлинность. В сентябре того же года оригинал рукописи сгорает в наполеоновском пожаре.


Большинство древнерусских памятников дошло до нас в нескольких списках (то есть, копиях), для некоторых произведений речь может идти даже о нескольких десятках списков. «Слову», к сожалению, не повезло. Оно сохранилось только в одном списке, который и погиб в пожаре. Конечно, это подкинуло дровишек в огонь дискуссии: исчезла возможность проверить аутентичность рукописи методами палеографии.


Брат Петра Калайдовича, Константин, попытался узнать у Мусина-Пушкина обстоятельства приобретения рукописи. Тот заявил, что приобрёл рукопись у архимандрита Быковского. Поскольку Быковский умер в 1798-м году, ни подтвердить, ни опровергнуть этого он уже не мог. На просьбу Калайдовича предоставить подтверждающий документ Мусин-Пушкин не отреагировал, что лило воду на мельницу сторонников поддельности.


Любопытно, что в дискуссии принял участие и другой Пушкин, Александр Сергеевич. Незадолго до смерти он как раз работал над статьёй об аутентичности памятника:


«Подлинность же самой песни доказывается духом древности, под который невозможно подделаться. Кто из наших писателей в XVIII веке мог иметь на то довольно таланта? Карамзин? но Карамзин не поэт. Державин? но Державин не знал и русского языка, не только языка „Песни о полку Игореве“. Прочие не имели все вместе столько поэзии, сколько находится оной в плаче Ярославны, в описании битвы и бегства. Кому пришло бы в голову взять в предмет песни темный поход неизвестного князя? Кто с таким искусством мог затмить некоторые места из своей песни словами, открытыми впоследствии в старых летописях или отысканными в других славянских наречиях, где еще сохранились они во всей свежести употребления? Это предполагало бы знание всех наречий славянских. Положим, он ими бы и обладал, неужто таковая смесь естественна?».


Калайдович против Пушкина:

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

Нужно понимать, что сомнения в подлинности возникли не на пустом месте. XVIII – первая половина XIX века – это эпоха, когда интерес к истории и древним рукописям уже был очень велик, но наука была ещё не настолько развита, чтобы всегда быстро распознавать подделки. Наиболее прославившимися фальсификациями стали «Поэмы Оссиана» Макферсона (которые А.С. принял за чистую монету и переводил на русский), а также Краледворская и Зеленогорская рукописи Ганки. Были фальсификаторы и в нашем отечестве, например, Бардин (подделывавший, кстати, уже после пожара копии «Слова») и Сулакадзев. Неудивительно, что обжёгшись на молоке, многие начинали дуть на воду.


Ещё одним фактором является наличие «Задонщины», памятника XV века, имеющего множество параллелей с текстом «Слова». Было обнаружено несколько списков «Задонщины», и сомневаться в её подлинности не приходится. Это породило следующую концепцию: некий фальсификатор в конце XVIII века сочинил «Слово», взяв за основу материал «Задонщины», а пожар 1812-го года позволил замаскировать отсутствие рукописного оригинала.


Дискуссия вышла на новый виток в сороковые годы после публикации книги французского слависта А. Мазона «Le Slovo d'Igor» (если позволите, не буду переводить название на русский), в которой он доказывал подложность «Слова». Мазону возражало множество учёных из разных стран, в том числе такой мэтр как Р. О. Якобсон.


В Советском Союзе вплоть до 1963-го года все были за подлинность. Пока историк А. А. Зимин не выступил с докладом, в котором утверждал, что настоящим автором слова являлся тот самый Иоиль Быковский, у которого Мусин-Пушкин якобы купил рукопись. Зимин даже написал монографию, которую в 1964-м году обсуждали на специальном закрытом заседании Отделения истории Академии наук. Специально для заседания монографию размножили в ста экземплярах, которые потом предписывалось вернуть. Несмотря на то, что большинство участников заседания выступило с критикой концепции Зимина, а академик Лихачёв, защитник подлинности, был за открытую дискуссию, партийное руководство приняло неумное и недальновидное решение не публиковать книгу. Разумеется, это не могло не породить в среде интеллигенции мнения, что раз власти скрывают, то «Слово», конечно, является подделкой. Книга Зимина вышла лишь в 2006-м году, через 26 лет после его смерти.


