Исповедь перебежчика. Части 13, 14⁠⁠

Часть 13. Новые нюансы

Между делом, уволилась Ксения, потому что нашла более оплачиваемую работу. Ее Братск и Волгодонск ушли в Краснодарский офис, и я про них и думать забыл. А буквально через неделю в офисе появилась новая сотрудница, тоже Ксения. Ксении этой было лет под 45, и она была откровенным «шилом в жопе» любого заказчика. Максимально деятельная, но оттого закрывающая стабильно объекты каждый месяц.

Тем временем Обнинск не стоял на месте, мы постоянно что-то проектировали, совещались, корректировали и текла обычная механическая работа, однако на один из объектов потребовался мой повторный выезд. Я съездил, послушал жалобы на то, как мы некачественно работаем, замерил необходимое оборудование и трубопроводы, все согласовал на месте и уехал. В череде совещаний после этого момента возникла проблема.

- Евгений, мы все посмотрели, но смотрите, у вас по первому ТЗ запроектирована замена 40 единиц оборудования. А когда вы нам пришлете остальные?

- Не совсем понимаю, о чем речь… А какие «остальные»?

- Ну как это?! У нас в ТЗ четко прописано в наименовании «замена ВСЕХ единиц оборудования». У нас их 240. Когда пришлете остальные?

В этот момент я просто в ахуе смотрел в монитор на ее иконку собеседника.

- Нет, подождите, у вас там четко было перечислено 40 единиц, мы и замеряли только их. Почему вы три месяца назад сказали, что их на самом деле 240?

- Так ну а что мы лезть то будем, мы вас нанимали, потому что вы опытные проектировщики, лучше нас все знаете (байка эта меня заебала уже очень давно. Потому что несмотря на любую опытность проектировщиков, заказчик не забывал выставлять абсурдные замечания, потому что он хочет так, а не иначе. А потом прикрывал тем, что он не профессионал, но все равно продолжал так делать).

- Тогда мне от вас нужны документы на остальные 200 единиц.

- Так вы же приезжали недавно, и другие сотрудники! Почему не собрали исходные данные?! У вас есть это в договоре! – Надрывалась Наталья. Хорошо, мы пришлем, что у нас есть, но вы должны будете приехать и дособрать данные.

С совещания я вышел как в говно опущенный. «Приплыли тапочки к обрыву…» - как сказал бы в тот момент один из моих будущих коллег. Я судорожно искал сначала того, кто сможет поехать на объект собирать данные, а потом и проектировщика, потому что Елена сказала «сколько работы за такие копейки» и отказалась выполнять этот объем.

Я нашёл обследователя и начал объяснять ему задачу.

— Там надо будет пройти с сотрудниками Обнинска по оборудованию, сделать фотографии и снять отметки.

Он задал вполне очевидный вопрос:

— Схема с размещением оборудования будет? - он задал вполне очевидный вопрос

— К сожалению, даже у меня нет никакой схемы. У меня есть двести страничек, где куски трубопроводов с каждой конкретной единицей оборудования.

— Понял.

Мне особенно понравился этот лаконичный ответ.

— Они на нас возмущаются. Пусть теперь сами поработают. Я обозначил, что сопровождающий должен знать, где находится каждый конденсатоотводчик.

В процессе поиска нового технолога я познакомился с Настей «хайкер». Она взяла весь этот объем работы и разрабатывала день и ночь. Иногда я ждал до часу ночи ее томов, чтобы отправить заказчику, и к утру у тех все было. С заказчиком мы начали собираться по 3 раза в неделю и это было страшное время. С работы я выползал часов в 8, а приходил к 9 и там меня уже ждал открытый ноутбук с новым совещанием с этими мудозвонами из Обнинска. В тот момент я вспомнил фразу Воробья, которую он мне как-то сказал, когда я сильно переживал из-за очередной экспертизы «Евгений, ну что вы так переживаете, это же всего лишь работа». И вот только сейчас я понял ее смысл – дело не в том, что что-то не важно, или не срочно или кто-то наплевательски относится к своим обязанностям. А в том, что все, что происходит – является частью работы, и нет ничего критично страшного в этом. Да, переживать иногда стоит, но вот убиваться из-за этого и переживать вечерами, ночами, на выходных – точно нет.

А тем временем проснулся и Тувинский объект. Заключилось дополнительное соглашение, мы получили деньги и готовили изыскателей к выезду. Перед ним, я проговаривал с их генеральным о том, чтобы они подготовили карту бурения скважин. Он мне его все обещал, обещал, но так и не прислал.