Мазон против Якобсона:

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

В новом тысячелетии дискуссия возобновилась в связи с публикацией монографии американского историка Э. Кинана. Ранее Кинан прославился тем, чем безуспешно пытался опровергнуть подлинность знаменитой переписки Ивана Грозного и князя Курбского. В книге 2003-го года он приписывает авторство «Слова» одному из отцов славистики – чеху Йозефу Добровскому. Дело в том, что тот страдал неким психическим заболеванием, возможно, биполярным расстройством, а в 1792-1793 годы совершил поездку в России, где ознакомился с древнерусскими рукописями. Согласно концепции Кинана, Добровский создал подделку в состоянии умопомрачения, а потом забыл об этом. Кроме того, Добровский как один из самых выдающихся учёных своего времени, якобы был достаточно квалифицирован для написания подделки.


Но уже в следующем, 2004-м, году выходит труд Андрея Анатольевича Зализняка ««Слово о полку Игореве»: взгляд лингвиста», не оставляющий от концепции Кинана камня на камне. Книгу эту я горячо рекомендую: она написана лёгким слогом, приправлена виртуозным троллингом гипотезы Кинана, и читается как увлекательный детектив. Ищите третье издание 2008-го года, значительно дополненное и расширенное. Три аргумента из книги я кратко перескажу далее.
Кинан против Зализняка:

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

1. В праславянском, предке всех славянских языков, было не два числа, а три: единственное, множественное и двойственное. Из живых славянских языков двойственное число сохранилось в словенском и лужицких. Приведу примеры из словенского (буква j = й):


to je zelo zanimiv problem «это очень интересная проблема»;to sta zelo zanimiva problema «это две очень интересных проблемы»;
to so zelo zanimivi problemi «это очень интересные проблемы».

Было двойственное число и в древнерусском. Один из его реликтов в современном языке – согласование существительных с числительными 2, 3, 4. Древняя модель одинъ столъдъва столатри / четыре столи пять столъ (столъ здесь – форма родительного падежа множественного числа) сменилась современной один столдва / три / четыре стола пять столов, где старая форма двойственного числа распространилась на 3 и 4.

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

В то же время, в некоторых деталях двойственное число функционирует в разных языках по-разному: одним образом в словенском, другим в лужицких, третьим в церковнославянском. Была своя специфика и в древнерусском.


В «Слове» двойственное число ещё вполне себе представлено, в том виде, в котором оно использовалось в XI-XII веках. А вот в «Задонщине» его уже нет. Значит, в этом моменте потенциальный фальсификатор не мог опереться на «Задонщину». Не помогли бы ему и церковнославянские грамматики, поскольку там иная схема употребления двойственного числа, чем та, что была характерна для древнерусского. Чисто гипотетически, фальсификатор мог быть гением, опередившим свою эпоху и научившимся правильному употреблению двойственного числа путём чтения летописей. Но есть одна деталь: в истории древнерусского языка в определённый момент старые формы двойственного числа среднего рода типа двѣ солнци и двѣ сердци (орфография с учётом падения редуцированных) сменяются новыми типа два солнца и два сердца, которые мы и обнаруживаем в «Слове». В летописях новые формы появляются с 3-й четверти XIII века, а «Слово», напомню, предположительно было написано в конце XII. Значит, если бы фальсификатор в конце XVIII века уже разобрался во всех нюансах употребления двойственного числа и хронологии его исчезновения (что учёным удалось сделать лишь в XIX-XX веках), то с опорой на летописи XII века он бы употребил солнци и сердци. Однако берестяные грамоты показали, что на северо-западе Руси в XII веке уже встречались формы типа два солнца. Берестяные грамоты начали извлекать из земли во второй половине XX века, и потенциальный фальсификатор не мог ничего о них знать.


2. В древнерусском языке была такая штука, как энклитики – особые безударные слова, подчинявшиеся закону Ваккернагеля (то есть, в предложении они должны были ставиться на втором месте, сразу после первой ударной группы). Некоторые остатки старого состояния сохранились до сих пор, например, нельзя начать предложение со слов ли, же, бы (знаешь ли ты - *ли ты знаешь; ты же знаешь - *же ты знаешь; я бы хотел - *бы я хотел). Но значительно лучше эта система представлена в западно- и южнославянских языках. Причём, что немаловажно, в каждом она имеет свою специфику.


Для того, чтобы правильно использовать энклитики, человеку нужно знать три вещи:

а) какие слова являются энклитиками;

б) как членить фразу, чтобы правильно поставить энклитики;

в) иерархию энклитик – то есть, то, в каком порядке они выстраиваются, если в одно предложение попадает несколько энклитик разных разрядов.


Проиллюстрирую примерами. Скажем, в чешском энклитиками являются формы вспомогательного глагола «быть» в прошедшем времени и сослагательном наклонении, особые формы родительного, дательного и винительного падежей личных местоимений, а также возвратные частицы при глаголах. И ранжируются они именно в таком порядке. Вот этот набор в одной фразе:

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

Порядок слов в чешском свободный, то есть, теоретически можно сказать и omluvit bych se ti chtěl «извиниться перед тобой я бы хотел». Нельзя сделать двух вещей: поставить bych se ti не на второе место, а также изменить порядок слов внутри этого кластера.


Далее, нужно знать, после каких слов в чешском можно ставить энклитики, а после каких нельзя. Если мы говорим о союзах, то после že «что» энклитики ставятся, а после ale «но» и a «и» – нет. Например:

Как лингвисты подлинность «Слова о полку Игореве» доказывали Лингвистика, Занудная лингвистика, Слово о полку Игореве, Древнерусский язык, Зализняк, Пушкин, Длиннопост

Во второй фразе мы обязаны поставить что-нибудь между a и энклитиками.
В древнерусском языке XII века закон Ваккернагеля был вполне актуален и текст «Слова» его соблюдает почти идеально. Сохраняется не только постановка энклитик на второе место, но и их иерархия (а Зализняк, к слову, выделяет аж восемь рангов). Скажем, во фразе из самого начала не лѣпо ли ны бяшеть энклитиками являются ли (2-й ранг) и ны «нам» (6-й ранг).


Кинану казалось, что он снял аргумент энклитик, предложив на роль фальсификатора кандидатуру Добровского. Добровский – чех, а значит, знал, как нужно ставить энклитики. Однако древнерусская система не соответствует современной чешской на сто процентов. Например, во фразе Вежи ся Половецкіи подвизашася «шатры половецкие зашевелились» ся разбивает сочетание существительного с прилагательным, что не встречается в современном чешском (но бывает, скажем, в сербохорватском). Кроме того, здесь представлен ещё один любопытный феномен: двойное ся, когда возвратная частица ставится одновременно перед глаголом и после него. Древнерусским памятникам оно известно (в том числе берестяным грамотам), а вот в чешском ничего подобного нет.


3. В древнерусском было четыре прошедших времени, и формы одного из них, имперфекта, в тексте «Слова» встречаются с наращением -ть, а также без него: бяше и бяшеть, бяху и бяхуть. Лишь в 1999 году вышла статья американского слависта Алана Тимберлейка, в которой показано, от каких факторов зависит распределение этих форм (в частности, как раз, от наличия энклитик), причём в «Слове» эти факторы работают так же, как в Лаврентьевской летописи XII века. То есть, если бы «Слово» было подделкой, его автор должен был бы сам в XVIII веке открыть правило, которое в течение двухсот лет не могли обнаружить сотни высококвалифицированных специалистов.