Я работал в ПСК уже около 8 месяцев, поэтому решил наконец сходить в отпуск. На период отпуска Обнинский объект я отдал Диме, а Тувинский – Егору. В период отпуска меня периодически дергали по вопросам, но не сильно. И вот вернувшись, я стал разбирать больше двухсот писем, которые мне успели прийти после него. В одном из них я увидел неправильную схему скважин – здания стояли совсем не там, где должны были быть по последнему генплану. А, надо сказать, что я при корректировках сначала пару версий правил сам, и только потом отдавал генпланисту на рассмотрение. И так вышло, что последнюю версию я ему не отправлял. Я решил задать Егору вопрос, а что за схема скважин такая.

- А, ну ты как ушел в отпуск, они все отбурили, а потом во вторник изыскатели прислали эту схему. Я ее передал генпланисту и он сказал, что все неправильно, прислал мне актуальный генплан (а как мы понимаем, неактуальный). Ну вот они и поправили свою схему, чтобы соответствовало.

Я понял, что Егор тут не виноват и стал звонить изыскателям.

- Я вышел из отпуска и увидел схему скважин. Скажите, а вы не могли бы ее поменять в отчете и вставить туда актуальную, по тому генплану, который я вам отправлял. А то коллеги в мое отсутствие ошиблись и неверно вам выдали замечание.

- Ну слушайте, мы что каждый раз, что ли править будем? Мы посмотрим, да, попробуем сделать, но это скважины не в тех местах… Ладно, что-то придумаем.

Ага, подумал я, какой ты пиздабол. Они же сначала отбурились где надо, а потом муже из-за замечаний Егора втупую перерисовали свой отчет, ничего не перебуривая. Так и что неверных данных тоже не будет – все вернется, как и было по факту сделано.

Через пару дней я получил нормальный отчет по изысканиям. Больше, слава богу, критичных проблем в этом проекте не было. А вот к некритичным мы еще вернемся.

Часть 14. Новые объекты

Почти сразу после моего отпуска мне позвонила сотрудница из договорного отдела и сказала, что направила мне на подпись приказ о назначении ГИПа на двух обьектах. Я ехал в универ, поэтому сказал, что подпишу на следующий день. Еще через час мне позвонил начальник договорного отдела.

- Евгений, там вам должны были отправить приказ о назначении ГИПа на два новых объекта. По одному из них, по Абакану заказчик очень хочет провести стартовое совещание. У них там все горит. Я скинул вам его номер – позвоните там, успокойте его, назначьте совещание. А завтра разберетесь в объекте.

До этого с Газпромом я особо не работал, поэтому появление такого заказчика почему-то казалось мне событием. Я даже написал коллегам:

— Прошу поприветствовать меня в клубе. У меня Газпром.

Довольно быстро выяснилось, что слово «Газпром» само по себе мало что объясняет.

Через несколько недель я уже спрашивал:

— Сколько вообще существует Газпромов?!

Потому что проектировали мы вроде бы для одного Газпрома, проверял нас другой, деньги шли через кого-то ещё, а замечания периодически прилетали вообще от людей, о существовании которых я до этого не подозревал.

Совещание все же было назначено и через пару дней оно состоялось. Вел его Гринев – ГИП от заказчика.

- Евгений, ну смотрите, все предельно просто. У нас есть ПД, с которой мы прошли экспертизу, и есть РД на аналогичные скважины. Вам только надо будет переделать РД, по сути, на текущие скважины, а технические решения и состав сделать аналогично.

- Да, тут все понятно. Присылайте рабочую документацию и будем смотреть, я думаю, с этим мы справимся без каких-то проблем.

Как обычно, слова «есть готовый аналог» я тогда воспринимал гораздо оптимистичнее, чем следовало.

Совещания с этим заказчиком стали очередной еженедельной рутиной. Мы стабильно не успевали по срокам и выдавали все, лишь бы хоть что-то успеть отдать. Проблема была в маленьком бюджете, за который проектировщики были не готовы работать. Но я каждого старался убедить и в итоге кого-то, да уламывал. Но это все происходило медленно и заказчик, конечно, терпимо относился, но все равно каждое совещание напрягал. Гриневу было в целом до пизды как оно все у нас происходит, судя по всему, у него было штук 30 других объектов и на нас времени просто не хватало.

Наступила осень, и мы снова двинулись всем офисом на новый корпоратив. Мероприятие все так же проходило с размахом, турбазу была уже другая, но такая же хорошая. Напился я тогда чуть ли не до обморочного состояния, как сейчас помню. Пока все ходили курить, я столкнулся с Вишневым.

- Евгений, здарова. Ну че, как ты?

- Да все хорошо, потихоньку работаем.

- Ссслушай, блин, ты бы обложку то на паспорт поменял… А то ваще пиздец какой-то!