Разумеется, аргументов значительно больше, я выбрал лишь три из них. Но, надеюсь, в целом картина понятна.


Хочу оговориться, что чисто теоретически можно доказать поддельность «Слова», но вот стопроцентно доказать его подлинность невозможно. Речь идёт о том, что если бы в «Слове» удалось найти вещи, противоречащие твёрдо установленным фактам из истории древнерусского языка, это говорило бы о фальсификации. Но даже если «Слово» идеально соответствует тому, что учёным удалось выяснить о древнерусском языке (в том числе в самое последнее время), всегда можно сказать, что фальсификатор был настолько гениален, что уже в XVIII веке знал о древнерусском языке больше, чем кто-либо даже из современных учёных. Процитирую самого Зализняка:


Желающие верить в то, что где-то в глубочайшей тайне существуют научные гении, в немыслимое число раз превосходящие известных нам людей, опередившие в своих научных открытиях все остальное человечество на век или два и при этом пожелавшие вечной абсолютной безвестности для себя и для всех своих открытий, могут продолжать верить в свою романтическую идею. Опровергнуть эту идею с математической непреложностью невозможно: вероятность того, что она верна, не равна строгому нулю, она всего лишь исчезающее мала. Но несомненно следует расстаться с версией о том, что «Слово о полку Игореве» могло быть подделано в XVIII веке кем-то из обыкновенных людей, не обладавших этими сверхчеловеческими свойствами.


Неслучайно то, что в лагере противников подлинности преобладают историки и литературоведы, а вот среди лингвистов, особенно диахронистов, их крайне мало.

Показать полностью 6
552

Свастика: этимологический комментарий

Под постом о коловрате появились комментарии от людей, не знающих, откуда взялось слово свастика, и честно не понимающих, почему оно не может быть исконнославянским названием всем известного символа. В этом посте я постараюсь прояснить оба момента. Предупреждаю, что как и в прошлый раз, пост будет о слове, а не о символе.


Разумеется, имеет значение, когда мы впервые фиксируем это слово в текстах, написанных на русском. Есть такой замечательный ресурс – Национальный корпус русского языка (http://ruscorpora.ru). В настоящее время основной подкорпус в его составе включает в себя 76 882 текстов с 209 198 275 словоупотреблений. Тексты охватывают период с 1701 по 2010 год, причём тексты XIX века составляют 19,5% от всего состава корпуса по словоупотреблениям. Подробно статистику можно посмотреть здесь.


Теперь проверим, когда во всём этом богатстве начинает появляться слово свастика (если кто-то полезет проверять, не забудьте задать все падежи в поиске). Получается весьма красноречивый график:

Свастика: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Лингвистика, Санскрит, Длиннопост

Первое употребление – 1909 год («Серебряный голубь» Андрея Белого), где свастика помещена в восточно-мистический контекст:

Но Дарьяльский не отвечал: он оглядывал книжные полки; странные на полках тут были книги: Кабала в дорогом переплете, Меркаба, томы Зохара (всегда на столе в солнечном луче золотилась у Шмидта раскрытая Зохара страница: золотая страница вещала о мудрости Симона Бен-Иохая и бросалась в глаза удивленному наблюдателю); <...> на столе были листки с дрожащей рукою начертанными значками, пентаграммами, свастиками, кружками со вписанным магическим «тау»; тут была и таблица с священными гиероглифами; старческая рука изображала венец из роз, наверху которого была голова человека, внизу голова льва; с боков ― головы быка и орла; в середине же венца были вписаны два перекрещивающихся треугольника в виде шестиконечной звезды с цифрами по углам ― 1, 2, 3,4, 5, 6 и с вписанным числом посредине ― 21.

Ладно, в корпус вошли далеко не все тексты на русском языке, воспользуемся ещё одним полезным инструментом. Открываем Гугл, выбираем поиск по книгам, ограничиваем XIX веком и обнаруживаем, что слово свастика начинает потихоньку появляться в научных текстах (археологических и культурологических, но не лингвистических) только с 1882 года и в применении именно к индийскому символу. Журнал Министерства народнаго просвѣщения, том 223 (1882):

Свастика: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Лингвистика, Санскрит, Длиннопост

Ремарка: под арийцами здесь, конечно, понимают не выдуманных нацистами голубоглазых бестий, а самых настоящих ариев – носителей индоиранских языков (индусов, персов, а также таджиков и цыган).


Если открыть Словарь русского языка XI-XVII веков, а также Словарь русских народных говоров, то там свастик нет и в помине. Всё это говорит о том, что свастика начинает проникать в русский язык с конца XIX века книжным путём, первоначально применительно к индийскому символу.


Это же слово мы обнаруживаем и в других европейских языках: swastika в английском, Swastika и Svastika в немецком, svastika и swastika во французском, svastica в итальянском. И там оно появляется поздно, например, во французском с 1852 года (Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка, том 2, страница 143).


Однако мы знаем, что это всё родственные языки, так может, наличие свастики в них гарантирует, что это слово в славянских, романских и германских языках – наследие праиндоевропейской эпохи? Нет, поскольку исконная лексика подчиняется правилам исконной фонетики, например, у лингвистов нет сомнений, что русское два, английское two /ту/, немецкое zwei /цвай/ и французское deux /дё/ друг другу родственны, несмотря на кажущееся несходство. А вот свастика – swastika / svastika в регулярные фонетические соответствия не укладывается, это яркий маркер заимствованности. Наконец, на почве европейских языков слово свастика нельзя вразумительно этимологизировать.


Совсем иначе дела обстоят в санскрите. Там это слово фиксируется уже в Рамаяне (около IV века до н.э.), хорошо этимологизируется и имеет куда более широкий спектр значений, чем в европейских языках. Свастика является важным символом в индийской культуре и по сей день.

Свастика: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Лингвистика, Санскрит, Длиннопост

В санскрите это слово мужского рода – svastikaḥ /свастиках/. Так же на русский были переданы имена Рамы (Rāmaḥ «тёмный»), Кришны (Kṛṣṇaḥ «чёрный») и Будды (Buddhaḥ «пробуждённый, просветлённый»), хотя правильнее было бы Рам, Кршн, Буддх и свастик. Кстати, если бы это слово существовало уже в праиндоевропейском и сохранилось в русском, то у нас оно звучало бы как свястец:)


Как я уже сказал, также очень показательно, что svastikaḥ в санскрите помимо специфического креста, который мы сейчас называем свастикой, обозначает целую кучу крестообразных предметов, в том числе скрещение рук на груди, вид пирога, перекрёсток и даже вид чеснока. Кроме того, этим словом называли сказителя, произносящего приветственную или хвалебную речь.


В санскрите svastikaḥ является прозрачным производным с суффиксом -k- от svastí «благоденствие, процветание; удача, успех; счастье». Суффикс этот мы находим и во множестве других слов, например, tri «три» > trikáḥ «троякий» или sūcī /сучи/ «игла» > sūcīkaḥ «жалящее насекомое». Таким образом, svastikaḥ по внутренней форме – «приносящий благо». Именно поэтому так называли как символ, так и сказителя.


Слово svastí встречается уже очень рано, начиная с Ригведы (1500-1000 гг. до нашей эры). Характерный пример (V.51.14):

Свастика: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Лингвистика, Санскрит, Длиннопост

В самом svastí несложно обнаружить приставку su-/sv- «хороший»:

gandhaḥ «запах» > sugandhaḥ «хороший запах»; 

janaḥ «человек» > sujanaḥ «хороший человек»; 

saṅskṛtaḥ «санскрит» > susaṅskṛtaḥ «правильный санскрит»; 

acchaḥ «прозрачный» > svacchaḥ «очень прозрачный»; 

akṣi «глаз» > svakṣaḥ «прекрасноокий».