- Да я уже все поменял, теперь всегда езжу только с нейтральной на объекты. – улыбаясь ответил я.

- Ну этто хорошо. А то блять, я как увидел, думал, что пиздец какой-то. Не ддай бог, еще заказчик бы увидел.

В конце корпоратива, я выцыганил у Свинтковского еще и бутылку рома, которую мы успешно распили на следующий день в компании с Ксенией и одним из Краснодарских коллег. Тут же, по возвращению с корпоратива, мной был получен новый объект, по которому я уже ранее подписывал приказ.

- Жень, по Московскому объекту. Там Миша уже был на объекте со сбором исходных данных, можешь их в папке проекта посмотреть. – Начала мне рассказывать Виктория. Ему обещали 30 тысяч за выезд, заведи в оплату. Ну и с ним согласуй, раньше обговаривали, что он там будет технологом. Но я бы, честно, на твоем месте еще посмотрела. Миша человек, такой, распиздяй немного, любит пропадать иногда, его пинать постоянно надо. В общем, подумай, может кого-то другого туда взять.

Так я познакомился с Мишей «пиздаболом» и был рад, что есть кто-то, кто был уже на объекте, общался с заказчиком и разбирается, что там надо делать. Разбираться-то Миша разбирался, вот только делал все крайне медленно и постоянно кормил меня завтраками, никогда не сдавая документацию в срок и делая ее только по одному ему известным шаблонам оформления.

С Московским объектом была ещё одна небольшая проблема. Он достался мне уже горящим. В начале октября меня спросил начальник договорного отдела:

— По Московскому объекту помощь нужна? Как идёт работа? А то они недовольны были.

— В работе. Помочь вы мне вряд ли сможете. Естественно, они недовольны были. Два месяца почти, а результатов ноль. А я пока вникаю и ищу выход — время идёт. Сейчас всё более-менее двигается.

То есть к моменту, когда объект полноценно оказался у меня, заказчик уже успел два месяца подождать, ничего не получить и сформировать о нас некоторое мнение.

Через пару недель я созванивался с заказчиком. В какой-то момент он спросил, получится ли у меня вообще вести несколько объектов одновременно. Я сразу же повернулся к Диме:

— Я сегодня общался с заказчиком по Московскому объекту. Он меня спрашивает, получится ли у меня вести несколько объектов в принципе. Я, блять, чуть не заржал.

Вопрос и правда был своевременный.На тот момент у меня Абакан, Московский объект и Обнинск рвали и метали. Как выяснилось, вести несколько объектов одновременно я действительно мог. Вот только слово «вести» в данном случае совершенно не означало слово «закрывать».

Так как Миша «пиздабол» не успевал сделать все в срок (думаю, понятно, почему такое прозвище), то было принято решение подробить четыре системы, которые надо было проектировать еще на одного спеца. Им был выбран, после общения, Андрей «Франкенштейн». Такое прозвище он получил, потому что из говна и палок лепил какое-то невообразимое нечто, что в целом чаще всего прокатывало, но смотреть иногда на его документацию было откровенно страшно. С грехом пополам мы одолели технологические комплекты и собрались на совещание с заказчиком. Там присутствовали и технологи. Сначала обсудили общую часть, а потом отдельно по системам, начиная с той, которую делал Андрей. Прообщавшись по ней минут двадцать, мы перешли к остальным. И через час совещание плавно заканчивалось.

- Это все очень хорошо, а мы четвертую систему обсуждать будем? – задал вопрос «Франкенштейн»

Повисла гробовая тишина

- Так мы же ее обсуждали долго полчаса назад – решил высказаться заказчик

- А, да? А чего по ней сделать то надо? – Франкенштейн решил окончательно похоронить и так шаткую компетенцию ПСК.

- Андрей, давайте мы сейчас вами отдельно созвонимся, и я все объясню. Коллеги, давайте заканчивать совещание, я все вопросы записал, все проконтролирую

Через минуту я перезваниваю Андрею.

- Вы что, совсем не слушали? Мы же полчаса обсуждали четвертую систему?

- Да я слушал, но не понял, что из этого ко мне относится.

После этого я ему еще раз перечислил все, что надо было ему сделать.

- Нет, ну не буду я это делать, это чушь какая-то. Да и что им там не нравится в условных обозначениях, ну подумаешь какая разница. Я не буду это править.

- В смысле ты не будешь это править?! – у меня уже сдавали нервы. Надо поправить и мы хоть одну систему тогда закроем! Поправь все, что сказал заказчик, а то я буду искать другого исполнителя, а тебе мы платить ничего не будем!

Так с криками и матами я с ним «договорился». И через неделю он прислал мне полностью корректную документацию, которую мы успешно согласовали с заказчиком.