Корень тоже идентифицируется без особого труда – astam «дом, жилище; местопребывание», образованного, по всей вероятности, от *nes- «невредимым вернуться домой» (Mayrhofer M. Etymologisches Wörterbuch des Altindoarischen, том 1, страницы 149–150; том 2, страницы 796–797; Lexikon der indogermanischen Verben, 2001, страницы 454–455).


Итак, вся цепочка событий выглядит так:

1. От праиндоевропейского корня *nes- «невредимым вернуться домой» древние индусы образовали слово astam «дом, жилище; местопребывание»;

2. От astam произведено svasti «благо», которое появляется уже в Ригведе, древнейшем тексте на санскрите;

3. От svasti образовано svastikaḥ (по внутренней форме – «приносящий благо»), зафиксированное уже в Рамаяне. Это слово обозначало как собственно свастику-символ, так и массу крестообразных предметов, а также сказителя, произносящего хвалебную речь.

4. В XIX веке слово свастика заимствуется из санскрита в европейские языки, в том числе русский, однако первое время оно почти не выходит за пределы научных работ. Подлинную популярность оно обретает лишь в XX веке благодаря нацистам.


Но если в европейских языках слово свастика было заимствовано из санскрита в XIX веке, то как европейцы называли этот символ раньше? Ведь он прекрасно был им известен. Конечно, существовали собственные названия, например, в английском языке уже с XV века фиксируется слово fylfot /филфот/. А в немецком уже в XVIII веке мы находим слово Hakenkreuz /хакнкройц/, дословно, крюкокрест, которое, кстати, скалькировали чехи (hákový kříž /гакови кршиж/) и словенцы (kljukasti križ /клюкасти криж/).


В России свастика была известна в виде орнамента. Понёва из деревни Парахино, Владимирская область по современному административному делению (Куфтин Б. А. Материальная культура русской мещеры, таблица V):

Свастика: этимологический комментарий Занудная лингвистика, Лингвистика, Санскрит, Длиннопост

Как нам сообщает Б. А. Куфтин, такая понёва называлась «конитница» (в противоположность «коситнице» с несколько иным узором. Он также пишет: «Последнее название [конитница - kl.] связано с названием свастики в этом положении — „конями" или, как мне старались об’яснить крестьянки, „конёвыми голяшками“» (стр. 60). Вероятно потому, что крюки свастики похожи на ноги бегущего коня.


В Интернете можно найти книгу Р. Багдасарова «Свастика: священный символ», в которой перечисляются некоторые русские названия свастики. Однако следует помнить, что автор – не лингвист, и источник этот не слишком надёжен. Например, родноверческая книжка там фигурирует наряду с серьёзными источниками. А информацию из последних в ней лучше перепроверять. В частности, как одно из названий свастики Багдасаров приводит слово «огнивцы» со ссылкой на того же Куфтина. Однако Куфтин даёт огнивцам чёткое определение, никак не коррелирующее со свастикой: «фигурки из пересеченных под очень острым углом двух линейных отрезков» (стр. 67).


P.S. Что любопытно, в сербохорватском языке есть слово свастика «свояченица». Можно ли на основании его сходства с санскритской свастикой делать какие-либо далекоидущие выводы? Разумеется, нет. Сходство двух слов в разных языках может быть объяснено одним из трёх способов: а) родством; б) заимствованием; в) случайным совпадением. Законы исторической фонетики не позволяют нам считать санскритское и сербохорватское слова родственными. Как я уже писал выше, если бы у славян был точный аналог svastikaḥ, то по-русски бы это звучало как свястец, а по-сербски как свестац. Заимствование, конечно, тоже отпадает. Остаётся случайное созвучие, в котором, в принципе, нет ничего необычного, поскольку при сравнении любых двух человеческих языков мы найдём десятки примеров совершенно случайных совпадений. Что же касается этимологии сербского слова, то оно является производным от сваст с тем же значением («свояченица»), которое восходит к праславянскому *svěstь / *svьstь (< *svojь «свой»), потомками которого являются древнерусское свѣсть, русское диалектное свесть, украинское диалектное свість, а также формы других славянских языков, все со значением «свояченица» (Трубачёв О. Н. История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя, 2009, страница 140).

Показать полностью 4

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности Гифка, Длиннопост

Лето — сезон отпусков для тех, кто весь год хорошо работал, и горячий период для домушников (так называют «квартирных грабителей»). Столько квартир остается без присмотра! Добавьте сюда риск протечек и пожаров – и уезжать будто бы уже не хочется. Чтобы во время отдыха не вспоминать все сюжеты из криминальных фильмов, вместе с Ростелекомом советуем, как защитить свой дом.


Итак, вы уезжаете на несколько дней или на месяц, а квартира остается пустовать. Самые спокойные (завидуем вам!) просто соберут чемоданы и хлопнут дверью, не думая о возможных пожарах/потопах. Тот, кто часто тревожится по поводу и без, — может попросить друзей или знакомых периодически заглядывать к вам и проверять, все ли в порядке. Это работающая схема с одним нюансом: проверять квартиру каждый день хлопотно, особенно если она находится не в двух шагах. Соответственно, оперативно отреагировать на проблему у друзей не получится. Проще попросить соседей, но для этого надо быть с ними в отличных дружеских отношениях.


А что, если дом способен сам о себе позаботиться? Если он достаточно умный, конечно. Рассмотрим несколько ситуаций, которые могут произойти, пока вы в отъезде, и разберемся, какие устройства обезопасят вашу квартиру.


Переживаю, что в квартиру залезут воры


Для начала помните об азбучных истинах: не слишком распространяйтесь, когда, куда и на какой срок вы собираетесь уехать. Попросите кого-то забирать почту из ящика, чтобы торчащие из него объявления не показывали, что вы давно не появлялись. Здесь как раз лучше обратиться к соседям. Но это не все.

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности Гифка, Длиннопост

Есть способ отпугнуть грабителей, описанный в классике, — в фильме «Один дома». Если вечерами в окнах будет гореть свет, это введет злоумышленников в заблуждение. Как это сделать? Для этого придумали умную лампочку. Включайте и выключайте ее дистанционно или запрограммируйте, чтобы она это делала самостоятельно.


Не лишним установить датчики открытия окон и дверей. Сверлить ничего не нужно, монтаж простой: две детали устройства крепятся к раме. Если датчик сработает, вам придет уведомление. Например, сервис Умный дом от Ростелекома отправляет push, но при проблемах с интернетом вы получите SMS. В общем, точно узнаете, что дверь или окно открылись. Важно, что датчик фиксирует изменение температуры и уровня освещенности, так что даже если окно разобьют, а не откроют, он отреагирует.


Для тревоги уведомления достаточно. Если вы уверены, что в квартиру точно вломился вор, уже можно обращаться в правоохранительные органы. В некоторых регионах в приложении Умный дом от Ростелекома можно подключить кнопку SOS и оперативно вызвать группу быстрого реагирования.


А если свои? Тут бы помогло Видеонаблюдение, чтобы посмотреть, кто пришел. Сделать это можно из любой точки мира: не важно, едете ли вы на дачу за город или на остров в океане. Но важно, чтобы остров не был необитаемым, – нужен интернет. Сервис видеонаблюдения от Ростелекома умеет записывать происходящее и днем, и ночью. Видео в HD или Full HD качестве хранится в облаке до 14 дней, так что доказательства взлома сохранятся, даже если вор сломает камеру.


Дал ключи знакомым и переживаю, что они будут делать в квартире


Как говорится, доверяй, но проверяй. Вы оставили кому-то ключи, чтобы он поливал цветы, проверял, все ли в порядке. Но немного волнуетесь: вдруг он закатит вечеринку или начнет примерять вашу одежду — ну мало ли!

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности Гифка, Длиннопост

На помощь также придут камеры. А еще датчики движения, если хотите знать, заходит ли человек в конкретную комнату или приближается к комоду с фамильными драгоценностями. Встроенный в камеру датчик движения можно настроить так, что вам на смартфон придет уведомление, когда кто-то вторгнется в запретную зону.


Не забудьте сообщить гостю о видеонаблюдении (вы же не хотите нарушать закон?). Скорее всего, этой меры будет достаточно, чтобы исключить возможные неприятности.


Не помню, выключил и я утюг


Пожалуй, каждому знакомо чувство паники, когда вышел из дома и на полдороги поймал себя на мысли, что не можешь вспомнить, выключил ли утюг, плойку, утюжок для волос, электрический обогреватель или так далее. Многие современные приборы умеют отключаться сами, если их долго не трогают. Так что ничего страшного может не произойти. Не будем зря нагонять тревогу! Ну максимум придет счет за электричество с огромными цифрами.

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности Гифка, Длиннопост

Самое простое решение — перед выходом из дома проверять все розетки. Вот только от тревоги это все равно не спасает, можно проглядеть. А если у вас еще и плохая память… Здесь выручит умная розетка. Ее можно включать и выключать на расстоянии. Скажем, переживаете, что не выдернули вилку утюга — заходите в приложение и видите, что все в порядке. А если забыли – тут же выключаете розетку.


Кстати, о пожарах. Есть устройство, которое не будет лишним, даже если вы в отпуск отправляетесь только на диван. Датчик дыма — крайне нужная вещь. Он отправит сообщение на телефон и подаст звуковой сигнал в квартире. Если вы спите в другой комнате – будет время затушить возгорание или эвакуироваться. Если вообще не дома – вызвать пожарных.


Боюсь, что прорвет батарею


Поток воды способен здорово преобразить вашу квартиру и потребовать масштабного ремонта. Добавьте к этому компенсацию ущерба соседям, если потоп произошел по вашей вине, — допустим, из-за незакрытого крана. Чтобы избежать хотя бы последнего, перекрывайте воду.

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности Гифка, Длиннопост

А лучше всего зафиксировать протечку в самом ее начале, чтобы минимизировать ущерб. На этот случай есть датчики протечки. Устройство работает от батарейки, легко крепится и реагирует не только непосредственно на воду, но и на изменение влажности и температуры. Это позволяет заметить потоп на ранней стадии и быстро среагировать – вызвать соседей или попросить управляющую компанию срочно перекрыть воду. В общем, любыми способами спасти квартиру!


Всего так много, а как понять, что нужно именно мне?


Зависит от того, какие угрозы вы считаете самыми реальными. Например, по статистике МВД России за первые полгода 2019 года, каждое 44-е зарегистрированное преступление – это квартирная кража. Тут бы пригодился датчик открытия окон и дверей или камера.


Важна площадь квартиры, количество окон, батарей. В студии можно обойтись одним датчиком дыма и датчиками протечки в ванной и в комнате между раковиной и батареей. А одна камера охватит все пространство. Если живете в частном доме или оставляете машину на парковке, есть смысл установить внешнее видеонаблюдение – допустим, над входной дверью.

Как оставить квартиру (или дачу) на время отъезда – и не беспокоиться. Гайд по современным системам безопасности Гифка, Длиннопост

В общем, просто оцените риски и возможный ущерб, который они могут нанести. Если точно не знаете, Ростелеком собрал три комплекта — датчиков и устройств для Умного дома.


Все это пригодится не только для отпускного сезона. Камеры наблюдения в комплекте с датчиками заменят видеоняню, помогут приглядывать за щенком, пока вы на работе, и проконтролировать строителей. Все примеры – из личных историй пикабушников.

Показать полностью 5
Отличная работа, все прочитано!